Золотое сияние до слез обжигало глаза, а порывистый ветер больно хлестал по щекам. Тесса попыталась что-то крикнуть, но беспощадный ветер сорвал слова с губ и унес прочь.

Наконец невыносимо яркий свет рассеялся, и Тесса, все еще крепко цепляясь за шею тигрицы, огляделась по сторонам. Да ведь это главная улица Такамагахары! Я вернулась! Я все-таки вернулась в последний город магии и волшебства!

Повсюду прогуливались боги и духи, одетые в сверкающие кимоно и хакама. Но хватало и тех, кто предпочел облачиться в самые обычные брюки и платья. По обеим сторонам дороги цвела сакура, наполняя воздух пьянящим медовым ароматом. Тигрица с драконихой неслись по дороге, поднимая в воздух тучи розовых лепестков. При этом никто из горожан не делал им замечания – наоборот, прохожие смотрели на них с восторженным удивлением и приветливо махали Тессе и Джину.

Ранее оглушенная свистом ветра, Тесса наконец снова начала слышать, и в гомоне голосов ей удалось разобрать:

– Удачи!

– Пусть вас выберут!

А следом:

– Так ведь это смертные! Их ни за что не возьмут в клан!

– Надо же, благословенные смертные. Нечасто их теперь встретишь. Может, и мне попытать удачи?

Сердце у Тессы снова гулко забилось, что твой барабан тайко.

Тигрица совершила мощный прыжок, свернула за угол строения и радостно провозгласила:

– Ну вот мы и на месте!

Оба зверя резко остановились у каких-то врат. Толпы бессмертных спешили внутрь, а в воздухе парила вывеска-оригами: «Добро пожаловать на Обон!» Тигрица бесцеремонно стряхнула Тессу со спины и принялась вылизывать лапу.

– Вам туда!

– Больно же, – проворчала Тесса, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. – А где Кит?

Кита в праздничной толпе не было.

Вдруг где-то слева поднялся страшный шум, и Тесса с Джином озадаченно переглянулись.

Перед распахнутыми вратами, перегородив вход на фестиваль, возвышались четыре фигуры в красно-золотых хакама. На лицах у них были клыкастые и рогатые маски демонов о́ни, а в руках они держали белые деревянные доски, на которых большими золотыми буквами было написано: «ВЕРНИТЕ СИМЭНАВУ!»

Бессмертные испуганно жались по сторонам, однако посматривали на демонстрантов с явным любопытством. Из толпы вынырнул страж в доспехах и закричал: «Демонстрации во время Обона запрещены! Все вопросы семерым богам счастья просьба адресовать в приемные часы!»

– Семерке важна поддержка всех бессмертных! – воскликнула одна из фигур. – Нам, жителям города магии, смертные не нужны! Из-за них нам достается меньше силы! Мы требуем вернуть симэнаву на место!

Тесса услышала, как один из посетителей тихо сказал своему спутнику:

– Но никто этого не хочет. Ведь теперь каждый может получить куда больше энергии, чем раньше.

Тот кивнул:

– Даже семеро против того, чтобы снова опоясать город магии симэнавой.

– Еще бы, ведь им хорошо известно, что, дай они такое разрешение, многие бессмертные тут же от них отвернутся.

– А кому вообще нужна симэнава? – громко спросил Джин. – Все знают, что без нее лучше – и городу магии, и смертным.

– Так ли это? Должны ли боги тратить столь много времени на смертные жизни? – Один из протестующих шагнул к Джину, сверля его взглядом. – Ты, кажется, неравнодушный мальчик. Хочешь узнать, кто мы такие?

Тесса схватила Джина за руку и потащила вглубь толпы.

– Эй! Мы здесь ради Кита, а не… ради вот этого всего, чем бы оно ни было!

Вдруг демонстранты синхронно развернули свои доски обратной стороной, где были начерчены какие-то символы. Ни на один известный Тессе иероглиф это не походило.

Посетители изумленно охнули. Страж ринулся сквозь толпу, за ним спешили еще двое.

Тора прошептала:

– Это… они?

