Глава 15

Мне снились златоглавые купола церквей Романова-в-Степи и милая матушка в окружении родственников, когда кто-то крепко встряхнул мое плечо.

– Просыпайся, капитан, – проник в сознание голос Макгуайра. – Пираты предлагают переговоры.

– Что?.. Какие переговоры?..

– Переговоры с Сильвером.

– Фу, черт!.. Где он?

– На берегу, прямо напротив шхуны.

– Один?

– Кто знает. Туман повсюду, как назло!

Я поднялся с кровати, оделся, сунул ноги в ботфорты. Ополоснувшись водой из кувшина, вытерся полотенцем и снял с переборки большую подзорную трубу.

– Послушаем, какое он намерен сделать предложение. Если то же самое, то пусть катится ко всем чертям!

Матросы на палубе держались возле Брейди и Драммонда. Сквайр, доктор, штурман, и другие прильнули к правому фальшборту. Я подошел к ним и, поздоровавшись, осмотрелся. Утро выдалось пасмурным, над водой и берегом стлался густой туман. Пиратов не было видно, слышались только гулкие удары топоров.

– Дровосеки с утра в лесу, – обмолвился Ганн. – Нелегко им, поди, с похмелья-то?

– Сильвер кричал в рупор, – пояснил Ливси. – В самодельный, надо думать.

– Утверждал, что ему есть, что предложить, – добавил сквайр. – Хотел бы видеть меня и вас, капитан. Как? Послушаем, что он там надумал?.. Для безопасности останемся в шлюпке вне досягаемости их мушкетов.

– Хорошо, – согласился я. – Разговор состоится. Но как только станет ясно, что речь идет не о взаимной выгоде, а о навязывании нам условий или хитрости, он будет прерван… Брейди, спустить шлюпку с ростр на воду! Двух матросов на весла!

Мы вооружились пистолетами, Трелони прихватил с собой вдобавок пару заряженных ружей. Оказавшись в лодке, я помахал провожающим треуголкой.

– Будьте осторожны! – напутствовал нас доктор. – От них можно ожидать любой пакости!

Матросы взялись за весла, и «Испаньола» со своими устремленными ввысь мачтами стала медленно таять в тумане: утренний отлив не позволял шлюпке разогнаться, развить приличную скорость. Тем не менее, песчаный пляж с пальмами у воды показался довольно скоро. Я вскинул подзорную трубу, и, несмотря на туман, в обрисовавщихся на берегу фигурах сразу узнал Сильвера и Клинча. Главарь пиратов с костылем подмышкой предстал как на ладони. Из уголка его рта торчала трубка, на плече сидел попугай, в руке находилось что-то вроде рупора из пальмовых листьев. За его пояс были заткнуты два двуствольных пистолета и нож в ножнах. Квартирмейстер, вооруженный пистолетом, абордажной саблей и длинным ножом, стоял рядом с ним. От моего внимания не ускользнул мушкет, приставленный к стволу ближайшей пальмы.

Сократив расстояние до предела, я приказал матросам сушить весла, поднялся во весь рост и крикнул:

– Вот и мы, Сильвер! Вижу, у вас Клинчем снова мир и дружба. Или это только видимость?.. Ладно, не будем ходить вокруг и около. Ну, какими будут ваши уcловия?

– Рад вас снова видеть, капитан! – послышалось в ответ, самодельный рупор полетел на землю. – Мой квартирмейстер парень не простой, что есть, то есть. Но все решаемо, договориться можно даже с самыми безнадежными людьми… Да, я б хотел иметь в моей команде того мальчишку, что помог вам сбежать из блокгауза. Не тот ли это сорванец, что следил за Клинчем в Бристоле?.. Мое почтение, мистер Трелони! Давненько с вами не встречались. Помните, как…

– Не пудрите нам мозги, Сильвер! – со строгостью отозвался сквайр. – Дело говорите!

– Что ж, дело так дело. Чего без толку чесать языками?.. Мы тут потолковали меж собой спросонья и решили предложить вам вот что: мы зарываем топор войны, как изъясняются ирокезы и прочие делавары, выкуриваем трубку мира, откапываем сокровища, честно делим их и отправляемся все вместе на «Испаньоле» в нашу добрую Англию. Зачем с дуру кидаться в бой, проливать кровь, уничтожать друг друга?.. Это же дикость, настоящее варварство!..

– А резня у Пьяной бухты – не варварство?!

– Это была необходимость, вопрос выживания. Поступив так, мы обезопасили себя. Теперь у всех нас мирные намерения. Так ведь, Берни?

Клинч поднял руку. Его голова была по-прежнему обернута окровавленной тряпкой

– Вся команда за мир, ручаюсь в этом.

Трелони вопросительно взглянул на меня.

– Вы им верите? Я – ни на йоту! Это уловка, все для того, чтобы сесть на корабль и поднять мятеж на пути в Англию.

– Если они не перестреляют нас раньше, – сказал я. – Эти условия нам не подходят, тут и обсуждать нечего. – Я повернулся к берегу. – Еще что-нибудь, Сильвер?.. Давайте, выкладывайте!

