ПОСТЕПЕННО К УЭЛЬСУ СТАЛО возвращаться сознание — правда, глаза пока не открывались, а в ушах продолжало немного звенеть. Но он все- таки услышал рядом с собой тихое рыдание. Джей попытался встать, но сделать это оказалось совсем не просто. «Я должен подняться, — подумал он, — у меня слишком мало времени». И тут стоящий у него в ушах звон перекрыл тихий и очень знакомый голос.

— Джей, — услышал он, — это я, Марта!

Уэльс медленно и с усилием открыл глаза. Ему удалось разглядеть в темноте лишь склонившуюся над ним темную фигуру. Страх и желание сопротивляться заставило его замахать руками, чтобы попытаться оттолкнуть незнакомца, встать и начать бороться с ним уже в полную силу.

— Джей! — вновь донеслось до его сознания.

Вслед за голосом прямо над ним внезапно возник луч фонарика, почти ослепив его. Через несколько секунд, когда его зрение прояснилось, он увидел, что луч падает не на него, а освещает лицо склонившегося к нему человека. Лицо заплаканной девушки, довольно знакомое, обрамленное темными волосами. И тут его осенило — это было лицо Марты Кендрик.

Внезапно фонарик погас, и их снова окутала темнота. Сознание уже почти полностью вернулось к Уэльсу, и он обнаружил, что лежит на влажной траве, одной рукой опираясь на бетонную дорожку, вдоль которой росли деревья. Недалеко чернел большой дом с зубчатой деревянной башней на фоне звезд.

— Марта… — пробормотал он. — Итак, это ты, и ты здесь, — голос его постепенно окреп. — Но здесь кто-то еще, тот, кто ударил меня!

— Это была я, Джей… — Голос девушки звучал неуверенно. — Я испугалась, что убила тебя.

Уэльс все еще находился в ступоре, и к тому же, у него сильно болела голова, и боль не отступала. Он сел — не без некоторых усилий. Марта обняла его за плечи, но как-то странно. Казалось, она больше цеплялась за него, чем хотела поддержать.

— Откуда я могла знать? — продолжила она, всхлипывая. — Я даже не знала, что ты на Земле! Когда к дому подъехала машина и кто-то в темноте поднялся по дорожке, я поняла, что это не Ли. Ты не такой высокий. Я подумала, что это один из них. Слава Богу, я не стала стрелять, а ударила тебя рукояткой пистолета!..

Уэльс резко схватил ее за руку.

— Марта, где Ли?!

— Джей, я не знаю, — растерянно пробормотала его давняя подруга. — Я уже давно жду его здесь, а его все нет. От страха и неизвестности я скоро сойду с ума!

Уэльс понял, что она близка к истерике, а ее состояние стало передаваться и ему. Чтобы как-то справиться с новой напастью, он резко, но неуверенно поднялся на ноги.

— Нам лучше зайти в дом, там мы сможем спокойно поговорить, и нам никто не помешает. — Он изо всех сил пытался говорить уверенным голосом.

Затем он успешно преодолел ступеньки старого особняка, несмотря на то, что в голове у него гудело, и ему казалось, что она непомерно распухла. Зайдя в темноту дома, он услышал, как Марта заперла дверь на замок и на цепочку.

— Сюда! У меня затемнена одна комната, точнее, кухня. — Ее рука схватила его за запястье и потащила куда-то вглубь «замка».

Джей позволил ей вести себя уже хотя бы потому, что сам ничего не видел и мог ориентироваться только на слух. Он услышал, как она закрыла еще одну дверь, а потом ее фонарик снова зажегся, и перед его глазами возникло неухоженное помещение, больше похожее на сарай, в котором храниться всякая рухлядь и старая посуда.

Несмотря на то, что свет от фонарика не был достаточно ярким, Уэльс, взглянув на Марту, разглядел в ней совсем не ту маленькую темноволосую девочку с горящими глазами, с которой прошло его детство и юность. Перед ним стояла почти незнакомая молодая женщина с мертвенно-бледным лицом и дрожащими руками, готовая в любой момент упасть в обморок. Однако она быстро взяла себя в руки и настояла на том, чтобы положить ему на голову холодную мокрую тряпку. С тряпкой на голове, чувствуя боль и, одновременно, понимая, что у него немного нелепый вид, Уэльс заставил ее сесть рядом с ним за кухонный стол, на котором лежал зажженный фонарик.

