Наверное, на следующий Новый Год, который я проведу в компании этих гребаных четырех стен, я загадаю счастье для Рейвен – она заслужила его как никто другой. Я загадаю своей подруге любовь. Загадаю, чтобы кто-то заполнил внутри нее ту пустоту, которую видим только мы с Крэем. Лично мне ничего не надо, а счастье брата я загадывала в прошлом году.

Поэтому, дорогой Санта, у тебя много работы. Не ленись.

Личный дневник Ксивер Зальцри, 2053 год, Круачейн

Часом ранее

– Профессор Торренс, у нас правда всё в порядке! – прокричала я уже не знаю в какой раз, ненавидя телефон в своей руке. – Да, мы в банке. Да, всё спокойно, я только что говорила с Ксивер. Вчера они поставили защитные барьеры, но сегодня поступали какие-то странные сигналы… Да, она уже обсуждает этот вопрос с Эрнандесом. В любом случае, можете за нас не переживать.

Как только он закричал в ответ, я поморщилась и отодвинула телефон от уха.

Мимо меня прошла пара солдат из отряда Феникса. Когда они услышали голос на том конце линии, на их лицах отразилось сочувствие.

Да, я тоже себе сочувствовала.

Не знаю, почему Торренс так любил болтать по телефону именно со мной. Похоже, он до сих пор видел в нас своих студентов, поэтому звонил каждый день, пока вместе с профессором Ламбертом объезжал академии соседних кластеров. А слушать его словесную тираду приходилось, черт возьми, мне.

На завтрашней конференции Кай собирался обсудить множество вопросов с представителями других стран. Триады существовали не только в Исландии, но в остальных кластерах они встречались локально. Пятьдесят пятый стал эпицентром Падения – следовательно, и домом для зараженных. Однако помимо политики Каю было важно образование, поэтому Торренс и Ламберт изучали их программы обучения и вносили корректировки, которые далее будут переданы департаменту образования Альтинга – новой структуре, введенной новым правителем.

– Зайчик мой, – запричитал Торренс, – вы хорошо кушаете? Я звонил Марлен, но эта дамочка даже слушать меня не желает! А ведь когда-то мы делили место не только в академии, но и в постели. Хочешь, расскажу тебе, как мы…

Пора пускать в ход запасной план.

Я сделала вид, что заикаюсь:

– Из-з-звините, связь плохая. Созв-в-вонимся позже. До свидания!

Прервав звонок, я облегченно выдохнула и повернула в жилое крыло, где располагался тренировочный зал и спальни.

Банк стал неким административным центром революции, а солдаты низших подразделений и простой народ были расселены по секторам.

– Рейвен!

Обернувшись, я увидела подбежавшего ко мне Майкла.

– Ну как ты, вчера ничего не случилось? Мне сломали ребра, поэтому Шейн заставила лежать в лазарете. – Майкл запустил ладонь в русые волосы. – Не представляю, как она так быстро перешла с одних игл на другие.

Я тихо засмеялась.

Мы познакомились с этим парнем на линии соприкосновения, он состоял в плеяде созидания и сражался в отряде Шнайдера.

– Ты ничего не пропустил, – ответила я. – На самом деле, вчера было довольно тихо, впервые за столько-то дней.

Его глаза прошлись по моему телу. Возможно, мне показалось, но они задержались на груди чуть дольше, чем следовало.

– Ты не пострадала?

Я покачала головой.

– Со мной всё в порядке.

– Завтра снова наша смена, – напомнил он, подмигнув мне. – Будешь защищать меня своими когтями?

Из меня вырвался смешок. Когда один из ремалийцев напал на Майкла, я спрыгнула на него с крыши и располосовала ему бок. Не смертельно, но ощутимо.

Мои клыки тут же вытянулись, и я схватила Майкла за руку, делая вид, что собираюсь укусить его.

– Может, это тебе придется защищаться от меня?

Как только слова сорвались с моих губ, где-то рядом послышался громкий треск, будто что-то бросили в стену. Мы с Майклом удивленно переглянулись, после чего посмотрели на вход в тренировочный зал.

