Не думал, что когда-то буду скучать по родным березкам, вот честное слово. Был уверен, что эту чушь придумали любители сказануть что-то эдакое, для красного словца. Ну, чтобы выделиться. А нет… Не знаю, для чего им были нужны березы там, а здесь и сейчас, глядя на чахлые узловатые стволы местной растительности, я понял, что очень скучаю по тайге. По прямым стволам берез, а еще лучше – сосен, из которых получаются шикарные бревна!

– Глухо, как в танке… – Михаил, взобравшийся вместе со мной на вершину скалы, под которой шла узкая дорога, тоже пребывал не в лучшем настроении. – Спрятаться негде, скрытно не подберешься…

Скала и вправду была лысая, как моя коленка. Ну, в смысле, растительность-то присутствовала, выжженная солнцем трава, редкие кустики… И на этом все. Ни яму выкопать, ни укрыться. И если снизу нас не увидеть, то от тех, кто будет подниматься по тропинке, дабы осмотреть дорогу сверху, спрятаться не получилось бы никак.

А вторая проблема заключалась в том, что для того, чтобы устроить камнепад, способный накрыть дорогу, пришлось бы неделю таскать наверх камни снизу. И это я еще оптимистичные сроки выставил, если без отдыха и бегом… И тут бы нам как раз пригодились бревна, которые и принести, и скатить вниз – не проблема… Но их нет.

– Спускаемся! – плюнув на все, предложил я и первым пошел по тропинке вниз, к остальным, которые осматривали саму дорогу на случай интересных возможностей.

Часть бойцов, пользуясь случаем, отправилась осмотреть сожженную крепость, запирающую выход из ущелья, не для того, чтобы помародерить, тем более после степняков там голый камень остался, разве что стены уцелели, да и то не все. Рядом с воротами, как рассказал Леха, их разнесли по камешку. Не то магией, не то еще как… А нашим стало любопытно, как у соседей все устроено. Вдруг что новое увидят?

Остальные же как раз закончили осмотр местности и собрались внизу, там, где начиналась тропинка на вершину скалы.

– Ну что у вас? – первым спросил я у Мороза, хотя по хмурым лицам было и так понятно, что ничего хорошего они не нашли. Все же местные и сами не дураки, все удобные места для засады давно уже убрали. Не только русский солдат умеет менять ландшафт вручную. Наверняка такие способности найдутся у солдат любой страны и любого мира. При нормальной мотивации, конечно. Но с этим тут проблем не было. Жить захочешь – не так шуршать будешь.

– Пошли, глянем на крепость, да домой, – вместо ответа предложил разведчик. – Здесь ловить нечего…

Пока мы занимались делом, часть отряда уже обшарила место пожара сверху донизу, и хотя перемазались как черти, но расстроенными не выглядели. Скорее уж наоборот, были полны энтузиазма и жажды деятельности…

– Командир! Идем, что покажу…

Разумеется, мы пошли все вместе, и лишь на входе в подвал растянулись цепочкой, чтобы не цеплять сажу на стенах. Стиральных машин здесь не было, а ходить потом с черными пятнами никому не хотелось. Хотя вскоре мы об этом забыли, стоило только увидеть в дальнем углу подвала наполовину засыпанный лаз под землю, припорошенный непрогоревшими головешками и золой.

– Тут, по ходу, подземный ход, – поведал один из бойцов, больше других измазавшийся в саже. – Я прошел примерно до стен, дальше пока не рискнул…

– Любопытно, конечно, но и только… – Огорченный неудачей с нашим планом, я лишь мельком осмотрел находку. – У нас такого нет?

– Надо будет посмотреть, хрен его знает… – пожал плечами Мороз. – Может, и есть, дрова мы не разбирали, да и хлама в целом по подвалу полно. А толк… Ночевать-то они где, по-твоему, будут?

– В родных степях? – пожал плечами я. – Ну не в чужой же крепости? К тому же сожженной!

– А почему нет? – удивился Мороз. – Запер пленников в подвале и отдыхай на здоровье! Опять же, стены целые, здания подкоптились, но что камню сделается?

– Даже если так, ход на виду, с чего ты взял, что о нем не знают? – не сдавался я, чисто из упрямства.