— Как долго ты здесь? — Джей взял Марту за руку и слегка сжал ее ладонь.

— Пять недель. А кажется, что пять лет… — Ее голос был слабым, а губы начали дрожать. — Это было как страшный сон. Этот старый дом, город, все, что я знала и любила всю свою жизнь — все теперь оказалось заброшенным и чужим! Только тихие неизвестные звуки, которые я слышала по ночам, да зарево в небе от пожаров…

— Но почему ты пряталась здесь? Почему не сообщила в Нью-Йорк, что эвакуируешься на Марс, как все остальные?

Марта продолжила рассказывать, и Уэльсу показалось, что она немного успокоилась. Во всяком случае, теперь она говорила спокойно и открыто.

— Когда два года назад Каслтаун, как и весь регион, был эвакуирован, Ли захотел остаться на некоторое время. Он каждую ночь беспрестанно работал в обсерватории, наблюдая за Нереусом. Я думаю, он еще надеялся обнаружить какое-то изменение в его орбите, но… Каждый день его прежние расчеты подтверждались.

— С твоим братом понятно, но ты? Почему ты осталась? — Уэльс с искренним удивлением посмотрел на девушку, которая ответила ему не менее удивленным взглядом.

— Как, почему? Кто-то должен был позаботиться о Ли! И разве я могла улететь одна? Только с ним. Конечно, как только все жители покинули Каслтаун, находиться в пустом городе стало очень тяжело. Но Ли говорил, что мы тоже скоро уедем. Однако шло время, а мы оставались здесь, и вдобавок, он сильно изменился, как будто уверенность, которая никогда раньше не покидала его, непонятным образом исчезла. И Ли превратился в беспокойного, суетливого человека. И еще я увидела в его глазах страх.

Джей пожал плечами.

— Все люди на Земле боялись и беспокоились, — произнес он мрачно.

— Нет, не так. Он боялся не столкновения. Это было что-то другое! — возбужденно возразила Марта. — Как-то раз он грустно посмотрел на меня и сказал, что очень беспокоится о тех, кто может не улететь. И что он знает, есть люди, которые хотят, чтобы миллионы остались и погибли. Понимаешь?

Уэльс вздрогнул, как будто его облили холодной водой. Его сонливость и головная боль бесследно исчезли в одно мгновение.

Он еще крепче сжал руку своей подруги.

— Марта, вспомни, Ли именно так сказал? Кем, по его словам, были те, кто хотел заманить миллионы в ловушку?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Он не говорил, кто это такие. Точнее, он сказал, что не уверен, что это только его подозрение. Но даже подозрение не давало ему покоя. Однажды он съездил в Нью-Йорк, чтобы встретиться с Джоном Фэрли, региональным маршалом по эвакуации, и вернулся еще более обеспокоенным.

Уэльс замолчал и задумался. Да. При последней встрече Фэрли упоминал о своих подозрения, что кто-то прикладывает немалые усилия, чтобы побудить миллионы людей остаться на Земле. А значит, либо Фэрли почерпнул эту идею у Ли, либо наоборот.

Он снова посмотрел на Марту.

— Ли когда-нибудь упоминал о «Братстве искупления»? Может быть, вскользь?

Кендрик, не задумываясь, кивнула.

— О, да, довольно часто. С тех пор, как все остальные покинули Каслтаун, они для нас стали самой реальной угрозой.

И снова Уэльс был поражен.

— Марта, расскажи, что ты знаешь об этом «Братстве»?

— Да у нас многие о них знали, — казалось, девушку удивил вопрос друга. — Это фанатики, суеверное движение, которое началось задолго до того, как здесь была проведена эвакуация. Это люди, у которых помутился рассудок. Они проповедовали, я сама слышала, что конец света был послан нам за наши грехи, что только человеческие жертвы, искупление жизнями и всеми сокровищами спасут мир. Затем, когда началась эвакуация, все они быстро попрятались по деревням, только бы их не принудили к отъезду. Вот, пожалуй, и все, что я знаю.

— А где они сейчас? — воскликнул Уэльс.

Марта вздрогнула.

— Главное, что здесь их пока нет. Все это время после эвакуации я больше всего боялась, что они придут и сожгут Каслтаун.

— Сожгут Каслтаун? Боже милостивый, почему?!

Марта посмотрела на Уэльса с удивлением, как на неразумного ребенка.

