Скай

Всю ночь меня преследовал тревожный сон. Я стояла на самом краю обрыва, руки крепко связаны грубой веревкой, обвитой вокруг массивного шершавого ствола ели. С каждым порывом ветра дерево раскачивалось, и неровности коры все глубже впивались в мою кожу, причиняя сильнейшую боль. Край обрыва под моими ногами медленно осыпался, мелкие камни летели вниз, в пустоту, в которую вот-вот должна была упасть и я. Атмосфера вокруг была накалена до предела. Волосы превращались в спутанный ком. Оглушительные раскаты грома заставляли вздрагивать всем телом, а яркие вспышки молнии на мгновение ослепляли. Мои отчаянные крики терялись в грохоте стихии, а попытки высвободиться оказывались тщетными. Чувство безысходности, что я ощущала так явно, сдавливало грудь. И все же где-то в глубине сознания отзывалось понимание: это всего лишь кошмар, который рано или поздно должен закончиться. Нужно лишь немного подождать.

Я непроизвольно дернулась и вновь ощутила уже ставшую привычной скованность. «Когда это закончится? Проснись же!» – отчаянно пронеслось в голове. Резкое движение вперед откликнулось пронзительным жжением в руках и груди. Я издала болезненный стон и вдруг поняла, что больше не чувствую порывов ветра, раскаты грома стихли, сменившись неразборчивым гулом голосов. Медленно открыв глаза, я попыталась сфокусировать взгляд, но все расплывалось. Я видела только свои ноги, покрытые какими-то странными пятнами. Запрокинув голову, попыталась выгнуться, размять затекшую спину, но безуспешно. Пелена перед глазами постепенно рассеивалась, и я начала различать окружающие предметы. Осознание ударило в голову так же быстро, как и воспоминания обо всех последних событиях: дом бабушки, встревоженное лицо Сэма, охотники… Стало очевидно: сейчас я там, где больше всего боялась оказаться, – в их логове.

Я сидела на мокрой холодной земле, пропитанной запахом дождя и чего-то еще, едкого и металлического. Толстые серебряные цепи, сковывавшие меня, врезались в кожу, вызывая жуткую боль. Все тело ломило – то ли от неудобной позы, то ли от самих цепей – разобраться было сложно. На мне было черное короткое платье без рукавов, под которым серебро цепей буквально прожигало кожу. Я не видела, насколько серьезны повреждения на руках и груди, но краем глаза замечала страшные ожоги и ссадины, из которых сочилась кровь. Во рту ужасно пересохло, язык словно превратился в кусок наждачной бумаги. С трудом сглотнув, я вновь опустила взгляд на ноги, покрытые кровоподтеками и порезами. Зрелище было не из приятных.

Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в каком-то подобии шатра. Плотная белая ткань стен пропускала мало света, создавая внутри полумрак. Пространство оказалось поразительно пустым: кроме столба, к которому я была прикована, здесь не было абсолютно ничего. Ни намека на присутствие человека. Эта пустота, в сочетании с моей беспомощностью, вызывала еще больший страх и тревогу.

– Изабелла, ты уверена в каждом своем слове? – Совсем близко послышался грубый голос мужчины, который хоть и отдаленно, но был мне знаком.

В этот момент я осознала, что это отец Сэма. И без того замерзшее тело обдало волной мурашек. Этот человек отравил детство своим сыновьям, внушая им ненависть к ведьмам, называя их чудовищами, в то время как истинным дьяволом был он сам – без сожаления убил мать своих детей, женщину, которая, казалось бы, была ему дорога. Меня захлестнула волна отвращения и страха при одной только мысли о том, что мне придется взглянуть в его глаза, полные лжи и жестокости.

Я чуть вытянула голову, пытаясь сквозь щели разглядеть, что происходит за пределами шатра. Ветер слегка покачивал ткань, но я могла увидеть лишь чьи-то ноги.

– Да, сэр, – ответила Изабелла. – Я сама глубоко разочарована.

– Эта сука околдовала его, затмила разум моего сына своими чарами! Видимо, ее магия оказалась сильнее, чем мы думали, раз она смогла пробиться через защиту эсендеса.

