Л юди ненавидят осень по разным причинам. Я наблюдаю, как за окном нашего магазина кружит золотая листва, подхваченная резким октябрьским ветром. Каждый прохожий кутается в куртку по-своему: кто-то прячет нос в шарф, кто-то сутулится, стараясь стать меньше перед лицом непогоды, а кто-то бодро шагает, будто бросая вызов природе.

Кто-то тоскует по ушедшему лету – по запаху моря на коже, по ночам у костра, по случайным знакомствам, которые кажутся такими важными под июльским солнцем. Кто-то скучает по теплу, которое проникало в самые потаенные уголки души, по свободе, когда можно было гулять до рассвета, не думая о завтрашних делах.

Кто-то ненавидит промозглый холод, пробирающий до костей, и ветер, который вырывает зонты из рук и запутывает волосы в невозможные узлы. Кто-то впадает в тоску от мысли, что снова начинается эта бесконечная учеба – ранние подъемы в темноте, тяжелый рюкзак с учебниками, бессонные ночи перед контрольными и этот вечный страх не успеть, не понять, не сдать.

А я… Я осень люблю.

Она прохладная, эта осень, часто дождливая, но именно поэтому мы так ценим уют – тепло чашки в руках, мягкий свет настольной лампы, близость того, кто согреет, когда за окном бушует непогода.

Осенью я стала управляющей нашим ламповым книжным магазинчиком, который теперь знают по всей стране и даже немного за рубежом. Помню, как Ирина Львовна, передавая мне ключи, сказала: «Ты справишься, девочка. Главное – не забывай, какие книги любишь сама». И я не забыла.

Осенью я наконец разобралась в том, чего желаю и к чему стремлюсь. Перестала метаться между «надо» и «хочу», поняла, что мое место – здесь, среди этих пахнущих типографской краской страниц, среди людей, которые так же, как я, верят в магию слов. И поступила на редактора.

Хочу читать книги, продавать книги, продвигать книги и издавать.

Осенью я обрела любовь.

И наконец, осенью я начинаю новый жизненный этап.

– Что сказала тетя Маша, когда узнала, что тебя отчислили? – спрашиваю я, когда мы идем по парку, утопая в хрустящем ковре из листьев.

До занятий почти час, и мы используем это время, чтобы побыть вдвоем. Воздух пахнет влажной землей и последними осенними цветами. Где-то вдалеке слышен смех детей, играющих в листьях.

– «Клюшка есть – ума не надо», – цитирует Игорь маму, подбрасывая ногой особенно красивый кленовый лист. – Думаю, она смирилась. Хотя папа до сих пор иногда вздыхает и говорит: «Ну хоть бы до второго курса доучился…»

Игорь в этом межсезонье добавил тете Маше немало седых волос. Сначала заявив: «Я бросаю хоккей, надоело», – чем чуть не довел отца до инфаркта. А потом, словно мало было первого удара, огорошил: «Я завалил сессию, и меня отчислили, поэтому я перевелся в физкультурный, хочу быть тренером малышей».

Но я им горжусь. Потому что вижу, как его глаза горят, когда он рассказывает о своих подопечных – пятилетних сорванцах, которые обожают «дядю Игоря». Потому что он нашел себя, и это дорогого стоит.

Мы наломали столько дров, не решаясь признаться друг другу в чувствах, что пора уже построить из них мост и перейти на другую сторону, чтобы двигаться дальше.

И я рада, что мне не придется мотаться вместе с парнем-хоккеистом по стране, пока он играет. Вместо этого у нас есть наш магазин, наши вечера с чаем и книгами, наши прогулки по осеннему парку…

– Эй, ребята, как делишки?

На экране моего телефона появляется загорелое лицо Макса. Объявив недавно, что новая книга «вытянула из него все силы», он рванул в Таиланд и теперь ежедневно дразнит нас фотографиями пальм и бирюзового океана.

– Если вам интересно, то «Принц из книжного» уже третью неделю в топе продаж, – продолжает он, поправляя солнцезащитные очки. – Вы рвете все рекорды. Эй, Игорех, не думал, что это из-за того, что на твоем фоне все читатели чувствуют себя интеллектуалами?

Я закатываю глаза, но не могу сдержать улыбку. Это у них что-то вроде формы дружеского общения – Макс подкалывает Игоря, Игорь делает вид, что обижается, а потом они оба смеются. Хотя поначалу мне было странно наблюдать, как бывший «книжный сноб» и «спортсмен без мозгов» (их собственные определения) стали лучшими друзьями.

– Так я чего звоню, – продолжает Макс, откидываясь на шезлонге. – Запланируем на середину месяца встречу с читателями?

Я переглядываюсь с Игорем. Сейчас у Макса сто двадцать тысяч подписчиков в Instagram[1]. Если приедет хотя бы один процент…

– Кажется, нам понадобится помещение побольше, – задумчиво говорю я, представляя, как толпа фанатов заполняет наш уютный магазинчик.

Игорь берет меня за руку, и мы продолжаем путь по аллее. Перед нами простирается волшебство осени – золото и багрянец листвы, синева неба, легкий туман над прудом.

Люди любят осень по разным причинам.

Я – потому что осенью больше ценишь тепло.