Прокопчук смотрел на Гурова без всякой неприязни. Хотя и не как на друга. Скорее как на старого хорошего знакомого. Он достал из кармана пачку сигарет и закурил.

— Дорогие куришь, — заметил сыщик.

— Макс подогнал, — пояснил Николай.

— Заходил к тебе?

— Нет, передачку заслал. Через какую-то подружку.

— Заботится о тебе твой друг, — сказал Лев Иванович.

— А как же иначе? — пожал плечами собеседник. — На то он и друг.

— А у меня что-то сомнения в этом, — покачал головой Гуров. — Сдается мне, специально Максим тебя использовал, когда наводки на твоих жертв давал.

— Вот тут вы ошибаетесь, гражданин начальник. Мы с Максом с детства дружим. Он меня знает, а я — его. Он бы никогда меня не подставил.

— Ну, возможно, я ошибаюсь, — не стал спорить сыщик. — Ты мне, Коля, вот что скажи: кроме тебя у Макса были еще друзья?

— Были, конечно, — ответил мужчина. — Чай, не в глухой тайге живет.

— А ты знаешь кого-нибудь из его друзей? Я имею в виду не этих юнцов, которые к нему тогда с девчонкой приходили. Это явно не друзья.

— Да уж, конечно, — усмехнулся Прокопчук. — Они так, в какой-то компании познакомились. Вот и заходили к Максу пару раз.

— Это понятно. Ну так что насчет друзей?

— Лично я никого не знаю.

— Сафронов тебе не рассказывал?

— Так, мельком. Есть у него, кажется, пара закадычных приятелей. Вроде как с какого-то клуба. Не знаю, что у них там за клуб.

— Мажористый, наверное, какой-нибудь, — предположил Лев Иванович.

— Скорее всего. Макс-то не худо живет.

— При том что не работает. Ты мне сам об этом говорил.

— Он где-то периодически калымит, как я понял.

— Калымит?

— Ну да. Макс обмолвился пару раз. Но что-то там то ли не совсем официальное, то ли не вполне законное.

— Или и то и другое вместе, — подсказал Гуров.

— Может, и так, — не стал отрицать Николай.

— А не рассказывал про свою подработку?

— Нет. Хотя я спрашивал, — подчеркнул собеседник.

Что это был за калым, сыщик, в принципе, догадался. Не иначе как младший Сафронов по просьбе старшего брата что-то делал. Но другу своему ничего не рассказал, хотя тот от него свои черные дела не скрывал. Возможно, там родственник популярно объяснил, что лучше держать язык за зубами, даже от лучших друзей. Особенно от таких, как Прокопчук.

— А с какого клуба эти Максовы дружки?

— Где-то в центре находится. Название еще такое мудреное. — Николай пощелкал пальцами. — Не наше, но название такое, знаете… — Он потер подбородок. — Как будто знакомое.

— Да в центре полно клубов, — сказал Лев Иванович. — Не помнишь, на какой улице?

— Нет, но Макс говорил, там через дорогу грузинский ресторан.

— И этих приятелей ты не видел?

— Нет. Да я жил у Макса-то всего ничего, пока вы не пришли. Кстати, как-то вечером он ездил с ними гулять. Притащился за полночь, пьянющий вдрызг и с какой-то девкой. Как еще на тачке никуда не врезался да гайцам не попался, — мужчина усмехнулся. — Воистину, Боженька дураков да пьяных любит. Только вот меня не очень.

— Что же, ты себя дураком считаешь?

— А что, умным? Был бы умным, не попался бы. Да и вообще, все по-другому было бы.

— Это верно, — согласился Гуров.

— Гражданин начальник, вы всё же думаете, что Макс меня подставить хотел.

— Да думать я могу что угодно, — пожал плечами сыщик. — Просто я-то Сафронова толком и не знаю. А ты — его друг, знаешь его лучше меня. Так что я не Господь Бог, могу и ошибиться.

— Мы все не он.

— Ты прав. Слушай, а с братом у Максима какие отношения были?

— С Димкой-то? Да нормальные. Ну, можно сказать, как друзья они были. Как вот и мы с Максом.

— А самого Димку видел давно?

— Да, еще тогда, в юности. Пока у Макса жил, не встретились. Но Макс мне его фотки на телефоне показал. Солидный стал. А был шкет-ботаник. Но умный очень. Поэтому и пробился наверх. Он же вроде министр сейчас.

— Замминистра, — поправил Лев Иванович.

— Ну, не важно. Тоже не последнее место.