Он задумчиво спросил:

– Ты же туда собиралась? Видимо, кто-то его уже занял.

– Туда… – Я нахмурилась. – Ладно, я, наверное, пойду. Как раз прослежу, чтобы никто не разбил себе голову.

Попрощавшись, я потуже затянула высокий хвост и вошла в зал. Двери за спиной со щелчком закрылись. Мое тело всё еще отходило от вчерашнего сражения, но я решила немного потренироваться, чтобы размять мышцы.

Однако как только достигла центра помещения, мое сердце зашлось в бешеном ритме. Казалось, мир уходит прямо из-под ног.

– Джулиан?

Тишина.

– Эй, что случилось?

Тишина.

Сорвавшись с места, я подбежала к тренировочному мату и перевернула Джулиана на спину. Дыхание перехватило, когда увидела его закрытые глаза и пепельный цвет лица.

Вот откуда был этот звук.

Господи, он потерял сознание!

– Эй, кто-нибудь! – закричала я. – Помогите!

Мои губы задрожали, а грудь сдавило от подступающей паники. Я несколько раз встряхнула Джулиана за плечи, но он никак не реагировал. Не двигался. Не дышал.

Боже, только не это.

Я достала из кармана телефон, чтобы позвонить кому-нибудь, однако руки слишком сильно тряслись. Из меня вырвался всхлип, когда я отбросила его в сторону и побежала к выходу из зала.

Заперта. Дверь была заперта.

– Нет, нет, нет!

Я забила кулаками по металлу. В голову начали проникать самые жуткие, страшные, отвратительные мысли, из-за которых на мои глаза навернулись слезы.

– Помогите! Джулиану п-плохо! Пожалуйста, помогите!

Он не мог оставить меня. Только не сейчас.

Только не тогда, когда я начала принимать свои чувства.

– Рейвен…

Резко развернувшись, я снова услышала тихий-тихий хрип:

– Детка, это ты?..

Из глаз моментально полились жгучие слезы. Споткнувшись, я подбежала к нему и упала на колени. Джулиан едва заметно дышал, его ресницы трепали так, будто он боролся за каждый сделанный вдох.

Мои ладони обхватили его щеки, и я всхлипнула:

– Ты меня слышишь? Эй, посмотри на меня. Пожалуйста, Джулиан, посмотри на меня. Не уходи, н-не бросай меня…

Когда его глаза закрылись, внутри меня словно что-то сломалось. Я закричала и вновь начала трясти его, но ничего – абсолютно ничего. Мне никогда, действительно никогда не было так страшно, как в эту секунду. Я ни разу в жизни не боялась потерять кого-то так сильно, как его.

Не зная, что еще делать, я наклонилась и прижалась дрожащими губами к его губам.

Мои слезы заскользили по щекам Джулиана. Сильнее обхватив его лицо, я вложила в поцелуй всю силу, словно могла воскресить его. Разбудить. Сделать что угодно, чтобы он посмотрел на меня своими тепло-карими глазами и ухмыльнулся.

А затем…

Его губы дрогнули.

Он скользнул языком в мой рот, а его ладони легли на мои бедра. Ахнув от неожиданности, я распахнула глаза и увидела это – недобрый блеск, сверкающий в радужках с золотистыми крапинками.

Что?

Меня перевернули на спину так резко, что я даже не успела отреагировать.

– М-м-м, я бы отдал всё, чтобы еще хоть раз увидеть, как ты волнуешься за меня, – пробормотал он, покрывая поцелуями мою шею. – Чертовски сексуально. Ты так боялась потерять меня, котенок?

Я несколько раз моргнула.

Ему лучше? Или…

Это была шутка?

Джулиан приподнялся и посмотрел на меня с наглой усмешкой на губах, которую я так мечтала увидеть еще пару секунд назад. Мое сердце продолжало громко биться в груди. Я перевела помутневший взгляд на его волосы, выглядывающие из-под банданы. На легкую щетину и здоровый цвет лица, который в моменте показался мне каким-то не таким.

Он пошутил.

Он просто пошутил.

Джулиан нахмурился.

– Детка, ты в порядке?

