– Далеко еще?

– Нет.

Лаверн понятия не имел, где точно расположен Железный Кряж, но упорно делал вид, что знает, куда ведет Ласточку.

Дни слились в череду бесконечных попыток найти еду и ночлег, жара, казалось, усиливалась с каждым мгновением. Лаверну казалось, что он – свеча, которая вот-вот превратится в лужу расплавленного воска. Пот заливал глаза, волосы пришлось собрать в неопрятный пучок. Глядя на мучения Лаверна, Фэй лишь ухмылялась – ее грива не нуждалась ни в тщательном уходе, ни в гребне.

Прежде чем отправиться в горы по узкой каменистой тропинке, они заглянули в небольшой городок у подножия, где купили веревки, факелы, еду и новую обувь. Ушлый торгаш пытался убедить их купить лошадей, но Фэй отказалась. Как стало понятно позднее, не зря: в горах осталось слишком мало растений, без солнца они превращались в гниль, и лошадям было нечего есть. А вот подозрительных грибов вокруг оказалось много, даже слишком: странные и уродливые, они росли, казалось, прямо из камня и слабо светились в темноте.

– Нужно сделать привал, – наконец сказала Фэй.

Она поставила ногу на валун, смахнула пот со лба и огляделась. Лаверн устало сбросил мешок с плеча и хотел было сесть на землю, но Ласточка остановила его:

– Я сказала «нужно», а не «прямо здесь».

– По ощущениям мои пальцы превратились в кровавую кашу. Может, ты сжалишься и позволишь мне снять проклятые сапоги?

– Слишком опасно останавливаться прямо на тропе. Давай углубимся в это жалкое подобие горного леса.

Спорить Лаверн не решился, послушно подобрал мешок и медленно пошел следом за Ласточкой, стараясь разглядеть хоть что-то в свете факела.

Лес действительно превратился в «жалкое подобие»: листва и хвоя опали и гнили на земле, ветви склонились, а кора сочилась чем-то неприятным и смердящим.

– Они гниют изнутри, – пробормотала Фэй. – Трое, какой ужас…

– И какая вонь, – буркнул Лаверн.

– Прекрати жаловаться.

– Я не жалуюсь, это факт – лес смердит хуже выгребной ямы.

– Проклятые нуады. Без солнца наш мир долго не протянет. Даже если мы каким-то чудом победим демонов, что делать с этим?

Фэй уперлась сапогом в ствол, и по коре потекла темная гниль. Лаверн поморщился.

– Если солнце вернется, оно высушит все это. Надеюсь.

– А если нет? – Фэй подняла голову и уставилась в темное небо. – Мы все умрем от голода.

– Но ведь есть мясо.

Ласточка повернулась и посмотрела на Лаверна так, будто он был самым тупым человеком на Фокасе.

– А что, по-твоему, будут есть коровы и овцы? Ты слишком глуп даже для человека из приближенной к лорду семьи.

– Я просто не подумал…

– Естественно. На твой стол мясо попадало уже разделанным, верно?

– Я охотился!..

– Надо же! Охотился и не думал о том, как все живое в природе связано между собой?

«Мое сознание походило на улей с разгневанными пчелами всю мою жизнь, глупая нуада, я не запоминал и не замечал ничего, даже собственных сына и жену!»

Вслух этого он, конечно же, не сказал, только стиснул зубы и обжег Фэй яростным взглядом.

– Возможно, мир приспособится, – тихо сказала она. – Или все окончательно полетит в Фату.

– Еще немного – и я шагну в мир демонов добровольно.

– Просто напомню, что это ты увязался за мной, а не наоборот.

– И где бы ты была без меня? – Лаверн вспыхнул.

– А ты без меня?

Они сверлили друг друга взглядами несколько долгих мгновений, а затем Фэй пожала плечами и сказала:

– Забудь. Мы оба не в себе от жары и усталости. Доберемся до Железного Кряжа, и все встанет на свои места.

– Я вряд ли найду сына в убежище Железных Ласточек, – проворчал Лаверн, усаживаясь на островок сухой земли подальше от гниющих деревьев.

– Мне жаль.

