Сэм

Прохладная вода немного привела меня в чувство. Новости, которые принес Стив, повергли в шок. Аргус сжег половину лагеря, оказался предателем и влюбился в ведьму… Немыслимо! А был ли я таким же предателем, как Аргус? Эта мысль вызвала неприятное ощущение. С каждой минутой день становился все мрачнее и мрачнее. Нужно было срочно ехать в лагерь – там требовалась моя помощь. Мысленно молясь, чтобы с отцом все было в порядке, я натянул футболку на еще влажное тело.

– Я, кстати, музыкант, – донесся до меня голос Стива, когда я вышел из ванной. – Любишь музыку? Могу спеть для тебя.

«С кем он разговаривает?» – нахмурившись, подумал я, захлопывая за собой дверь.

– Сэм! – крикнул Стив из гостиной. – Тут девушка пришла, красивая…

На мгновение я прирос к полу. Меня обдало жаром от осознания, что сейчас я увижу в гостиной Скай, сидящую рядом с моим братом. Клинки лежали в рюкзаке, и мне потребовалось бы несколько драгоценных секунд, чтобы достать их, прежде чем Скай… нападет? Я сглотнул, чувствуя нарастающее напряжение. Делать было нечего. Нужно выйти из укрытия и столкнуться лицом к лицу с тем, от чего я бежал последние сутки.

– А вот и Сэм! – Стив улыбнулся, когда я появился в проеме гостиной.

Скай выпрямилась, увидев меня. Рядом с диваном, застыв как статуя, сидел Чарли. Скай тяжело вздохнула и встала, ожидая, когда я подойду ближе. Я избегал ее взгляда, боясь встретиться с этими лживыми глазами, которые затянули меня в пучину предательства.

Стив встал рядом со Скай и непонимающе надул губы. На несколько секунд повисло напряженное молчание.

– Чаю, может, попьем? – наконец нарушил тишину Стив.

– Выйди, – коротко скомандовал я брату, не отрывая взгляда от незваной гостьи.

Стив лишь цокнул языком, закатил глаза и, шаркая ногами, поплелся на кухню. Когда брат отошел от Скай, я облегченно выдохнул, надеясь, что он не в абсолютной, но безопасности. Сделав неуверенный шаг навстречу, я внезапно заметил, что мой рюкзак с клинками лежит прямо за ее спиной, – мысленно выругался. Скай подошла еще ближе, нарушая и без того хрупкое безопасное расстояние, но я не отпрянул, встретившись с ее глазами: влекущими и… двуличными.

– Скажешь что-нибудь? – Скай скрестила руки на груди.

Я откашлялся, глубоко вздохнул, пытаясь подобрать хоть какие-то слова, но язык словно онемел. Страх сковал горло.

– Тогда давай я скажу! – резко продолжила она. – Ты лживый, двуличный придурок!

Ее слова, те самые, что я сам только что мысленно адресовал ей, застали меня врасплох. Как она может так говорить обо мне, когда сама скрывала такие страшные и ужасные вещи? Невозможная наглость. Хотя чего еще можно было ожидать от ведьмы?

– Переспал со мной и теперь можно просто избегать, пока не уедешь? Я была о тебе лучшего мнения!

Ярость во мне набирала обороты. Мы стояли так близко друг к другу, что я чувствовал жар ее тела, пылающего от гнева. Позади нее стоял Чарли, внимательно следя за мной, будто переживая за свою хозяйку.

– Скай… – начал я, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. – А может, дело совсем в другом?

Скай приподняла бровь и презрительно усмехнулась.

– Ну конечно! Дело не во мне, угадала? – Слова, подобно яду, сочились из ее рта. – Ты подонок, Сэм, и я презираю таких, как ты!

Последние слова она практически выплюнула мне в лицо. Мое терпение лопнуло.

– А я таких, как ты, – сорвалось с моих губ, прежде чем я успел подумать.

Скай опешила, взглянув на меня с наигранным непониманием. Снова обман! Этот лживый взгляд, полная невинность и смятение… Мне стало смешно от ее натянутой маски. Она играла роль, и играла плохо.

– Таких, как я? – переспросила Скай, изображая глубокое недоумение. – Что я тебе сделала?

– Тебе виднее. Что такая ведьма, как ты, сделала с охотником?