Из меня вырвался первый всхлип, слабый и едва слышный. Затем еще один. И еще. Через секунду я уже рыдала во весь голос, прижимая ладони к лицу.

– Господи, Рейвен, прости меня. Эй-эй, малышка, посмотри на меня…

Я покачала головой и сильнее заплакала от звука его голоса.

Приняв сидячее положение, Джулиан потянул меня на себя.

– Ты просто полный придурок! – прокричала я, отмахнувшись от него. – Как можно так шутить? Я думала, ты умираешь. Это… ты… Ты захотел поиграться, но это, черт возьми, несмешно. Мои чувства к тебе – это несмешно!

Уткнувшись лицом в ладони, я вновь поддалась слезам.

Боже, я никогда не была так напугана, как в ту секунду, когда увидела его без сознания. Впервые за время нашего знакомства ко мне пришла мысль, что я могла потерять его, даже если он мне не принадлежал.

Образ Джулиана, уязвимого и беззащитного, так сильно ударил по мне, что я даже не могла глотнуть воздух, не подавившись слезами. Он затронул какие-то потаенные струны моей души, о существовании которых я и не предполагала.

Джулиан схватил меня в охапку и притянул к себе между ног.

– Отпусти меня!

– Я идиот. Я самый идиотский идиот из всех идиотских идиотов в этом мире. Пожалуйста, извини меня. – Он прижался губами к моей щеке и начал сцеловывать слезы. – Мне очень жаль. Я не думал, что ты так отреагируешь.

Вопреки злости, я уткнулась носом в его шею и фыркнула:

– А как я еще могла отреагировать? Ты едва дышал, лежал с закрытыми глазами, как будто… умирал. Клянусь, я либо придушу тебя, либо добавлю в черный список. Ненавижу! – Я икнула. – Скажи, что больше не будешь так делать.

Он погладил меня по волосам и поцеловал висок.

– Я больше не буду так делать.

– Скажи, что ты дурак.

– Я дурак.

Подняв голову, я снова увидела его довольную улыбку.

– Какой лжец!

Засмеявшись, он перевернул меня на спину и продолжил осыпать поцелуями лицо. Мокрые щеки, покрасневший нос, нахмуренный лоб. Я плавилась от его прикосновений, словно масло на сковородке. Любая борьба и обида испарялись, когда он смотрел на меня таким взглядом – будто ничего другого вокруг не существовало.

Так ли это?

– Я услышал, как ты разговариваешь с Майлзом, и немного вышел из себя.

– Его зовут Майкл, – хихикнула я.

Губы Джулиана переместились к шее, заставив меня выгнуться от наслаждения, затем снова поднялись к линии челюсти. Он играл с моим телом так, будто я была музыкальным инструментом.

– Плевать. Никто не может прикасаться к тому, что принадлежит мне, – прошептал он мне на ухо. – А эта сладкая задница – моя.

Затем, сжав мою шею, Джулиан впился в мои губы жарким поцелуем.

Из меня вырвался низкий стон. Оставив одну руку на шее, он заскользил второй по моим ребрам, проник под ткань футболки, погладил чувствительное место под грудью. Джулиан целовал меня с присущей ему грубостью, но в то же время так нежно, будто я была хрустальной.

Я сжала бедра от предвкушения, вырвав из него рычание, когда случайно коснулась его возбуждения.

– Нас может кто-то увидеть… – выдохнула я, проведя ногтями по его крепкой груди. Мне сразу вспомнился наш первый поцелуй в штаб-квартире, когда я сказала то же самое. – Нужно остановиться…

Джулиан прикусил и слегка оттянул мою нижнюю губу, после чего провел по ней языком, словно пытаясь успокоить. Господи, каждый его поцелуй доводил меня до сумасшествия.

– Я запер дверь.

Мои ногти сменились когтями.

– Так это ты, подлец.

Он тихо рассмеялся, встретившись со мной взглядом.

Мы тяжело дышали и смотрели друг другу в глаза, пока вокруг нас искрилось напряжение. Я чувствовала его в каждой клеточке своего тела. В голосе Джулиана, что был наполнен диким, первобытным желанием. В восхитительном жаре, растекающемся внизу моего живота.

– Ты такая красивая.

