– Все еще развлекаешься? – прервал мои терзания предательский голос.

Адам стоял в дверях.

– О, до нас снизошел главный ебарь этого дома, – засмеялась я и поднялась, наконец, с пола.

– Ты злишься? – удивился он.

– Да ты что? Никогда! – изобразила я поэтическое изумление.

– Да ну?

Я состроила изумленный взгляд.

– А что? Нельзя? Или хочешь сказать, что это не соответствует такой утонченной душе? – уже выпалила я и с трудом преодолела преграду в виде его сильного тела, расположившегося прямо на входе.

Я почти бегом направилась обратно в комнату, делая вид, что его не существует. Слышала, как он молча следовал за мной, но не придавала уже этому какого-то вдохновенного значения. Чуть ли не с ноги открыла дверь своей опочивальни и хотела было громко захлопнуть ее, однако мне этого не удалось. Рука Адама поймала ее прямо перед встречей с косяком.

– Что тебе надо?

– Мне интересно, – он приоткрыл дверь и всей своей массой вдавил меня вглубь комнаты. После чего аккуратно, а не как я планировала, закрыл дверь.

Стало темно. Наши фигуры и очертания комнаты были едва различимы. Лишь легкий лунный свет проникал в помещение. Через несколько мгновений его лицо уже проявилось. Я старалась не поддаваться эмоциям.

– Ну и что тебе интересно? Дружок! О, или ты подумал, что я тебе тут фрик-шоу устрою… – язвила я.

– Я пока не решил, что именно, – засмеялся он.

– Выйди, – я грозно указала ему на дверь. – Там есть навалом чего поинтереснее.

Он не шелохнулся, лишь его глаза пробежались по мне.

– Не понимаю, чего ты так злишься?

– Ты серьезно? Не понимаешь? Ты что, реально считаешь, что этот ублюдок прав? Ты это мне пришел сказать? Или, может, что-то доба-вить? Меня обидели, меня унизили публично! И что? И вы все были на его стороне, похоже. Вам всем было плевать. Вы остались с ним!

– Так же как я вчера остался с тобой, – тихо сказал он.

– Что ты имеешь в виду?

– Разве ты не сделала того же вчера? Что сделали сегодня с тобой? – его тон был отвратительно спокойным. – Разве это не тоже самое? Вы нашли публику, выждали момент, нащупали слабое звено, – он приближался ко мне все ближе, – и ударили побольнее.

Несколько секунд я стояла и наблюдала за ним. Ярость меня переполняла, но эта игра захватывала. Я понимала, что он говорил о Дарине. О том, как я вчера обошлась с ней. О том, как злорадствовала, когда мне удалось, наконец, выплеснуть всю ту злость, что копилась внутри.

– Пошел ты! Раз пришел меня этим поставить на место, поздрав-ляю, ты сделал это! Роль праведника сыграна успешно! А теперь вали! – снова указала я на дверь. Но уже больше провожающим жестом.

– Ну что ж! Тогда я хотел бы забрать свою одежду.

Он подошел ко мне максимально близко, так, что мое сердце заколотилось. Попытался приблизиться еще, но я отошла в сторону.

– Так что там по моей одежде? – повернулся он ко мне уже с холодом в глазах.

Меня охватила такая обида от того, как сильно я хотела его, и как сильно он этим пользовался. Я лишь одна из тех многих, с которыми он проделывал все то же самое. Те же взгляды, игры, прикосновения. Это еще больше разжигало во мне пламя ярости! Я уже не могла сдерживаться.

– Серьезно? Ты этого хочешь? – я сняла наконец пальто и швырнула его в сторону.

– А чего мне еще от тебя может быть нужно? – спросил он.

– Ах, ну да!

Я сильно толкнула его в грудь. Но он не шелохнулся. Хотела было направиться к двери, но Адам схватил меня за руку и придавил к стене.

– Ты же сама тогда пришла ко мне, не так ли? – ухмыльнулся он. – Я тебе разве что-то обещал? Ты этого хотела сама. Это твое решение.

– Ты тут трахаешь всякого, кто тебя захочет? – выпалила я ему прямо в лицо, попытавшись освободиться, но сила, с которой он вжимал меня в стену, была непреодолима.

Его рука скользнула вниз. Я почувствовала через толстую ткань, как его пальцы сильно прижались ко мне. Невольно издала едва слышимый стон. Я еще больше разозлилась на него. Или даже на себя. Я поддавалась ему, мне это претило, но попытки вырваться становились все слабее. Понимала, что именно ему нравится. Знала, потому что, хоть и гнобила себя за эти мысли, но чувствовала то же самое. Он наслаждался осознанием того, что эта ткань, которая еще с утра прикасалась к нему, теперь прикасается и к моему голому телу, впитывая в себя весь мой стыд и желание.

– Пока так сильно желала меня только ты, – низко сказал он.

– А я тебе не верю, – выдавила из себя я.

– Ты ни во что не веришь? – засмеялся он и прикусил меня за мочку уха.

Второй рукой он устремился к моей шее. Аккуратно начал сжимать горло до того самого предела возбуждения. Медленно проводил большим пальцем по моему подбородку. Я попыталась освободиться, но он сжал еще сильнее, отчего из меня снова вырвался тихий стон.