Воздух вокруг нас, казалось, мгновенно похолодел. Скай, словно инстинктивно, сделала неуверенный шаг назад. Ее взгляд блуждал по моему лицу, будто стараясь найти там хоть намек на иронию или сарказм, но я стоял, нахмурившись, не сводя с нее пронзительного взгляда.

– Ты что несешь? – прошептала она.

– Я знаю, Скай, я все знаю. Про твою метку. Видел, как серебро обожгло тебя в пабе. Понял теперь твою спокойную реакцию на убийство Ланфир. Не притворяйся дурочкой. – Я с осуждением посмотрел на нее.

– Сэм… – Ее голос слегка дрожал. – Позволь мне все объяснить.

– Объяснить? – Я усмехнулся. – По-моему, здесь и так все ясно! Ты в один прекрасный момент решила, что будет здорово держать при себе охотника, который так удачно тебе подвернулся. Кто кого еще использовал?! – Мой голос невольно перешел на повышенные тона, отчего пес позади Скай глухо зарычал.

– Аксель, не нужно, – тихо сказала Скай собаке, но я пропустил ее слова мимо ушей.

– Какую магию ты использовала, чтобы одурманить меня? – Я сделал шаг ей навстречу. – Как часто твои руки были запятнаны в крови? Скольких ты убила? И входит ли в этот список Джек?

Я наступал, наслаждаясь ее всепоглощающим страхом. Мне было приятно видеть, как она боится после всего, что сделала со мной.

– Я никого не убивала! – прошептала Скай.

– Ложь! – рявкнул я. – Все слова, которые вылетают из твоего рта, – ложь. Все вы, ведьмы, одинаковые! Мерзкие, двуличные, отвратительные твари, чьи тела должен поглотить огонь!

Меня перебил яростный собачий лай. Переведя взгляд на Чарли, я пошатнулся. Прямо на моих глазах с ним происходило что-то невообразимое. Сначала его шерсть начала словно втягиваться под кожу. Затем вытянутая морда пса сжалась, челюсти стали меньше, а клыки сменились человеческими зубами. Все это происходило с невероятной скоростью, точно кто-то перематывал пленку. И вот передо мной стоял уже не пес, а высокий парень в черной одежде с глазами, полными ненависти.

– Я вырву твою глотку, если подойдешь к ней! – Его голос был грубым и агрессивным.

Я метнулся к рюкзаку, выхватывая из бокового кармана кинжал. Направив оружие на ведьму и ее, как я теперь понял, фамильяра, сконцентрировался, готовясь к схватке. Парень своим телом закрывал Скай, защищая ее.

– Это тебя я тогда видел в лесу со Скай, ну конечно… – Все вставало на свои места. – Как я сразу не понял, что ты ее фамильяр?

– Да что ты вообще можешь понять, охотник, – процедил он сквозь зубы, глядя на меня словно на какое-то ничтожество. – Безмозглое племя, которое убивает людей без разбора.

Я усмехнулся, не сводя с него взгляда.

– Людей? Говори что хочешь, но твою жизнь я точно прихвачу с собой!

– Рискни! – вызывающе бросил он.

Я рванулся в сторону парня, готовый к атаке, но меня обездвижил пронзительный крик Скай.

– Остановитесь!

Я замер, тяжело дыша. Парень выпрямился, не прерывая зрительного контакта, прожигая меня взглядом.

– Сэм, я прошу тебя, просто дай мне все объяснить, – взмолилась Скай, и я перевел взгляд на нее.

– Услышать очередную порцию лжи? Нет, спасибо!

– Сэм, выслушай меня. И если ты мне не поверишь, то… можешь убить меня. Я не буду сопротивляться.

– Что?! – Парень резко обернулся к Скай, пораженный услышанным.

Доверять ей совершенно не хотелось, но я тоже опешил. Она могла воспользоваться тем, что я потерял бдительность, и применить магию… Да все что угодно! Но что-то внутри удерживало меня на месте, не давая броситься в бой. Какая-то часть меня хотела ее выслушать, даже если это будет очередной обман. Любопытство?

Или… надежда.