– Вот! – Все тот же боец пнул ногой обгоревшую крышку, точнее ее остатки, валявшиеся на полу в золе. – Тут, как я понимаю, дрова были сложены на крышке. Все сгорело, и остатки осыпались. Думаю, что крепость подожгли, уходя отсюда, так что…

– Серый, ну чего ты споришь? – не выдержал Федя и первым прыгнул в ход, подняв облако пепла. – Пошли глянем, а то, может, тут и спорить-то не о чем!

Ну мы и пошли. Практически всей группой, оставив в подвале пару человек на всякий случай.

Ход был явно старый, и на бревнах, которыми подперли свод, в свете волшебных светильников виднелась явная плесень, хоть и засохшая, но само дерево было еще крепким.

Шли долго, при этом согнувшись, чтобы не сшибать головой подпорки, и в итоге уткнулись в осыпь, перекрывшую путь дальше…

– Либо про этот ход не знали, либо не успели привести его в порядок… – задумчиво подытожил Мороз. – Разворачиваемся, идем за лопатами.

– Уверен? – В принципе, то, что ход уходил далеко за пределы крепости, было понятно, но идея его использовать была сильно спорная. – Копать, вынося на себе мешки с землей? И в крепости высыпать нельзя, надо куда-то…

– Здесь под ноги высыплем все, – отмахнулся разведчик. – Нам на один раз, так что не будем усложнять.

Выбравшись на поверхность, распределились на две группы, опять же выставив часовых на стенах. Одна группа осталась наводить порядок в подвале, маскируя следы на саже и вход в подземный ход, а вторая, то есть мы, как самые молодые, отправилась копать.

– Это дискриминация по возрастному принципу! – ворчал Федя, яростно швыряя землю со щебнем за спину, мне под ноги. – Даже не по возрастному, мы же старше большинства из них! Тут… Дедовщина какая-то!

– Милый, ну успокойся уже, а? – Мора стояла позади нас, поддерживая сразу несколько магических светильников, и вздыхала, глядя, как ее муж злится. – Ну ты реально сильнее и выносливее их всех! Это же хорошо?

– И что? – После такой постановки вопроса Федя замер с лопатой в руках и задумался. – Ну, так-то да…

– А еще ты самый красивый! – поняв, что нащупала верный путь, продолжала Мора. – И самый умный!

– Ну, мы тогда пошли? – насмешливо посмотрев на подругу, уточнила Кайя, ждущая своей очереди колдовать. – Раз вы самые-самые, то сами и справитесь!

– Не думаю, что они тут копать будут, если мы уйдем… – ухмыльнулся Миха, отбрасывая совковой лопатой землю дальше по проходу.

– Ой, не завидуй! – ни разу не смутившись, ухмыльнулся Федя. – Мы люди женатые, серьезные, не тебе, оболтусу, нас смущать!

– Копай давай, серьезный человек, блин!

В такой манере мы сами не заметили, как преодолели завал, а спустя еще час прорыли нормальный проход, по которому, если постараться, можно было даже пробежать.

– Воздух! – Стоило нам закончить работу, как на разгоряченной, мокрой от пота коже мы ощутили легкий сквозняк. – Идем, уже скоро!

Выход из подземного хода обнаружился еще через сотню или полторы метров, вот только крышка тут совсем сгнила, и нам снова пришлось браться за лопаты, чтобы выбраться на поверхность. Но справились.

На поверхность вылезли уже к ближе к вечеру, в зарослях какого-то колючего кустарника, и еще некоторое время прорезали проход на чистое место, стараясь не слишком наследить.

Вход с этой стороны, как по заказу, начинался рядом с очередной скалой, и заметить его можно было, только если знать о нем заранее. Ну или кто-то попрется по нужде глубоко в заросли, метров за двести от дороги. Но не думаю, что среди степняков найдется кто-то настолько стеснительный.

А в крепости уже замаскировали все следы нашего присутствия, сколотив на ход новую крышку из колотых жердей и засыпав недогоревшим мусором. А потом еще и золой там, где натоптали, присыпали на всякий случай.

