28 января 1992 года, во время подлёта к городу Шуша, из ПЗРК «Стрела», со стороны армянского села Шушикенд, был сбит вертолёт азербайджанской авиакомпании «АзАЛ». Данный вертолёт эвакуировал жителей с. Малыбейли в Шушу. Погибло около 40 человек, среди которых были женщины и дети. Десятки жителей Шуши видели, как горел и взрывался вертолёт. Вертолёт, уже идущий на посадку, загорелся. Однако до взрыва и полного разрушения машины оставалось ещё некоторое время. Экипаж сумел отвернуть вертолёт от Шуши, и взрыв произошёл в безопасном для горожан месте. После данной трагедии, когда стало ясно, что у армянских отрядов в НКАО появились ПЗРК, полёты гражданских вертолётов в зону боевых действий были прекращены.

В январе 1992 года командование всеми воюющими частями было возложено на первого зама министра обороны – Дадаша Рзаева. Его штаб располагался в Агдаме. Но все попытки Д. Рзаева создать единое командование ни к чему не приводили. Большинство отрядов не хотело признавать над собой никакой власти и подчинялось лишь своему командиру. Началось накопление сил в районе города Агдама, где была предпринята попытка сформировать войсковую группировку из имевшихся подразделений МВД, Минобороны, территориальных отрядов самообороны и отрядов НФА. Однако боеготовность этих частей была крайне низкая. Кроме того, как уже отмечалось, большинство отрядов отличались низкой дисциплиной и нежеланием признавать над собой какой-либо власти. Перед этой разношёрстной группировкой была поставлена задача: начать наступление вглубь Карабаха, в направлении Аскерана. Однако задача была практически невыполнимой прежде всего из-за отсутствия единого командования, централизованной системы управления, связи, тылового обеспечения. Эти недостатки дополнялись незначительным количеством тяжёлого вооружения, которое к тому же эксплуатировалось крайне непрофессионально. Ввиду вышеперечисленных причин агдамская группировка ВС Азербайджана в течение января-февраля 1992 года фактически бездействовала, предприняв лишь несколько безуспешных локальных атак.

В начале февраля 1992 г. азербайджанские войска получили несколько РСЗО БМ-21 «Град» (по одним сведениям, они были куплены у ОВС СНГ, по другим сведениям, были захвачены в ходе нападения на воинскую часть ОВС СНГ). Разместив их в Шуше, азербайджанские отряды с 13 февраля начали беспорядочные обстрелы г. Ханкенди.

12 и 16 января азербайджанскими отрядами были проведены операции на Ходжавендском (Мартунинском) направлении. 11 января 1992 года была получена информация, что армянские войска планируют захватить с. Гарадаглы. С целью отвлечь силы армянских отрядов от с. Гарадаглы в сельсовете с. Муганлы было проведено совещание. В нём участвовали председатель сельсовета с. Муганлы Эйваз Гусейнов, председатель райисполкома Рахман Рахманов, начальник РОВД Алекбер Мамедов, комендант Мубариз Атакишиев и житель села Гарадаглы Алексер Гусейнов. На совещании было принято решение атаковать г. Ходжавенд (Мартуни), чтобы отвлечь силы армянских войск. Тогда в с. Муганлы был свой отряд самообороны, вооружённый автоматическим оружием и имевший на вооружение 100-мм градобойное орудие. Данное орудие было размещено около высоты Кемергая хребта Гарачуг, что позволяло обстреливать армянские войска в г. Мартуни и прилегающей территории.

В атаке должны были участвовать отряд самообороны с. Муганлы, отряд самообороны с. Амираллар и отряд самообороны с. Куропаткино, куда входил отряд из студентов БГУ во главе с преподавателем факультета истории – Атамогланом Мамедли. По плану отряд самообороны с. Муганлы должен был атаковать со стороны местности «Гагарза ферма», а отряд самообороны с. Амираллар должен был атаковать со стороны «Гостевого дома» и хлебзавода.