– Что? – Он замер.

– Мне жаль, что тебе приходится переживать это. – Фэй села рядом и устало терла лицо ладонями.

– Не смей говорить так, будто мой сын уже мертв.

– Фрэн, ты странный, но не такой глупый, каким хочешь казаться. – Ласточка открыла мешок и достала вяленое мясо. – Даже если твой сын еще жив, найти его будет не так-то просто.

– Сомневаешься во мне? Не отвечай. – Лаверн отвернулся.

– Мир стал дерьмовым местечком, да? – В голосе Фэй прозвучали извиняющиеся нотки.

– А когда он таким не был? Наша история написана кровью, Ласточка.

– Неожиданно глубокомысленно.

Лаверн толкнул ее плечом и отхлебнул воды из фляги.

– Мерзость…

– Другой нет. – Фэй протянула руку. – Дай сюда.

Лаверн запихнул в рот кусок мяса и понял, что тот не лезет в горло. Из-за неспадающей жары он чувствовал себя паршиво, примерно так же паршиво, как гниющие вокруг растения.

– Я почти не видел, как он рос. – Слова сорвались с языка сами собой. – Им занималась мать.

– Но, потеряв его, ты вдруг опомнился, – заключила Фэй.

– Я долгое время был… не в себе.

– Как и многие отцы.

Лаверн покосился на Ласточку.

– Ты помнишь своего?

– Нет. Знаю только, что дед был из нуад. – Она пожала плечами. – Их мужчины никогда не остаются с человеческими женщинами, чтобы не подвергнуться оскоплению.

– Тогда что заставляет их делить с ними постель? Женщин. Я хочу сказать…

– Я поняла, не трудись. Не знаю. – Фэй снова завернула мясо в тряпицу: похоже, аппетита у нее тоже не было. – Бабушка говорила, что он был красив.

– И все? Красота? – Лаверн фыркнул.

– А твоя жена была хромой и убогой?

– Что? Нет!

– Тогда не тебе осуждать женщин, решивших отдаться нуадам.

Лаверн закатил глаза. Любой разговор с Фэй превращался в словесный поединок, победить в котором у него не было ни единого шанса.

– Я никого не осуждаю! – выпалил он. – Мы живем бок о бок с нуадами веками, было бы странно, не будь среди людей любителей… экзотики.

– Экзотика – это жители Чонгана, нуады же – это совсем другой случай. Это не просто разрез глаз или цвет кожи, это… – Фэй задумчиво перебирала дреды, уставившись в темноту. – Другой мир, Фрэн. С другими правилами и законами. С другой продолжительностью жизни, в конце концов.

– Странно, что человеческие женщины способны иметь от них потомство, – заметил Лаверн.

– Трое подарили нам возможность создавать полукровок, значит, таким был их замысел.

– Ты чувствуешь себя нуадой или?..

– Предпочитаю считать, что взяла лучшее у обоих народов. – Фэй ухмыльнулась. – Я выносливый долгожитель, но при этом не похожа на ледяную скульптуру, помешанную на культе Черной Матери. Разве это не подтверждает мою позицию?

– Пожалуй, подтверждает, – осторожно согласился Лаверн.

– Но, если бы я родилась раньше, в те времена, когда нуады были рабами, мне бы пришлось несладко.

– Тогда за рождение полукровки казнили и мать, и дитя.

– Наши предки были безумцами. Почти такими же, как идиот, возомнивший себя императором.

Лаверн вздохнул. Да, теперь он тоже понимал, насколько глупо выглядела его одержимость троном, но совсем недавно он был уверен в правильности своих решений. Является ли оправданием то, что всю жизнь он слышал проклятый шепот Фаты? Вряд ли.

– А ты?

Он вздрогнул от неожиданности и уставился в светящиеся глаза Фэй.

– Что?

– Что помешало тебе стать хорошим отцом?

– Собственная глупость, – неожиданно искренне ответил Лаверн. – Я должен был создать семью не чтобы продолжить род, а чтобы любить жену и детей. Но…

– Облажался, – подсказала Фэй.

– Еще как.

