Мы, как три курицы-наседки, сидели каждый в своей кабинке и не желали выходить, понимая, что ничего хорошего нас снаружи не ждет. Сидели бы и дальше, но только ноги уже начали затекать, а вот в казарме в это время начиналось все самое интересное. Следом за командиром и замполитом в казарму зашел старшина с Жуком, дневальный, как полагается, открыл дверь и совершил вторую роковую ошибку. Нервишки у паренька и так были сильно расшатаны от ежедневного армейского стресса, а тут еще и командир части в гости пожаловал. Но открыв двери старшине, тот смотрел на прапорщика, а глаз его начал дергаться от предвкушения последствий, которые его ожидают. Но старшина не знал, что в казарму пожаловали гости, которые сейчас ходили по спальному расположению.

– Х#ли ты замер?! Команда где? – недовольно крикнул старшина, глядя на бедного Семена.

– Смирно! – заорал во всю глотку дневальный, от чего командир части тут же направился к двери посмотреть, кто же такой важный пожаловал на территорию части, что в его присутствии отдают такую команду.

Для гражданского населения поясню, как только в казарму заходит старшина, а в казарме никого старше него нет, то подается команда «Смирно», а если на месте уже, например, командир роты, что старше его по званию и должности, то подается команда «Дежурный по роте, на выход». Соответственно, если в казарме находится командир части, то подать кому-то команду другому «Смирно» – это все равно, что послать командира на хрен, мол, ты тут не главный. В общем, это, можно сказать, оскорбление. Семен же умудрился всего за пять минут накосячить дважды, причем очень серьезно. Конечно же, командир – взрослый, мудрый офицер, повидавший на своем веку многое, и сделал скидку на то, что солдат на тумбочке еще совсем зеленый новичок. Но вот, как оказалось, подготовка суточного наряда и правильность несения им службы полностью лежит на плечах старшины, и вот ему скидку-то делать никто не стал.

Прапорщик вальяжно вошел в казарму, а затем, увидев командира части с замполитом, очень сильно изменился в лице. В его глазах за долю секунды промчалась масса эмоций. Он принял строевую стойку, приложил правую руку к виску и, чеканя шаг, направился в сторону командира.

– Вольно, старшина, а пойдем-ка мы к тебе в канцелярию, поболтаем. – безэмоционально сказал командир, указав на запертую дверь.

Подобной просьбе старшина отказать не мог, и как только дверь канцелярии захлопнулась за спиной прапорщика, в помещении поднялся крик. Что именно командир объяснял прапорщику, доподлинно неизвестно, но мы, выходя из туалета, отчетливо слышали слова «Кретин, олень, закупок, уволю без пенсии и квартиры». Затем командир с замполитом покинули помещение казармы, оставляя нас наедине с тираном. Жук все это время стоял рядом с дневальным и, прикинувшись ветошью, смотрел в потолок, словно его тут и нет вовсе, а когда начальство ушло, зашел в кабинет к старшине.

– Сем, как так? Какой еще, на##й, шухер? Ты вообще е##нутый, что ли? – злобно прошипел Коваль стоящему на тумбочке бледному солдату.

– Само как-то вырвалось. Фиг его знает, как так вышло, что же теперь со мной будет? Как думаете, бить будут? – едва не плача спросил у нас паренек.

– Да кому ты на хрен сдался, бить еще тебя. Вот рота опять тухнет, но не переживай, ты же не специально, такое, наверное, с каждым могло случиться. – успокоил я парня.

Дверь из канцелярии открылась, и оттуда показался старшина. Первым делом он заставил Семена отрабатывать команды. А именно, Семен во всю глотку должен был орать команду «Дежурный по роте, на выход», которую должен был подать с приходом в подразделение старшины. Вроде, кажется, ничего сложного, могло быть и хуже, но нет, попробуйте без остановки во весь голос поорать одну и ту же фразу. Уже через пару минут Семен сдулся, и его крик был больше похож на ворчание хриплого туберкулезника. И тут пришла наша очередь страдать, старшина зашел в спальное расположение и обратил внимание на нас.

– Отлично, на ловца и зверь бежит! Берите себе еще одного в команду и сегодня заступаете в наряд! Кто дежурный, а кто дневальный – сами определитесь, мне на это насрать! Но командир ночью придет вас проверять, да и в течение дня может заглянуть, не дай бог вы обосретесь, как этот! Вы у меня тогда от жизни ох##ете! – злобно прошипел старшина.

– А если нет? – чисто на автомате спросил у него Саня.

– А если нет, то тогда организую вам поход в магазин. Нормальная мотивация? – немного призадумавшись, ответил старшина.

