Ночью выпал первый снег. Выглянув в окно, сыщик даже невольно залюбовался дворовым пейзажем. Однако пробивавшееся сквозь облака солнце подсказало ему, что долго снег вряд ли пролежит. «Поиграть в снежки не получится», — весело подумал Лев Иванович и невольно улыбнулся самому себе.

— Чего ты такой радостный? — подмигнула ему Мария.

— Да вот, первой зимней красотой любуюсь, — ответил ей Гуров.

— А я уж думала, что бандита своего поймал.

Сыщик все же рассказал супруге про дело, над которым они со Стасом работали. Без подробностей, конечно, в общих чертах. И, конечно, про то, что им с напарником осталось всего ничего — поймать главаря банды, долгое время считавшейся неуловимой. Главного Робин Гуда, как шутливо заметил Лев Иванович.

— Нет, Маша, еще не поймал. Но обязательно поймаю.

— Уверен?

— Я это знаю.

Жена кивнула.

— Да, Гуров, ни один жулик и ни один убийца от тебя не скроется.

— Прямо-таки уж и не один. Может, я и неплохой опер, но точно не волшебник.

— Ты куда-то собрался сегодня?

— Да, со Стасом надо съездить по работе.

— Ловить?

— Пока что нет. Девчонку одну свозить, чтобы показала место, где, возможно, и прячется наш Робин Гуд.

— Молодую? — улыбнулась Мария.

— Ну, не старую же.

— Правильно. Развлекаться надо с молодыми.

— Какие там развлечения, Маш? — невольно рассмеялся Гуров. — К тому же эта студентка, похоже, на Стаса глаз положила. По крайней мере, смотрела она на него с интересом.

Тут уже издала смешок жена.

— У Наташи появилась конкурентка?

— Ты же знаешь: Наталья — вне конкуренции. Как и ты.

— Что есть, то есть. Но знаешь, Гуров, ты с этим делом хоть немного ожил. Даже хандрить перестал. И во всякие неземные философии о разных смыслах пускаться.

— По-твоему, это плохо?

— Наоборот — хорошо. Потому что именно таким ты мне нравишься гораздо больше.

С прогнозом сыщик не ошибся — подтаивать начало уже, когда он шел к дому Станислава. Самого Крячко он застал во дворе — тот отряхивал остатки снега со своего автомобиля.

— Сильно занесло? — осведомился Лев Иванович.

— Сильно не сильно, а присыпало, — ответил Стас и отряхнул щетку. — Все равно бы чистить пришлось, а не ждать, когда само растает. Сейчас поедем, машина греется. Наверное, уже прогрелась.

— Это хорошо. А то с нами поедет пациентка из больницы. Не хватало еще, чтобы девчонка замерзла да простыла, а Денис мне потом высказывал за дополнительное лечение.

— Не боись, не заморозим нашу Снегурочку, — напарник открыл дверь. — Садись и поехали.

Вика уже ждала их. Гуров зашел к врачу и еще раз клятвенно пообещал, что вернет девушку в целости и сохранности. Студентка забрала вещи, переоделась, и они поехали.

Начать решили с того места, откуда Вика уезжала со своим знакомым Артемом. Она довольно уверенно показывала дорогу. Предположения оперативников оказались верными: они ехали в поселок, расположенный рядом с некогда работавшим там заводом. Самого завода, естественно, давно уже не было и в помине. Но поселок остался, разросся и приобрел статус вполне цивильного места. Там было много свежепостроенных домов, притом владельцами их были далеко не бедные люди. Нет, конечно, встречались и вполне обычные деревенские домики, и даже откровенно убогие лачуги, но таких было гораздо меньше.

Про маскировку Станислав не пошутил — на подъезде к поселку он остановился ненадолго и надел на голову шапочку.

— Замерз? — поинтересовался сидящий на заднем сиденье сыщик.

— Ага, аж инеем покрылся, — парировал Крячко. Затем он повернулся к сидевшей рядом с другом студентке: — Вы заезжали по этой дороге, правильно?

— Да, — кивнула Вика.

— А улица какая? Название помните?

— Нет, название не помню. Номер дома… — девушка призадумалась. — Кажется, двадцать четыре.

— И где эта улица? Как вы тогда ехали?

