Настя без сомнения была ветеринаром от бога. Она управлялась с обработкой ран и бинтованием с такой грацией и легкостью, что Женя невольно засмотрелась. Теперь рыжий кот и для Жени был рыжим котом. Он обратился им еще у гаражей, когда они с Дерсу прощались, обещая проверить все названные им адреса прямо завтра с утра. Обратился, точно как девушка на складе.

– Уже темнеет, начну, как только рассветет, – сказала Женя, краем глаза наблюдая, как Настя размещает на заднем сиденье коробку с вполне обычным рыжим котом.

– Конечно! И обязательно расскажите, как ваши успехи. Номер у вас остался? Просто позвоните мне, хорошо? Я буду тут.

Женя заверила, что так и сделает.

Всю дорогу до дома Женя поглядывала на заднее сиденье. Обычный кот спокойно лежал на дне коробки, позволяя сидевшей рядом Насте себя гладить. Теперь Жене не терпелось добраться до дома, чтобы поговорить со странным существом. Когда они добрались до дома, миновав очередные несколько заторов на дорогах, Настя усадила кота на стол на кухне и принялась менять ему повязки. И это он тоже перенес с потрясающим спокойствием.

– Героический парень, да? – улыбнулась Настя, закрепляя эластичный бинт на передней лапе.

Женя хмыкнула и сделала большой глоток кофе.

– Вот и все, – Настя быстро собрала бинты и мази в аптечку. – Теперь надо поспать, а то завтра вставать рано.

– Насть, ты совершенно не обязана со мной ездить, – отставила чашку Женя.

– Вот еще! Мы же не чужие друг другу! Все в порядке, Жень.

Настя вышла из кухни, Женя видела, как она направляется в ванную, где на специальной полке хранила все свои ветеринарные принадлежности.

– Эй, – раздался со стола низкий голос. На столе снова был не кот, а рыжеволосый мужчина. Он сидел на столе, скрестив ноги, и испепелял взглядом шарахнувшуюся в сторону Женю. – Не пускай ее сюда. И мы поговорим.

– Там Рыжик мяучит? – выглянула Настя из ванной.

Женя с трудом собралась с мыслями.

– Да, но все нормально, – как можно спокойнее произнесла девушка. – Он просто бинты попытался стянуть. Я не дала!

Настю ответ удовлетворил, она снова исчезла в ванной.

– Слушай, Насть, может, его в гостиную перенести? Чего он на кухне лежать будет?

Женя обернулась на мужчину, тот кивнул.

– А ты сможешь? – раздалось из ванной.

– Да. Я осторожно!

– Хорошо! Устрой его там как-нибудь! Я пока тогда быстренько в душ, хорошо?

В ванной зашумела вода. Мужчина спустил ноги и слез со стола.

– Сам дойду.

И он поковылял в гостиную. Босые изрезанные ноги ступали по паркету по-кошачьи беззвучно.

– Так. У нас есть около получаса. – Женя последовала за ним и прикрыла за собой дверь в гостиную.

– Она так и так видит во мне кота. Главное, чтобы наш диалог не услышала, – замучаешься объяснять. – Мужчина устроился на кресле, подобрав ноги на сиденье, достал из кармана джинсов зубочистку и принялся крутить между пальцев. – Тебя как зовут?

– Женя.

– Хорошее имя. Я Борис. Легко запомнить. – Мужчина окинул девушку сосредоточенным взглядом. – Предположу, ты такое видишь не в первый раз.

Женя помотала головой, медленно пододвинув стул и сев напротив.

– Кого еще видела?

– Крысу, – неуверенно ответила Женя.

– Шушу, – поправил Борис. – Крыса – человеческое слово. Мы их зовем шушу.

– Кто «мы»? – все еще не веря в реальность происходящего, спросила Женя.

Но ответы не только не сделали происходящее более реальным. С каждым словом Бориса Женя все больше убеждалась, что это какое-то наваждение и ей точно нужно провериться у врача. Город живой. Хранители, которые заботятся о Городе. Теневые, разрушающие Город и сводящие людей с ума.

Почти прорвавшийся наружу вопль «Хватит!» задержала в груди Жени только фраза про седоволосого мальчика.

– Путевод. Он должен поддерживать баланс в Городе. Без него все наши старания даром. – Борис заметил изменения на Женином лице и подвинулся поближе. Вгляделся в ее лицо, прищурившись. – Ты ведь не просто «видящая». Ты имеешь к нему отношение.