– Ну что, ждем гостей и надеемся, что они оправдают наши ожидания? – улыбнулся Мороз, оценив нашу работу. – Если все получится, выгоним к херам пленников и сможем револьверы использовать. Если звуки услышат – спишем на магов.

– Молния тоже хлопает громко, – подтвердила Кайя. – Только я молнию не умею запускать…

– А тебе и не надо. Проверять, я думаю, будет некому, – хмыкнул я, приобняв волшебницу. – В самой крепости нужно будет зачистить всех.

– Вы прям уже настроились… – проворчал Михаил. – А они возьмут и в полдень мимо проедут.

– Ну, тогда пойдем обратно, – ухмыльнулся Мороз. – Ничего не теряем, кроме времени.

Воздушный шар, как мы и ожидали, приземлился в районе крепости с наступлением темноты, и выскочивший оттуда Леха выглядел встревоженно.

– Их две группы! – с ходу выпалил он, едва мы выбежали на открытое место встречать воздушную разведку. – Сваливайте отсюда, тут никакими арбалетами не справиться…

– Не тарахти! – прервал я друга. – Давай по порядку, сколько их, когда ждать, а потом уже свои мысли по этому поводу.

– Ладно… – Леха выдохнул, оглядел столпившийся отряд из десятка Мороза и нашей пятерки, а потом начал рассказывать: – К степнякам в полдень обоз добавился, с телегами. Видимо, второй отряд, который я прошляпил… Короче, теперь их полторы сотни, и двигаются они шустро, несмотря на то что ополчение местных отстало. Пленников посадили на телеги, и вот…

– Полторы сотни… – задумался Мороз. – Многовато…

– Вот и я о том же! – поморщился Леха. – Так что сваливайте, у вас часа два, максимум три, если они в темноте замедлятся. Хотя чего им замедляться, дорога же…

– Ждем! – принял решение Мороз. – По ходу посмотрим, а там решать будем. Если все по плану, атакуем, разжигаем панику и гоним их от крепости. Изображаем массированную атаку. Если хоть что-то не срастается, тихонько уползаем.

– Добро…

Ждали в самом лазе, сидя тихо, как мыши в норе, и даже когда услышали топот огромного стада верховых животных, не высовывались, чтобы не рисковать понапрасну. Не стоило недооценивать чужой народ, заочно принимая их за отсталых варваров. Если есть лечебные зелья, то почему бы степнякам не изобрести зелья для того, чтобы видеть в темноте?

Противника было слышно издали, и пришлось сидеть тихо, внимательно вслушиваясь в ночь, довольно долго. Постепенно топот сотен копыт нарастал, а потом стало слышно и чужую речь, хриплую, словно карканье ворон. Впрочем, если сутками глотать пыль на жаре, потом и не так хрипеть будешь.

И вдруг топот резко оборвался, сменившись звуками отрывистых команд. Противник и вправду решил остановиться в крепости. Может быть, чтобы дать отдых животным, а может, и сами устали, не двужильные же они?

Впрочем, был вариант, что они остались лишь для того, чтобы набрать воды и напоить животных, о чем я и шепнул тихонько Морозу. На что тот, поморщившись, отрицательно мотнул головой. Ну, ему было виднее, сам-то я местный колодец толком не видел. Вроде как родник там какой-то, а вот сколько он дает воды? Может быть, на всю эту ораву как раз до утра будет набираться…

Ждали долго. И если раньше мне было наплевать, мог и часами в засаде пролежать, то сейчас молодое тело требовало немедленных действий, неважно каких.

– Послушаю, – не выдержав, прошептал я и, дождавшись кивка Мороза, скользнул в лаз, стараясь идти не спеша и не шуметь. А после того, как в темноте пару раз стукнулся головой о подпорки, и вовсе поплелся черепашьим шагом, касаясь рукой стены.

