Мими было не узнать. Она вошла в тории храброй и дерзкой воительницей, уверенной в своей победе, а вышла оттуда маленькой девочкой, сконфуженной и жалкой. Даже ее розовые волосы, обычно волнистые и упругие, блеклыми сосульками спадали на лицо.

– Со мной никогда такого не было, – пробормотала Мими. – Я не понимаю… Я сражалась, как всегда. А потом… из меня как будто вытянули всю силу за секунду… мое тело перестало меня слушаться, а саи – они просто испарились!

– Быть может, ты достигла состояния му? – тихо спросил Кит.

– Я? Да со мной в жизни такого не случалось! – Мими была в негодовании. – Не хочу хвастаться, но запас ку у меня такой, что многим и не снилось. Этого не должно было произойти… Безумие какое-то… – Она посмотрела на своих товарищей и сникла. – Я вас подвела.

Она опустилась на стул. Кит наклонился и, заглянув ей в глаза, сказал:

– Мираи. Твое имя означает «будущее». Именно это тебе и уготовано – великое будущее. Одна проигранная битва – еще не конец войны, девочка.

– Это еще не конец, – повторила Тесса и решительно кивнула.

Мими снова заговорила, и голосок ее звучал тонко и едва слышно:

– Тесса, вся надежда на тебя. – Взгляды девочек встретились. – Ты можешь победить. У клана Бензайтэн всего одно очко. Твоей победы нам будет достаточно, чтобы не оказаться последними.

Тесса решительно поднялась на ноги. Надежда, которая едва теплилась в ее душе, вдруг вспыхнула сильнее, чем пламя божественного огня.

– Я это сделаю.

У Хати отвисла челюсть.

– Мията, без обид, но твоя соперница – Аканэ Акияма. Вторая по крутости после Мими, причем вторая только потому, что Мими до ужаса сильная.

В ответ Тесса еще выше подняла голову и произнесла:

– Я одержу победу. – Она окинула взглядом свой клан, чувствуя, как сила вливается в ее тело. – Ради всех нас. Кит, ты научил меня создавать щит из ку. Мими, Джин, Хати – вы столько времени возились со мной на тренировках, давали советы, подхватывали меня, когда я чуть не падала, прикрывали, не жалея собственной ку. И теперь наконец у меня появился шанс дать вам повод гордиться мной. Однажды я сражалась с бессмертным и победила. Клянусь, что и у Аканэ я выиграю.

– Настало время для завершающего поединка! – громогласно возвестил Дзидзо. – Если победит клан несчастья, он разделит последнее место с кланом искусств богини Бензайтэн. В противном случае он будет считаться проигравшим и лишится всех привилегий в день финальной битвы. Аканэ Акияма из клана процветания и Тесса Мията из клана несчастья, прошу вас взойти на арену!

У Тессы закружилась голова; внутри все оборвалось, а в ушах зашумело. Она даже не слышала напутственных слов друзей – просто молча кивнула и решительно двинулась за Китом к арене.

Внезапно Кит громко спросил:

– Собираешься снова использовать сюрикены?

Его голос вывел Тессу из оцепенения. Она похлопала себя по поясу, где висели сюрикены, и ответила:

– Люблю свои звездочки – они никогда меня не подводят.

– А вот на этой, кажется, зазубрина, – еще громче произнес Кит. Он наклонился к Тессе и, сделав вид, что осматривает один из сюрикенов, тихо сказал: – Тесса, будь осторожна. Не вздумай лезть на рожон. В том, что камеры во время поединка Джина вышли из строя, а Мими потерпела поражение, нет ничего случайного.

– Так, значит, ты согласен, что это их рук дело? – Тесса осеклась, поймав на себе суровый взгляд Кита. – Но ведь если и на этот раз случится что-то из ряда вон, у семерки будет шанс поймать того, кто все это устроил, разве не так?

Бог несчастья покачал головой.

– Либо тот, кто все это устроил, отлично подготовился, либо семеро богов счастья намеренно игнорируют то, что происходит прямо у них под носом. – Голос Кита дрогнул. – Тесса, ты нужна мне живой. Ступай и сразись с Акияма, но смотри в оба. Если увидишь что-то странное, сразу сдавайся.

– Но тогда в последней битве нам придется совсем плохо. А если мы и там проиграем, ты тоже потерпишь поражение, Кит. На твое место придет другой бог.

Голос Кита стал торжественным и мрачным.

– Я часто задаю себе вопрос: быть может, настало время перемен и мне просто пора смириться?

Тесса крепко вцепилась в сюрикен.

– Никакое это не время перемен – просто кто-то пытается все испортить! Погоди, ты что, не веришь, что я могу победить? Думаешь, у меня вообще никаких шансов?

