Они не стали задерживаться в лагере, сразу после завтрака отправились в путь. Сян Юань-да создал демона-марионетку, свою точную копию, дабы обмануть Чжао Гун-мина, а заодно лазутчиков, которых мог подослать император Хуан-ди. Отдав последние распоряжения безликим демонам, он принял человеческий облик. Ли Мэй, увидев его, обмерла. Генерал выглядел… совсем как Чжао Вэйнин! Только печать тяжелой болезни, усталости и заботы делала его чуть старше и строже земного воплощения. Его густые волосы были забраны в высокий хвост, и в черные пряди был вплетен красный шнурок. Когда Сян Юань-да делал шаг, висевший на конце шнурка колокольчик мелодично звенел. Его одежда была темной, а броня – легкой, на плечи он набросил алый плащ.
– Красная птица… как на знаменах войска Чу. Брат Вэйнин рассказывал. Значит, так выглядел непобедимый генерал Чжао Фэнлун!
– Да, сяо Лань. Госпожа Лю Ин помнила меня именно таким. Надеюсь, она сразу же меня узнает.
– Я тоже запомнила тебя именно таким! – прошептала Ли Мэй. Казалось, она грозилась вот-вот прожечь в Сян Юань-да огромную дыру. Столь сильную страсть генерал не замечал даже во взгляде Владычицы Запада. Его сердце дрогнуло, замерло на миг, а потом забилось чуть быстрее.
Жуи уносила хозяина и его спутников все дальше и дальше от военного лагеря. Они спешили попасть в мир смертных. Кругом была тьма, свет источали лишь крылья огненной птицы. Сян Юань-да рассказывал брату о прошлом, о дружбе с бессмертным Ван Цзыляном и девой Лю Ин.
– Она была младшей дочерью великого наставника, обучавшего гуна Чу. Росла при дворе и была… очень необычной девушкой.
Ли Мэй, прежде принявшая облик лисы, подняла голову и ткнула Сян Юань-да лапой. Правда, не выпуская когтей. Она недовольно фыркнула. Генерал почесал ее между ушами, словно желая успокоить. Поначалу он не хотел, чтобы лисий дух последовала за ними в Тянься и собирался вернуть ее в столицу, но Ли Мэй так отчаянно упиралась и не желала с ним расставаться, что пришлось смириться. Младший брат спешил отправиться в путь, спорить было некогда.
– Тогда я не задумывался об этом, но теперь понимаю: в роду Лю Ин были духи Запредельного края. Она прекрасно разбиралась в лекарственных травах, готовила отвары и мази, а еще заваривала чай, способный развеять все тревоги.
– Чай, способный развеять тревоги? И такое бывает? – удивился Сун Жулань.
– Нет, не бывает. Чайные листья останутся всего лишь листьями. А вот иллюзии, которые помогают забыть обо всем – это совсем другое дело. В Дэнфэне клан духов дурмана владел несколькими чайными. Стоило только заглянуть туда, как посетитель забывал обо всех горестях. Я уверен, Лю Ин связана именно с духами дурмана и, как они, способна создавать иллюзии. Ван Цзылян прибыл ко двору гуна Чу, будучи по меркам бессмертных совсем юным. Бессмертные мастера прожили в столице несколько лет, а после вернулись на остров Пэнлай. Ван Цзылян же решил задержаться среди людей. Мы стали друзьями, а Лю Ин была дорога его сердцу. Но бессмертные очень редко связывают себя узами брака с людьми, а Ван Цзылян родился с даром прорицания. Сам Повелитель судеб избрал его. Радости любви ему были недоступны. Ван Цзылян должен был всю жизнь посвятить совершенствованию. Законы бессмертных суровы, но и традиции смертных не лучше. Гун Чу решил судьбу Лю Ин еще тогда, когда она была ребенком. Ей было суждено стать одной из жен правителя Цинь. Когда между двумя царствами наконец был заключен мир, ее отправили в Санъян. К тому моменту меня уже не было в живых… а Ван Цзылян обосновался на горе Суншань. Он не забрал ее с собой, не избавил от нежеланного брака. Что произошло между ними, я не знаю. Но вскоре гун Цинь умер, и всех жен похоронили в его гробнице, в Долине забвения. Судя по всему, Лю Ин возродилась демоном и осталась в Долине навсегда, превратив ее в место абсолютной инь.
– Каким же было ее намерение? – размышлял Сун Жулань. Его взгляд был полон печали. Юноше было очень жаль и старшего брата, и деву Лю Ин, и даже Ван Цзыляна.
Ван Цзылян… Сун Жулань знал, что Всевидящий умер спустя всего несколько часов после того, как отдал ему карту мест абсолютной инь. Он страдал от тяжелой болезни и знал, что скоро его не станет, потому и хотел встретиться с Владыкой Востока. Он… он ведь помог Сун Жуланю не только потому, что пытался восстановить равновесие, но и потому, что хотел спасти дорогих друзей. Юноша все понял. Наконец он понял замысел Ван Цзыляна!
– Если не узнать о ее намерении, уничтожить место абсолютной инь не получится, – вздохнул принц.
– Сперва встретимся с ней. Я никогда прежде не был в Долине забвения, и я не знаю, что довелось пережить Лю Ин в Царстве Цинь.
Они уже летели над землями смертных. Давно наступил новый день, но солнце не взошло. Звезды погасли, но ничто не пришло им на смену, а потому на землю опустилась кромешная тьма. С ней пришел и лютый холод. Сун Жулань, озябнув, поплотнее закутался в плащ. Сян Юань-да поднял на руки Ли Мэй, которая дрожала, несмотря на густой мех, и крепко прижал к себе.
С перьев Жуи сорвались огненные искры и ненадолго разогнали подступавшую со всех сторон тьму. Вдали виднелись дозорные башни стены, построенной по приказу вана Цинь. За ней, до самых гор Куньлунь, раскинулись продуваемые ледяными ветрами степи и каменистые пустоши.
В Долине забвения не росло ни одного дерева, ни единой травинки. Кругом были лишь камни да покрытая слоем льда земля. Жуи опустилась прямо на небольшую, круглую площадку меж высоких, в три человеческих роста, насыпей.
– Это и есть курганы Цинь? – проговорил Сун Жулань, первым спустившись на землю. – Величественные!
Сян Юань-да поставил Ли Мэй на камень, и она тут же приняла облик девушки.
– Здесь все пронизано энергией инь! И я чую кровь… много крови… – Она повела носом и скривилась. – Много крови, разложившихся тел и истлевших тканей. Но цзянши поблизости не ощущаю. Мертвых тут много, но никто из них не поднялся из могил.
Ледяной ветер всколыхнул рукава верхнего одеяния девушки, разметал ее волосы. Уши Ли Мэй покраснели от холода. Сян Юань-да закутал ее в свой плащ, но тот оказался для нее слишком длинным и волочился по земле.
– Жуи, оставайся здесь и дождись нас, – приказал генерал огненной птице. Та выпустила пару колечек черного дыма и принялась чистить перья.
Сун Жулань уже успел уйти вперед. Он осматривался и прислушивался, но не замечал ничего подозрительного, кроме сгустившейся над Долиной тьмы. Впрочем, в Поднебесной инь теперь была повсюду. В красноватом свете, который источали перья огненной птицы, юноша осматривал сложенные друг на друга камни. Он увидел ставшие серыми куски траурных лент, несколько бронзовых украшений, осколки глиняной посуды и горку пепла.
– Видимо, недавно здесь сжигали подношения… Неужели циньцы до сих пор хоронят тут мертвых?
– По краям Долины – хоронят, – ответила Ли Мэй, – я чувствую запах разлагающейся плоти. Фуу, мерзость!
– Даже не думают об опасности!
– Инь повсюду, потому отыскать печать будет непросто, – заметил Сян Юань-да. – Ступайте за мной. С момента смерти Лю Ин прошли две сотни лет, с тех пор курганов в Долине стало намного больше. Постараемся найти гробницу ее супруга. Возможно, Лю Ин осталась подле него.
– Даже если ты демон, как же можно жить в столь мрачном месте? Сотни лет… среди мертвецов. Быть может, она лишилась рассудка от горя? Захочет ли она говорить с нами?