В гостиной повисла гнетущая тишина, которую нарушали лишь редкие тяжелые вздохи. Я стоял, прислонившись к стене, не выпуская клинка из рук. Взгляд, наполненный настороженностью, скользил по ведьме и ее фамильяру, готовый уловить малейшее подозрительное движение. Скай сидела на диване, восстанавливая дыхание, собираясь с мыслями. Рядом с ней замер Аксель, бросая на меня недоверчивые взгляды. Гнев, бушевавший во мне всего несколько минут назад, немного поутих, сменившись выжидательным напряжением.

– Для начала, – наконец заговорила Скай, – хочу сказать, что я не просила об этой силе. Все свалилось на меня как гром среди ясного неба: ведьмы, фамильяры, охотники… У меня голова разрывалась, когда я обо всем этом узнала. Моя бабушка была ведьмой, именно от нее мне передался дар. Она была хорошим человеком, никого не убивала за свою жизнь и занималась только светлой магией, подтверждение тому – ее дневник.

Я усмехнулся. «Ведьма» и «светлая магия» – понятия взаимоисключающие. По крайней мере, так меня учили всю жизнь.

– Сэм, я хочу, чтобы ты знал: я тебе никогда не лгала. Это мой фамильяр, его зовут Аксель. Он появился, когда магия во мне начала пробуждаться. – Скай перевела дух и продолжила: – Ланфир была темной и древней ведьмой, приехавшей в наш город недавно. Ее целью была я. Она сказала, что питается сердцами молодых ведьм, чтобы выживать, становиться сильнее и не стареть. Когда ты меня спас, она хотела вырвать мое сердце.

Как я мог верить словам ведьмы, которая все это время кружила вокруг меня, подобно хищной птице?

– Я никогда не применяла свою магию во зло, я даже не до конца ею владею! Я узнала о тебе гораздо раньше убийства Ланфир… – Скай на мгновение задумалась. – Когда ты подмешал эсендес в алкоголь у меня дома, Аксель заколдовал мой стакан, потому что все понял. С того момента он просил меня держаться от тебя подальше, но я его не послушала. Меня тянуло к тебе, и магия или защита от охотников здесь абсолютно ни при чем.

Я опустил глаза, пытаясь осмыслить услышанное. Недоверие не отступало, голова раскалывалась, а короткие взгляды на Скай отзывались ноющей болью в груди.

– Как ты узнал о том, что в городе новая ведьма? – резко нарушил тишину фамильяр.

Мне не понравился его высокомерный тон, словно я был обязан отчитываться. Но взгляд Скай… и слова полились сами собой:

– У нас есть охотник с особыми способностями. С самого рождения, помимо обучения магическим и боевым искусствам, он обладает даром ощущать ведьм. Даже тех, чья сила еще только пробуждается. – Я тяжело вздохнул. – Но его дар ограничен рамками города, иногда района. Конкретного человека он назвать не может.

– Всевидящий… – задумчиво произнес Аксель.

Мы со Скай вопросительно уставились на него.

– Такой дар – большая редкость. Очень жаль, что он достался именно охотнику, – добавил он, и его взгляд, направленный на меня, метал молнии.

– Как ты скрывала метку? – Я перевел взгляд на Скай. – Сейчас високосный год.

– Каши много ела! – огрызнулся фамильяр.

– Аксель приготовил отвар, который я пила каждый день, – пояснила Скай. – А в день, когда ты увидел метку… я была так поглощена эмоциями, что обо всем забыла.

Мое дыхание сбилось, превратившись в короткие, редкие вздохи. Я вел переговоры с монстрами, чья кровь давно должна капать с моего клинка.

– Сэм. – Голос Скай прервал мой зрительный поединок с ее фамильяром. – Я знаю, что тебя воспитывали иначе, с детства твердили о том, что ведьмы – зло. Но я прошу тебя, поверь мне. Как я могла напасть на собственного отца? Могла ли я убить Джека, а потом прийти поддерживать тебя руками, запятнанными кровью? – Ее глаза горели каким-то новым отчаянным огнем. – Просто подумай… и доверься мне.

Я буравил взглядом Скай, безнадежно пытаясь разглядеть признаки лжи. Но где-то в самой глубине души, вопреки всем доводам разума, теплилась надежда, что она говорит правду. Все тело ныло, требовательно стремясь к ней. Хотелось подойти, обнять, сказать, что я верю, что помогу… Но я стоял как парализованный, не в силах пошевелиться. Невидимая стена, выстроенная годами тренировок и непоколебимых убеждений, разделяла нас. Страх перед предательством боролся с острым, почти физическим желанием поверить.