Ей вдруг показалось, что Кит оживился – будто тяжкий груз, пригибавший его к земле, свалился наконец с его плеч. На секунду перед ней предстал старый добрый Кит. Его лицо расплылось в дерзкой ухмылке.

– Ты права. Не судьба выбирает тебя – ты выбираешь свою судьбу.

– Я не дам им тебя заменить, – угрожающе пообещала Тесса.

Она вдруг ощутила прилив непреклонной решимости: она спасет Кита – и это не обсуждается!

Бог несчастья рассмеялся, но тут же умолк, увидев полыхавший в ее глазах огонь.

– Из твоих уст эта фраза звучит как истина.

Тесса прикоснулась к монетке на шнурке. Какая крошечная, невесомая вещица – и сколь велика и тяжела ответственность, заключенная в ней.

– Прошу богов-покровителей выйти на середину арены! – воскликнул Дзидзо.

Кит одобрительно кивнул:

– Я верю в тебя, Тесса.

Он встал рядом с Дзидзо – величественный и спокойный, а его одежды развевались, подобно флагу. Дзидзо, как всегда, подпрыгивал на месте от восторга, а его маленькие глазки блестели от радостного возбуждения.

Аканэ, стоявшая на другой стороне арены, смерила Тессу уничтожающим взглядом. Тесса потянулась к своему поясу, и все камеры-фонарики тут же повернулись к ней. Она схватилась за одну из звездочек и тихо-тихо прошептала: «Давай добудем ее монетку, очень тебя прошу. Я не могу подвести Кита и свой клан».

Удача снова оказалась на стороне Эбису, и шанс выбрать место для поединка выпал Аканэ.

– Токио Скайтри[1], – с усмешкой объявила она.

– Ой.

Тесса едва не поперхнулась. Кажется, она уже слышала это название…

– Чудесно! – обрадовался Дзидзо. – Одна из высочайших телебашен мира!

Якульт всемогущий, ну конечно. Хорошо хоть она высоты не боится – не то что ее кузина Элли из Калифорнии, – но Джин говорил, высота этой башни 634 метра, а это, считай, шесть полей для американского футбола, поставленные друг на дружку. Если еще представить, что на этой высоте за ней будет гоняться Аканэ, притворяясь, будто ей всего-то нужна монетка Тессы, а на самом деле всей душой желая изрубить саму Тессу на мелкие кусочки своей страшной косой, то… М-да.

Вот это будет битва.

Дзидзо хлопнул в ладоши:

– Пора! Три… Два… Один…

Тесса бросила отчаянный взгляд туда, где сидел ее клан. Кит, Мими, Джин, Хати – они следили за каждым ее движением. И надеялись на нее. Пусть их лиц Тесса и не успела рассмотреть – на это не было времени, – она и так знала, за что идет сражаться.

– Да начнется поединок!

Тесса набрала полную грудь воздуха и шагнула в тории. На мгновение ей показалось, что она тонет в океане золотого света, а потом…

Она вдруг поняла, что находится в лифте, стремительно несущемся вверх. Тесса развернулась, ожидая увидеть позади себя Аканэ, но в лифте она была одна. Не теряя ни секунды, она притянула к себе нити ку и создала вокруг себя щит. Это усилие далось ей с трудом, но останавливаться она не собиралась: одно дело сдержать воду, готовую хлынуть тебе на голову из дырявого ведра, и совсем другое – отразить каскад ударов стальным лезвием.

Стены лифта украшали сцены из аниме-сериала «Истребитель демонов». В другой ситуации Тесса бы непременно засмотрелась на свою любимую Нэдзуко, но сейчас взгляд ее был прикован к виду за стеклянными дверями кабины лифта.

Металлические балки, пересекаясь друг с другом, создавали каркас башни. Сквозь просветы виднелось голубое небо. Сверху на нее лился солнечный свет – Тесса задрала голову: окно в потолке создавало впечатление, будто она мчится прямо в открытый космос…

Из невидимых динамиков доносились звуки знакомой мелодии… Ну конечно, это же Джонгук и его «Stay Alive», песня, название которой можно перевести как «Не умри» или «Останься в живых». Если вы ждали зловещего знамения – вот оно. Зловещей некуда.

Кабина лифта мягко остановилась, и двери с тихим шипением разъехались в стороны. Джонгук продолжал петь. Тесса по-прежнему стояла на месте. Что, если Аканэ уже здесь, поджидает ее со своей косой наперевес? Ох, ну почему она не додумалась использовать ку, чтобы заставить лифт ехать быстрее?

Телебашня славилась открывающимся с нее видом. Вот и сейчас перед Тессой развернулась панорама неба. Сквозь огромные, от пола до потолка, окна она смотрела на пушистые белые облака, которые выглядели так, будто сошли со страниц книжки со сказками.