Черт, не говори этого. Я и так по уши в тебя влюбилась.

Опустившись на предплечья, Джулиан стянул с моих волос резинку. Его мозолистые пальцы нежно пробежались по волнистым локонам, и он заправил выбившуюся прядь мне за ухо.

– Такие шелковистые и мягкие, – прошептал он, проведя носом по линии моей челюсти, затем мягко прикусил ее. – И твой запах. Клянусь, я бы вдыхал его до конца своих дней…

Всё, конец. Нужно было убегать от Джулиана еще тогда, когда он поймал меня в академии. Сейчас – уже поздно.

Голова пошла кругом, когда он подцепил ткань моей футболки и потянул ее вверх. Затем бросил на меня вопросительный взгляд, словно я могла сомневаться. Однако я даже не раздумывала – просто кивнула.

Мне хотелось этого. Хотелось зайти дальше поцелуев. Я устала ждать и притворяться, будто еще не время и не место. Он был нужен мне прямо здесь и сейчас.

Как только теплые губы коснулись моего живота, из меня вырвался шумный выдох. Джулиан проложил линию поцелуев к моей груди и, на секунду оторвавшись, покачал головой.

– Чем я заслужил тебя?

Я бы не смогла описать то ощущение, которое охватило меня, когда он сжал между губами сосок. Все чувства разом обострились. Я запустила пальцы в его волосы, пытаясь не метаться из стороны в сторону от наслаждения. Восторга. Благодарности за то, с каким трепетом он исследовал мое тело.

Его ладони скользили по моим ребрам, бедрам, ключицам. Джулиан целовал и разминал сначала одну грудь, затем переместился к другой. Из меня вырвался вскрик, когда он прикусил зубами сосок и слегка оттянул его.

– Джулиан!..

Моя рука метнулась ко рту.

– Я хочу слышать тебя. – Он поднял на меня горящий взгляд и, переплетя наши пальцы, опустил их к кромке моих леггинсов. Затем начал медленно стягивать одежду вниз. – Скажи, если захочешь остановиться.

Я слишком энергично кивнула.

– Д-да, хорошо.

Конечно, останавливаться я не собиралась.

Вместо этого, поднявшись на локтях, с замиранием сердца наблюдала за тем, как его глаза блуждают по каждому открывающемуся участку кожи. Он облизнул губы, когда его голова оказалась напротив моего самого интимного места, скрытого нижним бельем.

Как только моя футболка присоединилась к штанам, Джулиан вдруг приподнялся, заставив меня по инерции потянуться за ним.

– Что такое? Я сделала что-то не так? – залепетала я, и меня тут же охватило смущение. Может, я была слишком нетерпелива? Но мне никогда не хотелось никого так сильно, как Джулиана.

Его глаза вспыхнули.

– Детка, ты сделала что-то настолько не так, что мой член сейчас порвет эту гребаную одежду.

Я опустила взгляд к его паху и неосознанно закусила краешек рта. Сквозь спортивные шорты проступали черты его твердого… естества. Мой язык неосознанно заскользил по нижней губе.

Джулиан зарычал. Он мгновенно сбросил с себя футболку и развязал бандану, встряхнув волосами. Мои глаза удивленно распахнулись, когда его рука потянулась к моему лицу.

– Стой. Что ты делаешь?

Он начал завязывать мне глаза.

– Доверься мне.

– Я… я боюсь темноты, – выпалила я, дернувшись назад. – Я всегда сплю со светом, потому что… вспоминаю Круачейн. Прости.

Он обхватил мой подбородок двумя пальцами и заглянул в глаза. Сердце затрепетало, когда я увидела в его взгляде понимание и что-то еще – что-то настолько глубокое, от чего мне захотелось упасть ему в ноги, умоляя никогда не отпускать меня.

– Для начала перестань извиняться передо мной за то, какая ты есть, – прохрипел Джулиан. – Ты доверяешь мне?

– Да.

– Я буду рядом, прямо здесь. Никакая темнота не заберет тебя у меня, Рейвен. – Он наклонился и легко поцеловал меня. – Верь мне и просто получай удовольствие.

