– Я должна пойти туда и…

– Шанри назовет тебя предательницей и казнит. Он сделал ее своим маршалом!

Лаверн удержал рванувшую к замку Фэй за локоть. Она бросила на него возмущенный взгляд, но вырваться не пыталась, стояла и думала, кусая губы.

– Оно того не стоит, – настаивал Лаверн. – Ты погибнешь, и в этой смерти не будет ни чести, ни…

– И сколько еще ты предлагаешь скрываться? Демоны пытаются пробить стены, делают подкопы, летающие твари постоянно убивают кого-то! Я хочу умереть, зная, что отдала свою жизнь за Дом Наполненных Чаш! Защищая лорда! – Фэй рывком освободила локоть из его пальцев. – И почему я вообще тебя слушаю…

Забывшись, Лаверн провел ладонью по лицу и зашипел от боли.

Лишившись былой привлекательности, он получил возможность пробраться в Нору неузнанным, но смотреть на свое отражение больше не мог. Одноглазый, изуродованный… Увидев себя таким впервые, Лаверн безжалостно отрезал длинные волосы ножом, решив избавиться от последнего, что могло выдать его.

– Так даже лучше, – сказала тогда Фэй. – А шрамы теперь есть у всех.

Люди в городке у подножия гор отводили глаза, когда он проходил мимо. Даже повязки не спасали – Лаверну казалось, что каждый зевака понимал, что́ прячется под ними. Старики его жалели, а женщины избегали его взгляда.

Урод. Калека.

Теперь Лаверн понимал, как жилось Савьеру, и ненавидел себя за то, что позволял себе и другим так относиться к младшему брату.

– Мы пойдем к лордам. – Фэй потрясла задумавшегося Лаверна за плечо. – Я хочу занять свое место в армии Монти.

– Мне там делать нечего. Я всего лишь…

– Человек Дома Багряных Вод, – перебила Ласточка. – Отец которого верно служил Лаверну Первому.

Они прятались под сводами маленькой арки, воспользовавшись перерывом в атаках демонов на крепость. Лаверн теребил край грязной рубашки, пытаясь придумать повод не идти в замок. Фэй же внимательно наблюдала за ним, стоя так близко, что он ощущал ее горячее дыхание на шее.

– Чего ты боишься?

«Того, что брат узнает меня. Того, что ты поймешь, кого спасала все это время».

Лаверн поднял руку и прижал ладонь к ее щеке. Заведомо плохая идея: если Ласточка ударит его по лицу, он заорет от боли.

– Ты хороший парень, Фрэн, но мы можем умереть в любое мгновение.

Она не кокетничала. Не прикрывала глаза дрожащими ресницами и не краснела. Смотрела прямо на него, будто не видела пропитавшихся вонючими мазями и кровью повязок.

Эта честность подкупала. Сердце сладко ныло – давно забытое чувство. Лаверн склонился к ней…

Фэй пихнула его кулаком в живот и отступила. Он охнул и стиснул зубы.

– Ты что, идиот? Соберись!

– Ты действительно не похожа ни на одну из женщин, которых я встречал, – прохрипел Лаверн.

– Уверена, на твою смазливую мордашку клевало много хорошеньких леди, но я немного занята – собираюсь победить в войне. – Фэй хлопнула его по плечу. – Пойдем. Если демоны снова нападут, мне не удастся пробиться к лордам.

Лаверн последовал за ней, прижимая руку к животу. Он не рассчитывал на то, что Ласточка раскроет свои объятия для него, но надеялся получить хоть немного тепла.

«Безумная фурия», – не без удовольствия подумал Лаверн, разглядывая спину расталкивающей людей Фэй.

– Ма! Налей-ка сюда! Побольше!

Лаверн застыл и попытался отыскать взглядом говорившего.

Барон стоял у наскоро сколоченного прилавка и размахивал руками. Он похудел с их последней встречи – обвисшее брюхо исчезло, на лице появились шрамы. Золотых зубов Лаверн тоже не увидел – их выбили вместе с парочкой настоящих. Ма стояла рядом с Бароном и торопливо разливала похлебку по мискам.

«Даже ублюдки из Гиблого переулка приехали, чтобы сражаться за мой Дом. Мир действительно сошел с ума».

Лаверн не сумел сдержать улыбку. Перед лицом опасности объединились действительно все, и это… окрыляло.

Он нагнал Фэй у ступеней замка. Ее беседа со стражниками явно выходила из-под контроля – Ласточка рычала, а затянутые в кожаную броню мужчины лишь хмуро переглядывались, явно не собираясь впускать полукровку.

Вмешаться Лаверн не успел – двери распахнулись, расталкивая отвлекшихся стражников, и из замка вышел человек, которого он собственными руками обрек на заключение в клетке.

– Фэй!