— Да, вот только главное — усидеть на нем да не свалиться.

Николай усмехнулся и кивнул.

— Ладно, Коля, спасибо за беседу. — Гуров встал. — Бывай.

— И вам не хворать, гражданин начальник.

Когда сыщик уже подошел к двери, мужчина его окликнул:

— Гражданин начальник, я вспомнил.

— Что вспомнил? — обернулся Лев Иванович.

— Как тот клуб назывался.

— Ну и как?

— «Фокс», — ответил собеседник. — Говорю же, название не нашенское, а вроде бы знакомое.

— Не в бровь, а в глаз, — подмигнул Гуров.

Крячко повезло гораздо меньше. Родственников братьев Сафроновых он нашел, но, как назло, все они проживали на своей родине. То есть в соседней области. Еще пара человек жила в Санкт-Петербурге. Это, к слову, оказались родители Максима и Дмитрия.

— Интересно, это наш замминистра маму с папой в Северную столицу пристроил? — поинтересовался сыщик.

— Все возможно, — предположил Стас. — Но даже если и так, то молодец. Не в какую-то глухомань предков отправил свой век доживать, а в большой современный город. К тому же очень красивый.

— Да, Питер — это город-сказка, — согласился Гуров. — У нас, конечно, тоже немало и памятников, и красивых зданий, и прочего. Может, даже побольше, чем в Питере. Но тот все равно особняком стоит.

— Не говори. Ладно, Питер — это, конечно, хорошо, но давай вернемся к делам насущным.

— Ну давай. Значит, с родственниками — пролет? — сделал выводы сыщик.

— Получается так, — развел руками напарник. — Братья живут здесь, считай, вдвоем. Вся родня у них за пределами этого города. А у тебя что? Что поведал Николаша?

— Да тоже ничего особенного, — невольно поморщился Лев Иванович. — Рассказал, что Сафронов тусовался в каком-то клубе.

— Клуб «Кому за пятьдесят»? — невинным тоном осведомился Станислав.

— Ага, «Кому за семьдесят», — таким же тоном ответил Гуров. — Клуб называется «Фокс», находится, кстати, через три квартала от твоего дома, наискосок от ресторана «Батуми».

— Да, знаю это место, — кивнул Крячко.

— Вот, в этом клубе и тусуется Сафронов с какими-то приятелями. Которых, правда, Прокопчук ни разу в глаза не видел.

— Не врал?

— Не думаю.

— Да уж, — заметил Стас. — Знать бы еще, что за знакомые. Они же не втроем там околачиваются.

— Понятное дело.

— Думаешь отыскать этих дружков?

— Да там неизвестно, что за дружки. Как я понял, мажоры. Возможно, молодежь, — предположил сыщик.

— Да, по таким местам люди нашего с тобой возраста не ходят, — заметил напарник.

— Дело-то не в возрасте, Стас.

— Знаю, в деньгах. Поэтому Макса туда и пускают.

— Вот именно. Можно еще попробовать установить приятеля нашей студентки Вики.

— Да, вот это попроще будет. — Станислав наморщил лоб. — Если мне не изменяет память, наша студенточка рассказывала, что постоянно видела его у кальянной.

— Да, кальянная «Электричка», — кивнул Лев Иванович.

— Может, попробуем его там поискать?

— Думаешь, он не слинял оттуда после того случая со студенткой?

— Мне кажется, нет. Ну, может, какое-то время он там не светился. А потом вполне возможно, что опять появился.

Гуров полез за блокнотом.

— Вот его портрет, — он протянул свои записи Крячко. — Со слов Вики.

Стас пробежал глазами написанное.

— Понял, — кивнул он. — Может, пройдемся?

Сыщик посмотрел на часы.

— Да пошли. Заодно аппетит нагуляем перед обедом.

До кальянной они прошли пешком. Заведение уже работало — об этом свидетельствовала дверь нараспашку, хотя открывалось оно поздновато. Но, судя по времени, посетителей там принимали до утра.

— Интересно, там уже кто-то есть? — задал вопрос Лев Иванович.

— Не знаю, — пожал плечами напарник. — Думаю, есть. — Он посмотрел на вывеску и усмехнулся: — Придумали же название, елки-палки. Еще бы «Трамваем» обозвались.

— Слушай, а вот это не наш клиент?

Сыщик указал на молодого худощавого парня с зачесанными набок по современной моде черными волосами и небольшой, аккуратно подстриженной бородкой, который шел без куртки с другой стороны двора. Видимо, бегал в курилку. Или мусор выносить.