В моем кармане неожиданно зазвонил мобильный, отчего все присутствующие вздрогнули. Я осторожно вытащил телефон. На экране высветился контакт отца. Стало трудно дышать. Я бросил короткий взгляд на Скай – на ее лице, до этого напряженном, но полном решимости, мелькнула тень недоверия.

– Я отвечу, – произнес я тихо, обращаясь к Скай и Акселю. – Только молчите, хорошо?

Аксель, чувствуя волнение хозяйки, сделал шаг ближе к Скай, безмолвно предлагая свою поддержку.

– Да, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Сэм, ты еще не выехал из города? – Голос отца звучал как натянутая струна.

– Нет, сэр! Сейчас собираюсь.

– Не нужно! Ты… ты убил не ту ведьму. – Он на секунду замолчал, обдумывая что-то, а затем продолжил: – Аргус оказался предателем. Он рассказал, что ведьма, которую ты убил, была древней и могущественной. Удивлен, как ты вообще выжил. Но есть вторая, более юная, она только всему учится.

Я украдкой посмотрел на Скай. По телу пробежала ледяная дрожь. Та, о ком говорил отец, сидела в нескольких метрах от меня, а я молчал. Впервые в жизни я шел наперекор его воле, и это чувство было одновременно пугающим и странно волнующим.

– Тебе нужно скорее найти ее, убить и вернуться в лагерь. Здесь нужна твоя помощь… – в трубке послышался звук затяжки, – больше половины лагеря мертво. Сукин сын сжег их! А еще Стив… твоего брата нигде нет. Думаю, он погиб.

– Нет, сэр, с ним все хорошо. Он приехал ко мне и обо всем рассказал.

– Что?! – взревел отец. – Половина моих товарищей лежат передо мной с обугленными телами, весь лагерь покрыт слоем пепла, а этот поганец уезжает, бросая своих и семью?! – Я инстинктивно отстранил телефон от уха. – Пусть немедленно возвращается! У нас тут работа кипит, все нужно привести в порядок.

– Да, сэр.

– Сэмюэл, я даю тебе три дня. Если за это время никого не найдешь, я отправляю к тебе подмогу. Изабеллу, например. – От упоминания ее имени стало не по себе. – Нет у нас времени на твои бесконечные поиски.

Отец резко повесил трубку, оставив меня в оглушающей тишине, нарушаемой лишь гулкими болезненными ударами собственного сердца. Взглянув на Скай и ее фамильяра, я застыл, не зная, что им сказать. Что я вообще должен был делать в этой ситуации? Убить ее? Защитить? Бесконечная вереница вопросов терзала меня изнутри.

– Мы уедем, – неожиданно нарушил тягостное молчание Аксель, его голос звучал твердо и решительно. – К нему пришлют помощь через несколько дней. В городе оставаться опасно.

Я с досадой понял, что он слышал весь мой разговор с отцом. Стало неуютно, будто меня застали врасплох.

– Это не поможет, – возразил я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство. – Наш информатор найдет ее. Они не убьют его, пока Скай жива. Нужно закончить начатое.

Скай резко поднялась с дивана и схватилась за голову, вероятно, пытаясь удержать разрывающие ее мысли. Страх, который теперь меня не радовал, а наоборот, вызывал неприятное, колющее чувство в груди, охватил ее с головы до ног. Взгляд Скай беспокойно бегал по комнате, словно она из последних сил пыталась сконцентрироваться на чем-то, найти опору в окружающем хаосе.

– Скай, нужно уходить. – Аксель мягко коснулся ее плеча, и мои челюсти непроизвольно сжались.

– Можно же что-то сделать? – Скай посмотрела на меня глазами, полными паники и отчаянной надежды. – Сэм?

Я молчал, чувствуя, как сердце сжимается от бессилия. Старался изо всех сил сдерживаться, чтобы не начать ее утешать, не поддаться ведьмовским чарам, которые, казалось, проникли в самую душу. Скай сделала шаг ко мне навстречу, что застало меня врасплох.

– Сэм, прошу тебя. Ты же поможешь нам?