В 8 утра 12 января 1992 года бойцы Муганлинского отряда заняли позиции около «Гагарза ферма» и завязали бой с армянскими отрядами с целью отвлечь на себя их внимание. В ходе боя бойцы отряда Ибад Гусейнов, Мушфиг Гусейнов, Аслан Гулиев, Адил Гулиев и Эльхан Намазов смогли захватить пост около въезда в город. Через несколько часов боя армянские отряды перешли в контратаку со стороны колхоза им. Калинина и смогли оттеснить азербайджанские отряды от города. Но цель операции (отвлечь часть сил армянских отрядов от с. Гарадаглы) была выполнена.

Через несколько дней после этой операции снова пришло сообщение, что вокруг с. Гарадаглы собирается много армянских отрядов. Опять проходит совещание с участием Эйваза Гусейнова, Рахмана Рахманова, Алекбера Мамедова, Мубариза Атакишиева и Алексера Гусейнова. На совещании было принято решение провести новую атаку на Мартуни по примеру атаки 12 января 1992 года.

Атака началась вечером. Сначала армянские позиции были обстреляны Ильсом Гусейновым из градобойного орудия. После чего Ибад Гусейнов, Мушфиг Гусейнов, Эльхан Намазов и Сехавет Гулиев захватили пост на дороге из Мартуни в Амираллар. Т. к. в ходе атаки 12 января основные силы армян нанесли удар из автомобильно-тракторного парка, именуемого также «Гараж», сначала основной удар был нанесён в этом направлении. После непродолжительного боя армянские отряды отступили с этой местности.

Продвигавшиеся в направлении центра города азербайджанские отряды сначала выбили армянские войска из мельницы, потом из столовой, именуемой «Хачев». Очередной и очень важной позицией было здание управления колхоза им. Калинина. В ходе многочасового боя азербайджанские отряды заняли здание управления колхоза имени Калинина. Также наступавшими азербайджанскими отрядами были заняты здания «Автобазы» и «Райпо». Отряды из сёл Амираллар и Куропаткино смогли занять здание, именуемое «Электросеть». Бои шли уже в черте самого г. Ходжавенд (Мартуни).

Но армянские отряды смогли перегруппироваться, к Ходжавенду (Мартуни) подошли армянские отряды из близлежащих сёл, после чего наступление азербайджанских отрядов было приостановлено. Утром армянские отряды перешли в контратаку и выбили азербайджанские отряды из всех занятых ими позиций. Несмотря на длительный бой, погибших со стороны азербайджанских отрядов не было, были лишь раненые, из них – несколько тяжело раненных. Как считает азербайджанская сторона, обе атаки на Мартуни 12 и 16 января 1992 года достигли своей цели, т. к. задачей было отвлечь армянские войска от с. Гарадаглы, и эта задача была выполнена.

Армянская сторона считает, что целью атак был захват г. Ходжавенда (Мартуни), и азербайджанским отрядам это не удалось. Вот как оценивает эти бои заместитель командира Мартунинского оборонительного района Саро Еремян: «Вооружённый до зубов противник 12 и 16 января 1992 года предпринял попытку широкомасштабного наступления по всей линии фронта на Мартунийском направлении. Я был тогда начальником штаба и опровергаю данную дезинформацию, поскольку азербайджанцы, неся большие людские потери, бросали оружие и технику и попросту бежали с поля боя. Добавлю, что тогда российские СМИ допустили оплошность и объявили о том, что Мартуни взят азербайджанскими войсками, однако те же СМИ на следующий день извинились за распространение неверной информации и дали опровержение».

31 января 1992 г. было предпринято первое организованное наступление азербайджанских сил. Операцией лично командовал первый заместитель министра обороны – генерал-майор Д. Рзаев. С целью деблокирования Ходжалы была начата атака на Аскеранский район. Целью наступления было освобождение населённых пунктов Аскеран, Ханабад, Храморт и Фаррух. После двух дней боёв азербайджанским силам лишь удалось освободить село Храморт. Село Фаррух было под контролем азербайджанских сил лишь сутки, после чего его вновь отбили армянские отряды. Атаки на Ханабад и Аскеран были отбиты армянскими силами. Попытка деблокирования Ходжалы не увенчалась успехом.