– Мальчик, двенадцать лет, жил с отцом на улице?

Борис кивнул. Женя выхватила из кармана телефон. Борис взглянул на экран и снова кивнул. Женя откинулась на спинку стула.

– Он с вами? – усилием воли сохраняя самообладание, спросила она.

– Раз Город еще цел, значит, да. Но он слишком мал для своих обязанностей. Теневые будут этим пользоваться. Хотя чего там. Уже пользуются. В Городе бардак.

Женя вспомнила их поездку к Дерсу – в Городе действительно с каждым днем будто нарастал негативный фон. Вся эта ругань, участившиеся аварии, новостные ленты, больше обычного заполненные сообщениями о пожарах и драках. Но сейчас важнее всего был Леша.

– Он мой племянник. И ты прав, он еще ребенок. Я могу пойти к нему?

Женя была готова настаивать, но Борис и не собирался спорить.

– Должна пойти. Ему нужна семья. Семья защищает от Тьмы сильнее любых амулетов. Да и поддержка ему нужна. На нем слишком большой груз. И слишком много зависит от него.

– Тогда расскажи, где искать! – Мысленный органайзер в голове Жени зашелестел страницами. – Адрес?

– Это у людей адреса, – хмыкнул Борис. – Мы по-другому ориентируемся. Описать могу. Думаю, он у краи. Вороны, если по-вашему. Учитывая все последние события.

– То есть наверняка ты не знаешь?

– Я в бегах. Все, что знаю, рассказывают Дома и Улицы. Никакого «наверняка» предложить не могу.

Борис попытался поменять положение в кресле и вдруг с шипением схватился за перебинтованный бок. Настя сказала, что с этой стороны у него большая гематома, и собиралась везти его клинику на рентген.

– Что с тобой случилось? – спросила Женя, когда Борис смог все-таки разместиться поудобнее.

– Теневым насолил. Думал, сдохну. Но смог отвязаться. Теперь вот бегаю. – Мужчина бросил взгляд на дверь. – Ей не говори. Но я скоро уйду, так надо. Они теперь не сдадутся, пока не добьют. А вам не нужны лишние проблемы.

– Может, наоборот, останешься? Уж мы как-нибудь отобьем? – предложила Женя.

Но Борис только мрачно усмехнулся.

– Тебе сейчас о племяннике думать надо. Не обо мне. Он важнее всего. Иначе и я бегаю зря. И вообще все зря. Поняла?

Женя кивнула.

– Место, как смогу, подробно опишу. Но, может, покататься придется.

– Давай я тебя с собой возьму? Так и быстрее будет.

– Подашь меня Теням на блюдечке? – нахмурился Борис, и она решила больше ничего не предлагать.

Борис рассказал, что Жене предстояло искать: старый театр в заброшенном парке. Неподалеку проходило шоссе, сам же парк был окружен массивом одинаковых жилых домов.

– Ну, заброшенных театров, наверное, не так много. Я поищу! – сказала Женя. В ванной смолкла вода. – Так, все, пора закругляться. До завтра!

– Просьба, – остановил Женю Борис, когда та уже была в дверях.

Девушка обернулась.

– Когда найдешь Театр, разыщи там Каравакса. Передай ему… – Борис подумал. – Передай, что я прошу прощения за то, что произошло. У меня не было выбора.

Женя не стала уточнять – по всему было видно, что речь идет о чем-то личном.

– Хорошо.

Быстрый поиск в интернете привел Женю на форум, посвященный различным заброшенным зданиям в Москве. Она не без любопытства прошлась по темам, где люди обсуждали, куда проще всего попасть, где есть что поснимать, а куда лучше не соваться под страхом серьезных неприятностей. Похожий на описание Бориса Театр попадал в последнюю категорию. К его описанию даже не было толковых фотографий, лучшее, что Женя смогла найти, – бело-голубые очертания здания, просвечивающего сквозь плотно посаженные деревья.

Пользователи форума утверждали, что место облюбовали стаи диких собак, весьма недружелюбно настроенных к «сталкерам». А более суеверные даже писали, что некая сила отводит их от этого места, заставляет отказаться от мысли проникнуть туда. Точного адреса Жене найти так и не удалось, но в обсуждениях фигурировало название района и более четкие ориентиры – названия магазинов, находящихся неподалеку. Это существенно сужало круг поисков.