Я почувствовал едва уловимый аромат ее парфюма, перемешанный с запахом животного страха. Скай почти молила меня, молила о спасении. Но я не мог пойти против своих, не мог быть очередным предателем, как Аргус, которого ждала неминуемая смертная казнь.

– Нет, – холодно произнес я, и по щекам Скай скатились слезы.

Она медленно отошла от меня, пристально вглядываясь в мое лицо. В лицо человека, предавшего ее, возможно, и фальшивые, но все же такие важные для нее чувства.

– Понятно, – тихо промолвила Скай, ее голос был едва слышен. – Прощай, Сэм.

Пробежав по мне взглядом, она, казалось, пыталась запечатлеть мой образ навсегда. В воздухе повисла давящая гробовая тишина. Казалось, это наша последняя встреча.

Скай моргнула несколько раз, отгоняя подступающие слезы, и, гордо вскинув голову, направилась к выходу, бесшумно проскользнув мимо меня. Аксель, который шел за ней следом, словно тень, вдруг поравнялся со мной, остановившись и впившись в мои глаза тяжелым, полным осуждения взглядом.

– Я был прав на твой счет, охотник, – процедил он сквозь стиснутые зубы и, отвернувшись, ушел вслед за Скай.

Отбросив клинок на диван, рукоять которого все это время больно впивалась в ладонь, я наконец вдохнул полной грудью, будто до этого не мог дышать. Казалось, Скай забрала с собой все мои силы, все эмоции, оставив после себя лишь бездонную пустоту.

В проеме двери показался Стив, который до этого момента не заходил в гостиную, а, по всей видимости, стоял за стенкой, слушая весь наш разговор. Его взгляд был полон тревоги и сочувствия, когда он увидел едва сдерживаемую боль в моих глазах. Подойдя ближе, он молча коснулся моего плеча, безмолвно утешая и поддерживая. Но в голове пульсировала только одна страшная мысль: Скай совсем скоро останется лишь мертвым, но таким дорогим воспоминанием в моем сознании.

– Ты с ней спал?! – почти заорал Стив на весь дом, когда я закончил свой краткий скомканный рассказ о событиях последних месяцев.

– Стив, из всего происходящего ты запомнил только это? – В моем голосе звучало раздражение. Казалось, брата совершенно не волновали все те сложные решения и трудности, с которыми мне пришлось столкнуться.

– Нет, конечно нет! – воскликнул Стив, но в его глазах плясали озорные искорки. – Она ведьма! Ты убил темную ведьму, чуть не убил Скай, но… ты спал с ведьмой! Это… это… Как это было? – Стив был явно перевозбужден полученной информацией, словно услышал не рассказ о смертельной опасности, а сплетню о первом сексуальном опыте.

Я, громко выдохнув, закатил глаза. Списав интерес брата на бурлящие гормоны пубертатного периода, устало протер лицо ладонью.

– Тебе нужно ехать обратно в лагерь, – напомнил я Стиву, стараясь перевести разговор в более серьезное русло. – Отец и так в ярости. Чем раньше вернешься, тем лучше. Только о нашем разговоре никому ни слова. Никто не должен знать.

– Я могила, Сэм, – с жаром заверил меня брат, но тут же его лицо стало серьезным, взгляд – вдумчивым. – Только вот что ты будешь делать дальше? Убить ты ее уже пробовал, не вышло. Просто будешь ждать, когда все сделают другие охотники?

– Не знаю, – сухо ответил я, чувствуя, как вновь накатывает волна бессилия. – Выбора особо нет.

– Выбор есть всегда!

Я усмехнулся его словам. Из уст брата все казалось таким простым и легким.

– Сэм, ты не думал, что она могла тебя убить в любой момент, но не сделала этого? – продолжал Стив, не обращая внимания на мою усмешку. – Да и если бы Скай применила магию, ты бы так просто не сломал ее чары.

– На что ты намекаешь? – Я пристально взглянул на Стива, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Она не выглядит как злая и страшная ведьма, про которых нам рассказывали, – медленно проговорил брат, обдумывая каждое слово. – Скай показалась мне хорошей девушкой. К тому же Аргус сказал, что ведьма, которую ты уничтожил, пришла убить Скай, поэтому они не были сообщницами.