— Джей, они сжигают пустые города, один за другим. Жертвоприношение. Искупление. Думаю, две ночи назад был сожжен Шарон. Мне показалось, сияние в небе исходило оттуда. А в другие дни я видела отблески огня на юге…

«Конечно же, она права», — подумал Уэльс и вспомнил почерневшее запустение в Брайтон- Фоллс. Значит, это не было случайностью. Это было преднамеренное, целенаправленное жертвоприношение. Он попробовал представить такой всю Землю. Почти пустая планета, катящаяся к безумной анархии. Нью-Йорк, где все еще существовали закон и порядок и можно было видеть, как в небе методично взлетают и опускаются космические корабли, пока оставался чуть ли не единственным островком цивилизации. Но здесь, в темных эвакуированных регионах, царил настоящий хаос, который только множился. Закон исчез, и все самые атавистические страсти человечества вырвались на свободу. Власть захватили невежественные и безумные люди, многие из которых наверняка были талантливыми в каких-либо областях, но под влиянием искусных манипуляторов не поверили в очевидное и отказались улетать, сражаясь за обладание заброшенными городами или поджигая их в суеверном фанатизме… Однако надо было возвращаться к текущим делам.

Уэльс снова обратился к Марте:

— Скажи, Ли предполагал, что «Братство искупления» стояло за заговором с целью заставить людей остаться на Земле?

Ему показалось, что этот вопрос испугал девушку.

— Не знаю, Джей, во всяком случае, так он не говорил. Неужели это они?

— Возможно. Согласись, нужно быть фанатиком, чтобы совершать такой ужас, как заманить людей в ловушку Судного дня. Но оставим это. На данный момент я хочу знать, что случилось с Ли.

Темные глаза Марты вновь наполнились слезами.

— Надеюсь, он жив. Я расскажу, что знаю. Дело было так. Каждый вечер Ли ходил в обсерваторию, а я оставалась в нашем доме, но мы могли связываться друг с другом с помощью портативных телефонов. И в случае необходимости, я всегда могла позвонить ему, а он мне. Так вот, однажды ночью, примерно пять недель назад, он позвонил. Он так кричал, что охрип. Я поняла, что группа каких-то мужчин прямо в тот момент вламывались в обсерваторию. «Я думаю, — кричал он, — они знают, что я подозреваю об их плане! Быстро убирайся из дома, быстро! Если я спасусь, я найду тебя…» На этом связь оборвалась.

Лицо Марты стало еще более бледным, а взгляд — затравленным, но она продолжала рассказывать, постоянно то сжимая, то разжимая кулаки, как делают люди, находясь в крайне нервном напряжении.

— Джей, сначала я не знала, что мне делать! Мне надо было где-то спрятаться, и я побежала в этот дом. Но я должна была как-то сообщить Ли, где меня искать. Оставить ему какой-то знак, который никто, кроме него, не понял бы. Вот почему я написала на двери: «Замок». Потом я спешно выбежала на улицу и, пробежав примерно один квартал, услышала шум подъезжающих к нашему дому машин и мужские голоса. Я старалась держаться темных закоулков, и через небольшое время добрался сюда. И с тех пор я здесь. Шли недели. Прошла вечность! Но Ли не пришел. — Она посмотрела на Уэльса долгим грустным взглядом, в котором было совсем мало надежды. — Ты думаешь, они убили его?

Джею так хотелось сказать ей что-то одобряющее, твердо и уверенно, но он решил, что надо быть честным.

— Марта, я не знаю, — ответил он, делая небольшие паузы между слов. — Будем надеяться… — Голос его окреп. — Для начала, надо попробовать узнать, что это были за люди, кто они такие?

Рассказчица слегка кивнула.

— У меня было время подумать, — медленно сказала она. — Я помню наш последний разговор с братом. Думаю, он был прав. Это были те, кто понял, что Ли догадался об их планах удерживать многих людей в ловушке на Земле. Им надо было схватить его и обезвредить.

Уэльс непроизвольно сжал кулаки.

— Да, пожалуй… Скорее всего, Ли каким-то образом понял, кто стоит за тайной пропагандой, а значит, ему надо было помешать придать это огласке. — Тут его осенило, и он уверенно продолжил: — Им выгодно исчезновение Ли. Именно выгодно! Как будто он прячется и не хочет улетать, а значит, катастрофа — это миф, просто розыгрыш! И Планета Кендрика не угрожает Земле!