– Повелитель демонов, мы не знаем, что находится внутри печати, – проговорила Ли Мэй. – Лес голодных призраков оказался совсем не таким, каким мы его видели поначалу. Быть может, и здесь… все не так просто.
– Скорее всего вы правы, госпожа Ли Мэй. О, а зачем вы нюхаете плащ брата?
Ли Мэй зашипела на Сун Жуланя.
– А что в этом такого? Приятно пахнет! Очень! Дымом и цветами! У меня нос трупным запахом забит! Не могу больше терпеть!
– Понял я, понял!
Шли они долго. Возможно, прошла половина большого часа, прежде чем им удалось добраться до нужной гробницы. Они петляли между могильными камнями, держались поближе друг к другу, надеясь сохранить хоть чуточку тепла. Лезвие призрачного меча светилось, лисьи огни кружились над головами. Было так тихо! Слишком тихо! Чем дальше они уходили, тем слабее дул ледяной ветер. И, наконец, исчезли все звуки. Даже шаги не были слышны.
– Думаю, мы на месте, – внезапно остановился Сян Юань-да, – чувствуете?
– Опять кровью пахнет! – скривилась Ли Мэй.
Братья-демоны обменялись взглядами.
– Скорее всего, печать внутри этой насыпи. И мы столкнемся с искажением пространства, – заключил Сун Жулань.
Они обошли курган по кругу, надеясь отыскать вход в гробницу. Оказалась, что низкая дверь была заложена каменной кладкой. Одного удара демона в алых одеждах было достаточно, чтобы камни обратились в пыль. Дверь рухнула на землю и развалилась на куски. Сун Жулань, крепко сжав рукоять призрачного меча, шагнул было во тьму, но Сян Юань-да оттащил его назад и вошел в гробницу первым. Ли Мэй бросилась за ним, а Сун Жуланю пришлось войти последним. Когда он оказался внутри гробницы, дверь вновь стала целой и вернулась на свое место. Но размышлять об этом было некогда! Сян Юань-да, державший в правой руке язычок алого пламени, и Ли Мэй, безо всякого стеснения вцепившаяся в его пояс, уже спускались вниз по крутой каменной лестнице. Сун Жулань последовал за ними.
Спуск был долгим… подозрительно долгим. Юноша обернулся и не увидел деревянной двери в гробницу, лишь глухую стену.
– Похоже, мы уже внутри печати, – прошептал он. Сун Жулань думал, что не сможет сделать ни вдоха, но, как ни странно, дышал он совершенно свободно. В гробнице было холодно, и гулял пронизывающий до костей ветер. Выходит, они уже столкнулись с искажением пространства!
– Внизу очень много крови! – сказала Ли Мэй. – Кровь повсюду! Откуда так много?..
И правда, когда они наконец достигли самой последней ступени лестницы, то увидели красное озеро. Его воды были неподвижны и напоминали поверхность бронзового зеркала. По другую сторону виднелось отверстие в стене.
– Инь все сильнее. Уверен, по ту сторону находится центр печати, – заявил Сян Юань-да.
– Раз так, то нужно переправиться через озеро. Если госпожа Лю Ин живет в центре печати, другим путем к ней не попасть, – заметил Сун Жулань.
– Эта кровь… горячая… – прошептала Ли Мэй. – Я чувствую жар.
Край ее длинного, отороченного мехом верхнего одеяния, погрузившись в кровавую воду, мигом окрасился в алый и рассыпался, будто его пожрал колдовской огонь.
– Не беда, – ответил Сян Юань-да. Не произнеся более ни слова, он поднял девушку и, удерживая ее только одной рукой, шагнул в озеро.
– Брат! – в ужасе вскричал Сун Жулань. Не смог удержаться! Его голос эхом отразился от стен.
Но Сян Юань-да ничего не ответил. Он шел по кровавой поверхности озера так же легко и спокойно, как и по земле. Ли Мэй не сводила с генерала взгляда, полного обожания, но не решалась к нему прикоснуться.
– Ну и ну! – только и смог вымолвить Сун Жулань.
Озеро он пересек, стоя, подобно бессмертному, на лезвии меча. Но на Ли Мэй его новое умение не произвело ни малейшего впечатления.
– Он держал меня одной рукой… – шептала она, прижимая ладони к обжигающе горячим красным щекам. – Одной рукой! Будто я вешу не больше пушинки! Он такой сильный!
– Ли Мэй, – обратился к девушке Сун Жулань и развеял ее сладкие грезы, – поторопитесь!
Они вошли в темный туннель, который, судя по всему, проходил через все подземные камеры гробницы, и ахнули. Туннель оказался шире, чем они думали, и… и его стены… их не было вовсе! И справа, и слева Сун Жулань, Сян Юань-да и Ли Мэй видели не голый камень и не серо-бурую землю, а луга. Возвышавшиеся могильные холмы были покрыты зеленью, и повсюду росли маленькие белые цветы. Сун Жулань поднял голову и увидел синее, по-летнему безоблачное небо. Они слышали голоса, обрывки разговоров и смех, но никого не видели.
– Это иллюзия места абсолютной инь, – заметила Ли Мэй. – Все, что мы видим, ненастоящее!
– А разве это важно? – услышали они ласковый женский голос. – Все, кто приходит в Долину забвения, желают обрести долгожданный покой. Их не волнует: будет то сон или явь. Они приходят за избавлением. Но то мертвые. А зачем пришли сюда живые? Отвечайте!
– Вы и есть госпожа Лю Ин – хозяйка Долины забвения? Приветствую вас! – заговорил первым Сун Жулань. – Прошу прощения за то, что мы нарушили ваш покой!
– Да, я Лю Ин. У тебя яркие сине-зеленые глаза, юноша, и пламя твоей души такого же цвета. Еще вижу призрачный меч Владыки Востока. Так ты демон в лазурных одеждах! Ты пришел, как и было предсказано!
– Да, госпожа, я демон в лазурных одеждах.
– Ты наконец пришел, чтобы освободить меня! Ты наконец пришел! А-Цзы, мой А-Цзы сказал, что ты непременно явишься и поможешь мне! А еще ты приведешь А-Фэна! Ты ведь привел его, правда? Спустя столько лет я снова смогу увидеть его! А-Фэн! Я так долго ждала! Я не помню, сколько минуло дней и ночей! Меня ждет смерть, А-Фэн, скоро меня похоронят заживо в гробнице мужа! Ты пришел спасти меня! Забери меня отсюда, верни домой в Царство Чу!
Появившаяся из ниоткуда молодая женщина, подобрав полы длинного темно-синего одеяния, бежала по усыпанному цветами зеленому полотну. Алые ленты в ее волосах подхватил и трепал ветер. Женщина распахнула объятья и рухнула на руки Сян Юань-да.
– А-Фэн! – вскричала она, обвила шею демона в алых одеждах и буквально повисла на нем. – Ты пришел! Я боялась, что не дождусь, не смогу дождаться! Ожидание было столь мучительным!
– Еще бы! – зашипела Ли Мэй и выпустила когти. Сун Жулань крепко сжал ее руку и приложил палец к губам. По щекам девы Лю Ин потекли кровавые слезы, а в ее глазах вспыхнули алые огни одержимости.
– Не плачь, Ин’эр! – Сян Юань-да похлопал ее по спине. – Не плачь! Я вернулся, я помогу тебе.
– «Ин’эр» ее зовет! – пробурчала Ли Мэй. – Укусить его один раз будет недостаточно! Три! Я укушу его три раза! Я его укушу!
– Зачем кусать моего брата? – зашептал Сун Жулань ей на ухо. Девушка так глубоко погрузилась в свои мысли, что вздрогнула от неожиданности.
– Ты не понимаешь, повелитель демонов! Она… она… а он… Ух! Как мне это не нравится!
– Они знакомы с юных лет. Разумеется, они близки, – подметил Сун Жулань. Но Ли Мэй продолжала хмуриться.
– Владыка Востока привел тебя, А-Фэн! Я так рада! Но кто эта девушка? Почему она здесь? И где А-Цзы?