Тяжело сглотнув, я прошептала:

– Хорошо.

Он завязал вокруг моих глаз бандану, и когда меня настигла темнота, я мелко задрожала. Перед внутренним взором сразу же всплыли воспоминания из психбольницы. Несмотря на то, что Круачейн не так сильно отразился на мне, как на Ксивер и Крэйтоне, я не могла так просто забыть те времена – те голые стены, тот кусок заплесневевшего хлеба, то одиночество, из которого я не могла найти выход триста сорок один день.

– Я здесь, солнце, – проник в мысли голос Джулиана, и он ласково погладил меня по щеке. – Слышишь меня?

Облизнув сухие губы, я выдавила:

– Слышу.

– Чувствуешь меня?

Я слабо кивнула.

Когда его язык скользнул по моему животу, это ощущалось в разы ярче, чем до этого. Я дернулась и выгнула спину, напрочь забыв о страхе. Тело было словно оголенный провод: тронь – и оно вспыхнет. Я чувствовала запах Джулиана и его прикосновения так, будто мое мироощущение выкрутили на максимум.

Его влажные губы двинулись вниз по моему животу и остановились у кромки нижнего белья.

– Разведи для меня бедра, Рейвен.

От этого командного голоса я была готова сделать всё что угодно. Однако когда его язык лизнул меня сквозь ткань трусиков, я забыла о его просьбе и снова сжала бедра от яркой вспышки наслаждения.

О. Господи. Боже. Мой.

Я в раю?

– Детка, ты меня задушишь, – сдавленно произнес Джулиан. – Я, конечно, не против умереть между твоих ног, но тогда не смогу отлизать тебе.

– Прости, – пискнула я, запустив пальцы в его распущенные волосы. – Можешь сделать так еще раз, пожалуйста? Это… приятно.

Клянусь, на его лице появилась эта дьявольская усмешка.

– Я буду делать не только это.

Ни один парень не занимался со мной чем-то подобным, поэтому я чувствовала себя так, словно впервые в жизни попробовала сахарную вату. Или попкорн. Да, попкорн – самое то. Всю сознательную жизнь я была уверена, что безответно влюблена в своего лучшего друга, но теперь, когда отчетливо понимала, что значит быть влюбленным, это чувствовалось… освобождающе.

Правильно. До ужаса приятно.

Джулиан с такой же осторожностью, как и прежде, стянул по моим ногам нижнее белье. Я немного стушевалась, представив, что он видит всё. Хоть в тренировочном зале работала только часть освещения, я никогда не представала перед мужчиной настолько обнаженной.

– Блядь, – послышался хриплый вздох. – Я не могу сдерживаться. Прости, детка.

А затем Джулиан сорвался.

Его язык погрузился в меня с такой интенсивностью, с такой яростью, что я вскрикнула и выпустила клыки, порвав себе губу. Это ощущение не сравнилось бы ни с чем. Он обвел языком чувствительную точку, втянул ее между губами, заставив меня захныкать. То, что я не видела его, приносило еще больше удовольствия, однако я бы так хотела заглянуть сейчас в его глаза.

Что он чувствовал? Ему нравилось?

Мне – очень.

– Господи, Рейвен, ты на вкус как мед, – прохрипел он, шире разводя мои бедра плечами. – Ничего лучше не пробовал.

Он вновь опустил голову, а я неосознанно зажала ее между ног, чем вызвала у него ворчание. Очень сексуальное ворчание, от которого по коже заскользила влага. Ради всего святого, неприлично быть настолько мокрой для мужчины.

– Джулиан… Пожалуйста…

– М? – промурчал он. – Что пожалуйста?

– Пожалуйста, заставь меня… – Я зажмурилась под тканью банданы, когда он медленно ввел в меня палец. – Заставь меня…

– Заставить тебя что? – надавил он.

– Заставь меня кончить!

Из него вырвался довольный звук. Он пожирал и пожирал меня, пока я билась в его твердых мускулистых руках. Жар внизу живота разрастался с каждым взмахом языка, а когда он увеличил темп, я распалась

на сотни

сотни

сотни

осколков.

