– Ваше величество, не волнуйтесь. Я обязательно найду эту вероломную принцессу, нет, вероломную девку и брошу ее вам в ноги, – решительно заявил барон Карзава во время званого ужина.

Клод в последнее время пребывал в дурном расположении духа и за весь званый ужин не проронил ни слова. Естественно, атмосфера за столом была мрачной и тяжелой. Когда барон Карзава заговорил, Клод впервые взглянул на него.

Взгляд был настолько леденящим, что у всех пробежал холодок по спине. Но барон, воодушевленный тем, что император наконец-то обратил на него внимание, продолжил:

– Любого, кто посмеет пойти против воли его величества, обязательно найдут и накажут!

– Кхм, барон Карзава. Давайте не будем поднимать эту тему за столом.

– Не будем поднимать? Неужели вас, маркиз Ирейн, совсем не волнует сложившаяся ситуация? А ведь ваша дочь даже была в хороших отношениях с принцессой Атанасией. Я бы не удивился, если бы вы решили оказать ей содействие!

– Что? – Маркиз Ирейн задыхался от ярости и огляделся, всматриваясь в лица аристократов и императора. Они не обращали на перепалку никакого внимания, и маркиз просто промолчал. Все надеялись, что барон Карзава промолчит, но, ко всеобщему сожалению, у него не было ни капли здравого смысла.

– Мне не терпится как можно скорее схватить эту девку, которую его величество сам объявил преступницей! Ваше величество, я, барон Карзава, лично займусь этим вопросом, поэтому не переживайте!

Тут раздался спокойный голос Клода:

– Барон Карзава.

– Да, ваше величество!

– Жить надоело? М?

Барон не ожидал такой реакции.

Клод сам не понимал, почему он был так раздражен. У него и перед обедом было паршивое настроение, но сейчас оно стало несравненно хуже.

– Хочешь, я убью тебя? – Холодный и острый, как меч, голос снова пронзил воздух.

Барон Карзава огляделся в поисках поддержки, но остальные аристократы, как и ожидалось, игнорировали его и уставились в свои тарелки. В отличие от них, барон еще ничего не понимал.

Наконец Клод холодно улыбнулся:

– Что ж, я исполню твое желание.

Бах!

– Кха!..

И секунды не прошло, как стул, на котором сидел барон Карзава, опрокинулся и с оглушительным треском разлетелся во все стороны. Барон лежал посреди обломков.

Вж-ж!..

– Кха!

Барона Карзаву словно придавило какой-то невидимой силой. Мужчине казалось, что великан бросил на него валун и собирался раздавить насмерть. Кровь прилила к его лицу, давление стало невыносимым – еще немного, и лопнут глаза, треснут кости. Перед лицом неизбежной смерти барон инстинктивно открыл рот и кое-как выдавил из себя:

– К-кха! Я о-ошибся!.. Гх, ваше величество!..

– И в чем же ты ошибся? – Низкий голос, зловещий и тихий, наполнил комнату.

– Я… Кх! Я… н-не должен был говорить! Кха! На званом…

– Неверно. Если ты правда не понимаешь, давай я расскажу. – Барон Карзава не мог вымолвить ни слова, и Клод продолжил: – Мне не нравится это вульгарное украшение из павлиньих перьев.

– А, д-да?

– Меня выворачивает от вида твоего крючковатого носа.

– Ч-что?

– Да. И я только сейчас заметил, что у тебя глаза цвета экскрементов.

– Кха!..

Хрусъ! Треск!

Кости не выдержали давления и начали ломаться. Сперва левая нога, затем правое запястье, а потом и ребра.

Черт! Как же все так обернулось?! Барон Карзава исходил криком и пытался сопротивляться этой ужасающей силе. Однако он не мог и пальцем пошевелить.

– Если так подумать, то сам факт твоего дыхания в моем присутствии выводит меня из себя.

Вероятно, из-за того, что смерть была близко, барону Карзаве в голову пришла идея, оказавшаяся на удивление близкой к правде.

– Ваше величество, угх! Молю, молю… Я всего лишь ваш преданный слуга… Кха!

Неужели его величество так рассвирепел из-за того, что барон назвал принцессу Атанасию вероломной преступницей?

– Ух!.. Ваше величество и ее высочество… обязательно… воссоединитесь! Кха!..

Однако внутренне барон Карзава негодовал: император же сам при всех от нее отказался! Сам же хотел ее найти и вернуть во дворец!