– Этот барьер стоит не только в Изумрудном дворце, а на всей территории императорского дворца. Я не ожидал, что ты появишься в Гранатовом, поэтому у тебя получилось улизнуть в прошлый раз. В этот раз тебе это не удастся.

Ха! Я, конечно, не знала, какое именно заклинание он использовал, но оно действовало не только здесь. То бишь он знал, что я приду навестить Лили? Вот же хитрец!

Вуш!

Когда Клод махнул рукой, с пола начали подниматься лучи света. Они образовали светящийся круг. Я оказалась в ловушке, как мышь в мышеловке, и в панике снова щелкнула пальцами.

– Принцесса, подождите!..

Узнавший о моем возвращении Феликс ворвался в комнату и попытался остановить меня. Но я уже воспользовалась магией. Хотя снова ничего не произошло.

– Ваше величество!

Кап.

Нет, кое-что все же произошло. Услышав крик Феликса, я взглянула на Клода и была поражена, увидев кровь, стекавшую по его подбородку. Однако Клод просто вытер уголок рта тыльной стороной ладони, равнодушно взглянул на красное пятно и холодно произнес:

– Я знал, что это заклинание – настоящий мусор, но не думал, что оно настолько бесполезное.

– Ваше величество, вы в порядке?!

Никто из нас не мог скрыть своего волнения за Клода. Спокойным оставался лишь он сам. Когда он перевел свой безмятежный взгляд на меня, я вздрогнула. Мои руки задрожали.

– Внутри барьера никто не сможет использовать магию, но вся сила заклинания ложится на того, кто воздвиг барьер. Трудно сказать, с какой целью его разработали. Но, учитывая побочный эффект, неудивительно, что эта техника почти мертва. Иными словами, как видите, любое заклинание, наложенное внутри барьера, бьет непосредственно по мне.

Феликс встревоженно закричал: «Ваше величество, надо было сразу объяснить это принцессе Атанасии!» Но Клод даже не взглянул в его сторону. С момента моего появления все его внимание было приковано ко мне. Я тоже замерла и смотрела на Клода.

– Если ты хочешь, чтобы я и дальше кашлял кровью, то можешь попробовать при помощи магии сбежать отсюда или же напасть на меня.

Услышав его слова, я глубоко вздохнула. Это он к чему?.. А что, если я действительно скажу: «Истекай кровью, мне плевать!» Или он думал, что это меня остановит? Что я не решусь действовать, боясь навредить ему?

Что бы он там ни думал, стоило мне увидеть его кровь, как я тут же застыла на месте, не в силах даже пальцем пошевелить. Перед глазами промелькнула та ситуация в спальне, когда Клод кашлял кровью из-за последствий магического взрыва.

Я закусила губу, понимая, что напугана больше, чем думала. Я действовала опрометчиво, пребывая в полной уверенности, что смогу в любой момент сбежать. Но я не могла продолжать попытки, если это означало, что мои действия навредят Клоду.

В каком-то смысле он выбрал идеального заложника, чтобы остановить меня.

Пока я об этом размышляла, мне пришло в голову кое-что еще. Если Клод собирался просто убить меня, зачем идти на подобное? Почему он использовал заклинание, которое так вредило самому магу? Неужели Клод был настолько уверен, что я не захочу использовать магию при таком раскладе?

Глядя на него, было трудно в это поверить. Этим заклинанием он подвергал свою жизнь большой опасности. В Арланте мне попадались самые разные книги о магии, так что я знала, что есть множество других способов нападения и захвата врагов.

Я оглянулась: Лили тоже смотрела на Клода со странным выражением лица.

– Если ты снова исчезнешь… – Клод заговорил еще тише, чем раньше. От окончания этой фразы воздух с шумом вырвался из моих легких: —…я велю каждый день казнить по тысяче жителей империи. Их тела разрежут на шесть частей и выставят на главной площади.

Я ошарашенно уставилась на Клода. Взглянув в его глаза, я поняла, что он не шутит.

Н-но подождите! Он правда собирался убивать своих же подданных? Я в ужасе взглянула на Лили, но Клод снова забормотал, словно вбивая последний гвоздь в крышку гроба:

– Я не шучу. Так что если ты не хочешь, чтобы Обелия превратилась в гигантское кладбище…

– Ваше величество, так нельзя! – Феликс больше не мог молча наблюдать за происходящим. – Почему вы снова угрожаете принцессе? Вы только больше ее расстраиваете!

Ха! Наш солнечный мальчик Феликс изменился! Он сказал это, прекрасно понимая, что может поплатиться за такие слова жизнью. Естественно, Клод теперь взглянул на него.

– От таких угроз даже я триста раз захочу сбежать!

