Найти Осенние тории оказалось нетрудно. Они стояли на вершине горы – не какой-нибудь искусственной декорации, а самой настоящей горы, которая выглядела как близнец Фудзи. Волшебные врата являли собой воплощение самой осени: столбы и перекладины были вытесаны из хиноки и покрыты роскошными листьями гинкго, которые сияли на солнце, словно драгоценные камни. Издалека могло показаться, что это и не листья вовсе, а россыпи красных и желтых цитринов и оранжевых опалов. Струящийся из врат яркий свет вселял надежду: если невезучие первыми войдут в тории, в их распоряжении будет целый час, чтобы получить свой жетон и найти Зимние тории…

Вот только путь к вершине оказался поистине тернист. Точнее, каменист. Крутой склон горы усеивали огромные куски застывшей лавы, а деревьев здесь не росло вовсе – в случае опасности даже спрятаться негде.

Невезучие дружно выдохнули – и побежали. Мими использовала ку, чтобы немного облегчить им задачу. Узнай Тесса про ку пораньше, школьные забеги на милю, которые заканчивались тем, что она еле доползала до финиша, вся взмокшая и полуживая, не казались бы ей такой страшной мукой.

– Думаю, – пропыхтела она, – Кагуцути и правда пытался нам помочь.

Хати энергично закивал:

– Ага, не зря он нас каждый день гонял – мы теперь выносливые.

– Я тоже ему благодарна и все такое, но нужно ускориться, – сказала Мими, вытирая взмокший лоб. Она махнула рукой, указывая на небо, которое уже начало темнеть: день неумолимо клонился к закату. – Лето слишком быстро кончается.

– Я это каждые каникулы говорю, – пробормотала Тесса.

Вдруг позади них раздался странный шум, и желудок у Тессы сжался от дурного предчувствия.

– Мы не одни.

Ниже по склону взметнулось облачко пыли. Тесса метнула в него сюрикен, сбив летевшую в Хати стрелу.

– С-спасибо, – заикаясь, произнес тот. – А может… может, перемирие с ними заключим? Договоримся не нападать друг на друга, пока не доберемся до Зимней арены?

– Мы не успеем добежать до Осенних тории, – обреченно произнесла Тесса.

Справа появилась еще одна компания везунчиков. Впереди всех шла Аканэ с косой, которая зловеще поблескивала на солнце.

– Нам против них не выстоять, – прорычал Джин. – Но даже если не станем с ними драться, Сиро выведет нас из строя одного за другим своими отравленными дротиками.

– Если добежим до тории – нам ничего не грозит, – сказала Мими. – Ну же, совсем немножко осталось.

Совсем немножко…

Но тут какая-то фигура выпрыгнула вперед, преградив им путь. В руке у нее была смертоносная коса, а на губах играла жестокая, хищная улыбка.

– Далеко собрались, невезучие?

Аканэ.

Вот уж поистине – невезучие. До вершины оставалось всего ничего, обогнуть нагромождение из черных пористых камней – и вот они, тории, сияющие во всем своем осеннем великолепии.

Рядом с Аканэ встали еще двое. Сиро, сурово глядя на невезучих, крутил в пальцах отравленный дротик. Рику держал наготове свой боевой топор.

Путь к отступлению тоже был отрезан – остальные кланы их уже нагоняли.

– Давно хотел сказать… – Голос у Хати странно дрогнул. – Я рад, что попал в этот клан. Вы намного круче, чем я думал.

– Перестань! – цыкнула на него Тесса. – Ничего еще не кончено!

– Да, но шансов-то у нас почти никаких, – пробормотал Джин. – Верно, Хати? Хати?

Еще секунду назад Хати стоял рядом с ними, а теперь его не было…

Он шагал к троице, преградившей невезучим путь. На лицах Аканэ, Сиро и Рику появилось одно и то же брезгливо-удивленное выражение.

– Вы не даете нам пройти, – тихо сказал Хати.

– Так и задумано, – усмехнулся Рику.

– Знаю, поэтому попрошу вежливо и лишь один раз. Отойдите в сторону. – Голос Хати прозвучал неожиданно твердо и жестко.

– Чего? – озадаченно хмыкнул Рику.

– На «да» не похоже, а значит, ваш ответ – «нет», – проговорил Хати. – Хорошо. Однако, прежде чем я начну, я хотел бы кое-что вам сказать.

Аканэ подняла руку, но Хати продолжил:

– За последнее время я многое понял. – В позе Хати чувствовалась какая-то странная, не свойственная ему напряженность. – Понял, к примеру, что смертные – никакие не заморыши и наш мир они любят так же сильно, как и свой собственный. А сам я, оказывается…

На секунду он умолк.

