Мими с Тессой (без помощи представителей семейства кошачьих) поднялись на четвертый этаж академии, где располагались Целительные палаты. Мими подтолкнула Тессу к двери, контуры которой мягко светились в полумраке, и со словами: «Увидимся за ужином! Надеюсь, будут суши!» – обернулась кошкой и умчалась прочь.

Тесса постучала. Дверь отворилась, и из проема хлынул ослепительный солнечный свет. Тесса зажмурилась.

– Солнце? – пробормотала она. – Но ведь уже почти вечер.

Она присмотрелась и только сейчас заметила вокруг двери очертания тории. В отличие от привычных деревянных эти врата были из камня, на котором то там, то здесь виднелись серозеленые пятна лишайника. Что-то новенькое. Интересно, что за ними…

Тесса вошла в открытую дверь – и…

– Ничего себе!

В ее школе в Калифорнии врач принимал в небольшом помещении с белыми стенами, белыми занавесками, белой ширмой и белой кушеткой. Целительные палаты в академии оказались… фермой? Тесса медленно огляделась. Справа аккуратными рядками росли низенькие кустики с широкими листочками и крупными красными ягодами. Клубника! По склону холма бежала тропинка, которая вела прямо к рисовым полям; ветер колыхал зеленые стебли, и сверху казалось, будто у подножия холма раскинулось самое настоящее море. На деревьях во фруктовом саду, разбитом по левую руку от Тессы, висели сочные ароматные персики, и отовсюду неслось пение цикад, исполнявших негромкую симфонию уходящего лета. Тесса резко выдохнула. Надо же – она, оказывается, дышать перестала и даже не заметила. А царящий тут покой и правда обладал целительной энергией: она пробыла здесь всего пару минут, а уже чувствовала себя намного лучше.

– Какая красота, – прошептала Тесса.

– Согласна, – произнес тихий голос у нее за спиной.

Тесса подпрыгнула от неожиданности. Вместо тории, через которые она сюда попала, она увидела стройную девушку в белоснежном одеянии, украшенном затейливой вышивкой из серебряных нитей. На вид девушке было чуть больше, чем самой Тессе.

– Здравствуй, я Кисагаи, – представилась незнакомка. – Добро пожаловать в Целительные палаты. Ты мужественно сражалась.

Какое там «мужественно». К горлу Тессы подкатил комок. Перед глазами возникла Аканэ, размахивающая своей ужасной косой.

– Поверить не могу, что я проиграла, – произнесла она едва слышно. – Вы не могли бы вылечить меня побыстрее? Тогда я перед ужином еще успею в Облачное море, потренироваться…

– Твоя душа нуждается в исцелении, – сказала Кисагаи.

– Финальная битва уже послезавтра, я не могу…

– Времени на то, чтобы достичь совершенного исцеления, всегда недостаточно. Но совершенство – это одно, а жизнь – совсем другое. Слишком часто мы стремимся к совершенству, а ведь могли бы просто жить, – загадочно произнесла Кисагаи. – Твоя ванна готова. Продолжишь свои размышления в горячей воде. Идем.

– Но… а как же…

Тесса не нашлась что сказать, поэтому молча поплелась следом за Кисагаи к дому, стоявшему на вершине невысокого холма. В воздухе чувствовалась особенная остринка, свойственная волшебной поре межсезонья, когда позднее лето постепенно переходит в раннюю осень. Кисагаи привела Тессу в онсэн: за высокой живой изгородью из бамбука располагался небольшой каменный бассейн, в который из маленького деревянного крана бурливой клокочущей струйкой устремлялась горячая вода.

– В этих горячих источниках, которые мы зовем онсэнами, текут воды богов – ценнейший ресурс, – пояснила Кисагаи. – Онсэны собирают зачарованную воду со всех священных мест Японии. В них термальные воды из долины гейзеров, расположенной близ вулкана Хаконе и горы Фудзи, а еще целебные воды из источников города Атами, что стоит на берегу моря… ну и моя собственная ку.

От воды шел легкий запах серы, который наводил на мысли о несвежих яйцах. Тесса сморщила нос.