Помолчав, Лаверн добавил:

– Они ни в чем не нуждались, жили в роскоши и уединении. И как мне казалось, в безопасности.

– Ты не виноват в том, что с ними произошло. Все дело в трижды проклятом ублюдке из Дома Багряных Вод.

Горько усмехнувшись, Лаверн покачал головой. О, если бы она знала…

– Ложись спать. – Фэй потянулась и хлопнула ладонями по бедрам. – Как думаешь, завтра мы доберемся до Кряжа?

«Я понятия не имею!»

– Думаю, да, – пробормотал Лаверн.

– Отлично. Надеюсь, там остались Ласточки. Моему Дому пригодится любая подмога.

«Лжец. Грязный лжец. Скажи ей правду. Скажи!»

Но вместо правды Лаверн пробормотал что-то невразумительное и расстелил на земле плащ.

Он не может рассказать Ласточке правду. Она тут же убьет его и…

Поступит правильно.

Крики. Душераздирающие вопли. Грохот и стоны земной тверди. Визг демонов. Стрекот насекомых.

И шепот.

Проклятый шепот.

«Ты сделал то, что должен был… Содеянное во имя Черной Матери зачтется… Ты будешь вознагражден… Не страшись мести слабых, ибо тебя защитят… Делай то, что должен… Не отворачивайся… Слушай… Слушай… Слушай!»

Лаверн резко сел и замотал головой, пытаясь прийти в себя. Деревья стонали, горячий ветер принес запах дыма и паленой шерсти.

– Фэй? Фэй!

Теплая рука накрыла его рот.

– Заткнись, Фрэн. Что-то происходит, но я не могу понять…

Земля под ними застонала и вздрогнула. Лаверн оттолкнул Фэй и выпалил:

– Это демоны!

– С чего ты…

Порыв ветра опрокинул их на спины. Воздух задрожал, волны невидимой плотной энергии толкали в грудь, но Лаверн сумел подняться на ноги и помог встать Фэй.

– Нужно убираться отсюда.

Фэй схватила воткнутый в землю факел и побежала прочь, подальше от гниющего леса. Лаверн подхватил свой дорожный мешок, торопливо засунул в него ножны с мечом, мешавшие бегу, и старался не отставать. Гнусный шепот в голове продолжал умолять его оставаться на месте.

«Прочь! Прочь! Я больше не буду слушать тебя! Не буду подчиняться!»

Резко сменив траекторию, Фэй пригнулась и взмахнула мечом. Лаверн едва не налетел на нее, но вовремя остановился.

– Что это?!

Ласточка опустила факел, и в дрожащем свете огня Лаверн разглядел разрубленного пополам жука. Огромного, размером с две ладони взрослого мужчины!

– Трое… – Он сглотнул. – Что это?..

– Веди к Кряжу, Фрэн, нам нужно найти Ласточек!

Лаверн беспомощно развел руками. Фэй прищурилась и спустя мгновение с такой силой ударила его, что он упал.

– Ты проклятый идиот! – заорала она. – Сколько еще ты собирался водить меня за нос?!

– Мне нужно было сопровождение! – в ответ заорал Лаверн. – Ты бы бросила меня, ты…

– Надеешься, что я почувствую себя виноватой?! Трусливая шкура! Какой же ты жалкий, какой…

Земля вздрогнула и вдруг ушла из-под ног. Лаверн заскользил по падающим камням, Фэй упала и покатилась вниз вместе с оползнем. Сквозь грохот и скрипы вырывающихся с корнем деревьев Лаверн услышал, как она закричала.

– Фэй! – заорал он, отчаянно цепляясь за камни. – Фэй!

На нем рвалась одежда, Лаверн ободрал ладони и вырвал пару ногтей, но боли не чувствовал – только животный страх. Ему казалось, что время замерло, что земная твердь смещается мучительно медленно, но в ушах свистел ветер, а мелкий мусор летел в лицо и царапал кожу.

Он перевернулся на спину и позволил оползню увлечь себя за собой, отчаянно пытаясь не потерять из виду огонек факела, который мерцал ниже по склону. Огромный валун пролетел мимо, чудом не задев Лаверна. Он увернулся, на мгновение потерял огонь факела из виду, а когда снова попытался найти его взглядом, не увидел ничего, кроме серости, катящихся камней и земли.