Да, еще пять минут назад Тесса была уверена, что не боится высоты, но только потому, что никогда прежде не забиралась так высоко. Токио, лежавший внизу, казался плоской площадкой, разделенной на блоки, а дома, даже самые большие, – миниатюрами, выстроенными из лего.

Тесса ощупала пространство в поисках нитей ку: чего-чего, а их тут было предостаточно. Воздух ощущался как огромная арфа с мириадами струн, сплетенных из людских молитв, надежд и желаний, которые так любят загадывать смертные, вознесясь на эту головокружительную высоту. Тесса зачерпнула энергии, направила ее в сюрикен и ловким движением метнула его в пустоту.

Вших.

Справа блеснуло лезвие косы, и сюрикен упал на пол. Что и требовалось доказать.

– И долго ты собираешься там стоять, смертная малявка? Просто отдай свою монету, и я, так и быть, не стану кромсать тебя на кусочки у всех на глазах.

Тесса схватилась за шею – шнурок с монетой, слава богам, оставался на месте. Но это пока. Надо было действовать, и действовать быстро. Вдруг в ее памяти всплыл момент из битвы Мими.

Зажав в руках по сюрикену, она выпрыгнула из лифта.

– Вперед, невезучие!

Она выставила сюрикены перед собой – как Мими свои саи. В ту же секунду коса со свистом рассекла воздух, врезалась в луч одной из звездочек и отскочила от него, как мяч от стены.

Аканэ недовольно хмыкнула и процедила сквозь зубы:

– Тебе повезло в первый и последний раз, невезучка.

– Это мы еще посмотрим, – огрызнулась Тесса.

Но одно дело – бросаться дерзкими фразами (на экране она сейчас, наверное, выглядела как крутая героиня из какого-нибудь аниме), и совсем другое – противостоять бессмертной девочке со стальной косой, вооружившись деревянными – пусть и пропитанными магией – метательными звездочками.

– Чтобы меня победить, одних сюрикенов будет маловато.

Аканэ, размахивая косой, двинулась на Тессу. По счастью, этот этаж башни был совершенно круглым, и Тесса могла не бояться, что ее загонят в угол. Она ловко отпрыгнула назад. Ее тело медленно – очень медленно, – но верно вспоминало все, чему она научилась за время тренировок. Давали о себе знать и наставления Кита, и нудные, изнуряющие пробежки на уроках Кагуцути, благодаря которым она, оказывается, стала куда выносливее, а еще…

– Ой!

Тесса грохнулась на пол. Щит не дал ей расшибиться, но… обо что она споткнулась, если кругом все видно как на ладони?

Ку…

На губах Аканэ заиграла коварная ухмылка. Что-то было не так. Тесса направила энергетические нити к глазам…

– О нет.

Телебашня, внутри и снаружи, была опутана нитями ку. Аканэ сплела для Тессы паутину, и та попалась. Нить, о которую она запнулась, намертво прилипла к подошвам ее конверсов.

– О да, – приторным голоском пропела Аканэ. – Ладно, не будем тянуть резину. Давай сюда свою монету, смертная, и мы спокойно разойдемся.

Тесса перепрыгнула через нити ку под ногами и попятилась к окну. Мозг лихорадочно работал: нужно что-то придумать, должен же быть какой-то выход… Аканэ сражается не хуже, чем Джин, и даже лучше, учитывая, что в ее распоряжении целый океан ку. Тесса же в бою так себе, да и в обращении с ку совсем еще новичок…

Вших! Аканэ взмахнула косой, и окно сбоку от Тессы осыпалось на пол каскадом стеклянных осколков. Тесса с трудом удержалась, чтобы не вскрикнуть. Еще один неверный шаг – и следующей на пол рухнет она сама, разрубленная на сотню кусочков.

Вших, вших.

Нужно как-то отвлечь Аканэ. Выиграть время, чтобы придумать, как действовать дальше.

Вших.

Только вот чем ее отвлечешь, если она машет этой своей косой как заведенная? Впрочем…

– Рука у тебя, я смотрю, набитая – ты, случайно, парикмахером в свободное время не подрабатываешь?

Аканэ разъяренно фыркнула. Стальное лезвие со свистом устремилось к ногам Тессы, но та успела вовремя подпрыгнуть.

– Ух ты, переходим к прыжкам на скакалке? Я не против.

– По-твоему, это все игра? – прошипела Аканэ.

– Конечно. Я вообще обожаю поединки не на жизнь, а на смерть – это мое маленькое хобби.

«Я не играю. Я сражаюсь за тех, кто мне дорог», – подумала Тесса, а вслух произнесла:

– Зачем тебе участвовать в Цикле? Ты ведь и без того могущественная и знаменитая.

– Так я тебе и сказала, – буркнула Аканэ. – Но знай одно: ты здесь лишняя. Смертным слабакам не место среди богов и духов.