По факту неудачной операции на Агдамском направлении офицерами Генштаба, подполковником Ш. Шикаровым и полковником С. Амраховым, была проведена проверка по подготовке и проведению операции. В справке, подготовленной полковником С. Амраховым, указывалось: «После операции в селе Фаррух 6 человек погибло, 16 ранено, остальные, ввиду отсутствия руководства и должного контроля, самовольно ушли в неизвестном направлении. После освобождения села Фаррух, чем должна была ограничиться их боевая задача, они, не имея на то указаний, пошли на село Храморт без должной разведки сил противника. В результате погибло 8 человек, потеряно 3 БТР. В Агдаме действуют 27 местных военных формирований. В основном после захвата селений занимаются мародёрством, угоном скота, личного имущества. В Шахбулагском батальоне крайне низкий санитарный уровень, имеются случаи заболевания желтухой. Ребята месяцами не моются, нет смены постельного и нательного белья, необходимы срочные меры. Во всех случаях имеет место отсутствие единого общего руководства боевыми действиями, отсутствие технической оснащённости военных формирований, слабый, крайне слабый тыл, отсутствие воинской дисциплины».

В справке, подготовленной подполковником Шикаром Шикаровым, указывалось: «Операция началась без огневой поддержки, чёткой задачи подразделениям поставлено не было. Разведка противника и местности не велась. Личный состав батальонов к наступлению не был готов, не созданы резервы, запасы материальных средств. Соотношение сил и средств не произведено. Наступательная операция на Агдамском направлении генерал-майором Д. Рзаевым была предпринята без оценки обстановки. Начало и ведение наступления велось с грубыми нарушениями положений боевого устава, планирование документально не оформлялось. Управление между подразделениями было нарушено, не был создан пункт управления. Замминистра обороны, генерал-майор Д. Рзаев, и его бывший начальник штаба шли в атаку на неисправной технике. Это наступление было предпринято с целью оправдания тех безобразий, которые творились в Геранбойском районе, и создания ложного представления о своей деятельности. Наступление было предпринято на Агдамском направлении ввиду нахождения там представителей президента».

При этом имелись большие проблемы с низким уровнем дисциплины в войсковых частях. В своём рапорте от 06.02.1992 года на имя начальника Генштаба подполковник Ш. Шикаров указывал: «В ходе бесед с руководством Геранбойского района и правоохранительных органов установлено, что генерал-майор Д. Рзаев, полковник А. Салахов и разведывательная рота, подчинённая им, во время нахождения в Геранбое, Нафталане планированием боевых действий не занимались. Руководство и бойцы национальной армии пьянствовали, бойцы занимались грабежом. На неоднократные обращения прокурора района к генералу Д. Рзаеву о прекращении безобразий он не реагировал. Во время нахождения в г. Нафталане велась стрельба по памятнику Нариманова. Бронетехника применялась против работников ресторана г. Нафталана с требованием о выдаче спиртных напитков».

Неудачные наступательные операции в Дашалты и Аскеране, которые проводились под личным командованием министра обороны и заместителя министра обороны, показали, что азербайджанские войска имеют слабую боеспособность, слабую оснащённость, низкий уровень воинской дисциплины. Руководство Минобороны фактически было не в состоянии переломить негативные тенденции в армии и создать систему единого командования.