– Нет. Быть того не может. – Рю замотала головой. – Их уничтожили еще до того, как возвели границы. Семерка об этом позаботилась.

– А кто эти «они»? – спросила Тесса. – И что означают эти буквы?

Но звери ошеломленно молчали. Джин нахмурился:

– Что-то мне это напоминает…

Один из стражей крикнул:

– Властью, данной нам семерыми богами счастья, от имени города магии, мы требуем пройти с нами для допроса!

В ответ протестующие еще выше подняли свои доски, хором скандируя:

– Да здравствуют времена симэнавы! Ку – только для бессмертных! Верните симэнаву на место!

Когда до четверки в масках оставалось несколько шагов, страж, бежавший впереди, щелкнул пальцами, и воздухе возникли тории, за которыми виднелась пустая белая комната. Охранники подскочили к демонстрантам, пытаясь загнать их внутрь.

Но тут что-то ярко вспыхнуло, и все вокруг затянуло золотистым дымом. А когда дым рассеялся, демонстранты в жутких масках исчезли. Единственным напоминанием о них была метка на тории в виде тех же странных символов, что и на досках.

По толпе прокатился ропот:

– Они проникли сюда…

– Скоро и на нас начнут охоту…

– Если уж им так нужна симэнава, давайте повесим ее обратно…

Главный страж снова щелкнул пальцами, и тории растворились в воздухе; остальные, грозно топая и зыркая по сторонам, направились каждый на свой пост.

– Прошу входить! – рявкнул один из воинов. – Празднество вот-вот начнется!

Бессмертные послушно двинулись сквозь врата, тихонько переговариваясь между собой.

– И все-таки это они, – дрожащим голосом вымолвила Рю. – Эти маски… и символы… Они… Они и правда вернулись.

– Может, вы наконец нас просветите? – нетерпеливо спросила Тесса. – Кто эти люди?

Рю тихо произнесла:

– Нам нельзя о них говорить…

Тора тряхнула головой:

– Они собираются участвовать в Цикле смены богов, а значит, должны знать.

– Ну пожалуйста, расскажите нам о них, – попросил Джин.

Тора и Рю взглянули друг на друга. Дракониха со вздохом кивнула.

– Я… Я думаю, это были… Охотники на богов, – прошептала Тора.

– Охотники на богов? – задумчиво переспросил Джин. – Где-то я уже это слышал…

– Возможно, это название попадалось тебе в каком-нибудь аниме или манге, но охотники на богов существуют на самом деле. И они… они беспощадны. – Тора издала глухой рык. – Что бы они ни говорили, им ни в коем случае нельзя доверять.

Рю смиренно склонила голову:

– Я всего лишь бумага из божественного книгохранилища, жизнь в которую вдохнули записанные на ней хроники прошедшего Цикла смены богов, но… послушайте-ка моего совета: держите язык за зубами. Вы – смертные, и если до семерых дойдет слух, что кто-то из вас хотя бы упомянул это название… они решат, что вы заодно с охотниками. И тогда пожелают стереть в порошок не только ваш клан – это при условии, что вас вообще примут в какой-нибудь клан, – но и вас самих. А это насовсем.

– Но постойте… – Тесса совсем растерялась. – Кто же они такие?

– Благословенные смертные, как и вы, но они не желают, чтобы боги вмешивались в их жизнь. Говорят, даже кое-кто из божественного пантеона примкнул к их рядам, представляете? Более десяти лет назад, когда был воздвигнут барьер между богами и смертными, семеро поклялись городу магии и всем его обитателям, что охотники на богов устранены. Но все эти годы ходили слухи… которые, о ужас, оказались правдой! Охотники вернулись! Быть на их стороне – значит желать принести в жертву бессмертных, которые против границ между мирами… Еще до того, как ваш лорд Тайра был заточен в медальон кицунэ, те, кто активно выступал против симэнавы, таинственным способом либо исчезали из города магии, либо вовсе прекращали свое существование. В этом вся суть охотников: они беспощадно уничтожают любые препятствия, возникающие на их пути. Будь ты хоть бог, хоть благословенный смертный, если ты не согласен с воззрениями охотников, тебе конец.