Мои ноги еще дрожали, когда Джулиан поднялся и начал осыпать поцелуями мою грудь, продолжая мягко вводить и выводить из меня палец. Он был везде. Слишком много. Его поцелуи, его запах, его глубокие стоны, говорящие о том, что он получает удовольствие, просто лаская меня.

– У тебя здесь кровь, – прохрипел, проведя языком по моей губе. – Дикая кошечка.

Просто убейте меня. Убейте меня, иначе я сама умру от желания.

Он медленно снял с моих глаз бандану.

Опустившись с волны оргазма, я несколько раз моргнула, чтобы привыкнуть к свету. Джулиан нависал надо мной, улыбаясь, как объевшийся сметаной кот.

Без каких-либо сомнений я потянула руку к его шортам. На секунду меня охватило беспокойство из-за неопытности, но я быстро отбросила его и проникла пальцами под ткань боксеров.

Это Джулиан. Он не причинит мне боль.

Никогда.

Он зашипел сквозь стиснутые зубы, когда мои пальцы обхватили его длину. Ох, вау. Это… много. И мягко. И непротивно, как я раньше думала.

– Ты хочешь, чтобы твой первый раз прошел в тренировочном зале? – Джулиан прижался своим лбом к моему и тяжело выдохнул мне в губы. – Я думал, мы ждем розы и шампанское.

Я захватила его в коротком чувственном поцелуе и провела ладонью снизу вверх. Джулиан проглотил стон, когда тишину тренировочного зала нарушил мой уверенный ответ:

– Мне не нужно ничего, кроме тебя.

Он долго вглядывался в мои глаза, пока я пыталась восстановить дыхание, мягко поглаживая его.

– Ты не знаешь, на что подписываешься. – Его голос понизился на несколько тонов, послав электрический разряд прямо между бедер. – Я был мягок к тебе и не торопил, но сейчас едва сдерживаюсь, чтобы не прижать тебя лицом к мату и не трахнуть сзади. Я всё еще зол на то, что ты прикоснулась к тому девственнику Майлзу и показал ему свои клыки. Клыки, которые он теперь будет представлять, блядь, во снах.

Я распахнула от удивления рот. Он так сильно ревновал меня?

Джулиан приблизил свое лицо к моему. Наши губы разделяли считанные дюймы.

– Только я могу чувствовать их на себе, – мрачно прошептал он, и я неосознанно провела языком по клыкам. – Черт, это слишком для меня.

Джулиан повторил мое движение, вырвав из меня рваный стон. И тогда я поняла, чего он хочет. Мой клыки слегка сжали его нижнюю губу, а когда по его подбородку потекла струйка крови, он толкнулся в мою руку и прорычал:

– К черту розы.

– К черту розы, – выдохнула я.

Пока наши губы сливались в жарком поцелуе, Джулиан быстро избавился от одежды и предстал передо мной совершенно обнаженным. Встав на колени, он схватил меня за бедра и подтянул ближе, а я не могла оторвать взгляда от его тела.

Он был великолепен. Каждый изгиб – словно оружие для убийства. Натренированные стальные мышцы, широкие плечи, витиеватые татуировки на груди, уходящие к…

Я покраснела. Черт, я не краснела всё это время, а сейчас покраснела.

– Там?

– Называй вещи своими именами, детка. Это член. – Его глаза весело сверкнули. – Нравится?

«Собственность Эскарра».

Он набил татуировку на своем паху.

Татуировку, посвященную мне!

– Ты ненормальный. Ты сумасшедший. Ты…

Опустившись на меня, он прошептал:

– Я – твой. А ты – моя.

У меня перехватило дыхание, когда он начал медленно проникать в меня. Жжение распространилось между ног, и я скривила губы от легкой боли, но не могла перестать смотреть на место, где мы медленно соединялись.

Глаза Джулиана маниакально прослеживали, как он входит в меня. Я снова ахнула, когда он скользнул чуть глубже.

– Дыши. – Его голос ласкал меня, словно порыв прибрежного ветра. – Дыши для меня, Рейвен.

Это оказалось не так больно, как я ожидала. Да, сначала было немного неприятно, но Джулиан обращался со мной так, словно я в любой момент могла испариться. Я знала, что его контроль висит на волоске, но в первую очередь он думал обо мне. О том, чтобы приятно было мне.