– Ее крики, – продолжил Адам, – такие громкие, – шептал он.

– Значит не отрицаешь! – выпалила я.

– Я ненавижу их крики.

Ком снова подступил к горлу. Дыхание начало прерываться. Побежала дрожь. Он выводил меня из себя. Я вырывалась изо всех сил или делала лишь вид? Попыталась ударить его коленом. Меня переполняли самые гнилые чувства.

– Разве я позволил бы ей это?

У меня перед глазами побежала картинка нашего с Адамом вечера. Каждый раз, как его рука закрывала мне рот. Значило ли это, что он не хотел, чтобы кто-то слышал? Именно со мной. Или его возбуждало то, что ему приходилось меня сдерживать?

Он снова прижал ладонь к моим губам.

– Говорят, в ярости человек переживает темное, дикое наслаждение. Это возбуждает. Это как секс, – он окинул взглядом мои губы. – Скажи, Кэт, – он сделал акцент на имени, напоминая мне о том, как странно оно теперь звучит в моей голове, – это похоже на секс? – спросил он, начиная медленно, играючи двигать пальцами.

Я могла лишь помотать головой. Его пальцы так сильно прижимались ко мне, что даже усердно изворачиваясь, я не могла от него избавиться. Он продолжал. Его прикосновения вводили меня в экстаз, тело изнывало, мне казалось, еще немного, и я потеряю сознание. Почти на пике моего блаженства, он остановился, приблизился к моему лицу и укусил за губу. Потом сделал шаг назад.

– Расскажи мне, что ты чувствуешь? – он отходил от меня все дальше. – Поделись со мной, давай! – он засмеялся.

– Соцопрос? – прошептала я.

– А похоже?

Эмоции смешались. Я хотела прильнуть к его губам, раствориться в страстном поцелуе и подчиниться ему, и в то же время меня мучило желание яростно вцепиться в него за все те бешеные чувства, что поглощали меня. Выбор был уже сделан. Медленно подошла к пальто и достала из кармана тот самый предмет раздора. С прекрасным и уже ненавистным мне символом. Я не могла его надеть. Теперь направлялась к Адаму, держа в руках тонкую цепь. Вжимала его в подоконник, наслаждаясь тем, с каким трепетом и интересом он поддается моим движениям. Когда он был уже так близко, что я могла до него дотянуться, аккуратно надела на него подарок своего «заклятого» уже друга. Скользнула пальцами по тоненькой металлической нити и ухватилась за кулон. После чего завела руку ему за голову и собрала в кулак часть нити так, что она слегка впилась в его шею.

– Сейчас узнаешь.

Тут я поддалась дикой страсти. Дернула его на себя и резко толкнула на кровать. Он упал на спину. Я залезла на него. Он был полностью в моей власти. Казалось, его это так заводило, что он даже не сопротивлялся. Снова начала дразнить его губами. Схватила за кофту и задрала ее, оголив торс. Его джинсы сидели так низко, что каждый раз как мой рот приближался к ним, пока я бегала языком и губами по его оголенному телу, он начинал извиваться подо мной. Он полностью растворялся в ощущениях. Теперь я играла с ним, терзала его ожиданием, жаждой прикосновений. Я не давала ему то, что он так хотел, и это приносило мне еще больше наслаждения. В какой-то момент остановилась, слезла с него, отошла от кровати и кинула манящий взгляд в его сторону. Он немного скалился. Эта чертова ухмылка не сходила с его лица, будто каждый мой шаг был им просчитан. Я медленно стянула с себя толстовку, облизала пальцы и начала прикасаться к себе, пристально наблюдая за его реакцией. Бегала руками по груди, сжимая пальцами соски и оставляя на них влажный след. Наконец, эта ухмылка стерлась с его лица, и он подскочил, чтобы схватить меня, но я тут же отбросила его обратно на кровать, грубо расстегнула джинсы и достала член. Поводив немного языком, едва прикасаясь, начала медленно, с каждым разом все глубже, брать его в рот. Я мучила его, то погружая его в себя глубоко и медленно, то разгоняясь, а потом снова едва прикасаясь, водила по нему влажными губами.

Мне нравилось чувствовать себя охотником, терзающим свою жертву. Каждый раз, как слышала его стоны, отрывалась и закрывала ему рот. Играла с ним и заставляла подчиняться мне, с каждым разом все больше попадая в такт его чувствам. Отслеживала каждое его движение, изучала, исследовала его пределы, его границы и дерзко переступала через них. В какое-то мгновение поймала в нем ту долгожданную волну ощущений. Понимала, что еще мгновение, и он мне сдастся. В ту же секунду, как просочилась первая капля удовольствия, я погрузила его в себя еще глубже, заставляя кончить мне в рот. Чувствовала, как он пульсирует, наблюдала как дергается низ живота. Оставив его наслаждаться послевкусием этого вихря, встала, вытирая пальцами губы. Развязала узел на штанах, они упали. Подняла их и швырнула прямо ему на грудь.

– Твои шмотки, – коварно сказала я, взяла с батареи свои вещи и, обернувшись полотенцем, покинула комнату.