На следующий день я сидела в своей комнате у окна и щелкала пальцами.

Щелк.

В тот же миг передо мной раскинулось цветущее поле. Белые цветы покачивались на ветру, и я почувствовала легкое сожаление, но не стала телепортироваться обратно.

Я не могла сказать наверняка, что привело меня сюда – спонтанный порыв или долгие размышления, полные сомнений. Возможно, и то и другое. А может, что-то совсем иное.

Некоторое время я гуляла по полю. Встречу ли кого-нибудь или останусь в одиночестве – меня устраивал любой вариант. Это все были пустые размышления. Однако даже я сама не знала, почему оказалась здесь.

Когда я через какое-то время обернулась, не поверила своим глазам: он появился передо мной как фантом. Дул легкий ветер, и серебристые волосы юноши немного спутались. Золотые глаза, словно вобравшие в себя само солнце, удивленно смотрели на меня.

– …Я сейчас сплю? – прошептал Иджекиил, не отводя от меня взгляда, словно не верил в происходящее.

Я мельком видела его, когда приходила навестить Дженит в поместье герцога Альфиоса. Но он впервые видел меня после банкета в честь дня рождения Клода. Потом он знал только, что я пропала из дворца и затем вернулась. Неудивительно, что он смотрел на меня таким взглядом.

– Или же это иллюзия, созданная ветром?

Мы стояли посреди того самого цветочного поля, куда он когда-то привел меня, чтобы скрыть мое присутствие в поместье. Тогда Лукас отправил меня сюда ради забавы.

Я перевела взгляд на его руку и заметила белую повязку, выглядывавшую из-под закатанного рукава рубашки. Почему-то вся его левая рука от локтя до запястья была плотно замотана белыми бинтами. Я подозревала, что это были те самые «семейные обстоятельства», из-за которых Иджекиил и Дженит не смогли прийти на мой бал.

– Это сон или иллюзия?

Я посмотрела на юношу, стоявшего передо мной, и медленно произнесла:

– Ни то, ни другое…

Когда мой спокойный голос донесся до Иджекиила, он переменился в лице.

– Это все на самом деле?

Наверное, именно так Пигмалион смотрел на Галатею, статую, ожившую из-за благословения богини.

Иджекиил начал приближаться ко мне, словно осознав, что это все реальность.

– Я… – Я вздрогнула, когда его голос раздался всего в паре шагов от меня. – Я так хотел с вами связаться.

На его лице отразилась боль, и я не знала, что ему ответить.

– Но я не знал, как это можно сделать.

– …

– Даже сейчас мне кажется, что если я закрою глаза, то, когда открою их, вы исчезнете… – Невеселый голос, подхваченный ветром, донесся до меня, а затем растворился. – Я и не подозревал, что сердце может испытывать такую боль.

Иджекиил Альфиос. Почему складывалось такое впечатление, будто бы главный герой романа страстно признавался мне в чем-то?

– Считайте нашу сегодняшнюю встречу волшебным сном, – наконец произнесла я после короткого молчания.

При звуке моего голоса выражение лица Иджекиила изменилось, словно его пронзили острым кинжалом.

– Вы ведь только что сказали, что это реально.

– С этой секунды уже нет.

– Значит, вы снова исчезнете? – Иджекиил сжал губы, точно хотел сдержать вырывающиеся слова. Наконец он приглушенно продолжил: – Зачем вы пришли сюда сегодня?

Я не ответила.

– Разве не по той же причине, что и я?

Лепестки цветов мягко покачивались и напоминали снежинки. Я просто молча смотрела на юношу перед собой.

– Если так, то позвольте мне хоть коснуться вас. – С тихим шепотом Иджекиил приблизился ко мне.

Белые цветы и зеленая трава шелестели под ногами юноши. В воздухе витал цветочный аромат. Вскоре передо мной появилась тень. Вместо перевязанной левой ко мне тянулась его правая рука. Кончики пальцев Иджекиила коснулись меня.

Вуш!

– Я вам не помешал? – раздался ледяной голос.

Я даже отреагировать не успела, а уже оказалась в своей комнате, продолжая ощущать аромат цветов.

– Это было так слащаво, что я не мог больше на вас смотреть. – Лукас холодно смотрел на меня с дивана. – Но даже если ты скажешь, что я вам помешал, обратно к тому придурку я тебя не отправлю.

Я опустилась на диван и устало поправила волосы. Затем встала и ответила:

– Нет, ты молодец.

Честно говоря, во мне не было уверенности, что я смогла бы сама выбраться из сложившейся ситуации. Поэтому надо было отдать Лукасу должное – он появился в подходящий момент.

– Молодец?

– Да.

Услышав мой ответ, Лукас промолчал. Казалось, что он был чем-то недоволен, но мне больше нечего было сказать.

