У входа в парк Горького Мишка и Вовка встретились с Бобровничьими. Учебный год подошел к концу, а значит, пришло время расплаты.

– Как дела? – поинтересовался Рафик, здороваясь за руку сначала с Мишкой, потом с Вовкой.

– Отлично, – отозвался Мишка. – Как вы?

– Тоже неплохо. А вы чего после финала в «Пенальти» не приходили? Ваши все были.

– Некогда нам, – соврал Вовка. – У нас плотный график.

На самом деле в прошлую субботу поход на скалодром они отменили, а на банкет в честь третьего места не пошли, потому что боялись дать слабину, когда их снова начнут уговаривать вернуться в сборную.

– Как твой «Альфа Ориона»? – продолжил непринужденную болтовню Рафик. Однако Маля тут же осадила его:

– Вы мне зубы не заговаривайте! Обсудите свои приключения позже. А то опоздаем, и скажете потом, мол, старались, как могли, но на «волну» не успели.

– Малька права, – неохотно признал Вовка. – Люба не любит, когда опаздывают.

Компания потянулась на скалодром. Вовка с огроменным рюкзаком за плечами (тридцатиметровую веревку ребята носили с собой, чтобы не тратиться на прокат) шел первым. К нему пристроилась Маля.

– Ну как, готовы? – улыбаясь от уха до уха, протянула она.

– Еще бы, – буркнул Вовка.

А вот Мишка затруднялся ответить на этот вопрос. Почти год упорных тренировок, стертые в кровь руки, сорванные мозоли, отбитые колени… Все это не гарантировало ровным счетом ничего. «Волну» они до сих пор пролезали через раз.

Когда компания добралась до места, мальчишек ждал неприятный сюрприз: за те несколько дней, которые они не тренировались, «волну» успели перекрутить. На ней не осталось ни одной знакомой зацепки…

– Что это? – взвыл Вовка, растерянно глядя на опустевшие фанерные щиты. Зацепок на них стало в разы меньше: вместо шести или семи скрученных трасс накрутить успели всего лишь две.

– Да вы не волнуйтесь, – попыталась успокоить ребят Люба. – Синюю трассу я крутила специально для вас. Там одни «ручканы». Вы, главное, про ноги не забывайте.

– Но почему именно сейчас? – Вовка запрокинул голову и застонал, глядя на нависающий потолок.

Мишка просматривал трассу молча. Снизу она и впрямь не казалась сложной. «Трамвайные ручки» чередовались с огромными «лопухами». Если бы Люба накрутила ее пару недель назад, ребята наверняка совладали бы с ней за две-три тренировки. Но сейчас…

– Неужели с этим нельзя было подождать недельку? – не унимался Вовка.

– Честно говоря, я спешила как раз к этой тренировке, – бесхитростно улыбнулась Люба. – Вы же сказали, что у вас пари. А пари – дело серьезное. Все должно быть без обмана. Как на соревнованиях. Сейчас разомнемся немного, и полезете.

Трассу раскладывать будете сами. Кто первый – потянем жребий.

– Вот это я понимаю, – возликовала Матильда.

– Ребята, а вы сами не хотите полазать? – Люба улыбнулась тройняшкам. – Скалолазание – интересный спорт.

– А можно? – недоверчиво покосился на нее Гарик.

– Сейчас – нет: нужно разрешение от родителей. Но у нас целое лето впереди.

Пока Люба показывала Бобровничьим скалодром, Мишка и Вовка размялись, прошли траверс[29], сделали по подходу на вертикальной стенке. Вернулись под «волну».

Лезть первым выпало Мишке. Он привязал веревку. Стал еще раз просматривать трассу. На старте – пара небольших «ручек», мелкая зацепка под ногу, слева, за углом – шарик, правая нога на «ручку»…

Последний участок трассы снизу просматривался плохо.

– Знаете что, – Люба подошла к Вовке, забрала у него гри-гри. – Пожалуй, сегодня я вас сама пострахую.

Мишка с благодарностью улыбнулся. Они с Вовкой до сих пор выдавали веревку медленно и неуклюже. В самый ответственный момент это могло оказаться совсем не кстати.

Мишка подошел к трассе, окунул руки в магнезию, взялся за зацепки. Сначала все шло хорошо. Он живо добрался до середины «волны». Потом буквально встал в ступор. Движение вкрест, которое снизу выглядело простым и понятным, с близкого расстояния показалось Мишке невыполнимым. Он попробовал один раз: едва не сорвался. Вернулся на шаг назад. Отдохнул с полминуты (если, конечно, висение под потолком можно назвать отдыхом). Попробовал еще раз. Снова осечка.

– Давай-давай, – кричали снизу ребята.

– Колено крути, – советовала Люба.

Все это не помогало, скорее наоборот.

