13, 17, 26, 31, 49, 2, Э, С, В…

Что означают эти цифры и буквы?

Полдень. В офисе уголовного розыска полицейского участка округа T Е Сяо сидел на диване, поедая лапшу быстрого приготовления, и смотрел на белый лист бумаги, разложенный перед ним на стеклянном журнальном столике.

Эту бумагу им дала Кан Вэнь, сестра бывшего сотрудника уголовной полиции Кан Лэя, когда они посещали психиатрическую больницу. Девушка сообщила, что она может быть полезной в текущем расследовании.

Е Сяо долго смотрел на записку, но так и не смог понять ее смысла.

– Серийный убийца в тюрьме Наньшань называет себя номер Тринадцать. Если число относится к нему, то скрываются ли за каждым номером другие люди? Номер Тринадцать, Семнадцать, Двадцать Шесть, Тридцать Один, Сорок Девять и Два – всего шесть человек? – бормотал он себе под нос, поедая лапшу.

Аромат горячего блюда быстро наполнил комнату.

Су Му молча прислонился к окну и спокойно пил черный кофе, не высказывая никаких предположений. Он смотрел на оживленную улицу за окном, и оставалось тайной, о чем он думает.

Он был из тех, кто редко озвучивает свои мысли вслух, так что понять его было трудно. Однако Е Сяо к этому и не стремился, поскольку давно привык, что напарник относится к нему как к пустому месту. Он уже научился сохранять спокойствие в таких ситуациях.

Пожалуй, сейчас он даже был готов признать, что у «толстокожести» есть свои плюсы.

Подхватив палочками еще немного лапши, Е Сяо немного подумал и продолжил диалог с самим собой:

– Но что означают эти три буквы? Э, С, В…

Пока он бубнил себе под нос что-то невнятное, откуда-то раздался приглушенный голос. Неясно, говорил ли голос по-английски или пел какие-то заклинания, все равно звучало как тарабарщина.

Юноша вздрогнул и вскочил. Он огляделся и заглянул за диван.

– Мэй? Мэй?! Ты издеваешься? Когда ты пришла? Почему я тебя не видел?

Как только он закончил говорить, неопознанный объект, свернувшийся за диваном, медленно поднял голову, открыв слегка бледное женское лицо под длинными, густыми, прямыми черными волосами.

Мэй Мэй ухмыльнулась и невинно сказала:

– Я была здесь с самого начала.

– С самого начала? Чушь! Я не видел, чтобы кто-то открывал дверь!

– Хе-хе, я была здесь задолго до того, как ты вошел, ты просто не заметил. – Девушка слабо улыбнулась, зловеще хмыкнув.

Е Сяо бросил на нее недовольный взгляд.

– Ерунда, кто бы мог подумать, что за диваном сидит человек? Почему ты там прячешься? Неужели тебе больше заняться нечем после сытного обеда? Зачем пугать людей до смерти?

Мэй Мэй медленно встала, пригладила свои длинные волосы.

– Я отдыхаю здесь по полчаса каждый день в полдень, – заговорила она, таинственно улыбаясь. – Это вы нарушили мой сон.

Е Сяо скривился и бросил взгляд на Су Му, все еще стоявшего у окна с чашкой кофе.

– Ладно, ладно, – беспомощно сказал юноша. – Похоже, вы еще те чудаки, и не стоит судить вас с точки зрения нормальных людей.

Девушка поджала губы и как-то странно улыбнулась.

– Я так поняла, вы хотите узнать, что такое ESP?[5]

Е Сяо моргнул и подозрительно взглянул на нее.

– О? А ты знаешь?

– Экстрасверхъестественный феномен, – негромко произнесла Мэй Мэй по-английски.

– Сверх… Экстра… что? Как ты сказала? – в замешательстве повторил Е Сяо.

– Сверхъестественный феномен. – Она слабо улыбнулась. – Проще говоря, все явления, которые не могут быть объяснены наукой.