Молодой лорд Дома Наполненных Чаш не скрывал эмоций – он обхватил Ласточку и прижал к себе. С видимым облегчением смеясь, Монти выдохнул:

– Трое! Я знал, что ты жива! Знал, что ты не могла проиграть демонам! Савьер, посмотри!..

Взгляд Савьера был прикован к Лаверну. Они смотрели друг на друга, не моргая и не шевелясь.

«Он узнал меня. Все кончено».

– Ромэйн?..

– Ее здесь нет.

Голос Фэй заставил Лаверна вздрогнуть и прийти в себя. Савьер продолжал прожигать его взглядом, но молчал.

– Она предала нас. Показала незнакомцу, где находится Железный Кряж.

Шанри хищной птицей нависала над плечом Монти. Ее ладонь лежала на рукояти меча.

– Они попытались убить моего друга, – прорычала Фэй. – Беззащитного, во сне…

– Никто не должен знать, где обучают Железных Ласточек! – рявкнула Шанри.

– Мы добирались в почти полной темноте! Даже я с трудом могу вспомнить, как найти Кряж!

– Хватит! – Монти поднял руку, призывая женщин успокоиться. – Веками Железный Кряж был скрыт от всех, но, Шанри, все изменилось. Мир больше не такой, каким мы привыкли его видеть. И я настолько доверяю Фэй, что могу с уверенностью сказать: предать мой Дом может кто угодно, но не она.

Лаверн заметил взгляд, брошенный на него братом. Проклятье…

– Вы слишком великодушны, мой лорд, – процедила Шанри.

– А тебе придется смириться с моим решением, – неожиданно жестко ответил ей Монти. – Найди генералов и прикажи отобрать людей для вылазки. Лучших из лучших. Если они не справятся…

– Нам конец, – закончил за него Савьер.

Шанри бросила на Фэй еще один злобный взгляд и ушла. Монти же по-дружески приобнял Ласточку за плечи, и они вместе спустились по лестнице. Лаверн замер, словно заяц перед хищником.

– Так это тебя пытались убить? – Монти посерьезнел. – Надеюсь, ты не держишь зла. Ласточки поступили так, как должны были.

– Не держит, я уверен, – вдруг вмешался Савьер. – Если бы держал, его бы здесь не было.

– Думаю, ты прав. А ты, Фэй? – Монти снова повернулся к ней. – Как тебе удалось пробраться в Нору?

– Мы пришли до того, как крепость осадили демоны. Когда…

Пока Ласточка рассказывала о том, как они гнали украденных лошадей, Лаверн смотрел на брата.

Савьер возмужал. Его плечи больше не были стыдливо сведены, а взгляд стал пронзительным и острым. К тому же он больше не опирался на трость.

«Война пошла ему на пользу», – с горечью подумал Лаверн.

Венец их Дома едва проглядывал меж темных кудрей брата. Венец, с которого все началось.

– …остаться здесь.

Лаверн вздрогнул и уставился на Фэй. Та нетерпеливо повторила:

– Тебе придется остаться здесь, Фрэн. Я отправляюсь за стены с отрядом.

Он кивнул. Говорить не хотел – Монти мог узнать его по голосу.

– Я позабочусь о твоем друге, – вдруг сказал Савьер. – Лекари лорда Давгана осмотрят его раны.

– Буду очень признательна. – Фэй коротко поклонилась.

– Найди Шанри и генералов. И если она позволит себе лишнее… – Монти многозначительно замолчал.

– У нас общая цель. Я уверена, что она не позволит себе ничего, что сможет помешать выполнению моего задания. – Фэй развернулась на каблуках и ушла.

Лаверн в очередной раз поразился ее преданности и уверенности в названых сестрах. Будь он на ее месте, предпочел бы убить Шанри, чтобы точно не получить удар в спину.

– Я должен найти Мирая и Ирвайна. – Монти поднялся на носочки и окинул взглядом заполненный людьми двор. – Не помнишь, куда они ушли?

– В оружейную, – подсказал Савьер. – А я займусь нашим… гостем.

– Надеюсь на тебя.

То, как Монти хлопнул его брата по плечу, отозвалось в груди Лаверна глухой болью. Молодые лорды явно хорошо понимали друг друга и, что казалось куда более странным, даже сдружились.

Стоило Монти и его страже скрыться в толпе, как Савьер схватил Лаверна за руку и потащил в замок. Его потные пальцы впились в ладонь, он несся вперед, игнорируя вопросительные взгляды слуг. Взлетев по лестнице, брат втолкнул Лаверна в незапертые покои, захлопнул дверь и резко повернулся к нему.

– Что ты здесь делаешь?! – выпалил он. – Ты сошел с ума?!