Я снова провела рукой по волосам и встала. Посмотрела на часы – было уже три пополудни.

– Кстати, Лили, случайно, не заходила?

– Зашла и тут же ушла.

– Наверное, поняла, что меня нет.

Она могла решить, что я в Черной башне. Я задумалась и сама не заметила, как пробормотала:

– Эх, а жизнь – все-таки сложная штука.

Естественно, Лукас ничего не ответил.

Я тряхнула головой, отгоняя образ поля с белыми цветами, Иджекиила, и тепла, которое коснулось меня всего на секунду.

– Я пойду к папе. Можешь тут еще остаться или уйти. В общем, как хочешь.

Лукас снова промолчал, но я и не ждала ответа, поэтому просто вышла из комнаты.

На дворе стояло лето, начало моего пятнадцатилетия. Хотя год только начинался, казалось, что я уже дочитала его до последней страницы.

Время шло, и я стала красивой семнадцатилетней девушкой.

– Вам не кажется, что эта формула крайне неэффективна? – Я положила толстую книгу по магии и заговорила, привлекая внимание окружающих. – При этом не только она, но и все остальные формулы в разделе «Рост» содержат много лишней риторики.

– Однако этот метод был внедрен во времена правления его величества императора Этернитаса. С тех пор маги пытались найти более эффективную формулу, но безуспешно, – тут же возразил один из магов башни.

Опять двадцать пять. «Император Этернитас лучший!», «Мудрость предков не переплюнуть!» и другие заявления. Все сводилось к тому, что формулы Этернитаса лучшие. Так еще и другие маги согласно закивали.

Стоило мне только увидеть книгу, написанную императором Этернитасом, как в голове тут же начинало звенеть. Если бы он был жив, эти ребята стали бы самыми ярыми его фанатами.

– Верно. Эта формула почти идеальна!

– Вы только взгляните. Из каждой тщательно нарисованной линии так и льются элегантность и великолепие!

– Если нарисовать эту формулу, спиральный узор в ее центре помогает связать магическую энергию, а шесть расходящихся линий обеспечивают ее плавную циркуляцию...Бла-бла-бла…

Спору нет, формула заклинания очень затейливая и красивая, но где ее применять? Я окинула холодным взглядом магов, напоминавших каких-то сектантов. В целом, я к этому уже привыкла, но в такие моменты у меня заново открывались глаза.

Один из магов продолжил самозабвенно петь дифирамбы красоте формулы, но я не выдержала и воскликнула:

– Да, но я думаю, что мы могли бы сделать ее более эффективной!

– Что-о-о? Что вы такое говорите?..

– Вот, взгляните.

Я показала свои наброски магам, у которых на лицах читалось: «Улучшить и без того идеальную формулу?! Что за бред!» Как и ожидалось, они скептически рассматривали бумагу. Но вскоре один из них захрипел:

– Э-этоже…

– Ваше высочество, неужели?!

Их голоса и руки дрожали. Глядя на них, я почувствовала себя белой вороной. Хе-хе, да. Удивительно, да? Формула, которая на протяжении двух веков считалась идеальной, стала еще более совершенной, так что любой мог прийти в восторг.

Их взгляды требовали разъяснений, и я с радостью начала:

– Если у нее цель связать магическую силу, то при должном уровне концентрации заклинателя нет необходимости использовать столько линий. Я уже проверила, и формула сработала просто с нарисованным в центре кругом. Зато я изменила вот эту часть и добавила формулу, чтобы предотвратить ненужную утечку маны. Если добавить эту строку сюда, то не будет возникать никаких конфликтов между частями заклинания. К тому же эта формула не так эффективна, когда в нее вливают ману краткими интервалами…

Пока я объясняла, маги завороженно следили за моими скользившими по бумаге руками.

– Так можно сократить время активации заклинания и усилить его почти в три раза.

Конец объяснения! Ох, ну и тяжело это. Я хотя бы не как Лукас объясняю! Но больше я не хочу этим заниматься. Маги, впечатленные моей работой, восторженно завопили:

– А-а-а! Это станет величайшим событием в нашей истории! За двести лет никто так и не смел тронуть формулу императора Этернитаса!

– Боже! Какая прекрасная формула! Фантастически совершенный подход!

– С ее помощью можно ускорить действие заклинания на полторы секунды!

– Ах! Давайте сейчас же ее проверим!

Я с гордостью наблюдала за тем, как кучка магов столпилась вокруг моей наработки, набросанной на скомканной бумаге, как над настоящим сокровищем.

Всякий раз, как я видела эту формулу, меня охватывало разочарование. Будто пытаешься вдохнуть аромат любимого десерта, но из-за насморка ничего не можешь уловить. А тут эта давняя заложенность начала проходить. Маги полностью сосредоточились на новой формуле, совершенно забыв о моем существовании, и я, счастливая, вышла из Черной башни.