– Фэй! – снова заорал он. – Фэй!

Гул усилился. Лаверн с трудом приподнялся, чтобы разглядеть, что происходит впереди. К своему ужасу, он увидел, как оползень резко исчезает в раскинувшейся перед ним темноте.

– Обрыв… Обрыв! – завопил Лаверн, пытаясь вонзить каблуки сапог в осыпающуюся землю. В панике размахивая руками, он искал хоть что-то способное уберечь его от падения.

Ему удалось зацепиться за торчавшие из горной породы коряги. Дерево накренилось, но устояло, ладони Лаверна скользили по гниющим корням, но он превозмогал себя и подтягивался до тех пор, пока не вцепился в ствол. Дерево наклонилось еще ниже, сочащаяся из коры гниль текла по рукам, Лаверн зажмурился и молился Трем, надеясь на то, что Жнец отвернется и не заберет его прямо сейчас.

Обвал заканчивался. Поток рыхлой земли перестал напоминать бурную реку, но камни все еще катились мимо и падали с обрыва. Руки Лаверна затекли, он почти не чувствовал их, от запаха гниющего дерева ужасно тошнило. Но сильнее его тошнило от осознания того, что он потерял Ласточку.

Когда все звуки стихли, он снова крикнул:

– Фэй!

Ничего. Только шорохи осыпающейся земли.

– Фэй!

Ему показалось, что ветер донес до него слабый отклик. Подобравшись, Лаверн прислушался. Неужели просто эхо?..

– Фэй!

– …здесь!

Сердце застучало так быстро, что закружилась голова. Лаверн радостно заорал:

– Держись! Где бы ты ни была, держись! Я сейчас… сейчас приду!

Ему удалось подтянуться и забраться на твердую землю. Там Лаверн скинул с плеча мешок и начал копаться в нем, мысленно умоляя всех богов не бросать их в таком ужасном положении.

– Да! – выпалил он, нащупав на дне мешка два мотка веревки. – Спасибо, спасибо, Трое…

Когда-то Лаверн ненавидел своих наставников, теперь же с теплом вспоминал старика, научившего его вязать крепкие узлы. Он обмотал веревкой ствол дерева, а другой конец закрепил на своей талии. Ствол не выглядел надежным, но ничего лучше рядом не росло – только колючие умирающие кустарники. Второй моток веревки он повесил на плечо.

Осторожно ступив на рыхлую землю, Лаверн медленно пошел вперед на полусогнутых ногах. Он расставил руки в стороны на случай, если потребуется удерживать равновесие, и крикнул:

– Я иду, Фэй! Ты еще держишься?!

– …упасть!

Поторопившись, Лаверн оступился, увяз в земле и едва не покатился вниз.

– Проклятье!..

Ладони вспотели от страха. Он не был уверен, что гниющий ствол выдержит, если он потеряет равновесие и упадет, потому старался двигаться осторожно и медленно, но осознание того, что Фэй висит над пропастью, незримо подгоняло его, заставляя бороться с собственным страхом.

«Брось ее. Брось и уходи. Ее жизнь ничего не стоит».

– Заткнись… – пробормотал Лаверн, раздраженно откинув волосы за спину. – Клянусь Тремя, если ты не заткнешься, я…

Склон становился все круче, ему пришлось опуститься на колени и ползти к краю. Искалеченные пальцы без ногтей начали ныть, пыль оседала на ранах, и Лаверн шипел от боли.

– Я почти добрался! – крикнул он. – Фэй, ты еще…

– Быстрее! – раздался грубый хриплый голос из-за обрыва.

Заняв устойчивое положение, Лаверн подполз к краю и взглянул вниз. Сперва он почти ничего не увидел, но, присмотревшись, сумел различить повисшую над пропастью Фэй.

– Сейчас я сброшу веревку! – крикнул Лаверн.

– Ты удержишь меня?

– Надеюсь!

– Надеюсь?!