Услышав это, Е Сяо тут же нахмурился и выругался про себя: «Черт, опять она за свое!»

Как и ожидалось, Мэй Мэй проигнорировала хмурый взгляд парня и продолжила:

– Например, в 1985 году в лесном болоте Новой Гвинеи был обнаружен пассажирский самолет. Сорок восемь лет назад он совершал полет из Филиппин в Минданао, но внезапно исчез с радаров. Судно не подавало никаких сигналов тревоги или бедствия: просто исчезло без всякого предупреждения и было обнаружено только спустя почти полвека.

Самое интересное, что фюзеляж был таким же новым, как и в момент исчезновения. Следователи вошли в кабину, но с удивлением обнаружили, что она пуста. Не было ни останков пассажиров, ни следов кровавой расправы. Все осталось нетронутым, даже чашка кофе на столике была еще горячей, а его вкус ничуть не испортился. Сэндвичи тоже были свежими, и даже топливный бак и аккумуляторы самолета были почти полными. Однако газета, найденная в каюте, была датирована третьим воскресеньем января 1937 года.

Это загадочное явление до сих пор не разгадано людьми. Никто не знает, куда делись все пассажиры самолета и почему самолет остался совершенно новым. Загадка.

В этот момент Мэй Мэй остановилась, глубоко вздохнула и продолжила:

– Или, например…

– Стой! Стой, стой, стой! – Е Сяо поспешно остановил ее и затараторил: – Хватит примеров. Мэй, что ты хочешь сказать, рассказывая мне все это?

– Просто рассказываю, что это такое. – Девушка загадочно улыбнулась.

– Ладно, ладно, я уже все понял, пожалуйста, перестань, – отчаянно замахал руками Е Сяо, боясь, что если он сейчас не остановит Мэй Мэй, то она продолжит рассказывать о подобных небылицах следующие трое суток. Конечно, только небу известно, сколько правды в рассказанных ею историях, заслуживают ли они доверия или нет.

Беспомощно вздохнув, юноша продолжил есть лапшу, затем поднял взгляд на напарника.

– Эй, Рыбьи Глаза, не будь таким понурым. Скажи что-нибудь.

Су Му обернулся, бросив на него бесстрастный взгляд.

– Что ты хочешь, чтобы я сказал?

– Ну, что думаешь. Может у тебя есть какие-то мысли насчет цифр и букв на этом листе бумаги?

– Нет, – тут же ответил тот.

Е Сяо поджал губы. Он ничего не мог сделать, так что опустил голову и вернулся к лапше. Но, съев всего ничего, услышал, как Су Му спокойно добавил:

– Тем не менее вчера я проверил трех жертв серийного убийства.

– О? Тебя наконец-то заинтересовало это дело? – Е Сяо усмехнулся. – Ну так что? Что ты нашел?

Молодой человек выждал пару секунд, а потом начал:

– Во-первых, могу сказать, что целью был профессор кафедры психологии университета F. Однако его жена и дочь пришли не вовремя и застали убийцу. Тот запаниковал и был вынужден заставить свидетелей замолчать. Так и произошла эта трагедия.

Затем был Цзян Чжунмин, научный сотрудник биологической лаборатории на улице Юньлин на севере города. Он был дежурным в день убийства. График можно найти на доске объявлений у входа. За день до убийства мужчина сообщил полиции, что уже несколько дней за ним следит неизвестный. Доказательств у него не было, так что его заявление не приняли всерьез. Никто не думал, что на следующий день он будет уже мертв.