– Ин’эр, это госпожа Ли Мэй. Моя спутница. Она под моей защитой, – ответил Сян Юань-да. В тот миг он не смотрел на Ли Мэй и не видел, что ее глаза расширились, а щеки вновь залил румянец. – Я думал, душа Ван Цзыляна отправится сюда. Неужели ты его не встречала?
– А-Цзы… его душа? Разве он умер? Нет же… А-Фэн, Ван Цзылян не умер! Разве он не отправился на гору Суншань, чтобы обучать бессмертных прорицателей? Он сказал, что не может помочь, что Владыка Востока придет и спасет меня… и ты придешь, А-Фэн… Но я так надеялась, что и он…
Сун Жулань сощурился. Хозяйка Долины забвения лишилась рассудка. Это было совершенно очевидно! Прошлое для нее смешалось с настоящим, и она существовала, будто в зачарованном сне. Ужасная участь!
– Ин’эр, ты помнишь, как долго живешь в Долине забвения? Помнишь, когда в последний раз видела Ван Цзыляна?
– Долго… очень долго… не могу вспомнить, – проговорила госпожа Лю Ин. Она наконец отпустила Сян Юань-да, обхватила голову руками и начала раскачиваться. Вид у нее был совершенно безумный! Братья-демоны обменялись тревожными взглядами.
– Нет же! – вдруг воскликнула госпожа Лю Ин. – Нет же! Прошло мало времени… Не больше года с тех пор, как был подписан мирный договор с Цинь. Мне пришлось произнести брачные клятвы, а А-Цзы не смог забрать меня… Прошло мало времени, но мне этот год показался вечностью! А-Фэн наконец-то ты пришел за мной! Выходит… ты смог доказать свою невиновность? Конечно, смог…
– Повелитель демонов, – зашептала Ли Мэй на ухо Сун Жуланю, – да она же застряла в прошлом!
– Ин’эр, – Сян Юань-да положил ладонь на плечо женщины, – я заберу тебя отсюда. Но ты должна вспомнить. Две сотни лет прошли, и все это время ты была здесь, в Долине забвения, в этой гробнице. Генерал Чжао Фэнлун давным-давно умер, а я тот, кого Ван Цзылян называл «величайшим из бедствий». Он хотел, чтобы моя звезда войны погасла. Но тогда он не знал, что, погибнув, я вернусь в Поднебесную демоном и принесу немало страданий смертным. Его дар прорицания тогда еще не достиг высокого уровня. Он неверно истолковал видения. Ван Цзылян ускорил мою смерть, но тем самым привел в мир демона в алых одеждах. Теперь уж… его самого нет в живых. Я думал, его призрак явится сюда, чтобы повидать тебя, но он не пришел.
– Что? Нет! – вскричала дева Лю Ин. – Это неправда! Неправда! А-Цзы… А-Цзы бы никогда не причинил вред А-Фэну! Никогда! Ты не А-Фэн! Не А-Фэн!
– Генерал Чжао Фэнлун мертв, я же Сян Юань-да – демон в алых одеждах. Но важно другое, Ин’эр, Долина забвения давно уже превратилась в место абсолютной инь. Я помогу тебе обрести свободу, но для этого нужно снять печать…
– Замолчи! Нет! – продолжала кричать госпожа Лю Ин. Она закрыла руками уши, лишь бы только не слышать Сян Юань-да. – Не может этого быть! Две сотни лет? А-Цзы… А-Фэн… А-Цзы сказал, что Владыка Востока придет и заберет меня отсюда, он просил еще немного подождать… и я ждала! Нет, все не так… А-Цзы сказал, что мне придется остаться в Санъяне, а он пойдет по пути совершенствования. Мне… мне нет места в его сердце! Или… я не помню, не помню…
– Все смешалось в ее голове! – вздохнула Ли Мэй. – Несчастная! Она уже не понимает, где прошлое, а где настоящее.
– Госпожа Лю Ин, – ласковым голосом обратился к хозяйке Долины Сун Жулань, – здесь холодно! Это фонарь очищения. Огонь, который горит в нем, согреет ваши руки. Мы пришли, чтобы помочь. Мы заберем вас отсюда!
– Владыка Востока! – Кровавые слезы все еще текли по щекам госпожи Лю Ин. – Скажите, что это неправда! А-Цзы никогда бы не навредил другу, никогда бы не погубил его! Он дорожил А-Фэном! Всегда дорожил им! А-Цзы непременно придет ко мне! Он придет и все объяснит! Я останусь и буду ждать его здесь!
– Госпожа Лю Ин, прошло уже много времени, и прошлого не вернуть. Но вы должны покинуть Долину забвения. Я призову дух Ван Цзыляна, и вы сможете поговорить с ним.
– Правда? Правда? Я смогу увидеть А-Цзы?! О, благодарю! – оживилась Лю Ин, но тут же сникла. – Ох, нет! Не желаю его видеть! Убью, уничтожу его, уничтожу! Он бросил меня! Он не верил в невиновность А-Фэна! Это ведь он… он оклеветал А-Фэна… Это из-за него А-Фэн всего лишился и пережил столько страданий!
– Она совсем запуталась! – покачала головой Ли Мэй.
Сян Юань-да устал слушать Лю Ин, он подхватил ее на руки, забросил на плечо и перенес на цветущий луг. Усадил на большой камень и сжал ладони несчастной женщины.
– Все это в прошлом, Ин’эр, все в прошлом. Взгляни на меня! Выслушай! Я более не гневаюсь на Ван Цзыляна, и ты не злись. Успокой сердце! Ты… любила Ван Цзыляна. Так ведь это называется… «любовь»? Я вспомнил… И он любил тебя.
– Любил… любил… Тогда почему, почему же он бросил меня? – вскричала госпожа Лю Ин. – Почему оставил здесь, почему не спас? Я винила его в том, что случилось с тобой, А-Фэн, я винила его и была права! Он лишил тебя всего, а когда мне потребовалась помощь, когда мой супруг умер, а меня заперли в его гробнице, Ван Цзылян не пришел. Мои слова разбили его сердце, так ведь? Он возненавидел меня и потому не пришел! Но я же была права… права…
– Повелитель, думается мне, Всевидящий решил, что дева Лю Ин любит не его, а моего… генерала Чжао Фэнлуна. Она так отчаянно его защищала, а Всевидящий видел в нем угрозу. Он разозлился и оставил ее, а после она была похоронена здесь заживо. И возродилась демоном.
– Боюсь, вы правы, госпожа Ли Мэй! Какая ужасная судьба! Одно ошибочное предсказание обернулось большой бедой!
Сердце Сун Жуланя было полно жалости. К брату, которого предал и обрек на смерть лучший друг. К деве Лю Ин, разочаровавшейся в возлюбленном. К Ван Цзыляну, считавшему, что делает доброе дело, но сотворившему большое зло и прослывшему предателем. Но ведь он… заплатил за свою ошибку не только столетиями отчаяния, но и вознесением на девятые небеса.
– Я попытаюсь призвать призрак Ван Цзыляна. Возможно, он сможет успокоить ее.
Сун Жулань поставил фонарь очищения на траву, закрыл глаза, сосредоточился. Юноша думал о Ван Цзыляне, вспоминал о том, как беседовал с ним в Пагоде Познания, как получил из его рук карту мест абсолютной инь, как Всевидящий просил спасти его друзей.
– Повелитель! – вскрикнула Ли Мэй. – Повелитель демонов!
Сун Жулань распахнул глаза и ахнул. Пространство внутри гробницы стремительно менялось. Исчезли зеленые холмы и цветущий луг, теперь повсюду был грубый камень. Сян Юань-да пошевелил пальцами, и на сырой земле распустились огненные камелии. Тело Лю Ин, до этого момента крепко сжимавшей ладонь демона в алых одеждах, распалось на множество белых цветов.
Раздался ее мелодичный смех, и у Сун Жуланя мурашки пробежали по спине.
– Так это была иллюзия… – прошептал обескураженный юноша.
Сян Юань-да поднялся на ноги, его брови гневно сошлись на переносице. Он призвал парные мечи.
– Чуете? – принюхалась Ли Мэй, на ее пальцах вновь выросли когти. – Благовония?
– Цветы дурмана! Так вот как она… Ин’эр! Лю Ин! Покажись! Мы пришли, чтобы помочь!