– Думаете, это так? – чуть помолчав, ответила Изабелла. – А что, если Сэм оказался предателем?

– Изабелла, заткнись! Не заставляй менять мнение о себе. Я знаю своего сына лучше, чем кто-либо. Он презирает этих мерзких существ. Совсем недавно Сэм смог безжалостно расправиться с древней ведьмой, ты действительно думаешь, что он станет пресмыкаться перед какой-то девчонкой?

– Нет, сэр, конечно нет. Просто он говорил о любви к ней…

– Ложь! – почти взревел он. – Никакой любви там нет и быть не может. Вот увидишь, когда мы сожжем ее, чары спадут и Сэм все поймет. Почему вы вообще оставили его?!

– У нас не было выбора, – ответила Изабелла. – При всем желании мы не смогли бы дотащить его. Не переживайте, думаю, он сам скоро вернется.

– Ладно, готовьте костер, Аргус уже заждался. – Роджер развернулся и направился в мою сторону. Вот же черт.

Ткань шатра с обеих сторон распахнулась, и он уверенно шагнул внутрь, окидывая меня презрительным взглядом. Я видела Роджера достаточно давно и сейчас, глядя на него, поразилась, насколько у них с Сэмом похоже телосложение. Та же внушительная воинственная фигура: высокий рост, широкие плечи, мощная грудная клетка, обтянутая плотной тканью рубахи, рукава которой были засучены до локтя. Короткая, аккуратно подстриженная борода, обрамлявшая жесткие линии челюсти, лишь добавляла образу брутальности и суровости. Во всем его облике чувствовались сила, уверенность и безжалостность охотника.

– Очнулась, ведьма, – обратился он ко мне, глядя свысока.

Я молча смотрела в пол, не находя слов. Просить о пощаде было бесполезно, унижаться перед ним – выше моих сил. Оставалась лишь надежда на самостоятельное спасение или на помощь Сэма и Акселя. Сердце сжималось от тревоги. Чтобы мысленно связаться с Акселем, нужны были силы, которых я сейчас была напрочь лишена.

– Если бы Джо только знал, какое исчадие ада у него родилось.

Услышав имя папы, я вскинула голову, встречаясь взглядом с Роджером. Сам звук отцовского имени, произнесенного этим человеком, вызывал у нему отвращение. Когда-то Роджер спас папе жизнь, и этот факт, врезавшийся в память с самого детства, теперь казался издевательской насмешкой судьбы. Человек, которому мой отец был обязан жизнью, сейчас без колебания собирался убить его дочь.

Мой взгляд метнулся чуть ниже, и я заметила на его шее крест. До чего забавная ирония: одновременно он умудряется верить в Бога и готовить костер для сожжения человека заживо.

– Вы бы Бога побоялись, Роджер. Снимите крест и не позорьтесь, – сказала я, переборов страх.

– Тебе ли говорить о Боге? – Он усмехнулся, скрестив руки на груди. – Скольких людей ты убила?

– Я никого не убивала.

– Лживая тварь! Смерти в Боквуде начались после того, как ты стала ведьмой. Хочешь сказать, это просто совпадение?

– Я хочу сказать лишь то, что ваши глупые установки смешат меня! – процедила я сквозь зубы. – Столько лет охоты, а вы до сих пор не поняли, что ведьмы, как и все люди, бывают разными. Не существует добра без зла. Люди тоже убивают, но вы же не считаете, что все вокруг убийцы.

– Ох, ведьма. – Он присел на корточки, пытаясь поймать мой взгляд. – Как ни изворачивайся, конец для тебя один. Ты ответишь за свои поступки и за то, что посмела применить чары к моему сыну.

На мгновение, глядя на Роджера, я задумалась о том, как его воспитывали. Сэм вырос в спартанских условиях, но, несмотря на это, в нем сохранилось что-то человечное. Роджер же представлял собой полную непроглядную тьму.

– Сэр, – раздался голос парня, вошедшего внутрь. – Вам нужна помощь?