— Мы заехали здесь, — начала объяснять студентка. — Потом свернули направо возле какого-то ларька или вагончика. Потом проехали перекресток, на следующем свернули налево. И приехали.

— Замечательно. Тогда я сейчас буду ехать, а вы мне говорите, правильно или неправильно. Если что, сверну куда скажете.

— Хорошо.

Они въехали в поселок, и Стас двинулся в указанном направлении. Когда он проехал последний нужный поворот, то спросил:

— Дом слева или справа?

— Справа. Там еще калитка светло-синего цвета, а рядом две сосны растут. Я это запомнила.

— А сам дом двухэтажный? — уточнил Лев Иванович.

— Да.

Напарник тем временем сбросил скорость, и они не спеша проехали мимо нужного дома.

— Этот? — спросил Гуров.

— Да, этот.

Останавливаться они не стали. Тем более что калитка была закрыта и никакой активности ни перед, ни за ней не наблюдалось. Как, впрочем, и на всей улице. Но сыщик оценил дом. Он действительно был двухэтажным и, как определил Лев Иванович, построенным не так давно. Лет пять или чуть больше. Но дом был добротным. По нему было видно, что за состоянием следили. Гуров также запомнил и название улицы — Фруктовая. Теперь легче будет пробить адрес и установить владельца.

Они проехали через поселок и вновь выехали на трассу.

— Мы уже обратно едем? — как-то несмело спросила Вика.

— Да, — кивнул Станислав. — Дом вы нам показали, так что больше мы вас тревожить не будем. Долечивайтесь себе спокойно. И мой вам совет: не ходите больше пить в незнакомые компании. Дело, конечно, ваше, вы — человек взрослый. Но сами видите, чем этот ваш поход закончился, а в другой раз и хуже может быть.

— Я уже это поняла, — слабо улыбнулась девушка. — Мне хватило и того раза. Больше не хочется.

— А Артем у вас не появлялся? Не звонил вам?

Она покачала головой.

— Нет. Да я и телефон тогда потеряла. И наушники свои любимые, — студентка неподдельно вздохнула. — Мне их даже больше жаль, чем телефон.

— Ничего, новые купите, — ободряюще улыбнулся Крячко. — Даже лучше прежних.

Проводив пациентку до палаты и успокоив Дениса, что всё в порядке, друзья собрались ехать домой. Когда они уже почти доехали до дома Стаса, сыщик неожиданно предложил:

— Может, заедем на работу?

— А что мы там не видели? — резонно заметил напарник.

— Владельца этого домика на улице Фруктовой. Данные которого мы можем «пробить».

— До понедельника это, конечно, не подождет? — покосился на друга Станислав.

— Стас…

— Ладно, ладно, я понял. Поехали. Только я домой все же заскочу. Наташа там какие-то очень вкусные пирожки пообещала испечь.

— Мне захватишь?

— Нет, не захвачу, — скорчил рожицу Крячко. — Из принципа. Специально буду сидеть и есть у тебя на глазах.

— Я так и думал, — делано вздохнул Лев Иванович.

Стас вышел из дома не только с пирожками, но и с контейнером, в котором тоже лежало что-то съестное. Гуров за время его отсутствия успел позвонить Марии и предупредить, что задержится. Супруга пожелала ему удачной охоты на разбойников.

— Тебя как в поход собрали, — заметил сыщик, кивнув на пакет в руках напарника.

— Ну, в каком-то смысле у нас сегодня и был поход. Так что можем сделать привал и подкрепиться.

— Слушай, а «адресники»-то наши сегодня работают? А то приедем просто так на работу, посидеть.

— Да, у них там кто-то дежурный есть.

— Тогда порядок.

Очутившись в кабинете, Станислав первым делом поставил чайник.

— Мы с вами, товарищ полковник, конечно, стахановцы, — заметил он, — но на голодный желудок как-то работать не хочется.

— Ты пока разогревай, — кивнул Лев Иванович. — А я позвоню.

Установить владельца дома оказалось делом недолгим.

— Сафронов Дмитрий Геннадьевич, — прочитал Гуров.

Крячко, наливающий чай, замер с чайником в руке.

— Сафронов? — переспросил он.

— Да, — кивнул сыщик. — Знаешь его?