Третий случай и служащий государственного департамента, Ду Цзыфэн. В ночь инцидента он был один дома, спал, когда убийца ворвался в дом. Преступник зарезал его, а затем расчленил. Тело было разделено на части: голову, руки, ноги и туловище, а затем брошено в мусорные баки в четырех разных районах города. – Су Му взял паузу, а затем продолжил: – Согласно предыдущим отчетам, наш клиент – убийца-психопат с серьезными ментальными расстройствами. Он совершает преступления ради удовольствия и убивает без разбора, но…

– Но ты так не думаешь, да? – Е Сяо доел, с удовольствием облизнулся и сказал с улыбкой: – Ты полагаешь, что это организованное, целенаправленное и преднамеренное серийное убийство, причиной которому стало дело Цзян Чжунмина. Если преступник просто убивал людей ради развлечения, не было необходимости заранее выяснять местонахождение жертвы. Короче говоря, смерти Цао Госюаня, Цзян Чжунмина и Ду Цзыфэна были не случайными, а скорее неизбежными. Правильно говорю, детектив Су?

Тот бесстрастно посмотрел на него и ничего не сказал. Тогда юноша подмигнул ему и шутливо сказал:

– Ты смотри-ка, я прямо мысли твои читаю.

Напарник бросил на него хмурый взгляд, затем опустил голову и молча сделал глоток кофе.

Е Сяо встал, выбросил пустую миску из-под лапши в мусорное ведро, а затем пошел за стаканом воды. Мэй Мэй же незаметно свернулась за диваном и отдыхала.

Через некоторое время Е Сяо что-то понял и повернулся к Су Му.

– Ты что, выяснил связь между Цао Госюанем, Цзян Чжунмином и Ду Цзыфэном?

– Шесть лет назад все трое работали в одном научно-исследовательском институте, – размеренно ответил Су Му, продолжая цедить кофе.

– Научно-исследовательский институт? – Е Сяо нахмурился. – Это же важно, почему ты раньше не сказал?

Молодой человек неискренне улыбнулся:

– Разве ты не говорил, что читаешь мои мысли?

– Я… – Е Сяо потерянно замолк, уставившись на напарника.

Так в течение следующих нескольких дней они принялись собирать информацию об этом НИИ. Проверив, они выяснили, что этот институт, название которого даже выговорить невозможно, закрыли несколько лет назад. Немногочисленные сотрудники либо уехали за границу, либо исчезли. Единственная троица, которая все еще вела общественную жизнь, – Цао Госюань, Цзян Чжунмин и Ду Цзыфэн, – была убита. К сожалению, теперь вряд ли кто-то мог бы сказать, какие исследования проводились в то время в НИИ.

Наконец, после продолжительных поисков, детективы узнали от близкого друга Цзян Чжунмина, что заброшенный институт находится на окраине Северного округа, в отдаленном районе под названием Чжуша, но где именно – неизвестно.

Однако Е Сяо и Су Му все же решили отправиться туда и убедиться во всем лично. У них было предчувствие, что этот неизвестный таинственный научный институт может стать ключом к расследованию мотива номера Тринадцать.

В день поездки в Чжушу было очень жарко. Это был, пожалуй, самый жаркий день с начала весны: температура достигла двадцати девяти градусов по Цельсию. Палящее солнце над головой словно решило выжечь все на земле.

Говорят, что в городе S было только два времени года: зима и лето. Все потому, что весна и осень настолько коротки, что пролетают в мгновение ока.

Под обжигающим солнцем Е Сяо и Су Му несколько десятков раз обежали всю округу. Они расспрашивали продавцов в магазинах, владельцев магазинов одежды и фруктовых лотков, официантов в ресторанах и даже обычных прохожих, давно живущих в этом районе. Тем не менее никто не знал, чтобы где-то рядом был научно-исследовательский институт.

Впрочем, это было ожидаемо.

В полдень Е Сяо понял, что больше не в силах выносить эту жару, и затащил Су Му в придорожный ресторанчик, чтобы пообедать и отдохнуть. Только в этот раз их ждала не японская лапша, а ланьчжоуская[6].

Стоило ему зайти внутрь, как он сразу пожалел о своем решении.

В лапшичной не было кондиционера: лишь старый электрический вентилятор, который со скрипом мотал «головой», но был не в состоянии охладить воздух так, как хотел юноша. Он уже хотел развернуться и уйти, но Су Му уже сел и всем своим видом показывал, что в ближайшее время и с места не сдвинется. Хозяин заведения тепло их поприветствовал и с улыбкой вручил меню.