Она завела будильник на шесть утра и уже сохраняла в телефоне маршрут, когда в комнату постучались. Настя приоткрыла дверь. На ней были халат и пижама.

– Рыжик уснул на кресле. Я ему там еды и воды оставила. И пеленками застелила пол, ну мало ли.

Женя сдержала улыбку.

– Давай я все-таки одна поеду завтра. Нехорошо, если мы кота одного дома бросим.

Настя задумалась. Пускать Женю одну изучать сомнительные места, где, по словам Дерсу, мог прятаться Леша, Насте не хотелось. Но коту в гостиной действительно требовался присмотр, тут подруга была права.

– Ладно, – наконец согласилась Настя. – Тогда я Рыжика в клинику свожу с утра. А ты обещай регулярно выходить на связь, хорошо?

– Договорились, – сохранив маршрут в навигаторе, ответила Женя.

* * *

Леша провозился всю ночь. Крышечки все никак не выходили нужной формы и размера. На занятиях с Линдой Леша уже творил нечто куда более серьезное – в прошлый раз это был целый сервиз на троих. Но теперь из-за охватившего волнения он никак не мог сосредоточиться. Ведь он впервые творил что-то доброе и полезное, но не для себя. Поэтому Леша ворочался в кровати, накрывшись одеялом с головой, и усиленно вытаскивал из памяти простенькие кусочки пластмассы с нужной картинкой внутри. Когда Небо начало светлеть, а внизу раздались шаги первых проснувшихся краи, Леше все же удалось сделать десяток крышечек и провалиться в сон.

Он надеялся, что за оставшиеся пару часов ему удастся хоть немного отдохнуть, но сквозь предрассветную мглу вновь провалился в свой кошмар. Он опять был в каком-то доме, в очертаниях комнат которого с трудом, но узнавал свою старую квартиру, и брат все так же жалобно просился пустить его домой. Но Леша все так же был преисполнен злобой. Он даже угрожал брату, что, если тот не уберется, Леша убьет его. Как – Леша не представлял себе, но во сне был уверен: это возможно, а главное – правильно. Сама мысль власти над чужой жизнью доставляла странное удовольствие.

Но проснувшись, Леша испугался. Это нельзя было оставлять просто так. Сон повторялся, из ночи в ночь Леша видел одно и то же и каждое утро ненавидел себя. Надо было с кем-то это обсудить.

– Каравакс?

Постель Крышника была пуста. Лето, спавший под кроватью, вопросительно поднял морду.

– Ушел уже… – разочарованно вздохнул мальчик.

В дверь постучали – Гретта напомнила про завтрак, дожидавшийся на кухне, и занятия с Раксакаль. Это немного ободрило Лешу – занятия с шушу ему нравились – у него неплохо получалось искать потеряшки!

Леша махнул пару раз расческой по волосам, собрал с внешней части подоконника снег и быстро умылся им. Водрузил на голову гирлянду и, прихватив с собой крышечки, поспешил вниз. Мысленно Леша пообещал себе, что, как только увидит Каравакса, расскажет ему все. И про сны, и про брата. Если кому и можно было, то только ему.

Через час после завтрака Леша под слегка недоуменным взглядом Лето разглядывал тротуар одной из шумных Улиц Города. Раксакаль, перекинувшись в крысу, наблюдала за ним из-под скамейки.

– Люди шушу не любят. Мы не кеди, которых все хотят погладить. Лучше лишний раз не попадаться на глаза, – объяснила она.

На Лешу никто не обращал внимания. Наверное, думали, что он просто чей-то ребенок, а родители где-то рядом и присматривают за ним. Редкий прохожий цыкал, недовольный тем, что ему мешают пройти, но в целом мальчик оставался невидимкой для слишком занятых своими делами людей. Рядом бурлил сигналящий поток машин. Переливались, мигали огни «С наступающим!», растянутые между столбами.

Но Леша продолжал сосредоточенно смотреть себе под ноги, на серую плитку, в многочисленные трещины и выбоины которой забился бисер реагентов.

Он повторял про себя наставления Раксакаль: отсеять все лишнее. Увидеть пустую тихую дорогу, тогда потеряшки сами покажутся!