На белом лице Марты отразилось выражение боли.

— Джей, пожалуйста, не называй его так.

— Кого? — Уэльс не понял, о чем она просит.

— Не говори: «Планета Кендрика». Это несправедливо. Ли обнаружил новую орбиту огромного астероида, он заранее предупредил всех на Земле, и в результате стало возможно спасти человеческие жизни. Нечестно называть его именем то, что приближает катастрофу.

Уэльс протянулся руку и нежно погладил ее пальцы.

— Прости, Марта. — Голос его стал ласковым. — Я не подумал… — Но через мгновение к нему вернулся деловой тон. — Однако нам надо знать точно, кто такие «они», эти похитители? Это «Братство» или другие люди? У кого еще мог быть мотив?

Его голова внезапно пьяно покачнулась, и он провел рукой по глазам. Увидев это, Марта издала тихий возглас отчаяния:

— Джей, ты все еще не оправился? Боже, я сильно тебя ударила, прости! Давай немного отдохнем. Позволь мне сделать свежие компрессы.

Уэльс опять взял ее за руку, но теперь жест его был удерживающим.

— Нет, Марта, дело не в этом. Просто за последние дни я смертельно устал. А прошлой ночью я поспал в машине всего пару часов.

— Тем более, — теперь уже она чувствовала себя главной. — Сейчас ты пойдешь спать. Я буду настороже. Вот так…

Уэльс почти расслабился. Следуя за Мартой по темному дому в спальню, он шатался, как изрядно выпивший человек. В одно мгновение и головная боль, и усталость разом нахлынули на него, как захлестывающая волна, и в результате, на следующий день он даже не смог вспомнить, как добрался до кровати.

Когда он открыл глаза, лучи послеполуденного солнца косо падали на пыльные стены спальни. Он повернул голову и обнаружил, что Марта сидит у его кровати на старом стуле, сложив руки на коленях, и смотрит на него.

— Я не смогла уснуть, — сказала она тихо. — Я так долго была одна… — девушка замолчала, слегка смутившись.

Ее друг сел, потянулся и поцеловал ее. Она прильнула к нему на мгновение, но быстро отстранилась и, опустив глаза тихо произнесла:

— Раньше ты бы даже не взглянул на меня.

Уэльс беззлобно улыбнулся.

— Возможно, но теперь ты последняя, а может быть, и единственная девушка в городе.

Такой сомнительный комплимент никак не подействовал на Марту — Джею даже показалось, что она ничего не слышала. По выражению ее лица было видно, что она думает о чем-то другом.

— О, Джей, — заговорила она немного сбивчиво, — у меня иногда возникает чувство, что этого просто не может быть, что бы ни говорили Ли и все остальные, что бы ни показывали их приборы или расчеты. Все, что есть на Земле, все, что мы любим и знаем, просто не может закончиться пламенем и ударом с неба! Понимаешь? Не может!

Уэльс опустил глаза и кивнул в знак понимания.

— Я знаком с таким ощущением… — Он сделал почти театральную паузу. — Думаю, многие знакомы, но оно ложное, а потому с ним надо бороться. Мне кажется, именно это чувство удерживает многих людей на Земле. Конечно, потом они поймут, что ошибались, но будет слишком поздно. А значит, у нас еще есть немного времени, чтобы их переубедить.

Марта резко переменила тему.

— Как ты думаешь, что нас ждет на Марсе? Или, может быть, ты уже очно это знаешь? Если отбросить все эти восторженные речи правительства о великолепной новой жизни, которая нас там ждет — что будет на самом деле?

— Будет непросто, даже тяжело. — Уэльс говорил спокойно и как-то буднично, как преподаватель, читающий очередную лекцию своим студентам. — Минеральных ресурсов там хватает, так что недостатка в пище, воде и воздухе точно не будет. Проблема в другом… — И опять он сделал театральную паузу. — Определенные районы этой планеты действительно пригодны для жизни, но их не так много. В результате, построенные там города уже сильно перенаселены, а люди все продолжают и продолжают прибывать, причем, миллионами. — Неожиданно тон Джея резко изменился, он посмотрел на Марту уверенным взглядом и закончил: — Но мы справимся. И еще, Земля не будет полностью уничтожена, помни об этом. Когда-нибудь, через много лет, мы непременно вернемся.