Е Сяо беспомощно сел напротив напарника.

Они заказали себе по миске говяжьего рамэна и стакану ледяной газировки, после чего владелец лапшичной, ухмыляясь, удалился.

Е Сяо подавленно грыз палочки для еды, взглянул на пустой зал и прошептал:

– Эй, тебе не кажется, что здесь как-то жарко?

Су Му оставил его вопрос без ответа, наблюдая за удаляющимся хозяином. Юноша вздохнул и оставил его в покое.

Вскоре на столе появились две миски дымящегося рамэна с говядиной и два стакана газировки.

Е Сяо первым делом одним глотком выпил большую часть содовой, затем подцепил палочками лапшу, намеренно поднял ее под вентилятор, чтобы остудить, а затем осторожно положил в рот и прожевал. Его глаза внезапно засияли.

– Ух ты, какой сюрприз, лапша здесь действительно вкусная! – Он взял еще тонкий кусок говядины и сунул его в рот. – О, мясо тоже вкусное, ароматное и нежное, но не жирное.

Неожиданное открытие заставило Е Сяо забыть о духоте. Он ел с аппетитом, обильно потея. На столе стояла бутылочка с карри, он взял ее, посыпал лапшу и попробовал.

– Эй, так еще лучше. Хочешь тоже?

Он протянул руку и собирался насыпать специй в порцию Су Му, но тот неожиданно шлепнул его по запястью.

– Сам ешь, мне не нужно.

Рука Е Сяо застыла в воздухе. Парень с удивлением посмотрел на напарника, но не потому, что тот отмахнулся от него, а потому… потому, что его кожа была холодной, словно ледышка. Казалось, все тепло из нее куда-то испарилось.

Как так? Даже если он заболел, температура тела не была бы такой низкой. У нормальных людей такого не бывает…

Несколько лет работы детективом и опыт взаимодействия с различными трупами подсказывал ему, что если человек пробыл на солнце несколько часов, а его тело все еще холодное, как лед, то, возможно, он мертв.

Е Сяо испугался возникшей ужасной мысли и быстро замотал головой, чтобы избавиться от нее.

– Что ты делаешь? – Су Му взглянул на баночку карри в его руке: приправа из нее сыпалась прямо на стол.

Юноша неловко улыбнулся.

– Н-ничего.

Сказав это, он быстро поставил карри обратно, опустил голову и торопливо принялся за лапшу. Не удержавшись, он все же украдкой взглянул на собеседника.

И обнаружил, что у того на лице не было ни капли пота.

Так странно. Сначала долгая прогулка под палящим солнцем, потом лапшичная без кондиционера, а теперь обжигающе горячий рамэн, и… он вообще не вспотел? У него что, пор нет?

Е Сяо в недоумении поднял голову и уставился прямо на него. Су Му ел, опустив глаза, но после долгого молчания сказал, не поднимая головы:

– Может, хватит на меня пялиться?

– А…

Су Му продолжил:

– Ты уже долго меня рассматриваешь. У меня на лице цветок распустился? Или я тебя чем-то заинтересовал?

Су Му говорил бесстрастно, не быстро и не медленно, отчего Е Сяо поперхнулся газировкой.

– Кх… кх… да ты… ты…

Он закашлялся и не успел договорить – владелец лапшичной принес тарелку с гарниром и радушно сказал:

– Комплимент от заведения: маринованные огурцы. Надеюсь, вам понравится.

Е Сяо посмотрел на тарелку с изумрудными огурцами и наконец перестал кашлять. Затем взял несколько салфеток, вытер рот и крикнул в спину удаляющемуся мужчине:

– Хозяин, пожалуйста, подождите минутку.

– Желаете чего-нибудь еще? – обернувшись, спросил тот.

Е Сяо махнул рукой.