— Как сказать. — Стас долил и поставил чайник обратно. — Слышал я про одного Дмитрия Сафронова. В минтрансе областном работает. Говорят, очень жуликоватый и вредный тип. Мне Сашка Колокольцев про него рассказывал. Куча всяких мутных делишек за ним ходит, и вроде бы даже им уже интересовались.

— Кто?

— Сам знаешь кто. Все кому не лень. И наши коллеги, и следаки, и прокурорские. Но это пока так, неофициально.

— Понятное дело, — согласился Лев Иванович. — Как известно, не пойман — не вор.

— Значит, это его домик, получается?

— Ну, фотки-то не было, не могу сказать. Думаю, скорее всего, его. Но, кстати, он не прописан там. Числится как владелец. А вот живет там Сафронов Максим Геннадьевич.

— Брат, — не спросил, а сказал напарник.

— Разумеется. Младший, судя по датам рождения.

— А он там прописан?

— Да.

— Уже хорошо. Попробуем что-нибудь про него разузнать.

— Обязательно. Его старший братец нас интересует постольку-поскольку. А точнее говоря, вообще не интересует.

— Ну, не скажи. Может, это старший Сафронов по просьбе брата помог отмазать банду от последствий допущенного Витей Пантелеевым косяка. Мы же не знаем, что представляет собой младшенький. Может, раздолбай великовозрастный, судя по тому, что пьянки-гулянки у себя закатывает.

— А он что, их каждый день там закатывает?

— Кто же его знает? Вот тут, Лева, не худо бы местного участкового спросить. Или соседей?

— Опасно, — сказал Гуров. — Неизвестно, что там за участковый и за соседи. А ну как возьмут и отзвонят Максимке, что им менты интересовались. Специально или случайно — тут уж не суть важно. А там и Прокопчук слиняет в дальние дали, да так, что мы его не найдем. Или найдем, но неизвестно когда.

— Что предлагаешь тогда?

— Разнюхать бы для начала, что там за домик такой веселый, принадлежащий местному жулику.

— Может, сразу брать? — посмотрел на друга Станислав.

— Можно. Но все же было бы недурственно последить за домиком, — заметил сыщик. — Правда, слежку там особо нигде не посадишь, разве что на ближайших деревьях. А учитывая, что у нас сейчас не лето и даже не весна, это несколько бессмысленно. Да и Прокопчук там не будет светиться во всей красе — он ведь тоже не дурак.

— Понятное дело.

— Хотя… если только неожиданно… — сделал паузу Лев Иванович.

— Ночью? — оживился Крячко.

— А хотя бы и ночью. Причем не часов в одиннадцать-двенадцать, когда еще теоретически могут не спать, а часика в три-четыре.

— Ну да, эффект неожиданности.

— О чем я и говорю.

— Лева, по идее, мы с тобой можем пойти и прямо этой ночью их взять. Вот только ты не хуже меня знаешь, что это очень авантюрный план. Учитывая, кто такой Прокопчук. Оружие у него наверняка есть, и, кто знает, может, там не только ножик, а что-нибудь и посерьезнее. Засаду на него уже один раз посадили, и чем это все обернулось?

— В том и дело, — согласился Гуров. — Можно, конечно, сейчас позвонить Орлову…

— А давай позвоним, — предложил Стас. — Сейчас не дачный сезон, да и он не в отпуске. К тому же после той неудачной засады нас вон как с тобой мурыжить стали по поводу поимки Прокопчука. Так что, думаю, есть смысл позвонить генералу, все ему объяснить и пойти взять этого урода.

Сыщик немного помолчал.

— Ты прав, — сказал он. — Вдвоем мы его теоретически можем взять.

— Но только теоретически, — вставил напарник.

— Вот именно. Даже если предположить, что Прокопчук будет один, без всяких там приятелей или корешей-уголовников, а только с этим Максимом, все равно не знаешь, чего от него ожидать можно.

— Тогда звоним? — Станислав взял в руки телефон.

— Звони, — махнул рукой Лев Иванович.

Попутно у него мелькнула мысль, что его недолгая поездка по служебной надобности, о которой он говорил жене, затянется на гораздо большее время, чем он предполагал. Впрочем, Мария не удивится и возмущаться не станет. Не зря же пожелала сегодня удачной охоты на разбойников.