Я поморщилась от ярких лучей света и попыталась разглядеть вошедшего. Когда глаза привыкли, узнала в нем Райана. Это был тот самый парень, который приехал на мои поиски вместе с Изабеллой. Роджер поднялся с корточек, оборачиваясь к нему на звук.

– Да, Райан, ты как раз вовремя, – произнес он и уверенным шагом направился к выходу. – Присматривай за ней. Мне нужно доделать кое-какие дела перед сожжением.

Охотник посмотрел ему вслед, а затем перевел на меня полный безумия взгляд. Он начал медленно приближаться, перекидывая клинок из одной руки в другую. Подойдя ближе, Райан присел рядом, как и Роджер до этого. На вид он был чуть старше Сэма. Русые волосы растрепаны, лицо покрыто множеством шрамов и рубцов. Его взгляд скользил по моим обнаженным ногам, поднимаясь все выше, жадно рассматривая каждую часть моего тела. Я чувствовала себя обнаженной и уязвимой, будто на меня вот-вот нападут, а я не смогу ничего сделать.

– Я бы тебя прямо здесь трахнул, не будь ты ведьмой.

Эта фраза вызвала у меня приступ паники, словно я снова услышала слова Джейсона, полные извращенной похоти. Удивительно, но мысль о нем пугала меня даже больше, чем сумасшедший охотник, сидящий напротив. Я машинально поджала ноги, пытаясь защититься от его взгляда.

– Хотя, знаешь, был у меня однажды такой опыт… – усмехнулся он, погружаясь в воспоминания. – Это для нас, конечно, грязно, но одна ведьмочка как-то задержалась в лагере чуть дольше положенного, и мы решили поразвлечься. Пустили ее по кругу… на пятерых. Было в этом что-то одновременно возбуждающее и мерзкое. – Его глаза заблестели от восторга, а на губах появилась отвратительная ухмылка.

Я опустила голову, не желая смотреть на этого человека. Мне хотелось заткнуть уши, закричать, сделать что угодно, лишь бы не слышать слов, сочившихся из его грязного рта.

– Сэм, кстати, тогда отказался, – продолжил он. – Побоялся, наверное. – Снова раздался смешок, от которого меня передернуло. – Но на него не похоже, учитывая, что он вытворял с охотницами. Он, знаешь ли, любит пожестче. Это у нас, охотников, в крови. Прямо взять силой и трахнуть до боли, до криков, чтобы ходить потом не могла. Помню, как-то ночью зашел в амбар, услышав истошные крики Энни и Хейл. Думал, случилось что, а нет… Это Сэм их по очереди имел с такой силой, что слышно было за версту. Но им, похоже, это нравилось. У нас девушки тоже беспощадны в сексе, порой…

– Заткнись, – вырвалось у меня, о чем я тут же пожалела.

– Что-что, ведьма? – Райан наклонился ближе, и я практически ощутила на себе его дыхание и тошнотворный запах изо рта.

Я молчала, понимая, что любое слово может обернуться против меня.

– Не нравится такое слушать? – Он усмехнулся, растягивая губы в широкой улыбке. – Да ладно, я думал, тебе будет интересно. Ты же своими чарами приковала Сэма к себе, значит, не понаслышке знаешь, какой он в постели. – В его голосе слышалась издевка, он наслаждался моей беспомощностью.

– Можно мне воды? – прошептала я, понимая, что никакой воды он не даст, но мне нужно было хоть как-то переключить его внимание.

– Пересохло во рту? Без проблем.

Райан встал и быстрым шагом направился к выходу, скрываясь за пологом шатра. Однако по ногам я видела, что далеко он не ушел, а остановился в метре от входа.

– Стив! – крикнул он. – Принеси ведьме воды!

Я мысленно выругалась, понимая, что снова придется терпеть его присутствие. Общение с этими людьми морально уничтожало меня. От мысли, что Сэм провел здесь почти всю свою жизнь, меня охватывал ужас. Не прошло и двадцати секунд моего вынужденного одиночества, как Райан вернулся, снова присаживаясь напротив.

– Сейчас принесут тебе воды, – сказал он, прикусывая губу.