— Но Земля уже не будет прежней, и те, кто вернется, ее не узнают, — прошептала девушка.

Уэльс промолчал. У него не было аргументов, чтобы возражать, и разговор как-то сам по себе закончился.

Марта встала, по-женски засуетилась и занялась приготовлением обеда. Когда они закончили трапезу, солнце уже почти склонилось к закату.

— Скажи, — спросила Марта Джея с отчаянным рвением, убирая со стола, — мы ведь начнем искать Ли прямо сейчас?

Его ответ немного охладил ее пыл.

— Я тут подумал… — начал он, немного растягивая слова. — Мы ничего не добьемся, начав поиски вслепую. Агенты Фэрли сделали это до нас и не нашли никаких следов твоего брата, вообще никаких. Я думаю, есть только один способ отыскать его.

— Какой? — У Марты загорелись глаза.

— С тех пор, как я покинул Нью-Йорк, за мной постоянно следили.

Уэльс стал рассказывать ей про машины-невидимки, следовавшие за ним, про Лантермана и его безумных людей и про то, как ему удалось ускользнуть. В общем, обо всех своих злоключениях, закончившихся у дома Кендриков.

— Я думаю, сейчас похитителям уже известно о моем намерении найти Ли. Сначала они просто следили з мной, еще не понимая, зачем я приехал, но теперь… — Джей ненадолго замолчал, а затем продолжил: — Итак, «мои тени» должны знать, где сейчас Ли. Если бы я смог поймать одного из них и заставить его говорить…

Марта встрепенулась.

— Да, конечно! — сорвался с ее губ ликующий возглас, но затем ее волнение улеглось, и она продолжила: — Но ты сказал, что они, должно быть, потеряли твой след в Питтсбурге?

Уэльс кивнул и, посмотрев на девушку лукавым взглядом, ответил вопросом на вопрос:

— Но подумай, что они станут делать, когда убедятся, что меня нет с группой Лантермана в Питтсбурге, что я исчез? А? — И он сам же ответил: — Зная, что я изначально направлялся в Каслтаун, они приедут сюда. И я буду ждать их.

Лицо Марты стало серьезным.

— Что ты собираешься делать, Джей?

— Устроить им небольшую засаду прямо в центре города, — мрачно и уверенно сказал он. — А ты в этом доме будешь в полной безопасности, пока…

— Нет! — воскликнула девушка с такой страстью, что он даже немного попятился. — Я иду с тобой! Ты не знаешь, каково это — быть таким одиноким! И я не отпущу тебя одного!

Опомнившись, Джей начал было спорить, но ее молящие глаза сделали свое дело, и, в конце концов, он сдался.

Дальнейшее обсуждение они уже вели, как два заговорщика.

— У тебя есть оружие? — спросил Уэльс и уже после этого вспомнил, что один пистолет у Марты точно есть.

Она кивнула и достала из одного из кухонных ящиков древний пистолет.

— Я нашла его в соседнем доме. — Марта протянула ему оружие. — Искала там что-то для защиты. Я так боялась, что «Братство» придет сюда…

Уэльс посмотрел не нее с пониманием.

— Мы найдем тебе кое-что получше. — Он положил старое оружие к себе в карман. — А теперь послушай. Ты должна полностью положиться на меня и беспрекословно подчиняться. Мы должны стать единым целым. Помощи нам ждать неоткуда. И если что-то пойдет не так…

Кендрик кивнула.

Джей решительно поднялся и открыл заднюю дверь, показывая всем своим видом, что время действовать уже наступило. Взявшись за руки, они с Мартой вышли из старого дома, пересекли задний двор и направились в переулок.

В переулке Уэльс выпустил руку Марты и с пистолетом наготове выдвинулся немного вперед. На пересечении с Грант-стрит они остановились и огляделись. Улица казалась тихой, даже мертвой. И при этом перед ними открылся очень красивый вид — клены вдоль улицы будто тонули в угасающем солнечном свете, напоминая прежнюю, во многом, как оказалось сейчас, беззаботную жизнь. Не хватало только привычного вечернего городского шума.

Однако любоваться окрестностями было некогда. Уэльс и Марта быстро перебежали улицу, укрывшись в другом переулке и продолжили по нему свой путь, прижимаясь к зданиям. Их целью была небольшая Бриллиантовая площадь в центре города.