«Брось. Оставь ее. Беги. Спасай себя».

Он опустил веревку и почувствовал, как Фэй поймала ее: слава Трем, что у полукровок хорошее ночное зрение!

– Держишь? – крикнула Фэй.

– Подожди! Сейчас!

Лаверн отполз от края, кое-как поднялся на ноги и подобрался ближе к твердому горному выступу, не задетому оползнем.

– Готов! – заорал он, изо всех сил упираясь каблуками в землю. – На счет…

Лаверна дернуло вперед, он едва не упал, но все же сумел устоять. Ноги скользили, веревка натянулась и впилась в предплечья, которые он предусмотрительно обмотал ей.

– Держу! – крикнул Лаверн, пыхтя от напряжения. – Не делай резких движений!

– Я пытаюсь!

Его продолжало тянуть вперед, но Лаверн отступал маленькими шажками, стараясь не соскальзывать к краю. Кожа рук горела; чтобы не орать от боли, ему пришлось закусить губу. Еще и вторая веревка вонзилась в живот так, что казалось, будто внутренности вот-вот раздавит!..

– Край осыпается! – донесся до него голос Фэй. – Тяни!

«Тянуть?!»

Лаверн сжал зубы, зарычал и начал отходить. Медленно, шаг за шагом, пытаясь не стать причиной нового обвала.

Гору снова тряхнуло. Земля стремительно поползла вперед, Лаверн извернулся и зацепился одной рукой за выступ. Веревка, на которой висела Фэй, соскользнула и обожгла предплечье.

– Спокойно! – крикнул он. – Не шевелись!

Каждое мгновение могло стать для него последним, и Лаверн понимал это, но почему-то не мог отпустить Ласточку. Совсем недавно он, не задумываясь, бросил бы ее и ушел, но теперь… Голос из Фаты больше не управлял им. Он не мог заставить его убить нуаду.

– Сейчас начну тянуть! Приготовься!

Он старался не думать, старался не смотреть на край, за которым ждала верная смерть.

Шаг. Подтянуть. Шаг. Подтянуть.

Фэй выбралась и на коленях поползла к нему, не отпуская веревку. Лаверн уже стоял на выступе, но подался вперед и протянул ей израненную, кровоточащую руку, за которую Ласточка тут же схватилась.

– Трое!..

Оказавшись на твердой земле, она прижалась к ней лбом и истерично рассмеялась. Лаверн сел рядом и похлопал ее по потной спине дрожащей ладонью.

– Беру свои слова обратно, – прохрипела Фэй, улегшись набок. – Ты не такой уж и трус.

– Спасибо, – так же хрипло ответил Лаверн.

– Но ты все еще не знаешь, где находится Железный Кряж.

– Не знаю, – согласился он.

– Значит, придется просто двигаться вперед.

– Передохни.

– Нет времени.

Лаверн наблюдал за тем, как Фэй поднималась на ноги, и отметил, что ее колени тряслись так же сильно, как его собственные. Пусть она и храбрилась, но умереть боялась так же, как он сам.

– Я потеряла меч. – Фэй огляделась, будто надеялась найти оружие.

– Возьми мой. – Лаверн достал ножны из мешка и протянул ей.

– Ну да, воин ты так себе.

– Я спас тебя!

– Хорошим воином это не делает. А еще ты обманул меня.

Не дождавшись, пока Лаверн начнет оправдываться, Фэй хлопнула его по плечу и добавила:

– Спасибо, Фрэн. Ты действительно вырвал меня из лап Жнеца. Я постараюсь реже издеваться над тобой.

Лаверн закатил глаза, но легкая улыбка все же коснулась его губ.

– Пойдем, Ласточка. Надеюсь, очередной обвал не погребет нас, и мы не останемся гнить на этой проклятой горе.

Фэй пошла впереди – без факела Лаверн почти ничего не видел. Тропу завалило, им пришлось искать безопасное место, чтобы перебраться через земляные насыпи, принесенные обвалом.

Все тело Лаверна болело, на руках не осталось живого места, но он и не думал жаловаться. Собственный подвиг взбодрил, он даже не подозревал, что однажды сможет рискнуть собственной жизнью, чтобы спасти чужую. Оказалось, что поступать правильно даже… приятно.