– Все будет сделано в лучшем виде! – вписался я в эту авантюру, предвкушая, как я буду есть какую-нибудь шоколадку.

– Ну, значит, договорились! А теперь п##дуйте учить устав, перед разводом лично проверю! Чтобы аж от зубов отлетало! – сказал нам старшина и ушел обратно в канцелярию.

– Вот это мы знатно так про##ались, товарищи. – подытожил Коваль.

– Оно того стоит, я сладкого п##дец как хочу! – высказал свое мнение Санек.

– А четвертого где взять? Главное, чтобы не затупка и устав выучил. – задался я резонным вопросом.

– А давайте Кирюшу? Он, конечно, тот еще кадр, зато устав уже от корки до корки, наверное, успел выучить. – предложил кандидата Санек.

– Ага, и очки драить будет! – согласился Коваль.

– Сойдет, а кто же будет дежурным? – решил уточнить я.

– Давай ты? – с хитрецой предложил мне Коваль.

– Ага, сейчас, а что не ты? – сразу же ответил я.

– Давайте спички тянуть, вот и все. – сказал Саня и вытащил коробок из кармана.

Вот вечно мне на жребий не везет, постоянно проигрываю в орел и решку, так и спичку я вытянул самую короткую, значит, быть мне дежурным.

Опять же, для тех, кто не в теме. Наряд – это такое дежурство на сутки, один дежурный и три дневальных. Дежурный постоянно находится в казарме, недалеко от тумбочки дневального. Уйти отсюда я могу только на прием пищи или по приказу старшины или другого начальника. Но при этом за меня будет оставаться дневальный за дежурного, это у нас будет Кирюша. Я, конечно, не рад такому заместителю, но он знает обязанности. Так вот, в чем сложность быть дежурным, первая – это нужно выучить наизусть несколько листов сложного и непонятного текста. Я как дежурный обязан знать не только свои обязанности, но и обязанности дневального. Дневальные в свою очередь делятся на три смены, первая смена отвечает за порядок в бытовке, ленинской комнате и центральном проходе. Вторая смена – за порядок в спальном расположении. Третья смена – за порядок в умывальнике и туалете. Ночью дневальные спят по очереди, а дежурный спит с половины девятого утра до половины первого дня. По сути, ничего сложного, но накосячить можно в любой момент и остаться на вторые сутки. Самый основной косяк – это уснуть стоя на тумбочке, или дежурные любят ночью пощемить в ленинской комнате. У нас же была мотивация, и мы очень хотели все сделать так, чтобы старшина был доволен, поэтому сейчас сидели и зубрили устав.

Дождавшись роту, вернувшуюся со строевой подготовки, мы обрадовали Кирюшу тем, что он сегодня вместе с нами заступает в наряд, и тот реально был этому рад, так как Мальцев сегодня аки зверь всех загонял до полусмерти, и даже наши тапочные войска шагали отдельным строем, так как их после санчасти повели не в казарму, а сразу к остальным на плац. А вот те парни, которые должны были заступать, сначала даже обиделись, но когда узнали о случившемся инциденте с командиром, даже вздохнули с облегчением. Про обещанный нам старшиной магазин мы, разумеется, никому и ничего не говорили. Сходив со всеми на обед, мы продолжили заниматься подготовкой к наряду. Развод у нас должен быть в пять часов вечера, так что времени было еще много. Помимо знания устава, обязательно проверят внешний вид, так что мы подшились, начистили берцы и бляхи до блеска и к назначенному времени были во всеоружии.

Старшина проверял каждого лично и довольно ухмыльнулся, когда понял, что ему не до чего докопаться. Перед ним стояли четыре бравых солдата, которые только и думали о том, как будут объедаться вкусняшками после того, как сменятся с дежурства. У суточного наряда должно быть еще два очень важных атрибута, а именно, штык-нож от автомата Калашникова, но их нам не дают, так как мы их или потеряем, или сломаем, и противогаз, вот их нам выдал новый каптер. Все сутки будем ходить с ними, зачем нам неведомо, но раз сказали, значит выполняем. В шестнадцать тридцать старшина вывел нас на улицу, и мы отправились к месту проведения развода. Это, по сути, был такой же плац, но куда меньших размеров, и находился он напротив штаба. На самом плацу не было квадратов, как на том, где мы маршируем, лишь одна белая линия и все. Плац в данный момент был пустым, но вот две курилки были битком, в одной стояли офицеры и сержанты с прапорщиками, а вот во второй наши коллеги-срочники.

