За день до операции войска провели разведку боем, основная цель которой состояла в том, чтобы уточнить систему обороны противника. Споры о ее необходимости велись в штабе 1-го БФ перед наступлением. Командарм-3 Горбатов в мемуарах писал: «Мы были большими противниками разведки боем, проводимой отдельными батальонами, особенно накануне наступления, не только потому, что эти батальоны почти всегда несут большие потери, но и потому, что их действия настораживают противника и усложняют работу саперов. Главное же, такая разведка предупреждает противника о нашем наступлении, и он может либо усилить угрожаемый участок за счет других, либо отвести свои войска на новые, более выгодные позиции. Но нельзя было не выполнить приказ, единственное, что мы могли сделать, – это провести разведку боем перед самой артподготовкой»[517]. И здесь генерала Горбатова следует, пожалуй, поддержать в его суждениях. Разведка боем, целью которой является уточнение позиций противника, могла оправдать себя только в ситуации, которая возникала в конце войны, когда немцы сосредотачивали основные свои силы на линии фронта и подвести резервы не могли. Тем не менее приказ штаба фронта Горбатов выполнил и 23 июня его части в разведке боем участвовали.

На участке 3-й армии разведку боем проводили 35-й ск и 41-й ск[518].

3-я армия производила разведку в районах отм. 147,1 и Костяшово, начав ее в 3:20 23 июня. 35-й ск вел разведку боем силами двух стрелковых взводов 348-й сд из района Бол. Коноплица в западном направлении. 41-й ск вел разведку боем силами одного батальона 269-й сд из района Лужки в направлении Костяшово. В 5:30 мощным огневым налетом силами до 12 батарей противник приостановил действия разведывательного отряда 269-й сд. Всего при проведении разведки боем подтвердилось свыше 60 % разведданных по батареям противника[519].

348-я сд, которая также вела разведку боем из района Бол. Коноплица, сразу же отошла в исходное положение. А 269-я сд 41-го ск смогла отойди назад только при поддержке огня своей артиллерии. В итоге ни одна из разведгрупп этих стрелковых корпусов успеха не имела. 3-я армия понесла потери: 14 человек убитыми и 133 ранеными.

Войска 65-й армии частью сил после короткого огневого налета начали разведку боем в 08:30 с задачей уточнения системы обороны противника, овладения выгодными районами исходных положений и захвата контрольных пленных.

В 3:00 разведчасти заняли исходные положения. Разведка боем проводилась силами двух штрафных рот и по одному усиленному стрелковому батальону от каждой дивизии первой линии. Артиллерийский налет, длившийся 30 минут, производился без участия артиллерии резерва Главного командования.

В 8:30 после 10-минутного артналета начались бои разведотрядов. Сигналом для атаки стали две зеленые ракеты[520]. В составе 65-й армии в разведке боем участвовали оба стрелковых корпуса – и 18-й ск, и 105-й ск.

В 15-й сд 18-го ск в разведке боем принимали участие 258-я и 260-я штрафные роты. Изначально в бой входил лишь один батальон. Вместе со 2-м сб дивизии в атаке участвовала 260-я армейская штрафная рота (АШР).

2-й сб 321-го сп[521] 15-й сд в 8:30 начал наступление и в 9:00 ворвался в первую траншею, идущую по дороге 1,5 км юго-восточнее Петровичей. В лесу 1 км южнее Петровичей был захвачен пленный, принадлежащий 7-й роте 2-го батальона 109-го пп 35-й пд.

676-й полк дивизии, подорвав два фугаса, пробил брешь в проволочном заграждении противника и пытался ввести в бой группу разграждения. Под сильным огнем полк успеха не имел и поддерживал разведку боем огнем. 1/43 сп с 258-й армейской штурмовой ротой был в готовности развить успех 2/321 сп.

Штабом 15-й сд отмечалось упорное сопротивление противника на рубеже. С 8:30 до 14:00 по боевым порядкам дивизии он выпустил до 2300 снарядов и мин разного калибра[522]. При этом 15-й сд было выделено на артналет лишь 140 мин и 100 и 60 снарядов 45-мм и 76-мм соответственно, а на поддержку – 80 мин, 75 снарядов 45-мм, 30 – 76-мм.

