Тесса рухнула на холодный деревянный пол. А еще через полсекунды на нее свалились Мими и Джин.

Джин первым поднялся на ноги:

– Ты жива? Что это за место?

– Вроде бы жива, – отозвалась Тесса, оглядываясь по сторонам.

Они оказались в прямоугольной комнате, освещенной одной тоненькой свечкой. На стенах не было ничего, кроме полок с книгами; единственное окно было задернуто черной шторой … Половица у двери тихо скрипнула… А может, Тессе просто послышалось.

– Думаете, мы дождемся Хати? – спросила она.

Мими с Джином понурили голову. Воцарилась тягостная тишина. Внезапно часы ожили.

«Клан несчастья первым вошел в Осенние тории. Обратный отсчет начался».

И тут же на экране, одно за другим, начали появляться сообщения:

«Участник Хитори Йосино ликвидирована…»

«Участник Ирайза Амаки ликвидирована…»

«Участник Мана Гион ликвидирован…»

– Что происходит? – изумленно ахнула Тесса.

– Один… два… три… – принялась считать Мими уведомления, которые продолжали сыпаться как из рога изобилия. – Семь… Семеро везунчиков вышли из игры… Но как?

– Хати, – сказал Джин, потрясенно уставившись на часы. – Это… Это все Хати.

Тесса оглянулась, ища глазами тории, но врата уже исчезли.

– Где же он?

И, словно в ответ на ее вопрос, на экране появилось еще одно – на сей раз последнее – сообщение.

«Участник Юдзуру Хатиман ликвидирован».

Тесса вцепилась в экран, но тот погас, будто в часах внезапно разрядилась батарея.

– Он… его… – Мими прерывисто вздохнула. – Его больше нет?

– Его огонь… – дрогнувшим голосом произнес Джин. – Хати сражался за нас.

К глазам Тессы подступили слезы.

– Нет. Мы должны были вместе дойти до конца. Четверо невезучих. До самого конца.

– Он пожертвовал собой ради нас, – хрипло ответил Джин. – Ради нас троих. И Кита.

Невезучие склонили голову в скорбном молчании.

– Спасибо, Хати, – прошептала Тесса. – Ты воистину бог огня, и я восхищаюсь тобой. Набирайся сил, наш добрый друг.

Быть может, благодаря вездесущим камерам Хати услышит ее слова.

– Эти игры слишком жестоки, – тихо произнесла Мими, не поднимая глаз. – Они пробуждают в нас самые лучшие и самые отвратительные черты. Если победишь – тебя будут чтить и помнить в веках, а проиграешь – твою историю перепишут. Твои достижения и славные поступки будут позабыты, будто их и не было. Твоя неудача все перечеркнет.

– Но мы еще не проиграли! – горячо возразила Тесса. – Пусть мы из клана несчастья, мы все равно победим! И докажем, что жертва Хати была не напрасной.

Она снова огляделась. Что-то здесь определенно не так… В тории они видели пустынный пейзаж, напоминавший дюны Тоттори, а не темную комнату с книжными полками на стенах. Вдруг раздался странный, едва уловимый звук – то ли мелодия, то ли птичья трель…

– Ой-ой… – Тессу вдруг охватило дурное предчувствие, от которого волосы на затылке зашевелились. Она как будто чего-то не замечает, но чего? – Думаю, пора нам отсюда уходить. Нужно найти Зимние тории. Погодите-ка… а камеры где?

Ну конечно, камеры. Многочисленные сияющие шары, висящие в воздухе, следили за каждым шагом участников на протяжении обоих этапов. Но здесь камер попросту не было.

Мими подошла к окну. Отодвинув штору, она выглянула на улицу и тихо охнула.

– Я понятия не имею, что это за место, – произнесла ошеломленная Мими.

Она вытянула руку и сжала ее в кулак.

– Моя ку. Пропала. Я даже в кошку обратиться не могу.

Тесса отдернула штору до конца, и все трое оторопело уставились на пейзаж за окном.

Это определенно был не Токио и уж точно не город магии. Перед невезучими, насколько хватало взгляда, простиралась водная гладь, по которой бежала легкая рябь. Цвет неба – темно-синий, с примесью бледно-желтого на горизонте – наводил на мысль о раннем вечере.

– Куда это нас занесло?

– Мы что, на лодке? – изумилась Тесса.

Она стукнула пальцем по черному экрану часов, но он не загорелся. Даже сам ремешок на ощупь стал каким-то хлипким и рыхлым. Тессе вспомнилось, как истончился шнурок, на котором висела монетка в первой битве, перед тем как ее сорвала Аканэ… Хотелось верить, что хотя бы часы останутся при ней. Если, конечно, им вообще удастся вернуться на арену.

Мими, прищурившись, переступила с ноги с ногу.

– Нет. Я не ощущаю движения. Мы точно на суше, вот только где именно – ума не приложу. И я совсем не чувствую ку. Ее просто нет.

Тогда Тесса вытянула руку, в надежде нащупать привычную паутинку, сотканную из молитв, однако пальцы встретили лишь холод и пустоту.

– Но мы должны иметь доступ к ку – это одно из правил соревнований Цикла, ведь так? – спросил Джин.

– Боюсь, что нет, – раздался из глубины комнаты тихий мелодичный голос. – И тем не менее – добро пожаловать.

Вокруг ни единой камеры…

И ни единой нити ку…

Правила нагло нарушены…

И эта странная мелодия…

У Тессы перехватило дыхание. Внезапная догадка пронзила ее сознание, словно молния Райдзина.

– Вы… Охотники на богов?