Мишка по очереди стряхивал руки, скруглял спину, снова прижимался к потолку. И все никак…

– Люба, закрепи…

– Еще чего. Лезь давай.

– Не могу.

– Лезь, тебе говорят.

Мишке так хотелось просто расслабить пальцы. Отпустить эту злосчастную зацепку, мягко опуститься вниз…

Он сердито посмотрел на Любу, на топтавшихся позади нее Бобровничьих, на Вовку, нервно теребившего веревку с соседней трассы. Снова перевел взгляд на следующую зацепку. Вдохнул. Выдохнул. Глубоко скрутил правую ногу, левую отвел в сторону. Изо всех сил подтянулся на левой руке и, стиснув зубы, потянулся наверх. Пальцы сами собой взялись за зацепку. Мишка, не веря своему счастью, вцепился в нее что было мочи.

– Ногу подставляй, – закричала Люба. Но в этом уже не было необходимости. Мишка выдохнул. Встал на левую ногу и красиво, без лишних усилий, сделал следующий перехват. Ловко подобрал ноги…

Вторую половину трассы он пробежал на одном дыхании.

– Финиш! – Мишка схватился за огромную зацепку на краю трассы, бросил ноги и с лицом триумфатора повис на одной руке, гордо размахивая другой.

Люба выбрала остаток веревки и спустила его вниз.

– Ну ты даешь!

– Мужик!

– Ничего себе!

Ребята налетели на него с поздравлениями.

Вовкин подход выглядел не менее драматично. Он едва не сорвался еще на первом изгибе, правда, вовремя взял себя в руки. Крест сделал без видимых усилий. Зато потом дважды терял ноги. На последней оттяжке долго не мог вщелкнуться. И все же он справился!

– Да! Да! Да! – Вовка никак не мог остановиться: что было мочи он барабанил по финишной зацепке.

– Держу! – крикнула Люба, выбрав веревку.

Он отпустил руки.

Продолжать тренировку после такого напряжения ребята, естественно, не смогли. Люба поздравила их с успехом и отпустила даже без заминки.

Вся компания перебралась в кафе. Пили чай с пончиками, обсуждали скалолазание, футбол и… фигурное катание. Маля сердито поглядывала на братьев, отпускавших нелепые шуточки. Мишка предложил освободить ее от спора.

– Ну уж нет, – гордо заявила она. – Ваша тренер верно подметила: пари – дело серьезное.

Вы же не заставляли меня спорить. Так что, как ни крути, придется отвечать. Но вы не волнуйтесь.

Позанимаюсь пару месяцев, пока меня с позором не выгонят, – и дело с концом.

– Я бы на это не рассчитывал, – покачал головой Мишка. – Ты отлично катаешься. Такое тяжело не заметить.

– Талантливый спортсмен талантлив во всем, – подхватил Вовка.

Маля смутилась, а Мишка про себя отметил: у его друга, кажется, впервые в жизни получился приличный комплимент.

Переключились на «Альфа Ориона».

– Как все-таки дела на Сатурне? – спросил Рафик. – Первая партия уже вернулась с Титана?

– Как раз сегодня должны их перехватить, – отозвался Мишка. – Только они ведь не все вернутся. Никита и Дима останутся.

– Когда уже тебя куда-нибудь выпустят?

– Юра обещал на следующем пролете. Это еще через две недели. Там у нас Энцелад по плану.

– А на этом пролете что? Снова Титан?

– Титан всегда, – Мишка улыбнулся. – Я же говорил: там развернули целую станцию. А «Оса» будет изучать кольца. И еще Мимас, кажется.

– Мимас? Я про такой даже не слышал.

– Эх ты, темнота, – хохотнула Маля. – Это же «Звезда Смерти»[30].

Мишка кивнул:

– Да, Мимас – тот самый спутник со здоровенным кратером, который очень похож на «Звезду Смерти» из «Звездных войн». Настя, кстати, говорила, на нем может быть подледный океан, как на Энцеладе.

По пути на остановку снова вернулись к скалолазанию. Гарик спросил:

– А вы летом будете лазать?

– Я в Меленки уезжаю, – вздохнул Мишка. – Если и буду приезжать, то не часто.

– А ты? – Гарик посмотрел на Вовку.

– Я бы полазал, если найдется с кем. Так что, надумаешь – звони.

– Так и я бы полазала, – оживилась Маля.

– Может, сразу забьемся на следующую субботу? – предложил Рафик.

– Отличная мысль! – закивал Вовка. – Я вечером напишу Любе.

Мишка вздохнул:

– Хорошо вам. А я вот в ближайшие три месяца буду лазать разве что на чердак.

* * *

Вечером того же дня Вовку с родителями пригласили к Сорокиным на праздничный ужин по случаю Машиного двухлетия. Вообще-то день рождения у нее был во вторник, но рабочие дни дядя Жора проводил в Звездном, так что «торжественные мероприятия» пришлось перенести на выходные. За столом посидели недолго: не успели гости разделаться с горячим, их повели на второй этаж.