– Нет. Хотел задать пару вопросов, если вы не против, – с этими словами он вытащил из кармана свое удостоверение и показал его.

Мужчина опешил. Он с опаской взглянул на Е Сяо, затем перевел взгляд на молча обедавшего Су Му.

– О, я не знал, что вы полицейские. Прошу прощения, если что-то было не так. Чем я могу вам помочь? – Он изобразил дружелюбную улыбку.

Е Сяо убрал удостоверение.

– О, ничего такого, не переживайте. Я просто хотел спросить, не знаете ли вы, где поблизости находится научно-исследовательский институт?

– Научный институт? – Лицо хозяина внезапно изменилось, в глазах промелькнуло удивление, а улыбка стала ироничной.

– О, господин офицер, вы же видите, какое тут захолустье. У нас приличной гостиницы нет, какой уж тут научно-исследовательский институт.

– Не вижу связи между гостиницей и НИИ, – нахмурился юноша.

– О, я просто привел аналогию. – Мужчина, которому было около сорока, широко улыбнулся. Подумав немного, он продолжил: – Честно говоря, я переехал сюда всего с год назад. Не знаю, что уж тут раньше было. Вам следует спросить местных старожилов, например… Да, например, владелицу продуктового по соседству. Она столько лет тут живет, может, что-то знает. Поговорите с ней.

В этот момент в ресторанчик вошел еще один посетитель. Хозяин воспользовался случаем и быстро отошел, с энтузиазмом приветствуя клиента.

– Кажется, мы нашли нужного человека, – понизил голос сказал Е Сяо, посмотрев на его широкую спину.

Су Му поднял брови и ничего не сказал, а юноша загадочно улыбнулся.

Он не говорил, что НИИ был здесь шесть лет назад, но хозяин заведения утверждал, что ничего не знает о прошлом этих мест. Это, по крайней мере, доказывает одно: мужчина знает, что институт теперь закрыт.

– Но… – Е Сяо с недоверием взглянул на Су Му и тихо спросил: – Ты ведь уже знал, что с владельцем что-то не так, поэтому и отказался уходить?

Су Му поднял глаза на старый электрический вентилятор рядом с собой. Е Сяо проследил за его взглядом и увидел подшипник, чересчур блестящий для изношенного вентилятора. Он выглядел неуместно на фоне других старых и грязных частей, словно его сняли с какой-то другой техники и установили вместо оригинального.

По мере того как лопасти крутились туда-сюда, подшипник становился все более заметным.

Е Сяо обратил внимание на линию размытых символов на детали. Выгравированные символы сильно стерлись, но после внимательного изучения он все же смог рассмотреть, что гласили маленькие символы: «Центр исследований ЭСВ».

ЭСВ?

Это же буквы с записки Кан Вэнь?

Необычайное открытие. Е Сяо изумленно открыл рот и перевел взгляд на Су Му.

Правду говорят, что после долгих поисков искомое находится безо всяких усилий!

Однако они также понимали, что хозяин лапшичной никогда не признается, поэтому пришлось рискнуть.

Спокойно доев лапшу и заплатив по счету, Е Сяо и Су Му не стали сразу уезжать. Вместо этого они спрятались в переулке напротив ресторанчика и, затаившись в темноте, наблюдали. В половине пятого хозяин заведения, переодевшись, наконец вышел.

Приближалось время ужина, но ему было не до клиентуры. Заперев лапшичную, он куда-то пошел.

Куда это он?

Если догадки Е Сяо и Су Му верны, он должен был отправиться в исследовательский институт, который они искали.

Причина проста: ему было что скрывать.

Он хотел проверить, удалось ли двум полицейским отыскать НИИ.

Хозяин шел торопливо, его невысокая и толстая фигура отбрасывала длинную и тонкую черную тень под ослепительно-золотистым заходящим солнцем. Он ни разу не остановился и только время от времени поглядывал по сторонам, словно боялся, что кто-то его заметит.