* * *

Уличное освещение в поселке работало хорошо — друзья это оценили. Сразу было видно, что за благоустройством и комфортом местных жителей здесь следят. Все фонари горели исправно и освещали улицы. Не то что в какой-нибудь захудалой деревне, отметил про себя Гуров. Если днем это место не казалось особо оживленным, то сейчас и подавно: огни в домах не горели, шума или голосов не было слышно. Даже собаки не лаяли.

Они с Крячко подошли к дому, где жил Максим Сафронов. В этот раз решили действовать несколько иначе, чем когда брали остальную банду, — не нахрапом, а более аккуратно.

— Интересно, долго будем звонить? — озвучил свою мысль Стас и кивнул на кнопку звонка возле калитки.

— Да это не важно, — ответил сыщик. — Главное, чтобы звонок работал.

— Ну, не будет работать, постучим. Ногами.

— Может, еще камешки в окно покидаем?

— Надо будет — и покидаем, — пожал плечами напарник. Он привстал на цыпочки и попытался через забор рассмотреть расположение окон. — Уж несколько-то точно долетят.

Генерала Орлова они уговаривали недолго. Или, по правде говоря, вообще не уговаривали. Когда Станислав позвонил начальнику и рассказал, что они выяснили про место, где прячется Прокопчук, тот для проформы поинтересовался, точно ли они в этом уверены. Но потом все же пообещал выделить подмогу. Как друзья и договаривались, брать Прокопчука решили ночью. Поскольку времени до этого было еще много, они разошлись по домам, чтобы отдохнуть и немного поспать. Правда, поспать у Льва Ивановича толком не получилось. Он периодически проваливался в какую-то полудрему, потом просыпался, потом опять дремал. В конце концов Гуров махнул рукой на все попытки заснуть, встал, выпил кофе и отправился на работу.

Там же он встретил и Крячко, которому, по всей видимости, тоже не спалось, несмотря на отсутствие проблем со сном. Уже с места оперативники, взяв с собой силовую группу поддержки, поехали по нужному им адресу.

— Что, опять изобразим соцопрос? — усмехнулся сыщик. — Или представимся работниками местной администрации?

— Да ну их к лешему, — скривился Стас. — Вот еще, из-за этих придурков голову ломать и чего-то там придумывать. Да еще и посреди ночи. Вот ты бы открыл, если бы к тебе позвонили в дверь в такое время и попросили ответить на несколько вопросов? — с издевкой добавил он.

— Ага, так и скажем: «Откройте, милиция!» Точнее, полиция, — усмехнулся Гуров.

— Есть у меня, что им сказать, — уверенно заявил напарник и нажал на кнопку звонка.

Звонить ему пришлось долго, видимо, обитатели дома спали крепким и глубоким сном. Судя по тишине, собак во дворе не было. Потом перед калиткой включился свет, а следом послышался звук открываемой двери.

— Кто? — донесся недовольный и полусонный мужской голос.

— Дед пихто, — изобразив недовольный тон, отозвался Станислав. — Будете спать, пока не сгорите ко всем чертям? Если не потушите, к нам все пойдет.

Невидимый собеседник сделал паузу.

— Чего пойдет? Чего потушить? — переспросил он.

— Да вы там пьяные, что ли, все? — повысил голос Крячко. — Глаза-то разуйте, у вас же там горит что-то. А не видишь, я тебе покажу сейчас!

— Сейчас, сейчас.

Оперативники услышали, как отозвавшийся на звонки человек завозился, зазвенел чем-то, видимо ключами. Потом до них донеслись шаги, и калитка открылась. На пороге стоял мужчина лет сорока со светлыми взлохмаченными волосами и в наброшенной поверх футболки куртке.

— Доброй ночи, Максим Геннадьевич, — поздоровался Лев Иванович.

— Доброй, — кивнул хозяин. — Я не знаю, где там чего горит. Я даже ничего не чую.

— Вот сейчас и узнаем, — сказал Стас и показал удостоверение. — Полиция.

— Чего? — вытаращился на него Сафронов.

— Того, — в тон ему ответил Гуров. — Дружбан твой закадычный где?

— Какой еще дружбан? — покосился на них мужчина.

— Сам знаешь какой. Покажешь или нам поискать?