Чем больше я это все слушала, тем больше диву давалась… Если бы Клод действительно собирался меня убить, Феликс не стал бы говорить подобное. И Лили до сих пор молчала.

– Разве вы не хотели сказать принцессе что-то еще?

Если честно, я не до конца понимала: Феликс так отчаянно взывал к Клоду или ко мне. С одной стороны, он будто бы пытался убедить его опомниться и сделать что-то конкретное. С другой – просил меня не убегать, ведь Клод сказал не то, что собирался.

Клод, хмуро глядя на меня, наконец снова заговорил:

– Вы все, вон отсюда.

Я вздрогнула от его слов. Когда он говорил в таком тоне, следовало подчиниться. Можно я тоже пойду вместе с Феликсом и Лили? Эх, но меня этот приказ точно не касался…

Однако ни Феликс, ни Лили не сдвинулись с места.

– Принцесса, если вы хотите, чтобы я остался, я не уйду.

– Я тоже останусь.

К-кажется, Феликс и Лили дружно сошли с ума! Они смотрели на меня с абсолютной решимостью. Я была тронута этим, но Клод опять нахмурился и повысил голос:

– Вы оставите нас, если я поклянусь, что не убью ее?

Я бросила на него быстрый взгляд, затем посмотрела на Лили и Феликса.

– Все нормально. Если он попытается меня убить, я закричу.

Кхм… Это, мягко говоря, странно. Они ушли не сразу, пару раз переспросив, уверена ли я.

В комнате с магическим барьером остались только мы двое.

Клод, все это время кривился, будто все это его крайне не устраивало. Наконец он поднялся со стула. Я сделала несколько шагов назад и сказала:

– Извините, но я попрошу вас не приближаться ко мне.

Клод остановился.

В этот момент что-то изменилось. Я со странным чувством взглянула в его глаза, в которых плескалась неописуемая смесь эмоций. С-странно. У мужчины было то же холодное и равнодушное лицо, как раньше. Но почему у меня возникло ощущение, будто передо мной стоял брошенный щенок?

Клод замер и не сдвинулся с места ни на миллиметр. На мгновение повисло неловкое молчание. Наконец он разомкнул губы и мягко спросил:

– Как твои дела?

А? С чего это вдруг такой будничный вопрос? Он что-то не то съел? Я отвела взгляд и буркнула ответ. Слетевшие с моих губ слова прозвучали куда страннее, чем я рассчитывала, и я внутренне скривилась от стыда:

– Да так, гуляла много…

– Где?

– Куда ноги заводили, там и гуляла. И в горах, и у рек…

– Видео с дебютантского бала разослали во все уголки империи, так почему же никто тебя не видел?

Ах, значит, то была запись с дебюта?

– Ну, я использовала магию…

– У тебя же не было с собой денег?

– Ну, их я тоже с помощью ма… Нет, забудьте, это коммерческая тайна!

Божечки, я чуть сама себя с потрохами и не сдала! Я же фальшивомонетчица! Я сделала вид, что не замечала пристального взгляда Клода, и посмотрела куда-то в сторону.

– Вот как. Мне было интересно, голодаешь ли ты за пределами дворца, но, похоже, это не твой случай.

Когда я услышала его тихие слова, то снова уставилась на Клода. Мы какое-то время молча рассматривали друг друга. Сейчас он выглядел гораздо бледнее и изможденнее, чем во время нашей последней встречи.

И кто из нас двоих тут голодал? Однако он все еще оставался Клодом: он стоял ровно, словно у него только что не текла кровь изо рта. Я продолжала молча смотреть на него, а затем нерешительно произнесла:

– Вы же говорили, что вы мне не отец.

– Верно. Я тебе не отец, – на мой вопрос последовал спокойный ответ.

– Тогда зачем? – пока я смотрела ему в глаза, во мне поднималась целая буря эмоций. Теперь вопрос стал почти шепотом: – Зачем ты притворяешься моим папой, если не считаешь себя им?

Его вопросы звучали так, словно он переживал за меня и искал меня вовсе не для того, чтобы убить…

На этот раз ответу предшествовало довольно длительное молчание.

– Я сам не знаю, – я молча наблюдала за Клодом. Его рот сперва превратился в тонкую линию, он словно стиснул зубы, а затем продолжил уже с совсем другим взглядом: – Я странно себя чувствую всякий раз, как думаю о тебе.

– Или когда ты делаешь вот такое лицо.

Я не знала, какое у меня было выражение лица, но от вида Клода мне стало не по себе. Он выглядел так, словно проглотил сотню иголок.

– И я не знаю, почему я так себя чувствую.

Клод сильно сжал руки в кулаки.