К счастью, Чжуша – уединенный район, где постоянное население составляло всего одну восьмую от численности города. К тому же он выбирал малоизвестные и труднопроходимые пути, поэтому ему почти никто не повстречался.

На всякий случай Е Сяо и Су Му держались поодаль, примерно в пятидесяти метрах.

Места им были незнакомы, и они не знали, какая дорога куда ведет, поэтому им оставалось только осторожно следовать за хозяином. Они шли около часа, пока не вошли в густой зеленый бамбуковый лес, поражавший размерами. С наступившей весной лес наполнился жизнью. Толстые и крепкие зеленые стебли поднимались из земли и устремлялись высоко в небо. Пышные листья превращали голубое небо в зеленое.

Подгоняемая ветерком, зашелестела бамбуковая листва.

Детективы не знали, но именно отсюда произошло название района: Чжуша[7].

Пейзаж был хорош, но, к сожалению, в данный момент у Е Сяо и Су Му не было настроения, чтобы оценить прекрасные виды. Владелец лапшичной спешил по извилистой лесной тропинке. Они несколько раз едва не упустили его, но не решались подойти слишком близко, опасаясь, что их могут раскрыть. Повернув несколько раз, мужчина скрылся из виду.

Вот так легко они его потеряли.

Е Сяо обеспокоенно огляделся и несколько раз прошелся взад-вперед, но нигде не смог найти толстой и невысокой фигуры хозяина.

– Чтоб его, сбежал… Что теперь делать? – Е Сяо беспомощно посмотрел на напарника.

– Вот черт. Мы в ловушке, – прошептал тот, замерев на месте. Тут же он схватил Е Сяо за воротник и сильно толкнул его вправо.

Е Сяо, застигнутый врасплох, потерял равновесие и рухнул спиной на землю. Он уже собирался встать и выругаться от злости, когда услышал свист – что-то пролетело мимо его щеки и застряло в грязи.

Оглянувшись, он ахнул.

Боже мой! Это острый бамбуковый нож!

– Блин! Издеваетесь? Бросаетесь ножами? – не веря, завопил юноша. Едва он успел подняться с земли и твердо встать на ноги, в лесу появилась большая группа людей: мужчины и женщины, молодые и старые, на первый взгляд их было не меньше двадцати или даже тридцати, и, судя по их одежде, все они были жителями Чжуша.

Они постепенно окружили двух чужаков. Мужчины были впереди, женщины – сзади. У каждого в руках было «оружие»: у кого-то лопатки, у некоторых – деревянные палки, у других – кухонные ножи. Лица у них были такие, словно они столкнулись с могущественным врагом.

– Небо, это что еще за представление?

Е Сяо смотрел на них в замешательстве, но вскоре понял, что уже встречал некоторых из этих людей: продавца фруктов, владельца лавки с баоцзы[8], владельца магазина одежды, официантку в закусочной и продавщицу в пекарне.

Всех этих людей они опрашивали сегодня, включая владельца лапшичной. Он стоял в первом ряду, настороженно глядя на Е Сяо. Выглядел он довольно и словно смеялся над их нелепой слежкой.

– Верните мне мою дочь! – сердито закричала вышедшая вперед женщина лет сорока.

Прежде чем Е Сяо успел понять, что она имела в виду, остальные один за другим поддержали ее:

– Да, верните мне сына!

– Верните мне внука!

– Верните мне брата!

– Отдайте наших детей!

Жители Чжуша горячились все сильнее, кричали все громче, размахивали «оружием» и шаг за шагом приближались к двум полицейским, как будто это они сделали что-то против воли неба и земли.

Озадаченный юноша беспомощно замахал руками.

– Эй, успокойтесь и говорите медленнее. Какой сын, дочь, внук, брат? Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Хм, не понимаешь? – Это усмехнулся владелец лапшичной. – Хватит притворяться. Разве вы не из той же группы, что и работники НИИ, люди тех лет?

– Какой группы? – удивленно уставился на него Е Сяо.