— Дождешься от него, — хмыкнул напарник. — Сами найдем. — Он обернулся назад и махнул рукой: — Заходим.

Друзья бесцеремонно отодвинули слегка ошарашенного хозяина и уверенно проследовали к открытой двери дома. За ними шли несколько бойцов.

Прокопчука они нашли быстро — он спал в одной из комнат дома. Правда, когда оперативники зашли в комнату и включили свет, тот уже проснулся. Мужчина, щурясь от света, посмотрел на вошедших и сел в кровати.

— Привет, Коля, — сказал сыщик.

— И вам не хворать, гражданин начальник. — Прокопчук потер глаза и как-то недобро ухмыльнулся. — Нашли все-таки.

— Да мы и не таких находили. Собирайся. С нами пойдешь.

— А если не захочу, — ухмылка стала еще шире, — силком поведете?

— Вынесем, — пожал плечами Стас и, увидев, как главарь бывшей банды протянул руку к подушке, заметил: — А вот этого делать не советую.

— И не собирался, — ответил ему Николай. — У меня там ствола нет.

— Вот и хорошо. Тогда заодно и покажешь, где он у тебя.

— Вы ищейки, вы и ищите, — бросил мужчина и принялся натягивать лежащие на краю дивана джинсы.

— Не волнуйся, Коля, найдем, — заверил Лев Иванович. — И давай-ка поживей.

— Совесть поимейте, гражданин начальник, — с укоризной покачал головой Прокопчук. — Я ведь спал, третий сон видел. Думаете, так быстро соберусь?

— А ты, Коля, совесть имел, когда людей убивал и грабил?

— А вы не сравнивайте. Это разные вещи.

Гуров хотел сказать что-то еще, но его прервал появившийся в комнате хозяин.

— Какого хрена вообще? — возмущенным тоном осведомился он.

— Такого, — отрезал Станислав. — Дружочек твой в розыске за грабежи и убийства.

— А почему вы мне тыкаете? — неприязненно посмотрел на сыскаря Сафронов. — Мы с вами на брудершафт не пили.

— И слава богу, — не сдержался Крячко. — Поэтому вы, — он сделал презрительный акцент на этом слове, — ваше высокопреосвященство, поедете с нами да объясните, почему укрывали у себя рецидивиста.

— Никуда я с вами не поеду, — с вызовом заявил мужчина. — Я ни в чем не виноват, так что арестовывать меня вы не имеете права.

— А мы вас и не арестовываем, Максим Геннадьевич, — спокойно сказал Лев Иванович. — А просто просим проехать с нами и рассказать, что в вашем доме делал Николай Прокопчук, находящийся в розыске за тяжкие преступления. А вот этого, кстати, делать не советую, — резко обернулся он в сторону Прокопчука, который, воспользовавшийся перепалкой опера с его другом, осторожно и медленно двигался в сторону окна. — Там наши сотрудники, так что поймают сразу. Даже «перо» не поможет.

Николай криво усмехнулся.

— Всё-то вы предусмотрели, гражданин начальник, — процедил он.

— А ты думаешь, ты один такой умный? Ножик, кстати, на стол.

— Нет у меня ножа, — прищурился собеседник.

— Ну да, а я — испанский летчик. Коля, я тебя по-хорошему прошу, — покачал головой сыщик.

Прокопчук прищурился, а потом вытащил откуда-то из-за спины заточку и бросил ее на стоящий возле окна журнальный столик.

— Вот так-то лучше, — одобрительно кивнул Гуров. — Попрошу на выход.

Мужчина пошел в сторону входной двери. Перед этим на него надели наручники.

— Вас тоже, — не без ехидства обратился Стас к Сафронову и показал рукой в сторону двери.

— А если не поеду, силой повезете? — презрительно посмотрел на оперативников хозяин дома.

— Надо будет — и повезем, — жестко ответил сыщик.

— Тогда можете попрощаться со своими местами, — пригрозил собеседник.

— Пока мы еще на них, — спокойно парировал Лев Иванович. — Собирайтесь, и поедем.

Какой-то предмет зацепил внимание Гурова. Он сначала даже сам не понял, что именно его привлекло и почему. Посмотрев еще раз, сыщик понял. Это были большие ярко-зеленые наушники с наклейками, принадлежащие явно не хозяину или его гостю. Лев Иванович вспомнил сразу: про эти наушники им рассказывала студентка Вика, которая потеряла их во время пьянки в этом доме. Вполне возможно, что где-то здесь мог быть ее телефон и другие вещи.