И хорошо, что люк щедро присыпали мусором, потому что я забодал его лбом абсолютно неожиданно, аж присев от удара. И тут же замер. Показалось, что сухой звук удара слышали все в крепости. Как говорится, хорошо, что мозгов нет, а то было бы сотрясение…

А между тем в подвале явно кто-то был, и этот кто-то был не один. Даже сквозь крышку и щедрый слой мусора я отчетливо слышал тихий плач, всхлипывания и чью-то сдавленную ругань. Без повелительных интонаций, как ругались бы победители, нет. Тут было скорее злобное, крысиное шипение раздраженного человека, боящегося высказать свой гнев открыто. И шипел этот кто-то на имперском…

Пробираясь по тоннелю обратно, я несколько раз пожалел, что в этом мире нет радиосвязи. Отошел бы подальше да сообщил все, что нужно. Но нет же, ходить теперь туда-сюда… Хотя лучше уж ходить, чем сидеть и ждать.

– Все тихо, пленники точно в подвале, как мы и рассчитывали, – отчитался, выйдя к своим. – А вот одни они там или нет…

– В любом случае охрана у дверей будет, – пожал плечами Мороз. – Дверей-то нет, сгорели.

– Могли и смастерить что-то. Борт от телеги приставить да подпереть, – покачал головой Миша. – Тоже люди, кому охота всю ночь как на иголках бдеть. Наверняка на стенах часовые, еще и подвал…

– Все равно, будем считать, что и там охрана, – подвел итог Мороз. – Значит, сейчас отдыхаем, а через пару часов пойдем. Пусть уснут покрепче…

– Знать бы еще, когда эта пара часов пройдет… – проворчал я себе под нос, в очередной раз сожалея об отсутствии часов.

– Я подскажу, не переживай, – шепнула Кайя, показав на усыпанное звездами небо.

Время тянулось чудовищно долго, причем не только у меня. Вроде опытные бойцы собрались, но все равно спать улеглись лишь несколько человек, остальные сидели, облокотившись на стены лаза, молча посматривали наверх и иногда теребили экипировку, проверяя в который раз, все ли надежно закреплено и удобно ли выхватывается оружие.

Револьверы перекочевали из рюкзаков на пояса, причем все взяли по два ствола, не рассчитывая на лишнюю удачу. Винтовки, упакованные в тканевые чехлы, были распакованы и заряжены, а ребята Мороза еще и свои маленькие арбалеты приготовили, загрузившись по полной программе. Впрочем, лучше уж так, чем в самый ответственный момент оказаться против опытных местных бойцов с мечом в руке. Андрюха вон попробовал, до сих пор лежит с дыркой в груди, и поднимется в лучшем случае к нашему возвращению.

– Пора! – негромко предупредила Кайя. – Через пару часов уже светло будет.

Люди поднялись мгновенно, словно никто и не спал. Мороз, оставив двоих бойцов на выходе из лаза, вооружился арбалетом, закинув винтовку за спину, и первым скользнул в проход. За ним потянулись его бойцы, так же с бесшумным оружием, ну а замыкающими пошли мы, уже с приготовленными винтовками.

Шли цепочкой, стараясь не шуметь, и все равно нет-нет да кто-то задевал снаряжением подпорки. А иногда и головой стукались о бревна, но молча шли дальше.

В этот раз лаз снова закончился неожиданно и, прислушавшись, Мороз с товарищами аккуратно приподняли крышку подземного хода и предельно аккуратно отодвинули ее в сторону.

А вот дальше все пошло немного не по плану… Одну вещь мы не продумали совершенно, в подвале не было окон. А значит, и темно там было так же, как в тоннеле… И, разумеется, кто-то из бойцов наступил на чью-то конечность…

Приглушенный взвизг женщины я услышал, уже выбираясь в каменный мешок подвала, и упал на пол, нащупывая крикнувшую. Вот только тот, кто на нее наступил, тоже пытался зажать ей рот, и мы активно мешали друг другу… А пленница от такой суеты над собой заорала еще громче…

А когда нам удалось, наконец, прижать ее к полу и зажать ладонью рот, в подвале послышался гомон проснувшихся пленников, а от входа кто-то гаркнул на ломаном имперском, чтобы все заткнулись. А не то он, мол, придет и всех сам успокоит…

– Свет! – шепотом рявкнул Мороз, и почти сразу над нами загорелся тусклый шарик волшебного светильника.

Щелкнули сразу несколько арбалетов, отбрасывая назад тело степняка, чей силуэт стал виден в дверном проеме, а по ушам ударил новый визг многочисленных женщин и детей, внезапно увидевших, как из под земли к ним кто-то лезет…