Через некоторое время в шатер вошел младший брат Сэма, держа в руках большую деревянную кружку. Увидев меня, он застыл на пороге. Я мало что знала о нем, но при первой встрече Стив показался мне добрым и веселым парнем. Он определенно отличался от всех охотников, которых я успела встретить, в нем не было той звериной жестокости, что читалась в глазах остальных.

– Ты чего встал? Ведьмы испугался? – Грубый голос заставил Стива вздрогнуть и выйти из ступора. Он молча, с каким-то вызовом посмотрел на Райана, но все еще не двигался с места. – Стивен, дай ведьме воды и проваливай отсюда, – рявкнул Райан, теряя терпение.

– Понял, понял, – пробормотал Стив и решительно направился ко мне.

Неожиданно он совершенно нелепо споткнулся и упал. Кружка отлетела в сторону, вода пролилась на землю.

– Черт! – выругался Райан, наблюдая, как Стив, отряхиваясь, пытается встать. – Руки из жопы, как всегда! Сам принесу. – Он поднял кружку с земли и поспешно вышел из шатра.

– Не пей эту воду, – тихо сказал Стив и последовал за Райаном, вероятно, понимая, что ему лучше не находиться рядом со мной.

Тепло разлилось по моему телу от осознания, что он нарочно упал, чтобы помочь мне. Глупо было надеяться, что охотники способны на великодушие и дадут воды перед казнью.

Райан вернулся быстро. Он подошел ко мне и, наклонившись, протянул кружку. Я покосилась на нее, потом на него, стараясь не выдать своего волнения.

– Ах да, прости, у тебя же связаны руки. – Ухмылка не сходила с его лица. – Ну тогда я тебе помогу. – Райан поднес кружку к моим губам, ожидая, что я открою рот.

– Не хочу пить. Передумала, – ответила я, мой голос звучал ровно. Не нужно быть ведьмой, чтобы учуять запах эсендеса. Этот отвар мог лишить меня последних сил и воли.

– Не глупи, Скай, – с нажимом выдавил он. – До сожжения еще полдня, попей, хоть немного приятного перед смертью.

– Я не буду.

– А ведь можно было по-хорошему…

Он грубо вцепился мне в лицо, костлявые пальцы сдавили челюсть, пытаясь разжать мой стиснутый рот. Я сопротивлялась изо всех сил, мышцы лица напряглись до предела. В тот момент, когда челюсть начала поддаваться под нажимом, я рванулась и укусила его палец. Во рту появился привкус крови. Райан взвыл от боли, резко отдернув руку. Не успела я опомниться, как тяжелый удар обрушился мне на лицо. В глазах потемнело, голова закружилась.

– Что здесь происходит?! – раздался возмущенный крик Изабеллы, ворвавшейся в шатер с бешеными глазами.

– Эта сука укусила меня… – рявкнул Райан, сжимая окровавленную руку.

– Как нехорошо, Скай! – произнесла Изабелла, подходя ближе и выхватывая у Райана кружку. – Разжимай ей челюсть.

Он снова навис надо мной, в его глазах горела ярость. Железная хватка двух рук сдавила мою челюсть с обеих сторон, безжалостно раскрывая рот. Сопротивляться было бессмысленно – силы меня покинули. Противная жидкость хлынула в глотку, лишая возможности дышать, не то что выплюнуть. Я закашлялась, ощущая, как жжение медленно растекается внутри.

– Все, хватит с нее пока, пойдем, поможешь мне!

– Отдыхай, ведьма.

Я слышала затихающее эхо их шагов, удаляющихся все дальше. Мой кашель не прекращался, едкая смесь будто засела в горле, заставляя задыхаться все больше. Туго натянутые цепи с новой силой впивались в кожу, разъедая уже открытые раны. В тот момент я вновь почувствовала леденящее дыхание смерти за спиной. Она была готова настигнуть меня, обнять своими костлявыми руками, но медлила, словно хищник, играющий с жертвой. Смерть знала, что это не конец, а лишь прелюдия перед тем, что окончательно сломит меня.