Друзья поехали на машине Гурова, задержанных повезли на другой. По пути напарник повернулся к сыщику.

— Ну и дружок у этот Прокопчука, — заметил он. — Николаша и то более адекватно себя ведет.

— Николаша — человек опытный, — пояснил Лев Иванович. — А этот… — он усмехнулся. — Чудак человек. Вроде не юный мальчик и даже не двадцатилетний балбес с ветром в голове.

— Тут еще знаешь что? Он надеется, что его отмажет его влиятельный братец, который в областном минтрансе работает.

— Что, у старшего Сафронова такие крутые связи?

— Не знаю. С Колокольцевым бы потолковать насчет него.

— Ты же говорил, он в командировке.

— Может, уже приехал. Не вечно же он там будет.

— Надеюсь. Ладно, позвоню ему завтра.

— Ну да, как раз завтра понедельник. Рабочий день будет.

— Е-мое, я и забыл, что уже воскресенье. Ночь не кончилась.

Какое-то время друзья ехали молча. Потом Станислав снова прервал воцарившуюся тишину:

— Интересно, Прокопчук говорить будет?

— Сразу — нет, — ответил Гуров.

— Ну, это понятное дело. Вопрос в другом — долго ли будет молчать?

Сыщик пожал плечами.

— С одной стороны, ему терять нечего, — ответил он. — Потому что может на пожизненное загреметь, учитывая все его «подвиги» и прошлые заслуги. С другой — никогда не знаешь, что у человека в голове. Сколько раз было, что и при подобных случаях начинали говорить и признавались.

— Согласен. Думаю, расколем, — уверенно предположил Крячко. — И не такие орехи кололись. А вот дружочек его…

— Ну, формально-то он не при делах, — возразил Лев Иванович. — Не считая укрывательства.

— Это пока что. Неизвестно, что скажет Прокопчук, что скажет сам Максим. Хотя это-то известно, — хмыкнул Стас. — Сейчас начнет понты кидать и старшим братиком грозиться.

— Уже начал, — напомнил Гуров. — Прямо в доме.

— В доме-то понятно. Но чувствую, и в кабинете услышим не раз. Правда, про братишку ни слова пока что не было, но все впереди.

— Чует мое сердце, что ты прав. Да и арестовать его, рупь за сто даю, не арестуют. Даже по статье за укрывательство. Максимум — запрет выпишут, а то и под подписку отправят, что вероятнее всего.

— Думаешь, Сафронов-младший знает УК и УПК не хуже нас?

— Его дружок Прокопчук наверняка что-то ему рассказывал. А может, и братец тоже. Хотя, может, он юрист по образованию? — предположил сыщик, впрочем, не слишком уверенно.

Напарник покосился на него.

— А я, Лева, вообще сомневаюсь, что у него какое-то образование есть, кроме школьного.

— Ты думаешь, что он всю жизнь сидел на шее у родителей да у брата? Нигде не учился и не работал?

— Кто знает. Как бы нам помимо Прокопчука не пришлось «пробивать» всю эту чертову семейку. А учитывая персону старшенького, там столько грязи накопать можно, что Прокопчук точно на их фоне белым зайчиком окажется.

В словах Станислава имелся здравый смысл. Лев Иванович это прекрасно понимал. Потому что про степень участия Максима Сафронова в этой криминальной истории с грабежами пока не знали. Может, он действительно не при делах, хотя Гуров был больше чем уверен, что этот чиновничий братец знал, чем промышляет его друг детства. Может, и не в подробностях, но в курсе точно был.

— Наверняка Максим уже брательнику отзвонился, — вслух заметил Крячко.

— Скорее всего, — согласился сыщик. — И, возможно, еще когда мы не уехали.

— Как думаешь, сразу примчится или утром, как петухи пропоют?

— Не знаю. Я ведь даже в лицо его ни разу не видел. Да и неизвестно, что там за отношения между братьями.

— Нормальные, похоже. Если старший младшему целый домишко для житья презентовал. Наверняка и деньжат подкидывает на всякие развлекушки. И вспомни, Лева, что тебе Паша Медик рассказывал: некий благодетель отмазал их банду, когда Витенька Пантелеев накосячил.