Уэльс снова испытал уже знакомое фантастическое чувство нереальности происходящего. Он помнил каждый фут этих кварталов. Сколько раз мальчишкой, купив газету, он шел домой, срезая путь по этой аллее… Тогда он и представить себе не мог, что когда-нибудь вернется сюда, но город уже будет безмолвным и пустым, ожидающим неминуемой катастрофы.

Наконец, они добрались до Бриллиантовой площади, в центре которой находился овальный участок травы со скамейками и памятником победителям в Гражданской войне. Вокруг площади располагались трехэтажные дома с огромными витринами некогда шикарных магазинов. «Держитесь правой стороны» — гласили большие дорожные знаки, установленные вокруг овальной площади, и теперь это смотрелось несуразно, так как мимо нее больше никто не ездил, да и не мог ездить.

Уэльс выглянул из-за угла дома, а потом взял Марту за запястье и поспешил вместе с ней через площадь. Лавка Даттона, витрины которой все еще были заставлены рыболовными снастями, куда спешили друзья, находилась с другой стороны. Раньше там можно было купить всякую всячину и ее называли скобяной. Когда Джей попробовал открыть ее входную дверь, она оказалась заперта. Он собрался было разбить зеркальное стекло, украшавшее эту дверь, но передумал. Это означало бы объявить о своем присутствии тем, кто отправился на его поиски. Напряженный и уже вспотевший, Уэльс увлек Марту в переулок за магазином. Задняя дверь лавки находилась рядом с маленькой погрузочной платформой и тоже была заперта. Тогда Джей перестал осторожничать и рукояткой пистолета разбил расположенное рядом окно.

Звон разбитого стекла прозвучал в безмолвном городе подобно грохоту лавины и эхом разнесся по округе. Уэльс выругался себе под нос и прислушался, не вызвало ли это какого-нибудь движения в обозримом пространстве. Но он не заметил ничего подозрительного, и вокруг опять воцарилась полная тишина. Он открыл окно, забрался в полутемное нутро магазина и помог влезть туда Марте.

— Почему сюда? — прошептала девушка.

— Любой, кто будет искать меня в Каслтауне, рано или поздно обязательно придет на эту площадь, — уверенно заявил ее спутник. — А значит, это самое лучшее место для наблюдения.

Однако у него была еще и другая причина.

Он двинулся вперед сквозь полумрак магазина, мимо связок топорищ и сваленных в кучи деревенских почтовых ящиков, ощущая сильный хозяйственный запах масла, кожи и краски. Он искал оружейную полку и, найдя её, обнаружил, что все винтовки и пистолеты исчезли, но на ней все еще стоит ряд дробовиков, стволы которых поблескивали в полумраке, как органные трубы. В потертых глубоких деревянных ящиках под полкой нашлись и патроны для них.

— Кажется, я припоминаю, вы с Ли охотились на фазанов? — обратился Уэльс к Марте.

Девушка кивнула и привычным движением взяла одно из помповых ружей.

— Только не используй его, пока я не дам сигнал, — сказал ее друг тоном большого начальника.

Вооружившись, они направились назад, к центральному входу в магазин, и расположились рядом с его витриной, откуда открывался хороший обзор всей площади.

Солнце садилось все ниже. Скульптура в центре площади отбрасывала все более длинную тень на пустые скамейки, где когда-то сплетничали старики Каслтауна. Вокруг было тихо и спокойно.

Поджидая в новом укрытии своих недругов, Уэльс думал, как был бы возмущен известный своим грубым нравом мистер Даттон тем, что они сделали, взломав то, что он тщательно запер со всех сторон. Да, это было так на него похоже — прежде чем покинуть магазин, все основательно запереть, даже если он сюда никогда не вернется.

Уэльс с тоской посмотрел на другой конец площади, на когда-то оживленное кафе «Би» и на мастерскую по ремонту обуви в старом кирпичном здании, и придвинулся в сгущающихся сумерках ближе к Марте. Девушка слегка пошевелилась и подтолкнула его локтем.

— Джей, — успела прошептать она ему в самое ухо прежде, чем он услышал жужжащий звук.

Даже здесь, внутри магазина, звук показался им неестественно громким и очень резким в окружающей тишине, будоражащим нервы. Они пригнулись и затаились. Длинная зеленая машина проехала по улице и обогнула Бриллиантовую площадь, а затем, взвизгнув тормозами, остановилась.

Стало очевидно: охотники приехали в Каслтаун.