– А может, ведьмы, убившие нашу маму, выглядели точно так же, как Скай. – Мой резкий, полный горечи ответ заставил Стива нахмуриться. Боль от давней потери вновь отозвалась в сердце, затмевая все остальное.

Образ мамы, такой яркий и живой, всплыл перед глазами. Она смотрела на меня своим мягким, любящим взглядом, полным понимания и поддержки. Я непроизвольно задергал ногой, нервничая и обдумывая все, что произошло за этот безумный, насыщенный событиями день.

– Не могу же я пойти против своих, против всего, чему меня учили, и встать на сторону той, в чьих жилах течет ведьмовская кровь, – пробормотал я, чувствуя, как внутри все сжимается от безысходности. – Остается просто сдаться, – закончил я, с болью принимая эти слова, словно вынося себе самому приговор.

– Брат, помни, чему тебя учили… никогда не сдаваться! Встать, когда все рухнуло, – вот настоящая сила. – Стив ободряюще похлопал меня по спине, и в его голосе слышалась непоколебимая уверенность.

Я нахмурился, услышав знакомые слова, которые вдруг вызвали неожиданный отклик в моей душе.

– Ты процитировал Наруто?

– Да! – широко улыбнулся Стив, довольный произведенным эффектом. – Сам говорил, что это любимая цитата мамы. Думаю, что сейчас она как нельзя кстати.

– Давай, собирайся! – Я поднялся с дивана и, скрестив руки на груди, нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

Стив тяжело вздохнул и, опустив плечи, сунул руки в карманы.

– А может, что-то поесть приготовим? Я голодный, ужас! Сегодня в лагере вообще ничего не ел, а вчера хотел лапшу, а отец… А, я рассказывал вроде. – Стив замолчал, задумчиво потирая подбородок.

Я уставился на брата, приподнимая бровь. Мое терпение подходило к концу, и он это прекрасно ощущал. Стив, уловив мой взгляд, состроил недовольное выражение лица и, резко подойдя к рюкзаку, вытащил оттуда подушку.

– Это еще что? – удивленно спросил я.

– Это приятный бонус за длительную поездку! – С сияющей улыбкой он сунул подушку под мышку и подошел ко мне, протягивая руку. – Удачи тебе, брат! И знай, что бы ты ни сделал, я приму любое твое решение.

Его сияющее лицо, такое невинное и доброе, поразило меня. Я был удивлен, как Стива не испортила вся та гнетущая, разрушительная атмосфера лагеря, как он сумел сохранить свою человечность, свою искренность и чистую душу в этом мраке. Ответ пришел моментально – все эти годы мы были друг для друга тем самым лучом света, который поддерживал огонь в наших душах, не позволяя ему погаснуть.

Я притянул брата к себе и крепко обнял, вкладывая в это объятие все свои благодарность и любовь. Он на мгновение растерялся, затем неловко обнял в ответ. Я ощущал его поддержку, такую важную и необходимую для меня в этот сложный момент.

– Все, поезжай… – сказал я, разжимая объятия, чувствуя, как к горлу подступает ком. – На тумбочке у выхода возьми деньги, купи себе что-нибудь поесть.

Стив благодарно улыбнулся, покрепче схватился за подушку и побрел к выходу, оставляя меня наедине со своими мыслями и тяжестью предстоящего выбора.

Воспоминания нахлынули бурным потоком: Скай с ее взглядом, полным разочарования, суровые наставления отца, горящие трупы ведьм… Вся моя жизнь, такая короткая и такая сложная, пронеслась перед глазами, и я сконцентрировался на словах Стива, на любимой цитате мамы: «Встать, когда все рухнуло, – вот настоящая сила».

Мои губы дрогнули в едва заметной улыбке, а в душе разлилось теплое, успокаивающее чувство, словно мамино присутствие стало вдруг почти осязаемым. Эти простые слова, наполненные непоколебимыми верой и надеждой, внезапно дали мне силы бороться дальше, несмотря ни на что.

«Я все равно умру, – мелькнула горькая мысль, – морально или физически, значения не имеет».

Но сейчас все мое нутро, каждый нерв подсказывали, что я должен помочь Скай. Должен быть верен себе и не предать то чувство, которое, подобно ядовитой стреле, пронзило мое сердце, отравляя и одновременно даруя болезненное счастье. Возможно, мое решение окажется ошибочным, но я готов к любым последствиям.