– Не притворяйся идиотом. Верните нам наших детей или получите по заслугам! – сердито крикнул один из мужчин.

– Да! Верните нам наших детей!

– Отдайте детей!

– Верните!

Жители деревни в негодовании размахивали своим «оружием», а некоторые даже в ярости бросили кирпичи, напугав Е Сяо. Тот ловко увернулся и спрятался за Су Му. Юноша бросил на него сердитый взгляд и выставил его обратно.

Тогда парню ничего не оставалось, кроме как смело шагнуть вперед под кирпичи и поднять руки в знак капитуляции, словно сдаваясь под гнетом гневных проклятий.

– Давайте все успокоимся? Мы понятия не имеем, в чем тут дело. Давайте… Ай!

Какой-то мальчишка выстрелил в Е Сяо из рогатки и попал ему в лоб. Детектив разозлился, посмотрел на ребенка и закричал:

– Блин, хотите верьте, хотите нет, но я подам на вас в суд за нападение на полицейского!

Под свирепым взглядом парня мальчик поджал губы и разрыдался от страха.

Начался настоящий балаган: смешались звуки плача, криков и ругательств. Обитавшие в лесу птицы испуганно разлетелись.

– Заткнитесь все! – Раздраженный Е Сяо перешел на крик.

Гневный вскрик сотряс землю, подобно грому, и все мгновенно замолчали, при этом продолжая злобно смотреть на детективов.

Мужчина глубоко вздохнул и серьезно посмотрел на жителей Чжуша.

– Надеюсь, теперь вы выслушаете меня до конца, – медленно начал он. – Прежде всего, мы не знаем, чем занимались люди в НИИ, но я клянусь, мы не имеем к ним никакого отношения. Мы приехали сегодня, чтобы расследовать деятельность этого института, так что, если вы готовы, можете рассказать нам все, что знаете.

Слова полицейского не разогнали сомнения на лицах жителей.

Одна из женщин недоверчиво переспросила:

– Вы правда не имеете отношения к институту?

– Да, никакого, клянусь.

– Тогда откуда вам известно, что он здесь был?

– Потому что…

Е Сяо перевел взгляд на Су Му. Тот стоял неподалеку, скрестив руки. После некоторых раздумий юноша решил сказать правду:

– Слышали ли вы о недавней серии убийств в городе S? Мы занимаемся этим делом. По нашим данным, некоторые из жертв работали в научно-исследовательском институте в Чжуша. Мы ничего не нашли ни о его деятельности, ни о местоположении, поэтому и приехали, чтобы провести тщательное расследование. Такое объяснение вас устраивает?

Жители деревни переглянулись, словно раздумывая, верить ли словам молодого полицейского.

После минуты молчания Е Сяо продолжил:

– Я сказал все, что хотел. А вы?

Собравшиеся опять переглянулись, и наконец один из них заговорил:

– Дядя Чжун, вам слово.

«Дядей Чжуном» оказался тот толстый владелец лапшичной. Он глубоко вздохнул.

– Хорошо, я расскажу. История такая: шесть лет назад группа неизвестных внезапно приехала в Чжуша и открыла таинственный научно-исследовательский институт. Никто не знал, для чего он, и никто никогда не видел его сотрудников. Однако на второй год после его постройки в деревне начали бесследно пропадать дети. Им было от десяти до восемнадцати лет, как мальчикам, так и девочкам. Всего пропало около двадцати детей.

Наша деревня настолько мала, что, даже если ребенок потеряется во время игры, мы поднимем каждого и найдем его. Но ни один из пропавших так и не вернулся, и до сих пор неизвестно, где они. Все в деревне уверены, что детей похитили люди из НИИ. Мы ходили туда, чтобы потребовать их обратно, но нам не дали войти. Мы вызвали полицию, но у нас не было доказательств причастности института к пропажам, так что дело заводить не стали. Многие родители от горя сошли с ума, но мы так и не смогли ничего сделать.

В этот момент в разговор вмешалась женщина и заплакала:

– Я просто хочу знать, где мой ребенок.