Поражения в Карабахе ставили перед политической элитой Азербайджана очень сложные вопросы, ответы на которые она найти не могла никак. Любая попытка понять причину поражений, выработать пути решения превращалась в демагогию, позёрство и шапкозакидательство. Так, 4 февраля 1992 г. было проведено общереспубликанское совещание по Карабаху. О том, в какой фарс превратили это важное собрание, на котором, по идее, должны были обсудить самый важный вопрос национальной безопасности страны, в своей книге описывает З. Ализаде: «4 февраля 1992 года я получил приглашение от НФА принять участие в «Общереспубликанском совещании по Карабаху». Странным был выбор места для совещания НФА: здание ВС Азербайджана. Но Национальный совет был в руках фронтистов, Эльмира Кафарова тяжело болела, и НФА считал, что власть достаточно ослабла для того, чтобы с ней не считаться. Когда я вошёл в зал, Иса Гамбаров восседал в кресле спикера и вёл совещание. Я с ужасом наблюдал за уровнем обсуждения карабахского вопроса на этом «совещании». Вот слово берёт небритый субъект в камуфляже. Бравада и оскорбления в адрес армян и азербайджанского президента. На трибуну поднимается сухонький, седой аксакал из Карабаха. Минут 20 он говорит о своём эпохальном труде, где окончательно и бесповоротно доказывается, что армян в Карабахе не было до того времени, пока русские цари не завезли их из Оттоманской империи и Персии единственно с целью создать кордон против тюрко-мусульманского мира. Едва уговорили аксакала сойти, как на трибуну влез поэт-краснобай и начал клеймить врага огненными строками. Публика в восторге. Попросив слово у Исы, я кратко объяснил причину наших неудач в Карабахе отсутствием единого командования. Малочисленные армянские отряды, благодаря единому командованию, создавали решающее численное и огневое превосходство при атаке на отдельные азербайджанские сёла, в то время как более многочисленные наши отряды без единого командования были обречены издали наблюдать за агонией сжигаемых и депортируемых сёл. Я предложил подчинить единому командованию все вооружённые отряды, находящиеся в ведении министерств обороны, внутренних дел и безопасности, НФА, глав исполнительной власти. Иса жёстко прервал меня, напомнив, что мои десять минут по регламенту истекли. После меня слово взял депутат – генерал Тимошенко, который поддержал меня, но Иса умело перенаправил ход обсуждения и предоставил слово очередному хулителю армян и Муталибова. Наблюдая за действиями лидеров Народного фронта, я задавал себе вопрос: они или дураки, или вражеские агенты. Третьего варианта быть не могло»⁵²¹.

На второй день работы общереспубликанского совещания по проблеме Карабаха на нём выступил президент А. Муталибов. Он назвал несколько факторов, не позволяющих в данной ситуации руководству республики «действовать поспешно и опрометчиво». Во-первых, по мнению Муталибова, вызывают тревогу боеспособность и профессиональный уровень азербайджанской армии. Эта тревога усилилась после неудачных действий азербайджанских солдат в недавних сражениях в Нагорном Карабахе. Во-вторых, указал Муталибов, геополитическое положение Карабаха заставляет Азербайджан задуматься о возможных последствиях тех или иных решений для соседних с Арменией и Азербайджаном стран⁵²². Сегодня, отметил президент, в первую очередь необходимо организовать и укрепить защиту азербайджанских населённых пунктов этого региона. В то же время нельзя отказываться от диалога. Следует искать политическое урегулирование конфликта, прорвать информационную блокаду республики. Опыт зарубежных поездок показывает, что об Азербайджане, истинных истоках противостояния с Арменией и карабахского конфликта мир знает очень мало⁵²³.

10 февраля 1992 года Верховный главнокомандующий А. Муталибов издал приказ о едином командовании в Карабахской зоне. В соответствии с этим приказом, Тахир Алиев был назначен командующим всеми вооружёнными формированиями в Карабахской зоне (Нагорный Карабах и прилегающие районы, за исключением Шушинского и Геранбойского районов). Командующим в Шушинском районе был назначен Р. Газиев, командующим в Геранбойском районе был назначен Дадаш Рзаев. Более неудачную фигуру, чем Тахир Алиев, в роли командующего всеми войсками в Карабахе даже трудно себе представить. Власть Аяза Муталибова уже находилась в полной агонии. Сам Т. Алиев в Агдаме, где располагался штаб командующего, появился лишь на несколько часов 19.02.1992 и к исполнению обязанностей командующего так и не приступил.