Через Мишкину комнату прошли на балкон. Сорокин-старший заранее вынес туда лазерный проектор и запустил программу, над которой они с Мишкой работали почти целый месяц.

Заиграла музыка, газон внизу загорелся ярким огнем: на темной траве появился сияющий круг света.

– Это Солнце! – торжественно объявил Мишка.

Круг постепенно уменьшался, и когда он стал размером с тарелку, на расстоянии метров десяти от него нарисовалась тонкая золотистая линия, изобразившая вокруг Солнца пухлый овал. По ней тут же побежала светящаяся точка.

– Меркурий, – возбужденно продолжил Мишка.

Когда орбита Меркурия уменьшилась вдвое, появилась еще одна линия. По ней побежала Венера. Дальше нарисовались орбиты Земли и Марса. За ними – множество мелких точек.

– Это пояс астероидов, – не прекращал комментировать Мишка.

Солнце становилось все меньше, вокруг него появились орбиты Юпитера, Сатурна, Урана и Нептуна. Когда восьмая точка начала свое движение вокруг Солнца, звезда в центре была уже совсем крошечной.

В таком виде проекция замерла на несколько секунд. Потом за орбитой Нептуна стали появляться новые точки.

– Ничего себе, – удивилась тетя Тамара. – А я думала, за Нептуном только Плутон.

– Это пояс Койпера, – пояснил Мишка. – Он примерно в двадцать раз шире пояса астероидов. И кроме Плутона там еще много астероидов и как минимум три карликовые планеты: Хаумеа, Макемаке и Эрида.

Упоминание о Плутоне навело Мишку на невеселые мысли про Аню и Сашу. Пока он пытался отделаться от них, орбита Нептуна и все, что находилось внутри нее, успело сжаться в одну яркую точку. Остальное пространство на газоне заполнилось редкими огоньками.

– Красота-то какая. – Мама обняла Мишку за плечи. Он встрепенулся и продолжил:

– За пределами пояса Койпера находится область рассеянного диска, а еще дальше – гипотетическое облако Оорта. На самом деле никто не знает, есть оно там или нет…

– И это все еще Солнечная система? – засомневалась тетя Тамара.

Мишка кивнул.

– А та крохотная точка в середине – это все мы? И Солнце, и все планеты? – На лице у тети Тамары читались одновременно и изумление, и недоверие, и восторг.

«Наконец-то мне удалось!» – мысленно возликовал Мишка. Такая интерактивная модель, безусловно, куда лучше отражала масштабы гравитационной сети, окружающей Солнце, чем любая другая, которую мог бы собрать он сам.

Проекция снова замерла. Все молча смотрели на газон. Машка первая поняла, что представление закончилось. Она тут же заерзала у мамы на руках. Отец выключил музыку, зажег на балконе свет.

– Очень эффектно получилось, – похвалила тетя Тамара. – Вам бы в Москву на какой-нибудь фестиваль.

– Да ладно, – смутился Мишкин папа. – Это мы только учимся.

– Нет, правда неплохо, – поддержал жену дядя Жора. Потом он посмотрел на часы. – Не пора ли нам расходиться? Завтра рано вставать: в десять я должен быть в Звездном.

Компания потянулась в комнату. Уходя, Мишка краем глаза посмотрел на соседский дом. В окне на втором этаже увидел Оскара. «Интересно, он все время был там или только пришел? Видел он наш шедевр или нет?»

Мишкины размышления прервал дядя Жора:

– Забыл спросить, как ваша тренировка? Сегодня вы, кажется, собирались отвечать по своему пари.

– Все хорошо, – отозвался Мишка.

– Я бы сказал, отлично, – поправил Вовка. – Думаю, к Новому году мы увидим Мальку солирующей где-нибудь в «Лебедином озере».

– Рад, что вы преуспели, – улыбнулся дядя Жора. – Скалолазание – отличный спорт, мне он всегда нравился. Я вот подумал, раз такое дело, почему бы нам не выбраться на скалы летом? Я бы тоже с удовольствием полазал. Вспомнил молодость, так сказать.

– Всем вместе? – оживился Мишка. Он с надеждой посмотрел на маму и на отца.

– И куда ты предлагаешь ехать? – спросила мама.

– Да хоть в Карелию, на озеро Треугольное.

Отличное место – бывал там пару раз.

– Хорошая идея, – подхватил Мишкин отец. – Как раз сегодня обсуждали планы на отпуск. К тете Тане в Германию решили пока не ехать: перелет, да еще с пересадкой… Пусть Маруся немного подрастет.

– А в Карелию можно и на машине, – кивнула мама.

Мишка с Вовкой переглянулись, довольно улыбаясь.