– Да, где наши дети? Мы хотим видеть их живыми или мертвыми! – раздался еще голос.

– Вообще, у меня тоже вопрос. – Е Сяо посмотрел на них. – Почему вы решили, что это НИИ похитил детей? Просто предположение?

– Я однажды собственными ушами слышал плач детей в институте! Это, должно быть, наши дети! – с уверенностью сказал владелец лапшичной.

– Вы слышали? – Е Сяо был ошеломлен.

– Теперь уже бессмысленно скрывать, – вздохнул мужчина. – Я, наверное, единственный человек в этой деревне, кто бывал в институте, потому что некоторое время работал там поваром.

– Вы имеете в виду, что вы были поваром в этом научно-исследовательском институте? – удивился Е Сяо.

– Да, это так, – кивнул дядя Чжун и продолжил: – Но при этом я все равно без понятия, что там творилось. Территория, по которой я мог свободно передвигаться, была ограничена, и мне завязывали глаза каждый раз, когда я уходил за продуктами. Насколько я помню, там было очень холодно, повсюду высокие стены. Больше похоже на тюрьму, чем на институт.

– Вы ежедневно отвечали за приготовление пищи там? – спросил Е Сяо.

– Да, я каждый день готовил на шестьдесят человек.

– Шестьдесят? Так много? – Детектив пораженно посмотрел на него. – Вы помните, кого там встречали? Может, видели этих троих? – он достал из кармана фотографии Цао Госюаня, Цзян Чжунмина и Ду Цзыфэна.

Мужчина горько улыбнулся и покачал головой.

– На каждом из них была одинаковая одежда: белый костюм, перчатки, шапки и маски, видны были только глаза. Их было не различить. Впрочем, среди остальных была одна женщина, причем молодая.

– Да? Вы знаете, кто эта женщина? Как ее зовут?

Мужчина прищурился и долго вспоминал, а затем, колеблясь, произнес:

– Кажется, я смутно слышал, как другие называли ее… доктор Сыту…

– Сыту?

– Да. Я запомнил, потому что фамилия двухслоговая, да еще и принадлежала женщине. Кроме того, был еще один мужчина, кажется, ее хороший знакомый. Он называл ее Фэйфэй.

– Фэйфэй? Сыту Фэйфэй? – Е Сяо нахмурился и бросил взгляд на Су Му. Тот оставался равнодушным, но после долгого молчания спросил:

– И что было дальше?

– Дальше… – Мужчина подумал и затем сказал: – Позже по неизвестной причине институт закрыли, всех исследователей распустили, а здание за одну ночь сровняли с землей.

– Как это?

– Институт разрушили так же быстро, как и построили. В конце концов ничего не осталось. Только одна или две детали какой-то неизвестной машины.

– А как же дети? Вы же говорили, что слышали их голоса?

– Не знаю, – покачал головой владелец лапшичной. – После того как институт снесли, мы разобрали руины, но ничего не нашли. Ни людей, ни тел.

– Исследователи забрали детей с собой?

Мужчина вздохнул, достал что-то из кармана брюк и протянул Е Сяо. Полицейский увидел листок бумаги, на котором был список. В нем были аккуратно выведены имена, каждое из которых пронумеровано – от одного до пятидесяти.

– Я украл этот список из института в свой последний рабочий день, подвергая себя большой опасности. Я подозреваю, что это имена кричавших детей, но… – он удрученно покачал головой, – но судя по именам, среди них нет пропавших из нашего района…

– Я обещаю, что помогу выяснить местонахождение ваших детей. А пока могу ли я оставить этот список себе?

– Хорошо, конечно, – согласились жители, переговорив между собой.

В этот момент Су Му внезапно получил экстренный вызов. Когда он положил трубку, напарник вопросительно посмотрел на него.

Тот негромко произнес:

– Это из тюрьмы Наньшань. Номер Тринадцать откусил ухо тюремному охраннику, который приносил ему еду.