– Трое, ты только посмотри…

Фэй склонилась к земле и что-то разглядывала. Лаверн подошел ближе, нагнулся и тут же отскочил – по земле ползла многоногая черная тварь размером с его предплечье!

– Разве они должны быть такими огромными?

– Боишься насекомых? – Ласточка усмехнулась.

– Таких? Да! Десяток подобных тварей легко сожрет собаку!

– Не нравится мне это, – пробормотала Фэй, мигом утратив желание веселиться. – А тот жук? Подобных существ в землях моего Дома никогда не было.

– Думаю, их не было нигде, – мрачно произнес Лаверн.

– Не могут же насекомые меняться из-за магии жриц? – Глаза Фэй расширились. – Или могут?..

– Только этого не хватало. – Лаверна передернуло. – Смотри, светящийся гриб! Интересно, его можно использовать вместо факела?

Перешагнув через упавшее деревце, он склонился над странной шляпкой, достал из ножен дешевый кинжал, который они успели купить в последнем городке, и осторожно срезал гриб. К его радости, тот не погас и продолжил источать слабое сияние.

– Хоть что-то… – пробормотал Лаверн.

– Как же сложно быть человеком. – Фэй покачала головой. – Жизнь в темноте явно не для вас.

– А ты не скучаешь по солнцу?

Узкое подобие тропы снова привело их в гниющий горный лес, и им приходилось уклоняться от понуро висящих ветвей, истекающих смердящим соком.

– Иногда. – Фэй пожала плечами.

– У тебя кровь на спине, – заметил Лаверн.

– Твоя тоже вся ободрана. Ничего, надеюсь, мы все же доберемся до Железного Кряжа и…

Лаверн почувствовал острую боль и попытался отбросить гриб, но тот словно приклеился к ладони.

– Какого хрена?! – выругался он.

– Что случилось?

– Он прилип!

– Издеваешься?

– Посмотри сама!

Фэй схватила его за запястье и поднесла руку к глазам. То, как она прищурилась, Лаверну совсем не понравилось.

– Что там?

– Как странно…

– Говори!

– Погоди, у тебя остались факелы? Дай мешок.

Лаверн нетерпеливо топтался на месте и вдруг решил оторвать проклятый гриб. Обхватив ножку, он потянул за нее и тут же заорал.

– Ай!

– Прекрати! – прошипела Фэй, доставая сломанный факел. – Просто подожди!

Она высекла пару искр кресалом, пламя занялось и разогнало обступившую их темноту. Лаверн поднес руку к лицу и не поверил своим глазам: проклятый гриб врос в его ладонь! Тонкие алые жилки впились в кожу, а на светящейся шляпке появились пузырьки, наполненные кровью.

– Чтоб меня Жнец взял… – выругалась Фэй. – Как это возможно?

– Понятия не имею! Отрежь его, немедленно!

Лаверна окатила волна жара, он тяжело дышал и покраснел. А если он ядовит? А если…

– Надеюсь, эта дрянь не будет расти в тебе.

– Не смешно!

– Давай нож.

Фэй осторожно оттянула ножку гриба от ладони Лаверна и рассекла несколько жилок.

– Из них сочится кровь… – Ласточка поморщилась. – Потерпи.

Одним движением она оторвала гриб от кожи и бросила его на землю. Лаверн открыл было рот, чтобы поблагодарить ее, но Фэй вдруг прижалась к его ладони губами.

– Какого… Что ты делаешь?!

Сплюнув, она утерла рот и пробормотала:

– Если их среза́ть, часть остается в плоти. Оказывается, навык отсасывания яда из ран не такой уж и бесполезный.

– Спасибо… – пробормотал Лаверн, уставившись на кровоточащую руку. – Я ничего не понимаю…

– Смотри, – прошептала Фэй.

Брошенный на землю гриб засветился ярче, а после, издав тихое «пуф», выбросил в воздух облачко спор и погас.

– Что…

– Бежим. – Ласточка схватила Лаверна за запястье. – Бежим!