– Разве? О нет! Вы пришли, чтобы уничтожить мой дом! Долина забвения – все, что у меня осталось! Моя отрада! Если я покину его, мир, который я создала, исчезнет! И все души, нашедшие здесь приют, снова будут страдать!
– Госпожа Лю Ин! Это место абсолютной инь! – вскричал Сун Жулань. – Самое темное место в трех мирах! Равновесие нарушено, инь превышает ян. Тьма из Долины забвения вот-вот накроет земли смертных!
– И что с того? Я ненавижу смертных и их мир! Ненавижу всех! Их законы, их традиции – беспощадны! Люди жестоки, а бессмертные – коварны и лицемерны. Все отказались от меня. Тот, кого я любила, оказался мерзавцем! Я никому не сделала зла, но меня убили, убили…
– Госпожа Лю Ин, я понимаю вас! Я тоже злился, тоже ненавидел, но это путь к одержимости! А она не спасение! Вы должны бороться, сопротивляться!
– Владыка Востока, но я не хочу! – дала решительный ответ Лю Ин. – Если мой мир будет разрушен, как же тогда быть? Как быть?.. Не-е-ет! Я не позволю вам уничтожить Долину забвения! Зачем, зачем, если здесь вы сможете обрести покой? Зачем, если здесь вы сможете получить все, о чем мечтаете?
В воздухе закружились вихри белых цветов. Огромная, цветочная волна хлынула в сторону Сун Жуланя и Ли Мэй и сбила их с ног.
– Повелитель! – Ли Мэй вцепилась в Сун Жуланя. – Повелитель! А-Ни!
Но ей никто не ответил. Голос Лю Ин стих. Ли Мэй вскрикнула. Еще минуту назад она сжимала край рукава Сун Жуланя, а теперь ее руки были пусты. И Сян Юань-да исчез. Паника сдавила горло девушки. Умом она понимала, что глаза обманывают ее, что все, что она видит, лишь иллюзия. Но все равно ей было страшно… очень страшно! Когти Ли Мэй светились, а возникшие на голове лисьи уши прислушивались. Она по-звериному повела носом, но почуяла лишь сильный и терпкий запах благовоний.
Ли Мэй с трудом поднялась на ноги, стряхнула с себя лепестки, сделала один шаг, второй, но осознала, что так и не сдвинулась с места. Пространство вокруг менялось снова и снова, все смешалось: цвета, запахи и звуки. Девушку окружали разноцветные полотна. Легкий ветерок колыхал ткани, и причудливые узоры продолжали меняться… Приоткрыв от удивления рот, Ли Мэй наблюдала за кружившимися в танце девами. Их рукава волочились по земле, а лица… то были лица покойниц. Неужели это жены гуна Цинь, похороненные в одной гробнице?
Перед глазами Ли Мэй мелькали самые разные образы. Множество призраков и их истории… Лю Ин и правда создала счастливый мир иллюзий для всех мертвых, оставшихся в Долине забвения. Души тех, кто был похоронен в Долине забвения, призраки, столетиями прибывавшие в место абсолютной инь, все они кружились вокруг Ли Мэй, а их грезы стояли у нее перед глазами. Кто-то желал мира и покоя, тихой жизни в кругу семьи, кто-то власти, славы и богатства, кто-то хотел обрести утраченное, вернуть тех, кого потерял. И Лю Ин дала им все, о чем они мечтали… И было неважно, что все они умерли, это было неважно… Главное, что они получили то, что хотели. И не желали от этого отказываться.
Ли Мэй была потрясена, но страх был сильнее. Она неустанно искала глазами Сян Юань-да и Сун Жуланя.
Большие красные листья осыпали землю, раскидистые ветви закрывали небо. Девичьи руки обхватили Чжао Вэйнина за шею, смех, похожий на звон маленьких колокольчиков, стоял в ушах. Юноша кружился, и полы длинного белого плаща подметали землю. Он чуть повернул голову, Ли Мэй, повисшая на его спине, прижалась теплой щекой к его щеке.
Сун Жулань и Хэ Ланфэн сидели рядом за низким столиком и увлеченно беседовали. Юноша взял в руки кисть и принялся что-то писать. Хэ Ланфэн прижалась подбородком к его плечу.
– «Как горько, что небесный простор заполняет осенний воздух! И такое чувство, словно ты совершаешь далекий путь», – прочитал Сун Жулань написанное. Мечница вытащила из его пальцев кисть и тоже начала писать.
– «Ухожу все дальше и дальше, и где-то остановлюсь? Думы только о Вас, государь, и нет им предела!»[52], – добавила она. Они обменялись улыбками.
Красные листья все падали и падали.
Демон в алых одеждах, свободный от всех обязательств, разбивший оковы долга, вернулся в холодную пещеру в горах Куньлунь и на ледяном ложе уснул на тысячи лет. Погасли огненные камелии, и пещера погрузилась во мрак. Сян Юань-да видел сон о человеческой жизни и улыбался. Счастливо улыбался.
Но тут кто-то сильно укусил его за шею. Снова и снова. Ярость забурлила в крови Сян Юань-да, и он распахнул глаза, сжал шею той, кто осмелился нарушить его покой, сильно сдавил.
– Лисичка! – прошептал он и тут же разжал пальцы. К счастью, он не успел задушить Ли Мэй. Лицо девушки было бледно, на губах была кровь, а пальцы посинели от холода. Сян Юань-да попытался встать, но его тело было сковано льдом. На его прозрачной поверхности остались следы от когтей. Ли Мэй пыталась ломать ледяную корку, и смогла высвободить голову, шею и руку Сян Юань-да. Демон в алых одеждах сделал резкий рывок, и лед треснул, посыпался на каменный пол. Вновь распустились огненные цветы, и Сян Юань-да вложил один из них в ладони Ли Мэй. Ее пальцы уже не гнулись.
– Так холодно, так холодно! – зашептала она. Генерал прижал девушку к себе крепко-крепко, поделился своим теплом, попытался отогреть, как мог.
– Маленькая лисичка, как же ты смогла сопротивляться чарам Лю Ин? – спросил он.
Ли Мэй безо всякого страха и стеснения спрятала лицо у него на груди.
– Все просто! У меня нет несбыточных желаний. Все, чего хотела, я смогла обрести, – ответила она. У девушки стучали зубы, и она продолжала трястись от холода. – Я даже смогла провести с вами хоть немного времени. А кроме вас мне некого было желать…
Что это было за чувство? Сян Юань-да никак не мог вспомнить. Быть может, нежность? Нежность, оказывается, такая…
И тут земля заходила ходуном, несколько крупных камней полетели вниз, грозясь придавить Сян Юань-да и Ли Мэй. Генерал подхватил девушку на руки и отскочил в сторону. Ему показалось, что пол пещеры поднялся вверх, а стены – наклонились.
– Место абсолютной инь разрушается? – воскликнула Ли Мэй, обвив руками его шею. – Значит, повелитель демонов?..
– Нет, это не сяо Лань. Прислушайся, лисичка!
– Вода шумит? Но откуда здесь вода?..
– Похоже, земли Тянься вот-вот затянет в пучину Великого Хаоса. Нужно выбраться и отыскать сяо Ланя!
Пространство внутри гробницы в очередной раз изменилось, и Сун Жулань оказался в Павильоне Золотого Лотоса. Вот покои, в которых юноша провел многие часы за работой, вот синяя маска, оставленная на столе, символ его прошлого. Он не мог назвать подземелье, где провел детство, домом, так, быть может, именно Павильон Золотого Лотоса – единственное место, куда он желал вернуться? Там он часами обсуждал прочитанное с Хэ Ланфэн и вместе с братом Вэйнином пробовал пирожные, приготовленные Ли Мэй. Но все ушло. Ничего не вернуть! То была лишь иллюзия!
– Одумайтесь, госпожа Лю Ин! – взывал к хозяйке Долины забвения Сун Жулань. Пылал огонь очищения, земля под ногами ходила ходуном. Камеры гробницы стремительно заполнялись водой, но деву Лю Ин это, казалось, совсем не беспокоило. Вихри белых цветов дурмана кружились вокруг нее, и множество образов мелькало перед глазами Сун Жуланя. – Я вижу, вы милосердны! Вы хотели помочь призракам Долины забвения, вы подарили им то, о чем они мечтали. И пусть это лишь сон… Но ведь себе вы так и не смогли помочь! Избавив других от страданий, вы не смогли отринуть прошлое. Так почему бы?..