– Ну и?.. – брякнул Сиро.

– Способен на НЕВОЗМОЖНОЕ!

Последнее слово прокатилось над горой, подобно оглушительному громовому раскату, и в тот же миг небо сделалось кроваво-красным. А точнее, огненно-красным, ведь огромные, громоздящиеся друг на друга облака были из чистого пламени.

Жар нарастал с каждой секундой, угрожая запечь и везунчиков, и невезучих до хрустящей корочки.

Аканэ остолбенела.

– Вы… вы…

– Невезучие, – услужливо напомнила Тесса, одарив ее широченной улыбкой из категории «Знай наших!» – Знакомьтесь, это Хати. Не путать с его почтенным дедушкой, который храбро защищает врата обиталища семерки.

– Ох уж этот Хати, – подхватил Джин. – Все-то он делает по-своему.

А Мими лукаво добавила:

– Вот такой он у нас первопроходец, знаете ли. Выжигает себе путь.

Хати обвел Аканэ и ее свиту суровым взглядом. Потом поднял руку вверх.

– Одна мудрая кошка как-то сказала мне: «Есть разница между тем, что действительно невозможно, и тем, что якобы невозможно». От Фудзина и Райдзина я узнал о великой силе стихийной ку. А я ведь раньше даже помыслить о таком не мог… Еще недавно я считал, что победа нам не светит, но теперь… У нас такие же шансы, как и у всех вас. С нами стоит считаться.

Рику, бросив исподтишка опасливый взгляд на клубящиеся облака, презрительно фыркнул.

– И все равно кланы семерки вам не одолеть.

– Но попытаться стоит. – Хати пожал плечами. – И лучше уж я выложусь на полную, чем отсижусь в сторонке, а потом буду век выслушивать от дедули Хатимана скорбные речи о том, как я не оправдал его надежд.

Физиономия Хати расплылась в дерзкой ухмылке.

– Так что, если вы и правда намерены преградить нам путь, сначала вам придется превратить в кучку пыли меня.

Он хлопнул в ладоши. Природа отозвалась громовым раскатом. Небеса разверзлись, но на землю полетели не капли дождя, а языки пламени.

Коса Аканэ с молниеносной быстротой принялась описывать хитроумные узоры, не давая огню даже прикоснуться к хозяйке. Аканэ была в безопасности, чего уж точно никак нельзя было сказать об остальных.

– Хати, бежим! – крикнула Тесса.

Но Хати покачал головой:

– Я не настолько силен. Я не смогу сдерживать их и продвигаться к вершине. – Он глухо зарычал и швырнул в везунчиков сразу несколько огненных шаров.

Другую руку он вытянул в сторону невезучих, оградив их от огня щитом.

– Мы тебя здесь не оставим, – упрямо произнес Джин.

Хати посмотрел на друзей, стоявших в нескольких шагах от него. Его взгляд вдруг стал отрешенным, чужим, словно между Хати и невезучими образовалась непреодолимая пропасть. Он медленно покачал головой.

– Я их задержу, – сообщил он будничным тоном, будто говорил о погоде или о дынных булочках, которые съел на завтрак. – А вы идите.

Джин стиснул зубы:

– Нет!

Лицо Хати озарила улыбка. Яркая, словно уголек, который упрямо не желал затухать.

– Бегите. Прошу вас.

Тесса схватила Джина за хаори и потащила за собой.

– Джин, идем… Мы… мы должны…

Аканэ занесла косу и с диким криком бросилась на Хати, но ее отшвырнуло назад мощным шквалом огня.

– Бегите! – заорал Хати. – Я не смогу удерживать их вечно!

Заглушив рыдания, Тесса снова вцепилась в ошеломленного Джина. Вместе с Мими ей удалось наконец сдвинуть его с места, и все трое бросились вверх по склону. Позади них разразился настоящий огненный ливень, но на спины невезучих не попало ни единой капли.

Тесса, Джин и Мими, истекая потом, из последних сил обогнули гору камней и очутились прямо у величественных врат, украшенных роскошными листьями.

– Отправьте нас в осень! – крикнула Тесса.

Воздух между столбами тории задрожал, и спустя мгновение перед взором невезучих предстали песчаные дюны. Тесса, Джин и Мими, не раздумывая, нырнули в тории и, подхваченные прохладным потоком воздуха, полетели…

А уже через несколько секунд приземлились.

Вот только Осенняя арена… как бы это сказать… не оправдала их ожиданий.