– Идите пока покурите, как только дадут команду строиться, то оставайтесь там, я сам вас заберу. – сказал нам старшина, и мы радостно пошли в курилку.

– А что все так ноют от нарядов? Пока не так уж и плохо. – обратился я к товарищам.

– Время покажет. – сказал Санек, доставая из кармана пачку сигарет.

Стоило нам войти в курилку, как на нас тут же наехал крупный прыщавый парень с ефрейторскими лычками на плечах.

– Я не понял, вы че, духи позорные?! Попутали, что ли? А разрешения спросить? – недовольно фыркнул он, при этом ехидно скалясь.

– В уставе написано, что при входе в курилку разрешение не спрашивают! – тут же словно на автомате ответил ему Кирюша.

– Да мне по##й, что там написано! Вы че, б#я, борзые! Идите на##й отсюда, вы больше не курите, и сигареты сюда давайте! Видите, как дедушка заботится о вашем здоровье. – рассмеявшись над своей же шуткой, важничал перед нами ефрейтор.

– Х#й тебе дедушка, а не хлебушка! Вот присягу примем, и будешь командовать, а пока отдыхай, не рви гланды! – сжав кулаки, наехал на него Коваль.

– Ты че! Душара! Еп#ать! Б#я! Да я! Тебя! – аж потерявшись от такой наглости, ефрейтор пытался что-то нам сказать, но у него ничего не получалось. Остальные же ехидно улыбались и наблюдали за ситуацией.

– Сдулся, плуг колхозный! Что вы все лезете постоянно? Словно мы нелюди какие-то? Кто на бабки пытается развести, кто форму сп##дить, ты еще тут выступать начал. И так тошно, дайте хоть обжиться как-то. – недовольно фыркнул я и, взяв сигарету у Санька, закурил.

– Ладно, живите пока, но я вас запомнил! – отмахнулся от нас парень и, выбросив бычок в урну, вышел из курилки.

После того как здоровяк покинул нашу компанию, накал страстей тут же поутих, и мы даже смогли нормально пообщаться с местным населением. Санек даже рассказал про сегодняшний залет и про похороны бычка. Местные старожилы с истории про команду «Шухер» от души похохотали, а про похороны бычка пояснили, что это обычное дело, все, кто проходил здесь курс молодого бойца, испытали это на себе. Они нам также рассказали, что тут да как устроено, еще оказалось, что есть не только наряд по роте, а еще патруль, наряд по парку, по столовой, по штабу и по КПП. А еще караул, но он строится отдельно от всех, и это самый тяжелый наряд из всех, особенно зимой.

Пока мы болтали о разном, на середину плаца вышел мужчина в зеленой форме с капитанскими погонами на плечах.

– Заступающий наряд, строиться! – командирским голосом скомандовал он.

– Все, погнали парни, помдеж пришел. – сказал один из парней и поднялся на ноги.

– Кто? – уточнил я.

– Помощник дежурного по части. Не забивай голову, скоро все поймешь. – пояснил он.

Тут к нам уже подошел старшина и повел прямо на плац в толпу строящихся в ровные линии военных. Мы стояли самыми крайними, справа от меня стоял старшина, а позади стоял мой суточный наряд. Кирюша, Коваль и Санек.

Как только все заняли свои места, тот самый помдеж с важным видом прошелся перед строем, разглядывая всех и каждого внимательным взглядом. А затем ему кто-то пшикнул, сразу после того как дверь из штаба раскрылась, и оттуда вышел еще один военный в зеленой форме, но уже с майорскими погонами.

– Становись! Равняйсь! Смирно! Равнение на середину! – во всю глотку заорал капитан, а мы выполняли его команды. Когда майор подошел поближе, капитан строевым шагом, чеканя каждый шаг, пошел в сторону майора, а тот, в свою очередь, точно так же двинулся к нему навстречу. Затем они встретились посреди строя, и капитан продолжил орать.

– Товарищ майор! Суточный наряд для заступления на дежурство построен! Лиц незаконно отсутствующих нет! Помощник дежурного по части капитан Гладков.

Как только капитан закончил доклад, они синхронно повернулись лицом к строю, и уже майор обратился к нам.

– Здравствуйте, товарищи! – громким басом поздоровался он с нами.

Весь заступающий наряд набрал полную грудь воздуха и хором проорал.

– ЗДРАВИЯ ЖЕЛАЮ ТОВАРИЩ МАЙОР!

– Вольно! – подал команду майор, а капитан после этого протянул ему какой-то листок.

Майор посмотрел на листок, что-то в нем прочитав, затем тихонько что-то спросил у капитана и, недовольно покачав головой, опять обратился к строю.