Стас пригляделся.

— По описанию похож, — предположил он.

Лев Иванович мотнул головой в сторону. Напарник кивнул и отошел, а Гуров сделал шаг навстречу парню.

— Артем? — позвал он.

Молодой человек остановился и посмотрел на сыщика.

— Чего?

— Есть пара минут?

— А что такое?

— Разговор есть.

— О чем?

— Тебе привет от Макса.

Артем нахмурился.

— Сейчас, — немного неуверенно произнес он. — Я только куртку возьму.

— Пожалуйста, — развел руками Лев Иванович.

Парень быстро прошмыгнул в открытую дверь. Гуров невольно усмехнулся. И не зря. Буквально через пару минут молодого человека под руку и с курткой под мышкой вывел Станислав, который минутой ранее тоже успел зайти в открытую дверь кальянной.

— Сбежать пытался, — пояснил он.

— Слушайте, — Артем умоляюще посмотрел на оперативников. — Я отдам деньги. На той неделе, клянусь. У меня будут.

— Да мы в этом и не сомневались, — пожал плечами сыщик. — Вот только твои деньги нас не интересуют, нам и своих хватает, — он достал из кармана «корочки» и предъявил парню. Крячко сделал то же самое.

— А, вы из полиции, — молодой человек, как показалось друзьям, облегченно выдохнул. — Насчет той драки, что ли?

— Какой драки? — не понял Стас.

— Ну, здесь позавчера была, — Артем кивнул на заведение.

— Нет, Артем, мы не по поводу драки, — ответил Лев Иванович.

— А из-за чего тогда?

— Из-за твоей знакомой по имени Вика.

— Блин, — парень сник. — Клянусь, я не хотел. Правда.

— Не хотеть-то не хотел, а напоил, трахнул и выкинул где-то в кустах. Очень мило и очень по-джентльменски, — ядовито заметил Гуров.

— Ну, блин…

— Оладушек, — презрительно парировал напарник. — На кой черт вы вообще так сделали?

— Да не знаю я, что на нас нашло. — Молодой человек виновато посмотрел на оперативников. — Пьяные все были. Еще Тоха мне сказал, мол, кажется, она того. Ну, когда Вика упала с лестницы и головой об эту вазу дурацкую стукнулась.

— И вы, вместо того чтобы вызвать скорую, не придумали ничего лучше, как отвезти девчонку куда-то на машине в посадки да и выкинуть там, чтоб она замерзла насмерть.

— Ну не хотел я. Я не поверил сначала, что Вика до смерти башкой долбанулась. Но я так перепугался, а тут еще Тоха. И Макс…

— А чего Макс? — уточнил сыщик.

— Так это он сказал ее в посадки отвезти и там оставить.

— Он? — переспросил Станислав.

— Ну да. Мы бы точно не стали. Утром, может, врачей бы и вызвали, если бы Вика и правда… — Артем нервно сглотнул. — Тоха, конечно, тоже, блин, молодец.

— Оба хороши, — заметил Лев Иванович.

— А что с Викой? — посмотрел на друзей парень. — Она жива?

— Жива. Только в больнице. Еще повезло, что ничего себе не отморозила. Вы же ее под утро где-то привезли в посадки?

— Наверное. Я на часы не смотрел, но было темно.

— Вот я и говорю, повезло. Мужик с собакой гулял, нашел ее. И сделал то, что должны были сделать вы со своим дружком. Вызвал ей скорую.

— А вы, два пьяных идиота, — сказал Крячко, — послушались какого-то там Макса. Думаете, раз он старше, то умнее вас и все знает? И надо делать все, как он говорит?

Молодой человек опустил голову.

— В какой она больнице? — спросил он.

— Что, навестить хочешь?

— Извиниться хотя бы. Если не пошлет.

— И правильно сделает, если пошлет, — сказал Гуров.

— У меня еще ее рюкзак остался, — пояснил Артем.

— Со всеми вещами в целости и сохранности? — иронично осведомился Стас.

— Нет. Телефон Макс забрал.

— Зачем?

— Вика фоткала тогда нашу тусовку. Ну, он хотел все фотки удалить.

Сыщик покачал головой.

— А все остальное? — спросил напарник. — Деньги, кошелек, еще какие-то вещи?

— Да нет, это все на месте. А, не все, — вспомнил парень. — Наушники Викины, кажется, там остались. Такие зеленые, прикольные. С наклейками.