– Я пришел с Ласточкой, – попытался объяснить Лаверн. – Без нее я бы погиб…

– Все и так думают, что ты мертв! И видят Трое, лучше бы так и было! – Савьер запустил пальцы в кудри. – Лучше для тебя! О чем ты думал?! Здесь собралось столько лордов! Давган наверняка узнает тебя!

– Значит, мне лучше не встречаться с ним.

– Что с Элинор? Где Джемини? – Савьер вдруг взял себя в руки и снова превратился в настоящего молодого лорда.

– Элинор мертва, – нехотя признался Лаверн. – А Джемини пропал.

– Пропал!..

Лицо брата исказила гримаса отчаяния. Лаверну стало мучительно стыдно – во время путешествия с Фэй он слишком редко вспоминал о сыне и жене. Ему хотелось верить, что он просто смирился с их утратой, но внутренний голос, шепчущий по ночам, знал правду: Элинор он никогда не любил, а к Джемини так и не успел привязаться.

– Лучше бы умер ты! – в сердцах выпалил Савьер. Его большие темные глаза блестели от подступивших слез.

– Если бы я мог…

– Просто закрой рот! Заткнись, Лаверн, иначе я прямо сейчас сообщу страже, кто ты на самом деле!

Весть о смерти Элинор и возможной гибели малыша явно расстроила Савьера. Он подтянул к себе стул, сел и зажмурился, пытаясь совладать с охватившими его чувствами.

– Из-за тебя мы потеряли столько людей! Каждый день демоны атакуют стены крепости, все деревни в округе разорены, у нас заканчивается смола… – Савьер покачал головой. – А ты жив. Трое ничего не знают о справедливости…

– Ты желаешь мне смерти? – Лаверн не узнал собственного голоса.

– Конечно, желаю! Как и каждый человек, пострадавший в этой войне! – рявкнул Савьер. – Ты видел, что творится за первым кругом стен Норы, а, Лаверн? Видел горы трупов, лежащие у их подножия? Видел легион демонов, растянувшийся до самого горизонта?

– Нет. Мы успели пройти до того, как…

– А я видел! Я привел сюда наших людей, и теперь они умирают, защищая чужие стены! – Савьер вскочил и принялся расхаживать из угла в угол, меряя комнату шагами. – И мы не знаем, что происходит в землях других Домов! Что, если лорды севера и юга уже пали? Что, если мы остались одни?!

Схватив Лаверна за локоть, Савьер подтащил его к открытому окну и указал на видневшуюся вдали кромку воды.

– А там – еще один Столп. Ты ведь помнишь, да? Нора стоит между двумя Столпами нуад, и, если демоны начнут выходить из воды, мы проиграли. Нас раздавят, и мы ничего не сможем сделать!

Внезапно растеряв весь свой пыл, Савьер обмяк и начал тереть ладонями лицо, стараясь взбодриться.

– Мы уже ничего не можем сделать, – выдохнул он. – Сидим в капкане и ждем, что закончится первым: терпение демонов или еда.

– Почему они напали?

Лаверн хмуро смотрел на брата, пытаясь придумать, как помочь людям, оказавшимся в ловушке.

– Должно быть, поняли, что мы собираемся уничтожить Столп. – Савьер пожал плечами. – К тому же теперь демоны ведут себя так, будто ими управляет кто-то… разумный. Они больше не кидаются на клинки и не пытаются нападать ради того, чтобы утолить голод.

– Мне жаль, что…

– Заткнись! – Савьер толкнул Лаверна в грудь. – Тебе не жаль! Тебе никогда не было жаль!

– Если бы ты слышал голоса, всю жизнь сводившие меня с ума…

– Я бы шагнул с башни! – почти заорал брат. – Я бы не позволил им использовать меня!

Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы снова взять себя в руки. Лаверн терпеливо ждал, больше не пытаясь оправдываться. Савьер бросал ему в лицо неприятную правду, а самому Лаверну казалось, что заслуживал он куда худших слов.

– Маршалы собирают отряд, который покинет Нору через подземный тоннель и отправится к Столпу. – Савьер поправил мокрую от пота рубашку.

– Вы знаете, как его уничтожить? – осторожно спросил Лаверн.

– Черный порох.

– Ах, вот оно что…

– Думаешь, не поможет? – Савьер насторожился.

– Я не знаю, – признался Лаверн. – Клянусь, если бы Верховная рассказала мне хоть что-то полезное, я бы не стал хранить ее тайны.

Судя по взгляду, которым брат его окинул, он не доверял ему. И правильно делал.

– Ласточки пытались тебя убить?

– Как видишь.

– Покажи раны.

– Не думаю, что…

– Сними повязки, Жнец тебя возьми! – Савьер сжал кулаки.

Вздохнув, Лаверн начал разматывать бинты, время от времени морщась от боли. Повязки присохли к коже, отмочить их брат не предложил, но вряд ли наслаждался видом мучений – Савьер не такой. Он из породы матери и был зачат в любви, потому, возможно, и вырос хорошим человеком.