Сегодня получалось с трудом – бессонная ночь давала о себе знать, да и на такой большой Улице Леше до этого искать не приходилось, но он не прекращал попытки. И вот пространство вокруг наконец-то начало сереть и расплываться, а вдалеке вспыхнул яркий белый огонек. От него шел столб света. Теперь главное было не отвлечься, чтобы свет не пропал. Леша уверенно направился к огоньку, интуитивно огибая людей, теперь напоминавших темно-серые пятна.

Леша преодолел сквер, проскочил между завернутых в циновки молодых деревьев, пропрыгал по чавкающим слякотью плиткам и остановился напротив магазина, стеклянные двери которого ютились между гранитными глыбами фундамента. Лето, трусивший за Лешей с высунутым розовым языком, тоже замер и вопросительно склонил голову набок. Серость вокруг снова стала шумящим Городом, вернулись и звуки, и цвета – Леша только успел увидеть, как огонек потух перед самым входом в магазин. Он осторожно подошел ближе. За дверями магазина мимо залитых медовым светом полок прохаживались девушки в строгой одежде и перекидывались фразами с охранником, скучающим за стойкой.

Леше стало неуютно. Он отступил на шаг, и его взгляд упал на решетку, о которую посетители магазина могли соскрести снег с ботинок. Между железных ребер что-то переливалось. Леша наклонился и аккуратно извлек из снега крупную перламутровую бусину.

– Ого! – Леша поднял бусину над головой и посмотрел на просвет.

Находка заиграла радугой.

– Молодец, золотце! – Раксакаль появилась из ливневки и довольно взглянула на находку. – Хорошая вещь!

Леша протянул находку Раксакаль, но та помотала головой.

– Нет, ты нашел, твоя теперь. Защищать тебя будет, тебе не помешает.

Леша улыбнулся. Он уже много знал о потеряшках. Что они полезны и людям, и Домам, что каждому своя потеряшка, в зависимости от нужд человека. А еще, что, как бы потеряшка ни была сильна, она не убережет от всего на свете, поэтому терять головы не стоило.

– Будь потеряшки всесильными, Дом фоци все еще стоял бы на своем месте, а сизокрылым не пришлось бы ютиться на заброшенной пивоварне, – объяснила Раксакаль.

– Обидно, – вздохнул Леша. – Неужели совсем ничего нельзя было сделать?

– Мы не всемогущи, малыш. Поэтому так важно, чтобы ты был с нами на защите Города.

– Я всемогущ? – улыбнулся Леша.

– Я бы сказала, почти. Ты же человек.

Одну из девушек за стеклянными дверями начало беспокоить Лешино длительное присутствие у магазина. И она попросила охранника разобраться, в чем дело. Заметив приближавшегося мужчину, Раксакаль фыркнула.

– Так, пора и честь знать. Давай, через дворы.

Раксакаль, Леша и Лето скрылись за поворотом раньше, чем распахнулись стеклянные двери.

Шушу уверенно направилась в Театр, но Леша ее окликнул.

– Погоди! Мне еще надо кое с кем встретиться.

Леша поднял голову – над ним висели городские часы. Когда-то Дерсу научил его ориентироваться по таким, до этого Леша понимал только электронные. Как раз через полчаса Дима, если, конечно, поверил ему, должен был вернуться к бакам.

Раксакаль вопросительно глянула на мальчика.

– Это очень важно. И быстро. Обещаю!

– Что, обзавелся друзьями? – поинтересовалась шушу.

– Пытаюсь!

Леша был рад, что занятия всегда происходили либо рядом с Театром, либо в соседних районах, так что отыскать вчерашний двор не составило труда.

Возле баков, разгребая снег ногами, бродил Дима.

– Лето, жди здесь!

Оставив Лето с Раксакаль, Леша подбежал к новому знакомому, на ходу вытаскивая из кармана крышечки, и с размаху вручил их Диме.

– Вот, как обещал!

Дима посмотрел на сокровище в своих руках и вдруг вскинул на Лешу взгляд.

– Украл?

Леша отмахнулся.

– Тогда откуда?

– Магия! Просто бери, пусть мама на море съездит!

Раксакаль окликнула Лешу. Он обернулся и увидел, что рядом с шушу стоит Каравакс. Странно, обычно тот никогда не появлялся до вечера – дел всегда было полно. Значит, отличная возможность поговорить!

– Мне пора. Удачи!

– Погоди! – Дима растеряно посмотрел на Лешу. – Что взамен?

– Ничего не надо! Увидимся!

Леша скрылся за Домами, а Дима так и продолжил стоять, сжимая в руках заветные крышечки.