— И ты думаешь, что благодетель — старший Сафронов.

— Я скажу так: у меня большая уверенность в этом. Отношения могут быть и не самыми теплыми и радужными, но, если родственник о помощи попросит, мало кто откажет.

— Это еще смотря какая помощь. Тут, знаешь ли, дело такое. Мы же не знаем, как он конкретно им помог. Но я надеюсь, что Прокопчук нам об этом подробно расскажет. Кстати, — признался Лев Иванович, — я так думаю, что Прокопчук заговорит гораздо раньше своего дружка.

— Я тоже так думаю, — кивнул Стас. — Хотя, может, и он рассчитывает, что его отмажет дружок детства либо его родственник-чиновник?

— Мне кажется, вряд ли, — с сомнением покачал головой Гуров. — Прокопчук — тертый калач. Он ведь даже выглядит старше своего дружбана, хотя они примерно ровесники.

— Да не примерно, а ровесники и есть. Если в школе вместе учились и дружили.

— Не суть. Так вот, Прокопчук, как многие его, скажем так, собратья по криминальной сфере, наверняка знает одну замечательную поговорку.

— Какую же?

— На Бога надейся, да сам не плошай.

— Ну, ее многие знают. Но да, ты прав. Ладно, — напарник мельком посмотрел в окно. — Посмотрим, что они оба начнут петь у нас в кабинете.

— Да что бы ни спели, — пожал плечами сыщик. — Рано или поздно запоют то, что надо.

— И не такие распевались, — согласился Станислав. — Но, знаешь, даже если Максим и выйдет под подписку или, если брат подсобит, совсем выйдет, у Николаши такой фокус не прокатит. Отправится в СИЗО, это как пить дать. Никакой адвокат не поможет. Да и самый добрый следак с ходатайством на суде выступит, мол, опасен Коля Прокопчук на свободе, надо бы его под замочек закрыть, от греха подальше.

— Есть только один плюс: Прокопчук более адекватен, чем Сафронов. Хотя, может быть, только на первый взгляд.

— Разберемся, Лева. Но будь уверен, рано или поздно они оба заговорят.

— Это уж точно, никуда не денутся.

Машины уже подъехали к управлению. Лев Иванович остановился, заглушил мотор и повернулся к Крячко.

— Готов к труду и обороне? — шутливо осведомился он. — Точнее, к ночному допросу.

— Скорее уж к утреннему, — Стас посмотрел на часы и на светлеющее небо. — Лева, ты же знаешь, мы с тобой и пионеры, и стахановцы, и прочие передовики производства. Особенно если это надо для блага концессии.

— А мне что-то подсказывает, что надо.

— Надо — значит, надо, — согласился напарник. — Поэтому мы с тобой всегда готовы.

— Что есть, то есть. Всё, приехали. Вылезай.

— Ох, — изобразил старческое кряхтенье Станислав. — Где мои семнадцать лет?

— Там же, где нас сегодня нет, — схохмил Гуров. — Пошли. Неизвестно, сколько еще с этими гавриками провозимся. Кстати, знаешь, что я нашел в доме Сафронова?

— Знаю, наушники нашей бедной студентки. Надо бы вернуться туда, может, и остальное отыщется, — предположил Крячко. — Рюкзак, там, телефон, кошелек. Если только не выкинули и не толкнули где-нибудь.

— Ну да, рюкзак толкнули, а наушники не выкинули, — усмехнулся сыщик. — И при этом оставили валяться на видном месте. Очень умно, ничего не скажешь.

— Да, хорошо гульнула девчонка, раз шмотки по всему дому раскидала. Вот, будет ей впредь наука, — назидательно заметил Стас. — Не пить где попало. Особенно со всякими уголовниками.

— Ну, будем надеяться, что она запомнила этот урок и сделала выводы. А вот если нет…

— А если нет, то тут уж и мы бессильны, — развел руками напарник. — Коли Боженька мозгов не дал, так мы их и подавно не дадим.

— Золотые слова, — сказал Лев Иванович. — Ладно, Стас, поговорили — пора и за работу браться.

— Пора, брат, пора, — кивнул Станислав и взялся за ручку дверцы машины.