– Пусть так, Владыка Востока, пусть так! – покачала головой Лю Ин. Черты ее лица заострились, на лбу проступил алый знак демона. – Но если Долина забвения исчезнет, куда мне податься? Что делать дальше? У меня не останется ничего… А вы сами, вы сами полны желаний и жажды жизни! Вы в моей власти, как на ладони ваши мысли! Разве не страдаете вы от того, что пришлось покинуть любимых? Вы можете остаться здесь, и вам не придется жертвовать собой!
Сун Жулань увидел Хэ Ланфэн. Девушка возникла словно из ниоткуда, потянулась к нему. Ее алые одежды были просты, но одновременно красивы. Ее тяжелый головной убор венчали танцующие фениксы. Сун Жулань мечтал увидеть ее такой, хотел снова услышать ее голос, поведать обо всем, что лежало на сердце. Юноша потянулся к Хэ Ланфэн в ответ, хотел было дотронуться до ее лица.
– Да, я хочу жить, – проговорил Сун Жулань. Его лицо исказило глубокое страдание. Сине-зеленый огонь охватил подол платья Хэ Ланфэн, и ее тело превратилось в вихрь цветов дурмана. – Хочу вернуться к тем, кого люблю. Но я не могу остаться здесь. Я должен исполнить свой долг. Пути назад нет. Как бы я ни хотел спрятаться, скрыться от правды, ничего нельзя изменить. Госпожа Лю Ин, мы можем жить лишь настоящим. Не во сне, не в иллюзии, только в реальности.
– Но если я не смогу… если за пределами Долины забвения и мира, который я могу создать, больше ничего не осталось? Что мне делать? Я не так отважна, как вы, Владыка Востока. Я могу думать лишь о собственном спокойствии!
– Еще совсем недавно и мой мир, казалось, вот-вот должен был рухнуть, – проговорил юноша грустно. Ледяная вода сковала его ноги, пробрала до костей. Но огонь очищения продолжал гореть, и Сун Жулань оставался поразительно спокойным. В его душе не осталось сомнений. – Но благодаря моим близким он смог устоять. И теперь я хочу спасти три мира ради их будущего.
– Но мне некого ждать, у меня не осталось причин бороться. Я лишь хочу жить в мире, в Долине забвения, хочу… – вновь вцепилась в свои волосы дева Лю Ин. – Мне некого ждать, не на что надеяться… Все бросили меня, все отказались от меня… А-Фэн погиб, а А-Цзы… А-Цзы погубил его! Однажды я смогу… смогу создать иллюзию и для себя, смогу… и в ней все будут живы. Я снова буду дома, снова увижу А-Фэна и А-Цзы!
– Вы и без того их увидите. Ван Цзылян уже ждет вас снаружи. Мы можем покинуть гробницу вместе. Госпожа Лю Ин, пришло время проснуться!
– А-Цзы ждет меня? А-Цзы… ненавижу его… ах, нет! Это ведь А-Цзы попросил вас спасти меня? Это ведь А-Цзы прислал вас?
– Правильно! Ван Цзылян попросил меня помочь. Госпожа Лю Ин, дайте руку, давайте уйдем отсюда вместе. Давайте уйдем!
Двери, ведущие в камеру гробницы, развалились на куски. На пороге возник Сян Юань-да. Ли Мэй сидела на его плече и держала в руках шар лисьего огня. Вода бурным потоком хлынула в камеру.
– Сяо Лань! Нужно убираться отсюда!
– Скорее, повелитель!
Призраки бушевали за спиной демона в алых одеждах, выли и стенали, тянули к нему холодные руки. Они были недовольны, ведь их покой был нарушен. Решимость девы Лю Ин сохранить Долину забвения пошатнулась, и все больше мертвых пробуждалось от зачарованного сна.
– Прочь! – рыкнул он, и призраки отступили.
– Госпожа Лю Ин! Нужно уходить! Сейчас же! – потянулся к ней Сун Жулань, но она мягко отстранила его руки.
– Владыка Востока, А-Фэн, спасайтесь! – Алый знак демона на лбу Лю Ин погас, а ее печальные глаза вновь стали темными. Впервые за две сотни лет она решила противиться одержимости. – Я разрушу иллюзию, и Долина забвения исчезнет вместе со мной!
Они не успели ничего сказать, не успели ничего сделать. Тело Лю Ин распалось на множество цветов дурмана. Поток воды сбил Сун Жуланя с ног. К счастью, Сян Юань-да успел удержать брата за воротник.
– Убираемся, убираемся отсюда! – Демон в алых одеждах принял истинный облик и использовал всю силу, чтобы устоять на ногах. Он продолжал идти вперед, противостоя бурному потоку воды, который несся навстречу, и удерживая Сун Жуланя и Ли Мэй. Стены гробницы ходили ходуном, камни, комья земли и грязи падали вниз. Сун Жулань создал защитный барьер. Ли Мэй для верности закрыла голову Сян Юань-да руками, пыталась защитить его, как могла. Несмотря на шум воды и вой призраков, они услышали отчаянные крики Жуи. Огненная птица когтями разгребала насыпь, ломала камни, пытаясь добраться до хозяина.
Они едва-едва успели выбраться наружу, как каменная гробница рухнула, а ее остатки ушли под воду. Сян Юань-да забрался на крыло Жуи, а затем поспешил перебраться на спину. Ли Мэй и Сун Жуланя он втащил за собой, и огненная птица взмыла в поднебесье.
Небо, такое близкое, казалось, грозившееся вот-вот упасть на землю, было черно-фиолетовым. Воздушные массы закручивались в огромную пугающую воронку. Жуи закричала, но крик этот потонул в оглушительном реве ветра. Сян Юань-да бросил тревожный взгляд на Сун Жуланя и Ли Мэй. Девушка крепко сжимала рукав его одеяния, не решалась отпустить. Сун Жулань кивнул брату, давая понять, что он не пострадал.
Жуи опустила их на вершину самого высокого кургана. Они увидели сине-черные волны, бьющиеся о стену, возведенную для защиты западных рубежей Царства Цинь. Увидели, как то тут, то там проваливалась земля, и на поверхность поднимались подземные воды.
– О, ужас! – воскликнула Ли Мэй. Ее губы побелели. – Тянься уже возвращается в состояние Великого Хаоса!
Печать места абсолютной инь была разрушена, темное облако рассеивалось над Долиной, а множество душ спешили к Сун Жуланю, дабы отогреться у огня очищения. И Лю Ин была с ними, и Ван Цзылян, прибывший наконец на зов Владыки Востока. Юноша поднял фонарь высоко над головой, чтобы призвать всех голодных призраков Долины забвения и избавить их от одержимости.
– А-Цзы! – вскричала госпожа Лю Ин, потянулась к возлюбленному, но ее полупрозрачные руки отныне не могли коснуться его.
В ладонях Ван Цзылян держал язычок огня очищения, и безмятежная улыбка появилась на его губах. Наконец он, оказавшийся после смерти во власти одержимости, обрел свободу и вспомнил, почему прежде так рвался в Долину забвения, кого желал увидеть, что хотел сказать.
Неужели поздно просить прощения?
– Ин’эр, А-Фэн, я подвел вас! – проговорил он и повесил голову. – Я так подвел вас!
– Все это уже не имеет значения, Ван Цзылян, – проговорил Сян Юань-да спокойно. – Даже после смерти ты никак не можешь отпустить прошлое. Есть ошибки, которые исправить нельзя. Я уже давно не держу на тебя зла. И ты освободись от воспоминаний и обрети наконец покой.
– А-Цзы, я думала, что не смогу простить тебя, ведь ты покинул меня в самый трудный час, и ты причинил немало зла А-Фэну. Это из-за тебя он пострадал без вины! И все же… проведя так много лет в Долине забвения, я поняла, что не было ни единого дня, когда мои мысли не возвращались к тебе. Я так ждала тебя, так ждала!