— Нашли мы те наушники. И Вике отдали, — пояснил Станислав. — Так что теперь очередь за тобой. — Он сказал ему название больницы. — Даже если девчонка тебя и пошлет куда подальше, все равно извинись. Потому что извини, но ты и твой дружок поступили как скоты.

— Мягко говоря, — добавил Лев Иванович.

— Да знаю я, знаю, — простонал молодой человек. — Конечно извинюсь. И рюкзак отдам.

— Вот это будет правильно, — одобрительно кивнул Крячко. — А теперь все, иди.

— И не води дружбу с такими, как Макс, — сказал напоследок Гуров. — Это гнилые и подлые люди. Тебя толкнут на подлость, а потом еще и подставят.

— Вот-вот, — дополнил напарник. — Кстати, а где ты с ним познакомился?

— Да меня Тоха как-то к нему домой привел. Ну, туда, за город.

— А Тоха откуда его знает?

— Он в клубе «Фокс» подрабатывает барменом. Макса давно знает, говорит, что тот часто там бывает, всегда при деньгах.

— При деньгах, зато без совести. Все, Артем, свободен. И не забудь к подружке съездить навестить.

Артем кивнул, забрал из рук Стаса свою куртку, накинул ее на себя. Потом достал из кармана электронную сигарету. Оперативники оставили его возле кальянной и отправились к себе.

* * *

— Ну и гнида же этот Сафронов, ей-богу, — высказался Станислав, когда они уже подходили к зданию главка.

— Согласен с тобой целиком и полностью, — заметил сыщик. — Поэтому, чем больше узнаю про Максима, тем больше уважаю Прокопчука, хотя тот вряд ли этого достоин да и вообще слова доброго не стоит. Но у последнего хотя бы какие-то понятия о морали есть. А у этого Сафронова… — Он только развел руками.

— И это ты еще с ним лично мало пообщался, — сказал Крячко и невольно скривился.

— Ну перед нами, да и перед тобой, он просто комедию ломал. А так… — Лев Иванович махнул рукой.

— Комедия комедией, Лева, а мы с тобой уже поняли, что это за тип.

— Тогда пойдем по знакомым?

— Думаешь, они что-то хорошее про него расскажут? — с сомнением посмотрел на друга Стас.

— Сильно в этом сомневаюсь, — ответил Гуров. — Скорее, мы с тобой очередных гадостей насобираем. Так сказать, еще несколько грязных штришков к портрету Максима Сафронова.

— Там еще неизвестно, какие друзья-приятели у него в этом клубе «Фокс».

— Я примерно догадываюсь, — предположил сыщик. — Такие же ребята из богатеньких семей, только, как мне кажется, моложе.

— Ну, это понятно. Вообще, редкий ровесник Сафронова при деньгах будет тусоваться в молодежном клубе.

— Может, это не только молодежный клуб.

— Ну, сколько раз я там мимо проходил, старше тридцати никого не видел, — рассказал напарник. — Аборигены эти клубные обычно толпой покурить выходят. Там в основном публика лет примерно от восемнадцати до двадцати семи.

— Но это же не значит, что люди более старшего возраста туда не заглядывают.

— Я не спорю, но такие скорее исключение из правила. Нет, можем, конечно, сходить. Вот только как мы определим, кто из тамошних — приятели Максима? Не в лоб же всех спрашивать.

— Можно и в лоб. Зависит от того, как спрашивать. Или можем сделать вот что: проследить за самим Сафроновым.

— Думаешь, он туда пойдет?

— А почему нет? Он же под подпиской, а не под домашним арестом.

— Но не факт, что он пойдет туда сегодня.

— Не факт, — согласился Лев Иванович. — Ладно, придумаем что-нибудь.

Но придумывать им не пришлось. Под конец навалились срочные и неотложные дела, с которыми друзья возились до позднего вечера и еще добрую половину следующего дня. Поэтому беседу со знакомыми младшего Сафронова оперативники отложили на потом. Гуров, к слову, не оставил мысль о том, чтобы съездить на родину братьев Сафроновых и Прокопчука. Он уже даже мысленно наметил эту поездку на выходные, потому что точно знал — его не отпустят. Орлов, конечно, начальник понимающий и всегда идущий навстречу, но сейчас, как назло, работа валилась как снежный ком. Тем более что на носу уже был декабрь, а там и конец года. Самый завал.

А еще через день позвонил Колокольцев. Причем быстрее, чем ожидали друзья. Это случилось во время планерки. Сыщик оставил свой телефон в кабинете, зато мобильник Станислава в кармане джинсов начал противно вибрировать. Тот нажал на кнопку отбоя, но Лев Иванович успел разглядеть, кто звонит. Это был как раз Саша.