– Становись! Равняйсь! Смирно! Первая шеренга, шаг, вторая, два шага, третья, три шага вперед, шагом марш! – скомандовал он, и мы синхронно выполнили команду, не то, что наша рота на строевой подготовке.

А затем началась очень долгая и нудная процедура. Дежурный по части подходил к каждому человеку, проверял его внешний вид и спрашивал обязанности. И я вам скажу, больше половины ничего не знает. Стоят, мычат и делают вид, что забыли. По этому поводу дежурный сказал очень занятную фразу: «Х##во, когда не знал, а еще и забыл». Надо ее запомнить. Но в моменте все изменилось, когда на плац вышел офицер с погонами полковника, то есть командир части. Теперь уже майор зашагал к нему и так же произвел доклад, полковник в свою очередь поздоровался с нами, а мы, соответственно, с ним. Затем он сказал дежурному продолжать, а сам, ехидно улыбаясь, направился к нам, глядя на старшину. Он вальяжно подошел к прапору, взглянул на него и встал четко напротив меня. Но старшина нам объяснял, что да как, и хоть я даже немного занервничал, но все же не растерялся.

– Товарищ полковник, дежурный по роте рядовой Семенов! – четко отрапортовал я.

– В какой раз заступаешь? – спокойно спросил он у меня.

– В первый раз!

– Хорошо, расскажи мне обязанности дневального по роте. – ехидно улыбнувшись, сказал он, стрельнув взглядом в старшину.

Обычно дежурные по роте не учат обязанности дневальных, мол, зачем это нужно, если это не его обязанности, хотя по сути он знать их должен. Я об этом знал, а жажда сладостей заставила мозг работать как нужно, и я все успел выучить.

– Дневальный по роте назначается из солдат. Разрешается назначать дневальным по роте сержантов и старшин, проходящих военную службу на воинских должностях солдат. Дневальный по роте отвечает за сохранность находящихся под его охраной оружия, шкафов (ящиков) с пистолетами, ящиков с боеприпасами, имущества роты и личных вещей солдат и сержантов. Дневальный по роте подчиняется дежурному по роте.

Очередной дневальный по роте несет службу внутри казарменного помещения у входной двери, вблизи комнаты для хранения оружия. Он обязан: никуда не отлучаться из помещения роты без разрешения дежурного по роте; постоянно наблюдать за комнатой для хранения оружия; не пропускать в помещение посторонних лиц, а также не допускать выноса из казармы оружия, боеприпасов, имущества и вещей без разрешения дежурного по роте.

– Достаточно, продолжи, сынок. – сказал полковник, переведя взгляд на Кирюшу.

В этом также имелся подвох, так как обычно бойцы теряются в уставе и, если даже выучили, не могут начать с середины и сыпятся на этом, но наш Кирюша был не промах.

– Немедленно докладывать дежурному по роте обо всех происшествиях в роте, о нарушении уставных правил взаимоотношений между военнослужащими роты, замеченных неисправностях и нарушениях требований пожарной безопасности, принимать меры к их устранению; будить личный состав при общем подъеме, а также ночью в случае тревоги или пожара; своевременно подавать команды согласно распорядку дня; следить за чистотой и порядком в помещениях и требовать их соблюдения от военнослужащих; не позволять военнослужащим в холодное время, особенно ночью, выходить из помещения неодетыми;

– Достаточно, молодцы. У вас, я так понимаю, даже смысла нет спрашивать, все знаете? – обратился полковник к Ковалю и Саньку.

– Так точно, товарищ полковник! – синхронно ответили парни.

– Молодец, старшина, исправляешься! – кивнул командир прапорщику и, развернувшись, ушел в сторону штаба.

– Семенов, он сто процентов ночью придет, и если ты его про##ешь, ты у меня с тумбочки до самой присяги будешь сходить только в туалет, на прием пищи и редкий сон. Ты меня понял?! – прошипел мне старшина.

– Так точно, товарищ прапорщик! Не подведу, но и вы слово свое сдержите. – ответил ему я.

– Сначала наряд сдайте, а потом будем разговаривать. – хмыкнул он.

Больше ничего интересного не было, после того как дежурный проверил весь наряд, кроме нас. Ведь к нам аж целый командир части подходил. Дежурный подал команду вернуться на свои места, а потом распустил всех принимать дежурство. И старшина повел нас в казарму. Ох и тяжелая сегодня будет ночка, командир мне что-то не особо понравился, так и чувствую, что он хочет докопаться через нас до старшины. Но сникерс или марс вечно меня ждать не будет, так что хрен тебе, товарищ полковник, а не залет.