– Это всё? – пискнула я. – Ты полностью… там?

Он улыбнулся мне в губы.

– Нет.

Джулиан толкнулся сильнее, заставив меня застонать. Боль медленно сменялась наслаждением и жжением, но уже другим – более знойным и нетерпеливым.

– Ты так чертовски хорошо ощущаешься, – прохрипел он, опустив голову на мое плечо.

Со следующим толчком я вонзила ногти в его спину и услышала сдавленный звук. Только потом, увидев его темный взгляд, поняла, что от возбуждения порвала его кожу когтями.

Через некоторое время боль полностью отступила, сменившись ярким удовольствием. Джулиан начал двигаться увереннее. С губ слетали постанывания каждый раз, когда он проникал, отступал, затем вновь проникал в меня. Его рот скользил по моей влажной шее, пока ладонь сжимала грудь, крутя между пальцами сосок.

– Сильнее… – протянула я, откидывая голову назад. – Джулиан…

– Если ты еще раз простонешь так мое имя, мы закончим раньше времени, – выдохнул он, после чего резко поменял нас местами. От неожиданности я потеряла равновесие и уперлась руками в его грудь. – А теперь поскачи на мне.

Закусив от неловкости губу, я почувствовала румянец на щеках.

Затем вскрикнула, когда он шлепнул меня по ягодице.

– Не стесняйся меня, – прорычал он. – Скачи на моем члене так, будто ничего другого не существует. Сделай хоть раз в жизни что-то приятное для себя, а не для других.

И я сделала. Черт, как я это сделала.

Глаза Джулиана не отрывались от меня ни на секунду. Он тяжело дышал и прикусывал уголок губы, пока я двигалась на нем всё увереннее. Я полностью отдалась ему – нам – и отбросила любые приличия. Мои глаза закатывались к затылку, когти скребли по его груди, клыки впивались в нижнюю губу. Я по наитию выписывала на нем восьмерки, плавно двигая бедрами.

Так приятно.

Джулиан приподнялся и сжал мои волосы. Его губы вновь нашли мои. Я специально провела по ним клыками, зная, как ему это нравится. Из него вырвалось проклятие, на которое я могла лишь самодовольно улыбнуться.

– А теперь кончи для меня.

И я снова послушалась.

Мои ноги задрожали, когда наслаждение пронзило тело, словно молния. Я впилась клыками в плечо Джулиана и вскрикнула, а он издал рычание, отдаваясь оргазму вместе со мной.

В эту секунду мы были единым целым. Как части одного пазла, нашедшие друг друга после стольких годов поиска.

Упав на его грудь, я пробормотала:

– Когда мы сможем повторить?

Он засмеялся, и этот звук проник прямо в мое сердце.

Я видела, что вскружила ему голову. Клянусь, никогда не чувствовала за себя такую гордость. Моя самооценка росла с этим мужчиной не по дням, а по часам.

– Прости, но собственность Эскарра должна прийти в себя. Она никогда не чувствовала себя настолько уставшей.

Я хихикнула.

– Скажи, я классная, да?

– Это слово и на пять процентов не описывает того, настолько я лю… – Он откашлялся, и в моей груди что-то болезненно сжалось. – Насколько ты прекрасна и насколько мы подходим друг другу.

Я подняла голову и посмотрела в его прикрытые от удовольствия глаза.

Что он хотел сказать? Неужели…

Вдруг в дверь кто-то заколотил.

Я подорвалась с места и запуталась в ногах Джулиана, чуть не свалившись на пол. Вот черт! Совершенно забыла, что мы в жилом крыле. Точнее, в тренировочном зале, куда в любую минуту может ворваться кто угодно, и даже закрытая дверь не станет помехой.

– Джулиан, ты тут? – прокричал Зейден.

Мы переглянулись, когда уловили в его словах напряжение.

Даже не напряжение.

Панику.

– Что случилось? – ответил Джулиан, уже помогая мне одеться.

И тогда розовый пузырь, в котором я находилась, окончательно лопнул.

– На нас напали.