До конца совещания друзья досидели как на иголках. А оно еще, как назло, затянулось. Поэтому, как только они вышли из кабинета, Крячко первым делом набрал номер их бывшего коллеги по отделу.

— Саша, привет, — сказал он в трубку. — Ну да, на планерке. Что? Ну, это прекрасно. А подробности? Ага, понял. Ладно, давай, на связи. — И Стас нажал кнопку отбоя.

— Неужели есть? — с улыбкой посмотрел на него Гуров.

— Еще как есть, Лева. — Напарник прямо в коридоре изобразил некое подобие танца. — Старшего Сафронова взяли.

— Я так и подумал. На взятке?

— Кстати, нет. На злоупотреблении.

— Как раз. Типичная статья для всей этой чиновничьей братии. Сашка сказал, вчера вечером дернули его к следаку, предъявили обвинение.

— Небось, и в суд уже съездили.

— В суд сегодня. В самое ближайшее время.

— Ну, как показывает практика, там не всегда заключают под стражу.

— Это зависит от того, чего и сколько натворил. Мы же не знаем, какой «хвост» за старшим Сафроновым тянется. Но я больше чем уверен, что там грешков хватает. Сначала злоупотребление, потом превышение. А потом и взяточки выползут, и халатность, и мошенничество с подкупом какие-нибудь. На его век точно хватит.

— Их у них у всех хватает, — усмехнулся сыщик и открыл дверь их кабинета.

— Это верно.

— Тогда ждем отмашки от Сашки. Тьфу ты, — мотнул головой Лев Иванович.

— Опять рифмуешь, — засмеялся Станислав. — Нет, Лева, похоже, у тебя действительно просыпается поэтический дар. Начнем с рифм, а там, глядишь, дойдешь и до больших эпических поэм. Напишешь новую «Сагу о нибелунгах». Или вторую часть. Точнее, продолжение.

— Обязательно, — ехидно заметил Лев Иванович. — Только в современных реалиях и с криминальным уклоном. А издам, как выйду на пенсию.

— Не забудь только мне этот шедевр посвятить. Будет, так сказать, мой скромный гонорар за подсказку идеи и сюжета.

— А, то есть ты мне еще и сюжет подскажешь? — покосился на друга Гуров.

— Обязательно. Если на криминальную тему, то будь спокоен и уверен: я подберу самый лучший.

— Я в этом даже не сомневался, — сказал сыщик и невольно издал смешок.

Колокольцев снова позвонил часа через два. Только на этот раз у Льва Ивановича получилось ответить.

— Стас уже все сказал? — на всякий случай осведомился Александр.

— Да. Там Сафронова должны были сегодня в суд везти, определять под подписку или под запрет.

— Бери выше, Лев Иванович.

— Домашний арест?

— Просто арест. Заключили его под стражу.

— Эх ты, — удивился Гуров. — Неужели столько накопали на него?

— Ну, это в двух словах не расскажешь.

— А в трех тем более. Все равно, Саша, спасибо тебе огромное.

— Всегда пожалуйста. Чего не сделаешь для любимого УГРО.

— Слушай, а брательнику его сообщили уже?

— Сафронов пытался ему позвонить, да не дозвонился. Небось, пьянствует где-нибудь. Или спит после попойки.

— Да, это вполне может быть. Кстати, — сыщику неожиданно пришла в голову одна мысль, — а можно мы у тебя на время заберем замечательного сотрудника Ленечку?

— Леню? А зачем он вам понадобился? Ну, если не секрет, конечно.

— Не секрет. Я тут подумал: а не сообщить ли нам первыми Максиму столь неприятную новость? Но для надежности желательно, чтобы кто-то от вас был. Думал тебя попросить, но и так вон сколько для нас сделал, а тут еще выдергивать тебя…

— Ох, Лев Иванович, я бы с превеликим удовольствием, но сейчас, увы, никак. Работы не меньше, чем у вас. А Леню я к вам пришлю, не переживай. Прямо сейчас ему позвоню, он скоро будет у вас.

— Саша, спасибо тебе огромное. С нас причитается.

— Да брось ты. Свои люди — сочтемся. Вы мне летом вон как помогли, что же, я вам теперь откажу, что ли?

— Ну все равно спасибо. Ждем тогда Леню.

Лев Иванович закончил разговор и нажал на кнопку отбоя. Крячко лукаво смотрел на него.