Внутри у Тессы все заклокотало. Нужно что-то предпринять, причем как можно скорее. С начала поединка прошло минут десять. Может, Кагуцути и сделал из них приличных бегунов, но вот щит ее вряд ли долго продержится.

– С-серьезно? – пискнула она, притворившись, будто слова Аканэ ее испугали.

– Серьезно.

Аканэ полоснула еще по одному окну, и во все стороны полетели прозрачные осколки, переливающиеся всеми цветами радуги.

Ну конечно, как бы не так. У меня не меньше прав находиться здесь, чем у тебя.

Тесса потянула за шнур на поясе, и все семь звездочек оказались у нее в руках: три в одной и четыре в другой. К каждому сюрикену она прикрепила нить ку.

Вших. У Тессы желудок скрутило судорогой, когда очередное окно превратилось в фонтан стеклянных брызг. Но времени бояться не было. Не успела Аканэ вновь поднять косу, как Тесса метнула сюрикены.

– Вперед!

– Что это ты… нет!

Коса с головокружительной быстротой принялась описывать в воздухе причудливые фигуры. С помощью ку Тесса схватила перекладину, на которой висел постер какого-то ресторанчика, и швырнула его в Аканэ, чтобы отвлечь соперницу. Тем временем семь ее сюрикенов, ведомые горячим желанием заполучить заветную монетку, неслись к малой богине. Быть может, хоть один из них, да достигнет цели – сорвет шнурок и принесет ей трофей…

Перекладина отлетела в сторону. Коса совершила грациозный пируэт – и все семь звездочек упали на пол. Тесса тут же дернула нити ку на себя, и сюрикены вернулись к ней на пояс, целые и невредимые. Вот только внутри у нее все сжалось, и она почувствовала себя совсем маленькой – как те здания за окном, что отсюда казались просто крошечными.

– Умнее ничего не могла придумать? – холодно спросила Аканэ.

– Я еще и не такое могу.

– Да будь у тебя в руках хоть Меч Тысячи Душ, ты бы все равно мне проиграла, – со спокойной уверенностью произнесла Аканэ. – Смертным не место в одной лиге с богами, подобными мне.

Да что эта девчонка себе позволяет?

– Между прочим, – вскипела Тесса, – смертные имеют такое же право участвовать в Цикле, как и бессмертные. Если боги могут решать судьбу смертной Японии, то и мы должны иметь возможность влиять на ее будущее!

– Какая прелесть.

Аканэ сделала резкий выпад, полоснув косой по правой руке Тессы.

– Нет!

Тесса опустила глаза: по трясущейся руке разливалась жгучая боль, словно плоть пожирало пламя огня.

– Хочешь еще?

Аканэ взмахнула косой, и Тесса отлетела назад. Удар пришелся ей в грудь.

– Я не сдаюсь! – крикнула Тесса и вскочила на ноги, прикрывая руками лицо и шею. Из-за большой потери ку у нее начала кружиться голова.

Я смогу. Победа будет за мной. За нами. Кит, Мими, Джин, Хати – это мой шанс дать вам повод гордиться мною. Клянусь вам, Аканэ будет повержена.

Это обещание проникло в саму ее кровь, не давая рухнуть под градом ударов Аканэ. А когда Тесса все же упала, оно дало ей сил ползти вперед, дюйм за дюймом, обдирая коленки и ладони. Мир перед глазами то и дело чернел, и тогда Тесса быстро моргала, чтобы разогнать тьму и снова увидеть Аканэ с ее смертоносной косой.

Она все еще может дотянуться до Аканэ… Может, несмотря ни на что, сорвать с ее шеи шнурок. Аканэ ведь совсем близко – до нее метр, не больше… «И если у меня получится, тогда, – думала Тесса, – я сдержу обещание, которое дала Мими». Я буду сражаться за Мими.

Силы Тессы были уже на исходе, но она не собиралась сдаваться. Подтянувшись на руках, которые пылали от боли, она продвинулась еще на пару дюймов вперед. Я буду сражаться за Кита.

– Все равно я размажу тебя, как букашку, – прорычала Аканэ. – У тебя от щита почти ничего не осталось.

Я буду сражаться за Джина. И за Хати.

Я буду сражаться за себя.

Тесса хватала ртом воздух, легкие горели огнем. На глаза упала черная пелена.

Монета! Она вот-вот будет моей…

Аканэ занесла над Тессой косу. Вших.

Тесса пронзительно закричала. Шнурок соскользнул с шеи, и монетка взлетела в воздух. Направив к глазам последние жалкие остатки ку, Тесса сумела рассмотреть тонкую нить, тянущуюся от ее монетки к чьей-то раскрытой ладони…

Проиграла. Она проиграла…

А потом мир окончательно погрузился во мрак.