– Особый запах воде придают минеральные вещества. Купание в источниках восстанавливает силы – в особенности после изнуряющей битвы.

Кисагаи взмахом руки указала на маленький душ, стоявший чуть в стороне. Белоснежный рукав ее одеяния взметнулся в воздух, словно крыло какой-то сказочной птицы.

– Здесь действуют те же правила, что и при посещении онсэнов в мире смертных: первое – сначала вымойся; второе – не опускай в воду волосы. Дольше пяти минут не сиди, иначе голова закружится. Как закончишь – иди в дом, я дам тебе молока и крекеров.

– Молока? – озадаченно переспросила Тесса.

– По традиции после горячей ванны пьют молоко. Что ж, я тебя оставлю. Приятного исцеления.

Девушка ушла. Тесса быстро помылась и завязала мокрые волосы узлом. Потом подошла к бассейну, попробовала пальцами воду – и взвизгнула: так и свариться недолго. Она поставила в воду одну ногу, потом другую и наконец погрузилась в онсэн по шею. К ее удивлению, боль во всем теле тут же начала стихать.

Прислонившись к каменной стенке бассейна, Тесса подняла голову. Она и не заметила, как наступил вечер. На потемневшем небе уже дрожали россыпи ярких звезд.

– Я подвела свой клан, – прошептала Тесса.

По щеке прокатилась слезинка. Тесса медленно стерла ее ладошкой и вздохнула.

– Я столько тренировалась и все равно проиграла. Какой им всем от меня прок, если я среди них самая слабая? И щит у меня не получается. Он такой хрупкий, точно яичная скорлупа, ударишь по нему раз – и он на тысячи кусочков разлетится.

Звезды лишь подмигивали ей да молча слушали. Хрупкий… на тысячи кусочков… проиграла… мой щит слишком тонкий…

Из-за горячей воды кожа на кончиках пальцев сморщилась. Тесса решила, что, пожалуй, пять минут уже прошло, и осторожно выбралась из бассейна. Она досуха вытерлась полотенцем и завернулась в юкату цвета звездного неба. Кисагаи была права: горячая вода онсэна и правда оказалась целебной для души, растворив все печали и тревоги Тессы. Да, она проиграла – ну и что? Игра-то еще не закончилась.

Шлепая босыми ногами по дощатому полу, она направилась в дом. Внутри ее ждали уютный плюшевый диван и низенький столик, на котором стояло угощение: бумажный пакет с земляничным молоком и миска с рисовыми крекерами сэнбей.

Тесса опустилась на диванчик и в первую очередь выпила холодного молока. Вкуснятина! После, чтобы не показаться неблагодарной, сгрызла один крекер. Потом еще один. И еще парочку.

Надо же, она и вправду прекрасно себя чувствует! А ведь в глубине души сама не верила, что сможет так быстро исцелиться…

Внезапно ее осенило. Щит… Она вечно старается сделать его потолще, думая, что тогда пробить его будет непросто, но… может, попробовать по-другому? Что, если сосредоточить ку только там, где тело наиболее уязвимо – то есть в тех местах, по которым предпочитает наносить удары своей чудовищной косой Аканэ, – а остальную часть щита оставить тонкой? Тогда не придется сражаться на пределе сил, а значит, запас энергии не истощится до состояния му. Тесса аккуратно потянула на себя нити ку, намереваясь исполнить задуманное, но у нее тут же закружилась голова.

– Ясно… наверное, для тренировок пока рановато, – пробормотала Тесса.

Дважды за сутки оказаться в состоянии му – это уже слишком. А вот подумать, как можно победить в финальной битве, – отличная идея!

Тесса вскочила с дивана и, помахав на прощание Кисагаи, со всех ног помчалась к выходу.

– Я поняла! Пусть мне и не достичь совершенства, главное – я живу! А жизнь совершенна сама по себе! Вот и ответ! Спасибо!

Тесса вбежала в тории, где, как и всегда, не было ничего, кроме ослепительно-белого света. Зажмурившись, она сделала шаг – и очутилась в коридоре академии. Ура, она вернулась! Теперь нужно найти невезучих. Пусть тренироваться она пока не может, ничто не мешает ей уже сейчас начать готовиться к финальной битве!