– Ин’эр! Ты вправе ненавидеть меня! Я был жесток и несправедлив по отношению к Чжао Фэнлуну, но также я был жесток и к тебе. Мне следовало послушать тебя и сразу признать вину, следовало избавиться от зависти, жадности и амбиций и забрать тебя с собой. Я должен был отказаться от ревности и злобы и спасти тебя! Тогда бы тебе не пришлось терпеть такие страшные муки! Так жаль… так жаль, я заслуживаю твоей ненависти и мести, но как теперь ты мне отомстишь?
– Чжао Фэнлун отказался от ненависти, и я на самом деле давно отказалась, – проговорила Лю Ин. – Со временем многое становится несущественным, Ван Цзылян! Чтобы спасти меня и после смерти, ты сделал все, что мог. Я буду помнить об этом, а об остальном забуду.
Души умерших покидали Долину забвения, только Ван Цзылян и Лю Ин остались. Еще некоторое время они переговаривались между собой, и Сян Юань-да присоединился к этому разговору. Ли Мэй хмурила брови, наблюдая за ними. Но Сун Жулань был спокоен. Впервые за последние дни он ощутил прилив сил, его раны затянулись, а усталость как рукой сняло. Он был готов исполнить свой долг, он одержал победу над искушением, обрел третий ключ от сердца, и силы демона в лазурных одеждах возвращались к нему.
Сун Жулань наблюдал за братом и его друзьями, и уголки его губ приподнялись. То была печальная улыбка. Юноша решил для себя, что не станет призывать Ван Цзыляна и Лю Ин в Земли Беспомощности, он даст им время побыть вместе. Пусть и после смерти. Они смогут разрешить все противоречия, смогут окончательно отпустить обиды и наконец обретут полный покой. Сун Жулань решил, что оставит для них по язычку огня очищения, и пусть пламя его души хранит их в предстоящем путешествии. А еще он понял, почему Сян Юань-да так отчаянно желал прожить еще одну человеческую жизнь.
«Уважаемый брат, ты не должен жертвовать собой, чтобы изменить мою судьбу, – подумал он, бросив ласковый взгляд на старшего брата, – для тебя еще не все потеряно. Ты сумеешь обрести свободу, о которой так мечтал, сможешь жить в мире. Верю, ты более не будешь один! Ты уже начал путь к освобождению, так не останавливайся же!»
Когда и Ван Цзылян с Лю Ин покинули Долину, а вода достигла вершин самых высоких курганов, Сян Юань-да приказал Жуи онести Сун Жуланя и Ли Мэй в столицу Инь. Вскоре они поднялись на вторые небеса и понеслись над землями духов. Небо гневалось, грохотало и исторгало молнии, а многочисленные реки и озера вышли из берегов. Вода стремительно приближалась к городским предместьям.
Над Инь был установлен громадный защитный барьер, и тысячи духов спешили укрыться в стенах столицы. Все ворота были открыты, но поток беженцев не иссякал. Хэ Ланфэн, находившаяся в самой гуще толпы и оказывавшая любую посильную помощь нуждавшимся, завидев в небе огненную птицу, поспешила подняться на вершину дозорной башни.
Наконец-то! Наконец-то они вернулись! Хэ Ланфэн вся извелась от беспокойства и тысячу раз прокляла себя за то, что не стала спорить и не решилась последовать за Сун Жуланем.
Птица не могла преодолеть барьер, потому Сян Юань-да подхватил Ли Мэй на руки и по воздуху отнес к дозорной башне. Хэ Ланфэн тут же заключила подругу в объятья. Некогда было говорить, спорить и возмущаться было некогда. Всю тревогу Ланфэн постаралась выразить без слов. Ли Мэй ласково погладила ее по спине.
– Мэй-Мэй, а где Сун Жулань? – спросила Хэ Ланфэн, выпустив подругу из объятий. От сильного волнения ее лицо стало белым, как полотно. На лице Ли Мэй отразилось удивление.
– Но он же… был с нами! – Девушка принялась вертеться по сторонам. Жуи била крыльями в воздухе, ожидая хозяина за пределами барьера. Внизу духи спешили закрыть первые ворота.
В глазах Хэ Ланфэн застыл ужас. Лицо Сян Юань-да перекосилось от ярости. Он все понял. Он призвал жетон повелителя Земель Беспомощности, но тот так и не появился. Он вернулся к истинному хозяину. Сун Жулань забрал жетон, пока демон в алых одеждах спал или был в беспамятстве. Он забрал жетон и не вернулся в столицу Инь! Он ведь научился… научился перемещаться в пределах Запредельного края! О нет!
– Ли Мэй! – Хэ Ланфэн даже не обратила на генерала внимание. Она встряхнула подругу. – Что случилось? Где Сун Жулань?! Ты же отправилась вслед за ним!
Ли Мэй не знала, что сказать. Догадка потрясла ее, сокрушила.
– Оставайтесь под защитой зачарованных стен столицы! – наказал Сян Юань-да девушкам. – Я верну его! Я его остановлю!
– Господин, я заслуживаю наказания! Мне не удалось защитить солдат неиссякаемой армии и спасти от одержимости тех, кто искал приюта в Землях Беспомощности! Накажите меня! – Повелитель Земель Беспомощности опустился на колени перед Владыкой Востока и прижал лоб к земле.
– Поднимитесь, министр Чжоу! В случившемся нет вашей вины. Это ноша никогда и не должна была стать вашей. Но вы сделали все, что смогли. Наконец-то вы сможете навсегда покинуть Костяную пагоду.
– Но как же я могу уйти? А как же вы, мой господин?.. – Чжоу Синьчжэ поднялся на ноги и с тревогой посмотрел на Владыку Востока, которого ждал так долго.
– Энергия инь слишком сильна, даже печать Владычицы Запада надолго не сдержит голодных призраков. Когда подам знак, отворите все врата. Я призову солдат неиссякаемой армии и души мертвых со всех уголков трех миров в Земли Беспомощности. Настало время восстановить мост через реку Жошуй. Министр Чжоу, ступайте! Исполните в точности мой приказ. Будьте готовы отворить врата!
Чжоу Синьчжэ не решился задавать новые вопросы, он не мог ослушаться приказа Владыки Востока.
Огромная печать грозилась вот-вот погаснуть над бесплодными Землями Беспомощности. Что видел великий демон перед собой? Лишь камни и серую пыль – ни цветка, ни травинки, ни капли воды. Вдали сотрясались, рушились пики Куньлунь, еще дальше горы извергали потоки лавы, грохотал гром, и сверкали молнии, горели леса, и утопали в воде низины. Лишь в Землях Беспомощности все осталось по-прежнему. Холод и пустота, тени, кружившиеся вокруг Костяной пагоды. В ее окнах не гасли тусклые огни, кости, из которых были сложены ее стены и крыша, были жемчужно-белыми. Единственное белое пятно среди всеобщей серости…
Демон в лазурных одеждах шел вперед, не оглядывался, не сворачивал с намеченного пути. Цзинлин, как пояс, был обернут вокруг его тела. Длинный сине-зеленый плащ стелился по земле. Ярко сияло его роскошное одеяние, но еще ярче были его глаза. В одной руке Владыка Востока держал жетон своей власти, в другой – фонарь очищения. Множество душ мертвых следовало за ним через Земли Беспомощности к реке Жошуй. Он не оглядывался, не мешкал ни секунды, неумолимо шел вперед, а призраки склоняли перед ним головы и не осмеливались вымолвить ни слова.
Берег Жошуй был пуст. Черные воды реки пенились, бурлили, волны бились о прибрежные камни. Темное небо полностью сливалось с водой, а противоположенного берега не было. Как демон в лазурных одеждах ни вглядывался во тьму, ничего не мог разглядеть. Он обернулся, бросил взгляд на собравшихся на берегу призраков и поднял фонарь очищения высоко над головой. Яркий свет и его самого заставил сощуриться. В небе погасла печать Владычицы Запада. Разом отворились все врата, ведущие в Земли Беспомощности.