– Но… разве бессмертные не рады, что симэнаву убрали?

Рю вздохнула:

– Все не так просто. Поначалу семерка поддерживала ограждение города магии от мира смертных – до той поры, пока вы с лордом Тайрой не устроили переполох. Тогда-то бессмертным стало ясно, что последние десять лет они, считай, вообще не получали энергии. Само собой, и обязательств перед смертными у них не было, поскольку на молитвы смертного мира отвечала одна лишь семерка. И все же многие вознегодовали, ведь целое десятилетие им приходилось довольствоваться сущими крохами энергии, тогда как семерка, прикарманив себе всю смертную паству, процветала и становилась все сильнее.

– То есть в городе магии разгорелись нешуточные страсти, – заключила Тесса.

«Нешуточные страсти». Грэм всегда так говорила, когда Пэйтон, поссорившись с очередной подругой, ходила мрачнее тучи.

– Именно. Теперь же, когда симэнавы больше нет, а лорд Тайра оказался богом несчастья… многие задаются вопросом: почему новый Цикл смены богов начался именно сейчас, по прошествии стольких столетий? Уж не охотники ли приложили к этому руку, стремясь избавиться от невесть откуда взявшегося неудобного бога?

Дракониха нервно переступала лапами, покачиваясь из стороны в сторону.

– Но лучше бы вам обсудить это с самим лордом Тайрой. Иначе я могу сболтнуть лишнего, и тогда он разгневается и бросит меня в жерло вулкана. Если вы и правда хотите участвовать в новом Цикле, юные Мията и Уехара, вам придется выбирать. И не дайте чрезмерным размышлениям о деяниях прошлого лишить вас решимости действовать в настоящем.

– Уверена, это была чья-то глупая шутка, – твердо произнесла Тора, пытаясь, скорее, убедить саму себя. – Быть не может, чтобы охотники снова объявились.

Тесса нахмурилась. Сколько еще загадок таит в себе мир бессмертных?

Вдруг Тора завопила:

– Время на исходе! Если не поторопитесь, не видать вам соревнования как своих ушей!

Но Джин даже не шевельнулся: он задумчиво смотрел то на место, где стояли демонстранты, то на встревоженных стражей. Тесса потянула его за рукав:

– Идем. Нам еще Кита нужно найти.

Джин встрепенулся:

– Ну да. Конечно. Кит. Идем.

– Нет, вам не туда, – возразила Рю и подняла лапу, указывая направо: там, в бамбуковой роще, стоял большой деревянный дом. От него веяло древностью, однако время ничуть не испортило его статной величавости, будто год от года его подпитывали благословения.

– Сначала вам нужно подготовиться, – пояснила Тора. – А потом пойдете искать своего бога несчастья.

Дети переглянулись и нерешительно направились к дому. Тесса уже собиралась подняться на крыльцо, когда Джин на нее шикнул:

– Тесса!

– Чего?

– Разуться не забудь!

Он ткнул пальцем на сандалии Тессы, потом – на нижнюю ступеньку и стал разуваться сам.

– Ой, виновата.

Тесса быстро скинула сандалии и аккуратно поставила их на ступеньку точь-в-точь как Джин.

– Уже пытаешься ввести свои правила? – клыкасто усмехнулась тигрица. – Не рановато ли? Ну все, ступайте внутрь. Посмотрим, готовы ли вы рискнуть жизнью ради славы. Ну или ради спасения бога несчастья.

Тесса с Джином обменялись недоуменными взглядами. Им что же, и правда придется рисковать жизнью? По-настоящему?

– Не пугай их почем зря, – одернула тигрицу Рю. – Если слухи правдивы, лорд Тайра – бог серьезный и весьма благородный. Просто сейчас он нуждается в небольшой поддержке. – И, повернувшись к Тессе и Джину, добавила: – Ну же, вперед!

Тесса набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула. Нет, она по-прежнему была полна решимости спасти Кита, но что, если цена за его спасение окажется слишком высока?..

Отринув гнетущие мысли и призвав на помощь всю свою храбрость, она решительно зашагала вверх по ступеням.

– Я готова.