Настоящее время

– Глеб, ты слышишь меня? – рядом раздается голос брата.

– Олег… Кажется, я схожу с ума, – закрываю крышку ноутбука и, перестав делать вид, что я вникаю в работу, отхожу к окну. Выдыхаю и качаю головой, стараясь отгонять мрачные мысли по поводу решений, которые принял, но не готов озвучить ещё. Именно поэтому я почти целую неделю лишь наблюдаю за своей семьей издалека. Катя такая счастливая. Сияет рядом с детьми, у неё есть смысл жизни, она смогла забыть меня и пойти дальше. Замуж за Жданова собралась выйти. И это просто конец.

Моя вспышка ревности тогда у неё на квартире была такой глупой. Я ведь задолго до их знакомства потерял все имеющиеся права на неё.

– Из-за Кати и детей? – спрашивает он.

– Да.

– Что будешь делать?

– Я не могу её заставить вернуться. Она выходит замуж за Жданова. Что касается детей, я не монстр, чтобы забирать их у неё.

– Да, но ты всё ещё можешь заставить её принять решение в твою пользу, у тебя на руках все карты, – приводит аргументы Олег.

– Это не вернёт её любовь ко мне. Я сам виноват в случившемся – не должен был поверить Яне. Не должен был терять контроль, когда мелкая зараза, пропитав ядом все мои мозги, залезла на меня. Мне нужно было вышвырнуть эту змею, вернуться домой и поговорить с женой. А я вместо этого поддался гневу.

– Чёрт, Глеб, это всё и так понятно. Но что будет с детьми? – мы с братом встречаемся взглядами, и он видит в моих глазах ответ на свой вопрос. – Послушай меня, – начинает вновь Олег, – ты сейчас не в том состоянии, чтобы принимать такие решения. Ты ещё не отошёл от шока. Тебе явно нужен перерыв, чтобы ещё раз обдумать и взвесить все за и против. Отступить ты всегда сможешь, а вот сможешь ли ты ради детей и женщины, которую так и не смог забыть, побороться? Глеб, твою мать! Соберись и начни действовать, не отпускай свою семью, у тебя ещё есть время, чтобы всё исправить. Немного, правда, но всё же оно у тебя есть. Прекращай хандрить и начни уже действовать, пока Жданов окончательно не увёл её у тебя из-под носа!

Жданов, Жданов, Жданов! Я, конечно, создал большие проблемы этому говнюку, и он вынужденно уехал в другой город, что даёт мне фору, но проблема основная не в нём.

– Олег, она не простит того, что я сделал, будет этот Жданов между нами или нет. Проблема ведь во мне. Она никогда больше не сможет мне доверять.

Брат качает головой и начинает собирать свои документы.

– Не думал, что ты, тот, который выгрызает всё, чего хочет, даже у тех, у кого, казалось бы, невозможно, не сможет придумать что-нибудь, чтобы вернуть семью.

– Это разные вещи! – заорал я на него обернувшись.

– Да, ты прав, это разные вещи. На кону стоит твоя семья и будущее твоих детей. Ты правда уступишь ушлёпку Жданову своих детей и женщину? Они будут называть его папой всю жизнь, а ты сопьёшься, останешься один в какой-то убогой квартире, когда профукаешь свой бизнес.

– Что ты несёшь?!

– То и несу! – заорал Олег в ответ. – Очнись уже! У тебя из-под носа семью уводят!

Закрываю глаза и зажимаю переносицу. Еле сдерживаю свой гнев, чтобы не накинуться на брата. Злюсь, наверное, больше всего из-за того, что он прав. Я никогда не смогу принять того факта, что мои дети будут называть Жданова отцом, а я навсегда останусь для них дядей… Бывшим мужем их мамы.

– Олег, уйди, пока я не сорвался! – прошу брата.

Тот, хмыкнув, доходит до выхода, а после, придерживая дверь, сообщает, как ни в чём не бывало:

– Родителям надоело ждать, когда ты соизволишь их познакомить с детьми, они сегодня собрались навестить невестку.

Чёрт, ещё этого мне не хватало! Я тут ещё сам не могу наладить общение с Катей и детьми, а тут ещё и родители…

Снова в районе сердца отдаётся неприятной болью. На этот раз боль стала сильнее проявляться. Я открываю окно и часто дышу свежим воздухом. Кажется, оттягивать дальше визит к врачу не получится. Эта херня стала слишком часто беспокоить меня.

Ладно, брат прав. Я хотя бы должен попытаться. Набрав Катю, с которой я не разговаривал всю эту неделю, боясь сделать глупость, сообщаю, что хочу увидеться и поговорить.

Вечером приезжаю к ней. Купил детям игрушки, набрал всего и по две штуки, потому что я не знаю, что они любят и что им может понравиться. А по две штуки взял, чтобы не дрались за игрушки,  поскольку успел уже заметить, как они любят соперничать. Ну и самой Кате взял цветы. Её любимые пионы, надеюсь, не станет отказывать и примет их.

Охрана шла следом, а я впереди с цветами. Немного чувствовал себя некомфортно, ведь давно никому не дарил цветы лично. Только маме, но опять же с помощью доставки цветов.

– Привет! – захожу так уверенно, что Кате приходится отступить назад. – Куда отнести пакеты? – киваю на охрану, которая тащит за мной ряд подарочных пакетов.

– Привет! Что это? – она в растерянно смотрит на огромное их количество.

– Подарки, детям, – коротко сообщаю.

– Так много… Зачем?

– Ясно. Ставьте пока сюда, сами разберёмся, – даю указания, а после закрываю дверь сам. – Кхм, Кать, это тебе. Надеюсь, ты всё ещё любишь пионы, – протягиваю ей цветы. Она смущается. Смотрит на меня подозрительно.

– Это просто цветы. Можешь считать это знаком, что я не намерен с тобой воевать, – вижу, что мнётся, борется с самой собой, поэтому решаю ей помочь: – Если, конечно, ты сама не спровоцируешь меня на эти действия…