О чем думал в тот миг великий демон? Что почувствовал он, когда осознал, что его история подошла к концу? Прежде Владыка Востока думал, что будет бояться, страдать и сожалеть. Будет волноваться, ведь его человеческое тело может не удержать могучую силу вэнь-шэня. Он думал, что будет корить себя снова и снова, ведь ушел он, даже не попрощавшись.
Но сердце демона в лазурных одеждах было подобно глади озера. Он был спокоен и уверен в себе, он смирился с тем, что последний, самый трудный путь придется пройти одному. И все же те, кого он любил, те, кем он так дорожил, незримо были рядом. Великий демон думал об их будущем, об их благополучии.
А три мира… Три мира не могли сгинуть! Нельзя было этого допустить! Владыка Востока добрыми и печальными глазами смотрел на голодных призраков. Были среди них и солдаты неиссякаемой армии, были те, кто умер безвременной смертью, те, кто ушел из жизни в положенный срок. Все они жаждали освобождения и желали переродиться, отпустить прошлое. Те, кто был несчастлив при жизни, не должны были страдать и после смерти. Те же, кто познал счастье, должны были обрести его и в следующей жизни.
Все было правильно, все шло своим чередом. Владыка Востока вернулся, чтобы сдержать данное когда-то слово. Отныне никто не будет удерживать души умерших в Землях Беспомощности и не заставит их сражаться в бесконечной войне! Этой чудовищной ошибке прошлого пришло время положить конец!
И пусть демону в лазурных одеждах придется уйти туда, откуда нет возврата, – он принял такую судьбу. Его жажда жизни и счастья были сильны, но любовь к миру – сильнее.
Наконец, бросив последний взгляд на голодных призраков, Владыка Востока шагнул в воды реки Жошуй. Делая шаг за шагом, он все также держал фонарь высоко над головой. Все знали, что любой, кто ступит в воды Жошуй, утонет и навсегда исчезнет из трех миров. Но Владыка Востока продолжал идти, и там, куда ступали его ноги, волны застывали, образуя мост.
В стенах Инь Хэ Ланфэн металась, как загнанный зверь. Она хотела последовать за демоном в алых одеждах, но, увы, ей было не преодолеть столь длинный путь на мече и не попасть в земли мертвых. Сян Юань-да не взял ее с собой, и девушка сходила с ума от ужаса и горя. В тот миг ей не было дела до краха трех миров. Она не думала о том, что огромные волны подступают к столице, грозятся, в конце концов, уничтожить защитный барьер, снести все на своем пути. Она забыла о том, что в западном приграничье армия демонов продолжала битву с небесными божествами и бессмертными.
Три мира вот-вот должны были сгинуть в пучине, девять небес могли быть в любой момент затоплены. Но Хэ Ланфэн не находила в себе сил думать о спасении. Какой в этом смысл, если рядом больше не будет его? Она устала бороться. Как же она устала…
– Сестрица, – услышала она испуганный голос Ли Мэй, – погляди! Гляди!
Хэ Ланфэн подняла голову и обомлела. Небеса светились, сияли… тысячами, десятками тысяч огней.
– Неужели повелитель демонов призывает все души умерших в Земли Беспомощности?
Хэ Ланфэн не смогла ответить подруге. Ее голова была как в огне, ее сердце нестерпимо болело. Сун Жулань… обрел прежнюю силу и воспоминания! Сун Жулань… сможет ли он вернуться? Сможет ли выжить в Землях Беспомощности? Неужели его судьба – пожертвовать собой ради спасения других? Несправедливо! Так не должно быть!
Несправедливо!
– Хочу быть с ним! – шептала Хэ Ланфэн. Это было единственное и последнее желание ее сердца. – Хочу быть с ним! До самого конца!
Полночная жемчужина раскалилась, обожгла кожу девушки. Ланфэн, несмотря на нестерпимый жар, поднесла ее близко-близко к глазам. Яркий свет ослепил ее, а тело отяжелело. Хэ Ланфэн рухнула бы на каменные ступени дозорной башни, если бы Ли Мэй не подхватила ее под руки. Полночная жемчужина растаяла в руке мечницы, а ее кожа засияла. Рядом с Хэ Ланфэн появилась алебарда цинлун цзи.
– Да что же это? – в отчаянии вскричала Ли Мэй, крепко прижав к себе подругу. – Сестрица, очнись! Очнись!
– Сяо Лань! Остановись! – кричал Сян Юань-да. Он едва не сорвал голос, но младший брат так его и не услышал. Увы, Сун Жуланя уже не было на берегу, лишь призраки следовали по мосту через реку и исчезали, растворялись во тьме. Демон в алых одеждах хотел было последовать за ними, но кто-то вцепился в его плечи и удержал.
– Нет, Юань-Юань! – услышал он испуганный голос Чжао Гун-мина. – Не вздумай!
Сперва Сян Юань-да рвался из рук старшего брата, а потом рухнул на колени и обхватил голову руками. Слезы покатились по его щекам. Он был убит горем. Он был готов отдать жизнь, чтобы спасти младшего брата. Демон в алых одеждах и думать забыл о небесном испытании. Он лишь хотел спасти брата! Он ведь мог уберечь сяо Ланя! В Долине забвения Сян Юань-да так и не задал Всевидящему ни одного вопроса. Любые ответы, любые предостережения стали несущественными. Все сомнения развеялись как дым. Генерал был готов бросить новый вызов судьбе, был готов пожертвовать собой вместо младшего брата, но…
Проиграл, даже не начав битву.
– Как же так? Почему? Я ведь мог изменить его судьбу, я ведь мог принять удар за него… Почему он не позволил помочь? Почему?
– Уверен, пятый братишка не хотел, чтобы ты жертвовал собой, – услышал он печальный голос Чжун Шигуя. Второй брат крепко сжал плечо Сян Юань-да.
Старшие братья явились, чтобы спасти сяо Ланя, или же они хотели остановить Сян Юань-да?
Неважно.
Слезы демона в алых одеждах все капали и капали на серую землю. Он никак не мог принять правду, не мог смириться. Следовало поторопиться! Если бы он приложил больше усилий, то смог бы остановить брата, успел бы… Но время ушло… Сян Юань-да не справился. Не справился!
– Но ведь звезда пятого брата не погасла… не погасла… – повторял демон в белых одеждах. Он выглядел потрясенным, раздавленным горем.
– Тогда где же он, Чжао Гун-мин, где же он? Ответь мне! – вскричал Сян Юань-да.
Но что демон в белых одеждах мог сказать? Лишь слеза скатилась по его щеке.
– Братья мои, глядите! – воскликнул Чжун Шигуй. – Этот мост не кажется надежным. Призраков слишком много, и все они спешат переправиться. Еще немного, и мост может не выдержать!
– Этого не случится! – Сян Юань-да поднялся с колен. Тот миг, когда он пребывал в полном отчаянии, закончился. – Сяо Лань был готов пожертвовать жизнью, чтобы восстановить равновесие. Эта жертва не может быть напрасной! Я тоже отдам частицу души, чтобы укрепить мост.
– Но Юань-Юань, тогда ты…
– Могу погибнуть? – усмехнулся демон в алых одеждах. В его покрасневших глазах вспыхнули и навсегда погасли огненные искры. – Чего теперь бояться? От судьбы не уйдешь, Гун-мин, мы рождены, чтобы нести это бремя вместе!
– Но Юань-Юань…
– Третий братишка, он ведь прав! – заявил Чжун Шигуй. Ни тени страха не появилось на его лице. Он был беспечен как всегда.
– И ты туда же, А-Ши! – вскричал пришедший в ужас Чжао Гун-мин.
– Мне эта затея совсем не нравится, но разве есть другой выход? – проговорил Чжун Шигуй. – Сяоди поступил правильно, и мы должны поддержать его. В прошлом мы создали этот мост, а теперь должны восстановить его. Наш младший брат рискнул всем, мы не должны остаться в стороне.
– Но… нет, Юань-Юань, остановись! А-Ши, не делай этого! – вцепился в братьев демон в белых одеждах. – Нет же! Я не боюсь, просто…
– Просто не знаешь, что нас ждет, – закончил за него Чжун Шигуй, – быть может, мы исчезнем, а может, вернемся. Вернемся и встретимся с сяоди. Лучше уж так. Если струсим, осмелимся ли посмотреть в глаза младшего?