Около 11:00 наблюдением отмечено скопление пехоты противника в районе 1 км юго-восточнее Петровичей. В 11:00 противник силою до роты пехоты под прикрытием артиллерийского огня пытался контратаковать, но был отбит. В 11:30 с прежнего направления силой до полутора рот пехоты, с поддержкой штурмового орудия, снова контратаковал 2/321 сп. Атака была отбита. В 11:45 противник снова атаковал позиции батальона, на этот раз – силами до двух рот пехоты при поддержке трех штурмовых орудий. На этот раз оборона не выдержала и 2-й батальон 321-го полка отошел на исходные позиции, при этом потеряв 25 убитыми и 65 ранеными. К 12:00 на участке 15-й сд разведка боем завершилась.

Разведка боем на участке 69-й сд началась также в 8:30 после 10-минутного огневого налета. В журнале боевых действий дивизии отмечалось: «День был пасмурный, перед этим шли так же дожди, в траншеях была по колено грязь, вода, небольшой туман плюс дождь ограничивали видимость»[523].

Уже в 8:30 батальон капитана Кислова был в немецких траншеях и овладел высотой. После захвата высоты батальон немедленно начал окапываться и закрепляться.

В 10:00 до взвода пехоты противника пошло в атаку на левый фланг батальона – атака была отбита. В 10:30 из рощи, что севернее Радина, взвод противника вторично контратаковал Радин. Атака была отбита.

В 8:20 37-я гв. сд после 10-минутного артобстрела начала разведку боем силами 3/109 гв. сп. Целью разведки был захват двух высоток в 500 м СВ Петровичей, а также захват контрольного пленного. В 8:30 109 гв. сп овладел первой траншеей противника. В 10:00 после артналета с направления лес СЗ Николаевки противник предпринял контратаку силою до роты пехоты. Она была отбита. В 11:10 последовала повторная контратака. Она также была отбита. По состоянию на 14:00 потери дивизии составили 18 убитыми и 87 ранеными. При этом заявлено о потерях 90 солдат и офицеров противника и одного орудия ПТО[524]. В период с 15:15 до 15:30 самолетами Fw-190 противник бомбил исходные боевые порядки частей дивизии.

В 17:20 противник с левого фланга, где был наиболее хороший подступ (росла рожь), в третий раз контратаковал, и завязался гранатный бой, был вызван огонь нашей артиллерии, и атака была отбита. В журнале боевых действий 18-го ск указано: «Офицерский и рядовой состав батальона проявил исключительную храбрость и стойкость при отражении контратак противника и удержании захваченного рубежа.

Командир роты – старший лейтенант Шишкин со своей ротой первый ворвался в траншеи немцев, в течение дня отбил 6 контратак, заявил: „умру, но высоту не сдам“. Пулеметчик – младший сержант Синельников, обеспечив быстрое продвижение своего подразделения огнем станкового пулемета, был ранен, но продолжал сражаться, пока не выполнил приказ.

Связисты Кузькин и Класников во время боя под сильным арт. – мин. огнем 25 раз восстанавливали порванную связь»[525].

В 13:20, 17:40 и в 20:00 авиация противника группами 10–14 самолетов Ме-109 штурмовала и бомбила боевые порядки дивизии, мосты и гати. В боевых донесениях 18-го ск указывается, что Ме-109 появлялись также в 15:25 группой по 15 самолетов[526]. В результате этих налетов было разбито два моста: Радин – роща «Северная», Притыка – роща «Северная». Части 69-й дивизии немедленно приступили к ремонту мостов.

Последняя атака состоялась в 22:00: до 150 немцев и 5 танков (возможно, штурмовые орудия, в советских документах зачастую их не разделяли) вновь атаковали выс. Радин. Контратака отбита. Во время этой атаки противник ослепил НП дивизии дымовыми снарядами.

В 22:20 – еще одна атака. Высота удержана. В ходе 23 июня мост Радин – роща «Северная» был выведен из строя, в результате чего танкам и артиллерии на следующий день была поставлена задача идти в обход на Притыку. Задача дивизии была выполнена – высота удержана. В ЖБД 69-й сд особо отмечалось: «Соседи справа 75 гвсд – задачу не выполнила. Слева – 37 гвсд занятую высоту не удержала»[527]. Захват Радина нашими частями значительно улучшил возможности разведки наблюдением частям 65-й армии, так населенный пункт расположен на господствующей возвышенности[528].

На участке 105-го стрелкового корпуса к 12.:00 разведотряд 75-й гв. сд овладел первой линии траншей противника в 800 метрах севернее деревни Михайловка и вел бои за вторую линию обороны противника. 5-я рота 241 гв. сп, преодолев сильное сопротивление противника, ворвалась в первую траншею, по которой противник открыл заградительный огонь. Рота начала продвижение по лесу в северном направлении. Пройдя 200–250 метров от первой траншеи, была встречена сильным огнем из второй траншеи, успеха в дальнейшем продвижении не имела и была отведена в исходное положение.