В ночь с 11 на 12 февраля 1992 г. армянскими отрядами при поддержке 366-го МСП были захвачены сёла Малыбейли и Гушчлар. Командир местного отряда самообороны, Азай Керимов, сумел вывести оставшихся мирных жителей в Агдамский район.

13 февраля азербайджанские войска впервые применили реактивную систему залпового огня «Град» при обстреле г. Ханкенди из г. Шуши. До захвата противником Шуши велись систематические обстрелы Ханкенди из Шуши с применением РСЗО БМ-21 «Град».

15 февраля 1992 г. армянские вооружённые формирования начали наступление на населённое азербайджанцами село Гарадаглы. Первые атаки были совершены отрядами «Арабо» под командованием Манвела Егиазаряна и «Арамо» под командованием Арама Торгомяна. Однако им не удалось с первой попытки захватить село, первые атаки армянских отрядов «Арабо» и «Арамо» были отбиты с большими потерями для них. На следующий день, подтянув отряды под командованием Монте Мелконяна и Карена Бабаяна, армянские отряды начали новый штурм села. После двухдневных ожесточённых боёв 17 февраля село было захвачено.

Видимо, большие потери, которые понесли армянские отряды «Арабо» и «Арамо» при захвате Гарадаглы, до такой степени взбесили армянских боевиков, что они решили отыграться на пленных и заложниках. Вот что пишет о зверствах в Гарадаглы брат известного армянского командира Монте Мелконяна – Маркар Мелконян: «Солдаты «Арабо» и «Арамо» столкнули в канаву на окраине деревни 38 пленных, среди которых были и мирные жители, включая женщин. Один из пленных вытащил гранату, спрятанную в забинтованной руке, и бросил её под ноги своему охраннику Левону из Патриотического отряда. При взрыве тому оторвало часть ноги. Солдаты «Арамо» и «Арабо», страстно желавшие отомстить за смерть своего товарища, погибшего ещё вчера, начали стрелять в пленных и добивать их ножами, всех без исключения. «Шрам» Эдо, один из пятерых ребят Патриотического отряда из Аштарака, облил нескольких раненых солдат бензином и бросил подожжённую спичку. К моменту, когда Монте подошёл к канаве, там была только груда останков. <…> …После мародёрства они спалили деревню. В общей сложности пятьдесят три азербайджанца были убиты в Карадаглы и вокруг него в течение двух дней, в то время как со стороны армян было трое убитых, включая шестидесятилетнего сельского жителя в Хагорти, сражённого шальной пулей»⁵²⁴. Всего при захвате села Гарадаглы был убит 91 человек⁵²⁵.

Одновременно в Баку шли многочисленные митинги, на которых руководство НФА критиковало власть, обвиняло во всех бедах Россию. Фактически оппозиционный Народный фронт Азербайджана, якобы поднявший знамя борьбы за Нагорный Карабах, на самом деле использовал справедливое негодование народа действиями армянских сепаратистов для того, чтобы дестабилизировать общественную обстановку в стране, свергнуть Муталибова и самим захватить власть. Популярной версией стал пущенный НФА (без всяких доказательств) слух, что якобы Муталибов продался России и хочет уничтожить молодую азербайджанскую государственность, снова вернув Азербайджан в состав Российской империи. Так, на заседании Милли Шуры 18.02.1992 депутат от НФА Тофик Гасымов обвинил президента в работе на Российскую империю и потребовал его отставки. Лидер ПННА, Этибар Мамедов, обвинил президента в измене, нежелании создавать армию и заявил, что он сам способен создать 60-тысячную армию⁵²⁶. Как показали дальнейшие события, спекуляция фронтовиков того периода на карабахской проблеме была лицемерной и ничего общего не имела с защитой интересов страны в регионе.

