– Тесса Мията. – Кит вышел вперед. – Настал час и твоего возвышения. Хочешь ли ты стать малым духом?

Тесса молчала, глядя на него во все глаза.

– Тогда ты сможешь остаться в городе магии, – торжественно продолжил Кит. – Ты станешь одной из нас.

Тесса обвела взглядом трибуны, с которых взирали на нее притихшие зрители. Посмотрела на Мими и Хати, стоявших рядом с ней (вот уж с кем она бы, не задумываясь, отправилась хоть на край света), и на величественных богов счастья, замерших перед ней, словно прекрасные статуи.

– Я… благодарю вас. Для меня это огромная честь. Я о таком не смела и мечтать, – прошептала Тесса. – Но видите ли… мне нравится быть смертной. В смертном мире у меня осталась семья, которую я очень люблю. Поэтому… я должна вернуться.

Зрители на трибунах принялись взволнованно перешептываться; боги обменивались недоуменными взглядами. А Тессе отчаянно хотелось нырнуть в ближайшие тории, и пусть они забросят ее куда угодно – главное, подальше от камер и внимания тысяч бессмертных.

Кит поднял руку, и тут же воцарилась тишина.

– Нечасто человеческое существо отвергает шанс на бессмертие, предложенный ему богами. Впрочем, и подобные случаи нам известны. – Глаза Кита так и сияли от гордости. – Тесса, возможно, ты в последний раз посетила город магии, будучи смертной. И надеюсь, до того как вновь попадешь сюда, ты проживешь долгую и счастливую жизнь.

– О чем ты говоришь? – растерянно спросила Тесса.

– Он говорит обо мне! – прозвенел голосок, и мягкая лапка тронула Тессу за ногу.

Тесса опустила голову и увидела бумажную тигрицу.

– Тора! Но ведь ты была моим приглашением в город магии…

– И это приглашение все еще в силе, – ответила тигрица. – Бумажные компаньоны остались лишь с теми, кто прошел церемонию избрания, помнишь? А невезучие, поскольку победили в Цикле, – единственные, кто может держать нас при себе всегда. По крайней мере до той поры, пока вас не возведут в следующий ранг.

Глаза Тессы расширились.

– Так ты всегда будешь со мной? Даже несмотря на то что я смертная?

Тигрица радостно кивнула:

– Слышала, бог несчастья долгое время был твоим компаньоном в мире смертных. Считай, я теперь вместо него. Только время от времени буду отлучаться в город магии по делам.

– И тогда за ней буду присматривать я, – произнес тихий бархатный голос.

Перед Тессой, высоко подняв голову, стояла Рю.

– Я знаю, что мой смертыш в Целительных палатах.

Рю умолкла, глядя Тессе прямо в глаза. Казалось, дракониха читает ее душу, как открытую книгу. «А ведь Рю обо всем догадывается», – подумала Тесса.

– Раз уж он не смог принять участие в церемонии возвышения, – продолжила Рю, – я прошу тебя, Тесса Мията, отнести меня к нему. Ведь может настать день, когда он будет нуждаться во мне больше всего.

Тесса молча кивнула. На глазах у нее выступили слезы. Она обещала себе, что они с Джином еще встретятся, и теперь просто обязана исполнить это обещание.

Дайкокутэн нахмурился:

– Но неужели прочие смертные не удивятся тому, что у этой смертной девочки…

– У Тессы Мията, – поправил его Кит.

Дайкокутэн кашлянул.

– Ах да. Конечно. Так неужели прочие смертные не удивятся тому, что у Тессы Мията целых два зверя-хранителя?

– Мой добрый друг, – залился смехом Дзи-дзо, – в следующий раз, как я отправлюсь в свои святилища в мире смертных, ты непременно должен пойти со мной. Ты слишком долго пробыл в городе магии и успел позабыть, что смертные в большинстве своем – самые обычные, не отмеченные благословением богов. Иными словами, и тигрица, и дракониха будут невидимы их глазу.

– Так тому и быть, – провозгласил Кит и улыбнулся Тессе. – Я ведь обещал, что всегда буду рядом.

Тесса улыбнулась в ответ:

– Я тоже всегда буду рядом.

Тории ярко вспыхнули, и Тесса испуганно вздрогнула. Однако вместо нефритовой дымки, поглотившей Хотэй, в проеме врат она увидела знакомую калитку, по бокам которой росли кусты ежевики.

– Это же дом одзи-тяна и обаа-тян, – прошептала Тесса.

Ей даже показалось, что она слышит, как смеются Сесилия и Пэйтон, и почудился запах ячменного чая обаа-тян, которым так здорово утолять жажду в разгар летней жары…

– Но и город магии стал для меня родным, – уже громче произнесла Тесса. – Я чувствую себя здесь как дома, особенно когда рядом мои друзья – Кит, Мими и Хати. И я счастлива, что мне повезло провести с ними время в последнем городе магии и волшебства. Для меня это большая честь. Но теперь мне пора возвращаться в свой дом в мире смертных.

Не успела она произнести последнее слово, как толпы зрителей разразились криками. На мгновение Тесса испугалась – уж не появились ли на арене охотники в масках о́ни. Но…

– Иттерашаи!

Вот что кричали ей бессмертные.

Иттерашаи. Это напутствие давали ей обаатян с одзи-тяном каждый раз, как она выходила из дома, чтобы встретиться с Джином или съездить с сестрами за покупками.

«Отправляйся в дорогу, счастливого пути, только обязательно возвращайся живой и невредимой.

Вернись…»

Город магии… его жители… они ждали, что она к ним еще вернется… Тесса вдруг почувствовала, будто все эти бессмертные, которые радостно кричали со своих мест и махали ей, разом обвили ее руками, заключив в крепкие объятия, и ее маленькое, вынесшее столько испытаний сердечко…

– Возвращайся, как будешь готова. Мы будем ждать, – сказал Кит.

Мими энергично кивнула и прижала Тессу к себе.

– Даже не сомневайся.

Хати пару секунд нерешительно топтался на месте, а потом раскинул руки и обнял обеих девочек сразу.

– Я… это… в общем, ты одна из самых крутых смертных, которых я знаю. Думаю, я буду по тебе скучать.

Тесса с Мими рассмеялись. Оставалось попрощаться еще с одним другом. Не удостоив взглядом Аканэ, которая стояла с лицом мрачнее тучи позади Эбису (все-таки, будем честны, нашлись среди бессмертных и те, у кого Тесса не вызывала особого восторга), она бросилась к Киту и крепко-крепко его обняла.

– До новой встречи.

Кит кивнул и тихо произнес, эхом повторив за толпой:

– Иттерашаи.

Тесса подхватила Рю и Тору, посадила их себе на плечи. Бумажные звери устроились поудобнее и прижались к Тессе, приготовившись к путешествию. Тесса повернулась лицом к тории. Город магии навсегда останется с ней. Как и Кит, и Мими, и Хати, и… Джин. Куда бы она ни направилась, они вечно будут жить в ее сердце. И по счастью, в ее памяти.

Она в последний раз повернулась и махнула друзьям рукой:

– Иттекимасу.

Я ухожу…

Но в это коротенькое прощальное слово было вплетено и обещание вернуться.

Я ухожу – но я вернусь.

Обязательно.