193-я сд силой усиленного стрелкового батальона с 257-й штрафной ротой вела разведку боем в направлениях юго-западнее Здудичей в отм. 139.1. Под прикрытием артиллерийско-минометного огня разведгруппа дивизии достигла проволочного заграждения противника, но под воздействием сильного артиллерийско-минометного и автоматно-пулеметного огня противника отошла в исходное положение.

Штаб 354-й сд, находящейся во втором эшелоне, отмечал налеты силами авиации противника по районам сосредоточения войск 1-го эшелона: в 15:20 – 12 самолетами, в 17:40 – 28 и в 20:00 – 32. Самолеты шли группами по 6–8 Fw-190 в каждой[529].

К середине дня в оперативной сводке 65-й армии отмечалось, что противник подтянул резервы. 37-й гвсд в 15:30 после упорного огневого боя пришлось оставить занятые позиции и отойти на исходные позиции. 15-й сд еще раньше, в 12:00, пришлось также вернуться на исходные позиции. По состоянию на 20:00 остальные разведотряды продолжали вести бои… При этом основная цель к 8 часам вечера была уже выполнена. Было дополнительно к имеющимся данным отмечено действие 30 артиллерийских батарей и 10 минометных, а также 8–12 отдельных орудий, минометов. Отмечалось, что уничтожено около 250 солдат и офицеров противника.

В 15-й сд потери составили 50 человек убитыми и 117 ранеными. Потери противника, по их данным, составили до 100 человек убитыми[530].

Всего в 18-м ск по журналу боевых действий потери составили 101 человека убитыми и 221 – ранеными.[531] По данным боевого донесения за 24 июня, по установленным данным убито 101, ранено 321 человек[532]. Вероятнее всего, в журнале боевых действий присутствует опечатка.

Потери 105-го корпуса: убитых – 44, раненых – 193, разбито одно 45-мм орудие. Всего же на фронте 65-й армии, по отчетам, было убито 380 солдат противника, уничтожено 9 минометов и подавлен огонь 5 артиллерийских батарей.

Разведка боем полностью подтвердила прежнюю группировку противника с установлением лишь уплотнения порядков 36-й пд в связи с расширением полосы обороны 35-й пд на северо-восток[533]. Так как правый фланг 35-й пд уже стоял перед 28-й армией, об общем уплотнении сил противника, а именно 41-го танкового корпуса, в 65-й армии не знали.

По итогам разведки боем в армии делался вывод: первая траншея противника занимается главным образом в ночное время, на день выставляются наблюдатели и охранение. В ночь перед самим наступлением уже вся первая траншея будет занята противником.

Кроме того, по итогам разведки боем указывалось следующее. На участке 15-й сд перед передним краем имеется проволочное заграждение. (рогатки с кольцевой обмоткой колючей проволокой). Частично – спираль Бруно. Минные поля перед передним краем в несколько рядов, преимущественно пехотные. На переднем рубеже находятся две роты противника – 7-я и 5-я. 6-я рота находится на втором рубеже. Всего в первой линии и во вторых траншеях около 300 человек и 40 шт. пулеметов.

Проведенной разведкой выявлено шесть 105-мм батарей и три 75-мм батареи. Каждая численностью в три орудия. Также выявлено восемь 81-мм минометных батарей и две 119-мм минометные батареи (каждая численностью в три ствола).

Пленный показал: 35-й пд придано 12 самоходных орудий, которые находятся в районе Захватки. 11-й пп 35-й пд находится на пополнении в 8 км от линии фронта[534].

Вторая траншея проходит на удалении 200–400 метров от первой и занимается главными силами. Третья линия траншей проходит, предположительно, на рубеже Ельнички, Селище и занимается тактическими резервами.

Всего перед фронтом 18-го ск, по сведениям разведки, действовало 14 арт. батарей, две зенитные батареи, две установки М-40 и семь минометных батарей.

В разборе операции отделом по обобщению опыта говорится о том, что части, участвовавшие в разведке боем, не смогли войти в прорыв по причине слабой поддержки артиллерией, но это не так. У частей и не было такой задачи ни на одном из участков фронта, да и даже всех частей, участвующих в наступлении, ввод в прорыв всех соединений в первый день не предполагался.