Оценивая первые месяцы войны, российский военный обозреватель П. Фельгенгауэр указывал, что Азербайджан поздно приступил к созданию собственной национальной армии и ведёт военное строительство крайне неэффективно. Впрочем, созданный ранее ОМОН действует ненамного лучше армии. Военные эксперты крайне низко оценивают боевые возможности азербайджанских частей: боеспособную армию нельзя сымпровизировать в несколько месяцев. Армянские вооружённые силы сейчас, по оценке армейской разведки, значительно сильнее Азербайджанской армии. Армянские формирования превосходят азербайджанские в организационном плане и в боеспособности. Армения раньше начала военное строительство и вела его, надо думать, успешнее. Когда (и если) дело дойдёт до полномасштабной войны Армении с Азербайджаном, армянской армии будет, несомненно, сопутствовать успех, во всяком случае, в первые месяцы боёв. Будет создан сухопутный коридор между Арменией и собственно Карабахом. Будет, скорее всего, взята Шуша и, возможно, Агдам⁵²⁷.

Видя полный паралич власти, НФА решил взять власть в свои руки и 18 февраля 1992 года выдвинул президенту Азербайджана ультиматум с требованием в 10-дневный срок подать в отставку. Стало ясно, что противостояние НФА и Муталибова входит в решающую фазу. В этих условиях происходящее в Карабахе мало волновало властей предержащих в Баку.

21 февраля 1992 г. Муталибов обратился к азербайджанскому народу: «Дорогие соотечественники! Братья и сёстры! Мудрые отцы и матери наши! Необходимо смотреть правде в глаза: мы поставлены перед выбором – либо мы объединимся, собрав все силы в единый кулак, чтобы защитить свободу и независимость родного Азербайджана, либо, погрязнув в спорах и взаимных обвинениях, поддавшись панике и отчаянию, растеряем всё, чего достигли. Недопустимо в борьбе за власть использовать наши временные трудности. Те, кто хотел стать руководителем нации, должны были избрать для этого законные пути во время выборов первого президента. Любой другой путь, тем более путь насилия, есть государственное преступление. Ни одна общественная организация не имеет права выступать от имени народа. Есть один путь ссылки на народ – это референдум, всенародные выборы. Горький, трагический опыт наших соседей должен служить всем нам уроком. У нас свой путь, и надо им идти дальше – без крови, без революций, конституционным парламентским путём».⁵²⁸

После захвата Малыбейли и Гарадаглы было ясно, что следующей целью атаки будет Ходжалы. Село занимало важное положение между Ханкенди и Аскераном, также в Ходжалы располагался единственный аэропорт в Нагорном Карабахе. С декабря 1991 года село находилось в блокаде. Сначала поставки припасов и вооружения в село осуществлялись при помощи вертолётов. На этих же вертолётах вывозилось мирное население. Однако, после того как 29 января 1992 года был сбит вертолёт, летевший в Шушу, и неоднократных обстрелов вертолётов, летевших в Ходжалы, полёты гражданских вертолётов в зоне боевых действий были прекращены. Единственным способом снабжения пос. Ходжалы остались лишь полёты вертолётов ОВС СНГ, при помощи которых шло снабжение посёлка и вывозилось гражданское население, раненые и больные. Последний вертолёт прилетел в Ходжалы примерно за 2 недели до падения города. Попытка деблокирования Ходжалы в конце января окончилась неудачей. К концу февраля в Ходжалы сложилась отчаянная обстановка. Складывалось впечатление, что власть даже не знала, что делать. Все импульсивные меры что-то изменить уже никак не могли повлиять на ситуацию. Так, 17 февраля 1992 года указом А. Муталибова генерал Т. Мехтиев был освобождён от занимаемой должности, а на должность министра обороны 22 февраля был назначен Тахир Алиев. Это был уже третий пост, на который А. Муталибов назначал Тахира Алиева: 25 декабря он был назначен начальником УВД по Карабахской зоне, 10 февраля – командующим войсками Карабахской зоны, а 22 февраля – уже министром обороны. То, что Аяз Муталибов делал ставку на такие кадры, показывает уровень паралича власти.