В отличие от старшего брата.

– У меня есть мазь. Вот, возьми.

Лаверн повертел в пальцах небольшую деревянную шкатулочку с плотной крышкой.

– Пришлось переложить ее… – Савьер прервал сам себя и вздохнул. – Мазь исцелит твои раны. Мне она больше не нужна.

– Ты больше не хромаешь, – заметил Лаверн.

– Благодаря ей.

– Нуады?

Савьер коротко кивнул.

– Не связывайся с ними. – Лаверн хмуро взглянул на брата.

– Решил раздавать советы? Не лучшее время.

– Просто не хочу, чтобы ты повторял мои ошибки.

– Такие ошибки повторить не сможет никто.

Они молча смотрели друг на друга. Стена, всегда разделявшая их, стала только толще. Лаверну казалось, что он физически ощущает ее – высокую, грубую стену, сложенную из камня. И сколько бы он ни бился о нее, до Савьера ему не достучаться. Никогда.

– Если удастся выжить – покинь Фокас, Лаверн. Здесь тебе делать нечего. – Савьер расправил плечи и покачал головой.

– А как же твой друг? Ты не расскажешь ему, что я жив?

Он не хотел подначивать, не хотел говорить таким ядовитым тоном, но слова сами сорвались с языка. Увидев, как Савьер смотрит на нового лорда Дома Наполненных Чаш, Лаверн почувствовал жгучую боль и ревность – он ужасно хотел, чтобы младший брат смотрел с немым обожанием на него, а не на какого-то выскочку.

А еще Лаверн понимал, что сам сделал все, чтобы Савьер его возненавидел. Но смириться с этим пока не выходило.

– Не смей говорить о нем, – прошипел брат. – Ты убил всю его семью!

– Меня там не было.

– Ты отдал приказ!

– Шепот Черной Матери…

– Катись в Фату, Лаверн! – Савьер снова толкнул его в грудь. – Ты никогда не изменишься! Эгоистичный ублюдок.

Савьер вихрем вылетел из комнаты, хлопнув на прощание дверью. Лаверн запустил пальцы в короткие волосы и прикрыл глаза.

Брат прав. Прав во всем.

Даже сейчас, когда голоса в голове почти не говорят, он испытывает мерзкие, гадкие чувства: ревность, злость, обиду. И ничего хорошего. Только щенячью привязанность к Фэй.

«Я плохой человек вовсе не потому, что меня с детства преследовали тени Фаты. Эта гниль всегда была во мне, а я надеялся, что она исчезнет, когда голоса замолчат».

Когда зазвонили тревожные колокола, Лаверн поднял голову и уставился в окно. Над Норой поднимался дым. Пламя пылало у первой линии стен, яркие всполохи тянулись к темному небу.

И вдруг из плотной завесы вынырнуло нечто. Огромное. Чудовищное. С зубастой пастью, способной поглотить человека целиком.

Нечто хлестнуло хвостом, и одна из сторожевых башен обрушилась, словно карточный домик. Воздух взорвался криками.

Лаверн наскоро перемотал лицо грязными бинтами и выбежал из комнаты в заполненный людьми коридор. Колокола трезвонили так, что звук отдавался в костях. Непонятная тревога затуманила разум, он рвался вперед, словно обезумевший, и остановился только у распахнутых дверей зала, в котором собрались лорды.

– …дать им возможность подобраться к Столпу! – Монти хлопнул ладонями по столу.

– Слишком опасно! – горячо возразил лорд Давган.

– Это наш единственный шанс, – спокойно сказал лорд Ирвайн. – Пока демоны оттянулись от Столпа, у отряда есть шанс заложить черный порох.

– И что ты предлагаешь? – Давган закашлялся.

– Я? Демоны атаковали крепость, явно почувствовав угрозу. Мы должны сражаться. И задержать их. – Ирвайн обвел взглядом собравшихся в зале лордов. – Если Столп не разрушить, демонов станет больше, и мы погибнем. Если отбросить атакующих и остаться в осаде – тоже погибнем, но от голода. У нас буквально нет выбора.

Лаверна оттолкнул с дороги запыхавшийся стражник. Он ворвался в зал и крикнул:

– В первой стене пролом! Демоны прорываются ко второй линии! В небе огромные твари размером с… с…

«С дракона», – подумал Лаверн, отступая от порога.

Демоны не позволят разрушить Столп. Они уничтожат всех, чтобы обезопасить его, потому что без выросших из пропитанной кровью земли Столпов Черная Мать не сможет войти в Упорядоченное – сама ткань мира не выдержит ее появления.

«Проклятье…»

Савьера не было в зале с другими лордами. Куда этот глупый мальчишка мог пойти?!

Лаверн бросился прочь из замка.