– Вы правы, конечно же, вы правы… но…
– Гун-мин, неважно, кто мы: демоны или люди, боги или бессмертные, – заявил Сян Юань-да. – Все мы рождены, чтобы хранить мир. Каждый делает это по-своему. Вэнь-шэни должны поддерживать равновесие. Как и прежде.
– Как и прежде, – повторил Чжао Гун-мин и приготовился расстаться с мечтами. Братьев ему было не переубедить. Но и отпустить их одних он не мог. Однажды демон в белых одеждах уже потерял их всех, однажды он позволил им умереть.
Было ли решение, принятое Сян Юань-да, связано с желанием отыскать младшего брата на другом берегу реки? Жаждал ли Чжун Шигуй новых приключений? Пытались ли вэнь-шэни исполнить свой долг? Они лишь знали, что поступают правильно.
Вслед за братьями Чжао Гун-мин шагнул в воды реки Жошуй, готовый пожертвовать частицей души, чтобы связавший мир живых и мир мертвых мост стал нерушимым.
– Сун Жулань! Сун Жулань! – Спала ли Хэ Ланфэн или грезила – это было неважно. Главное, она увидела его! Ее душа, преодолев все преграды, устремилась к нему и достигла цели.
– Чжу’эр… нет, Хэ Ланфэн! – Сун Жулань повернулся к ней. Его одежды были насыщенного синего цвета, такого же, как его глаза. Его волосы побелели. В одной руке он держал зонт, надеясь укрыться от снежных хлопьев.
Он был совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, но бурный поток черной воды не давал Хэ Ланфэн сделать последний шаг. Она в отчаянии тянула к юноше руки. Ее тело окутывало сияние полночной жемчужины и защищало от нестерпимого холода. В третий раз сила, заключенная в жемчужине, выручала Хэ Ланфэн и Сун Жуланя. Но могла ли она противостоять смерти? Нет. Цин Минчжу никогда не была настолько могущественной. Единственное, что она могла дать Хэ Ланфэн, это увидеть Сун Жуланя в последний раз. Перенести на край мира и дать им возможность попрощаться. Полночная жемчужина исчезла, и Ланфэн получила алебарду цинлун цзи. Но зачем ей это легендарное оружие, зачем, если возлюбленного она уберечь не смогла?!
– Сун Жулань! Не уходи! Останься со мной! Прошу, останься со мной! – кричала она.
– Это все, чего я хочу! – проговорил он печально. На его лице не осталось красок, его глаза потускнели, брови и ресницы тоже стали белыми. Казалось, он вот-вот исчезнет, расстает, словно снежинка.
– Тогда протяни руку! – молила Хэ Ланфэн. – Протяни руку, и я буду держать тебя столько, сколько смогу! В конце концов, либо ты уйдешь со мной, либо я останусь с тобой.
– Ты не можешь остаться со мной, тебе следует вернуться!
– Мне следует вернуться вместе с тобой! Только вместе с тобой! И по любому пути мы сможем пройти вместе, держась за руки! Я знаю, у нас получится! Ты доверишься мне? Прошу, доверься мне!
Нежная улыбка коснулась бледных губ Сун Жуланя.
– В тот день, когда я впервые увидел тебя на священной горе в Царстве Ци, я доверил тебе свою жизнь. Ничего не изменилось. Я всегда буду верить тебе. Я так устал, Хэ Ланфэн, устал… Я отдал все силы. И, быть может, моя душа вот-вот развеется. Но я так хочу остаться с тобой, больше всего на свете я хочу остаться с тобой!
Ледяные брызги окатывали их с ног до головы, но Сун Жулань и Хэ Ланфэн держались за руки. Вода разделила их, крутые берега осыпались, а они, несмотря ни на что, продолжали держаться, переплели пальцы так, что никакая сила во всех трех мирах не смогла бы оторвать их друг от друга. Даже смерть.
Снег прекратился, первый луч солнца прорезал серое небо. Занимался рассвет.
– И вы здесь, Хранитель Цинлун! Неужели явились с докладом? – поднял брови Повелитель судеб. Министры небесных ведомств толпились в главном зале Дворца Судьбы, ждали решения наследника престола. Хранитель Севера и Хранительница Юга тоже прибыли на девятые небеса, а еще неожиданно появился Хранитель Востока.
– Ваше Небесное Высочество, прошу, примите мое покаяние! – Хранитель Цинлун упал перед Повелителем судеб на колени. Его броня была покорежена, и золотая кровь капала на мраморный пол. – Солдаты четвертой армии на пороге гибели. Вода все прибывает и прибывает, и нигде нет спасения! Мы несем большие потери! Вэнь-шэней нигде не видать, но их солдаты перешли в наступление по всему приграничью. А Его Величество не желает отступать, продолжает бой! Прямо сейчас он сражается с Владычицей Запада! И неважно, что вторая армия разбита, а солдаты четвертой армии один за другим впадают в одержимость! Молю, Ваше Небесное Высочество, спасите нас всех!
– Что же… момент настал… – проговорил Повелитель судеб. Он тяжело поднялся на ноги. Не так давно по приказу отца небесный принц получил две сотни жестоких ударов. Но они более не имели значения. Партия была разыграна. Игра окончена. – Все министры небесных ведомств попросили меня об этом. Все командующие небесными армиями вернулись в Юйцзин. Пришло время положить конец бессмысленной и кровопролитной войне. Бай, огласи указ!
Секретарь Повелителя судеб развернул золотое полотно.
Император Хуан-ди жесток, его решения не согласуются с законами Небес.
Он поступился жизнями подданных во имя недостижимой цели и поставил под угрозу само существование Небесного царства.
Он недостоин императорского венца.
Я, принц Ло Юншэн, Повелитель судеб, приняв во внимание мудрые советы министров, советников и командующих, от своего имени заключаю перемирие с Си Ванму, Владычицей Запада.
Императора Хуан-ди повелеваю взять под стражу и судить по законам Небес.
Командующим небесными армиями приказываю объединиться с демонами Байху в борьбе с чудовищами. А после отвести войска на восьмые небеса.
– Я получил ответ от Владычицы Запада, – проговорил Повелитель судеб. – Ее цель – месть отцу-императору. Как только он будет низложен, ее желание будет исполнено, а долгосрочный мир с Байху станет делом времени.
– Но будут ли существовать к тому времени три мира? – Министров этот вопрос волновал не меньше, чем заключение перемирия.
– Командующие небесными армиями, возвращайтесь в Запредельный край! Императорской страже приказываю доставить моего отца в Юйцзин. А министров прошу последовать за мной на террасу девятых небес. Там вы получите ответ.
Стоя на мраморной террасе, Повелитель судеб и министры наблюдали за тем, как восходит новое солнце, как золотая колесница проносится по небу, и юноша в синих одеждах, держа в руках фонарь, прогоняет тьму прочь. А внизу боги, демоны и бессмертные объединяются, чтобы загнать чудовищ Великого Хаоса обратно в самые дальние и темные уголки трех миров.
– Равновесие восстановлено. Небесное испытание пройдено, и новый бог вознесся на девятые небеса, – проговорил принц Ло Юншэн и улыбнулся. – Повелитель Востока. Проводник солнца. Хорошо, это очень хорошо! Мы наконец сможем вернуть утраченное и исправить неисправимое.
Повелитель судеб был удовлетворен. Он ждал так долго, потратил много сил, чтобы привлечь на свою сторону министров и командующих, использовал всех и вся, не раз шел на риск и ставил под угрозу будущее своих пешек! Но, в конце концов, победа осталась за Ло Юншэном.
Вскоре закончилась жестокая битва. Солдаты небесных армий сложили оружие и наконец-то возвращались домой.
Все страницы судеб вырвались на волю и закружились в небе, словно птицы. Старые связи не оборвались, но были созданы новые.
– Матушка-императрица, сестрица Юймин, – прошептал небесный принц, наблюдая за полетом страниц судеб, – я смог остановить отца-императора! Как и положено, я лишу его императорского венца, и пусть Небеса судят его. Вы отомщены! Какой путь вы выберете? Встретимся ли мы снова? Я надеюсь, мы встретимся! Я буду ждать вашего возвращения!