— Так, Лева, и что это за планы вслух, о которых я не знаю? При чем тут Леня?

— Ах, это… Стас, не обижайся, но, когда я разговаривал с Сашкой, мне пришла одна мысль.

— И какая же?

— Максим пока еще не знает, что старший братец попал под раздачу — его заключили под стражу сегодня на два месяца. А мы ему устроим большой и неприятный сюрприз.

— Хм, — оценил Стас. — Неплохо, неплохо. А ты абсолютно уверен, что младший Сафронов еще не в курсе ареста родственника?

— Не абсолютно, но процентов эдак на девяносто пять уверен. Сашка сказал, старший пытался дозвониться младшему, но неудачно.

— Это да, вполне может быть. Потому что потом у него телефончик изымут. А Леня здесь при чем, что ты его вызвал?

— Леня из их отдела. Он и сообщит.

— Кстати, да, справедливо. Мы ведь по другому профилю работаем и ко всем этим превышениям и злоупотреблениям отношения никакого не имеем. Когда нам его ждать?

— Обещал, что скоро.

— Тогда дождемся. Слушай, а если все-таки Максим как-то узнает о братце и попытается навострить лыжи?

— Знаешь, Стас, даже если Максим и сбежит сейчас, то потом все равно у нас окажется. Просто позже. Ну, похватает он сейчас все деньги да ценные вещи, обналичит счета и карточки да рванет куда-нибудь на юга или в подполье. Но денежки-то рано или поздно закончатся, а братец ему уже никак не поможет. В том смысле, что не подбросит. И кому тогда этот бездельник нужен.

— Да в том и дело, что никому, — согласился напарник. — Конечно, его бы приютил Коля Прокопчук, как настоящий друг, но тот разве что свободную койку в СИЗО ему организует. И то не факт. Ибо там тоже не гостиница.

— О чем я и говорю. Так что ждем Леню и едем в поселок. Я больше чем уверен, что мы Максимку разбудим после вчерашней пьянки-гулянки.

— Ничего, спать много вредно. Конец света проспит.

Как и обещал Колокольцев, Леонид прибыл относительно скоро — минут через сорок. Он ввалился в кабинет оперативников, как всегда взлохмаченный, со съезжающими с носа очками и смешно торчащим из-под короткой куртки шарфом.

— Здравствуйте, — улыбнулся он, войдя к коллегам.

— Здравствуй, Леня, — улыбнулся в ответ Гуров. — Тебе Колокольцев объяснил, для чего мы попросили тебя прийти?

— Да. Съездить к младшему Сафронову. Я с удовольствием с вами поеду.

— Серьезно? — невольно вырвалось у Станислава.

— Конечно, — слегка удивленно посмотрел на него визитер. — Дело-то у меня.

— Какое дело?

— На Максима Сафронова. Он же был посредником при взятке, которую его старший братец получил от одного фирмача. Главным подозреваемым проходит.

Друзья переглянулись. Они вспомнили, что им об этом рассказывал сам Колокольцев.

— Но ты пока не собираешься ему что-то предъявлять? — уточнил сыщик.

— Нет, — оперативник махнул рукой. — Еще успеется. Тем более что он же еще под подпиской за укрывательство.

— Да, так и есть. Ну, тогда поехали.

— Поехали, — с готовностью отозвался Леонид. — На автобусе?

— Нет, Ленечка, — улыбнулся Крячко. — С нами прокатишься на машине.

— Тоже хорошо.

— Слушай, Лень, а с Медиком что?

— С Медиком? Да ничего, — собеседник пожал плечами. — Дело скоро в суд уйдет. С Лещихиным, то бишь со Змеем, они вроде как-то договорились. Но все равно же до суда дошло.

— Что, Медик пообещал ему все деньги вернуть?

— Даже с процентами. Точнее, Змей с него затребовал что-то вроде компенсации за моральный вред.

Стас усмехнулся.

— Да, Паша — человек не бедный, насобирает.

— Но там еще одно у него есть, — заметил Лев Иванович. — Участие в банде Прокопчука.

— Я знаю, — кивнул оперативник. — Но Медик-то, по сути, никого не убивал. Просто как правая рука главаря был. Сильно большой срок ему за это могут и не дать. Хоть я и не ясновидящий, чтобы прогнозы делать. Тем более там дело в отдельное производство пошло.

— Ладно, обсудим это еще потом, — кивнул напарник. — Пора ехать, чтобы время не терять. И чтобы Сафронов-младший ничего не заподозрил и не слинял куда подальше.