Но прежде всего необходимо выделить то, что разведка боем вскрыла, подтвердила и уточнила передний край обороны противника, его огневую систему и группировку его артиллерийско-минометных средств. В список подавления артиллерией была дополнительна внесена 21 артиллерийско-минометная батарея.

Противник же, будучи встревожен сильной разведкой боем и опасаясь дальнейшего наступления, свои тактические резервы и некоторые артиллерийские средства подтянул к переднему краю обороны, что дало возможность в период артиллерийской подготовки на следующий день накрыть сильным огнем уплотненные огневые порядки противника и нанести ему тяжелые потери.

Это же дало шанс подготовиться поддерживающим частям, артиллерии – провести пристрелку, а авиации – провести разведку целей и ознакомиться с последующим районом действий.

Две группы штурмовиков 4-го шак (корпус поддерживал 3-ю армию) произвели облет района предстоящих боевых действий, при этом линия фронта не пересекалась[535]. 6-й сак в ночь на 23 июня произвел бомбардировку Бобруйского аэродрома силами шести самолетов, при этом пять из них задание не выполнили по метеоусловиям. 2-я гв. шад силами 35 Ил-2 поддерживала разведку боем на Паричском направлении. Однако облачность 10 баллов и высотой 100–300 метров, дожди и видимость до 1 км существенно снизили эффективность действий авиации.

Разведку боем также проводила и 28-я армия. Только две дивизии из шести, которые вели разведку боем на участке 28-й армии, сумели закрепиться на занятых позициях.

Для ведения разведки было выделено на фронте шириной в 8 км четыре отряда в составе одного усиленного батальона каждый. Средства усиления составляли один артполк дивизионной и армейской артиллерии, полковую батарею ПА, полковую батарею 120-мм минометов, взвод саперов, взвод разведки. Для 28-й армии разведка боем была жизненно необходима, так как соединения армии в непосредственный контакт с противником вступили только 20-го числа. Соответственно, дивизиям предстояло за четыре дня обнаружить всю сеть обороны противника, провести рекогносцировку местности, а затем, на четвертый день, провести наступление в условиях лесисто-болотистой местности.

Поэтому в 7:30 после 15-минутного артналета (расход – 0,5 б/к) разведотряды армии перешли в наступление. Противник встретил разведотряды огнем 24 артминбатарей. Бой разведотрядов был прекращен в 14:00 по сигналу командарма, лично следившего за полем боя. Захваченные уже 24 июня пленные показали, что 23 июня огонь советских артбатарей был менее точным, чем 24-го числа. За время артподготовки артиллерия пристреляла новые позиции.

За 23 июня 28-я армия потеряла 149 человек убитыми (из них 10 офицеров) и ранеными 646 человек (в том числе 46 офицеров)[536].

48-я армия вела разведку боем силой штрафных рот на правом фланге, на направлении своего главного удара. Успеха не имела, разведотряды были остановлены огнем противника в пойме р. Друть и возвратились в исходное положение[537].

Теперь опишем взгляд с немецкой стороны. Согласно ЖБД 9-й армии, 23 июня в район Кнышевичей, в полосу обороны 35-й пд был переброшен 747-й гренадерский полк (грп) резервной 707-й пд[538]. На участок соседней 129-й пд, имевшей позиции еще западнее, был переброшен резерв 102-й пд, 232-й грп. Сюда же, под Паричи, должен был быть переброшен дивизион штурмовых орудий из 4-й немецкой армии, но прибыть он не успеет. Кроме того, штаб 9-й армии приказал к 4 утра быть в полной готовности к маршу 20-й танковой дивизии.

3-й армии Горбатова, напротив, за счет того, что разведка боем проходила малыми силами, в первую половину дня наступления 24 июня удастся достичь больших успехов за счет эффекта внезапности.

Вернемся к вопросу о значимости разведки боем в наступлении советских войск. В отчете 65-й армии сказано, что противник в результате разведки боем уплотнил свои порядки, тем самым он вывел резервы на линию фронта, а учитывая, что резервов у противника больше не осталось, прорывая линию обороны противника, советские войска сражу же выходили на оперативный простор. В этом главная задача разведки боем, и именно поэтому разведка боем так удавалась и в последующих операциях войны, когда у противника практически не оставалось резервов. Отсюда можно сделать вывод: разведку боем можно рассматривать как средство уплотнения боевых порядков противника перед наступлением для быстрого выхода частей и соединений на оперативный простор. Это и было продемонстрировано в ходе Белорусской, Висло-Одерской и Берлинской наступательных операций советских войск.