– Нет, мы донесли до вас все, что полагалось!

– В таком случае, до свидания! Думайте сами, почему мы не приняли вашего предложения.

– Смотрите не пожалейте! – отозвался главарь. – Больше никаких предложений не будет!

Сев у руля, я отдал команду разворачиваться. Клинч разразился проклятием и схватил приставленный к стволу пальмы мушкет. Заметив, что течение изрядно подвинуло шлюпку к берегу, я пригнулся и заставил пригнуться других. Раздался громкий выстрел, пуля, однако, просвистела высоко над нашими головами.

– У тебя сбился прицел, Перебитый Нос, – крикнул я с насмешкой в голосе. – Даже наш юнга пальнул бы точнее!

Сквайр выстрелил из ружей, но и он не достиг желаемого – пираты успели сорваться с места и спрятаться за стволы пальм. Матросы разом опустили весла в воду, и шлюпка, набирая ход, под ругательства квартирмейстера понеслась в обратный путь.

– Что будем делать, капитан? – спросил сквайр, глядя, как верхушки деревьев скрываются в тумане. – Остаемся здесь, на Киддовой стоянке, или плывем в Северную бухту, поближе к сокровищам?

– Предлагаю сейчас же под покровом тумана всем составом высадиться на берег и одним ударом покончить с разбойниками. Уберем, наконец, опасность раз и навсегда.

– Согласен! – воскликнул Трелони, потрясая кулаком. – Надо решать эту проблему!

Со стороны песчаного пляжа явственно послышалось какое-то движение. Мне показалось, что Сильвер отдает приглушенные наставления.

– Зашевелились, черти! – проворчал я, стараясь уловить любой звук, идущий от берега. – Что они там затевают?

Мой вопрос повис в воздухе, ни сквайр, ни матросы не знали, что сказать мне в ответ. Туман потихоньку редел, все больше и больше расползаясь на длинные белесые полосы. Шлюпка была у борта «Испаньолы», когда сквайр вытянул шею и, указывая рукой мне за спину, проговорил:

– Что это темнеется там, позади шлюпки?.. Никак не пойму из-за этого тумана.

– Коряги, поди, – предположил один из матросов. – Плавают себе, то там, то здесь.

– Да это ж пираты, черт возьми! – гаркнул Трелони. – Это они!

Я обернулся: разбойники, пользуясь отливом, быстро приближались к шхуне на двух небольших плотах! Так вот зачем дровосеки махали топорами в лесу с утра пораньше! Не дрова они рубили, а строили плоты!

На палубе тоже заметили врага. Началась беготня, раздались громкие приказы Макгуайра.

– Куэйл! – закричал я, что было мочи. – Пали по ним из вертлюжной пушки!

Но было уже поздно. Если бы орудие сработало, картечь могла зацепить и нас: разбойники буквально висели у нас на хвосте. Не успели мы подняться по штормтрапу, как в воздух взвились абордажные крючья и крепко вцепились в борт. Вооруженные до зубов пираты, возглавляемые Клинчем, в одно мгновение взобрались на палубу и, испуская вопли, с ходу бросились в бой. Зазвучали пистолетные выстрелы, зазвенела сталь абордажных сабель, полилась кровь. Схватка на шкафуте сразу же разбилась на две отдельные кучи. Я c Макуайром, Хейвудом и частью матросов сдерживали натиск Клинча и его людей. Cквайр, Ганн, боцман с Драммондом и другие сражались с теми, кого вели штурман Коннолли и Нил Мюррей.

Ливси, Хокинс и Ястреб действовали в ином ключе: вооружившись пистолетами, они целили в неприятеля с квартердека. Выстрелы звучали редко, ибо в развернувшейся кутерьме можно было легко промахнуться и навредить своим. Оливер Чидси находился рядом с ними. Заряжая оружие, он не упускал случая пустить в дело свой пистолет.

Лидеры пиратов не зря размахивали абордажными саблями: под их ударами пало несколько моих матросов. Но команда устояла, проявила себя как нельзя лучше. Многие сражались с пиратами раньше и знали, что самое главное – не паниковать, выдержать первый натиск. Это и было продемонстрировано. Враг явно не ожидал такого поворота событий. Встретив ожесточенное сопротивление, он дрогнул, попятился назад. Я видел, как на палубу упали, среди прочих, обросшие островитяне, старый Морган и набожный Дик Джонсон.

– Бей их, ребята! – неслось из наших рядов.

– Не жалей!

– Смерть пиратам!

Не стушевались в сложной ситуации и Грегсон с Бэнксом, они отчаянно бились наравне со всеми. Грегсон в какой-то момент схватки даже налетел на Клинча, но получив от того скользящий удар саблей по плечу, отскочил назад.

Мы продолжали теснить пиратов, чаша весов все больше склонялась в нашу сторону. Казалось, еще немного, и мы уничтожим врага. Уразумел это и Перебитый Нос. Над палубой прогремел его резкий клич, оставшиеся в живых кинулись к фальшборту, перемахнули через него и, спрыгнув на плот, стали грести к берегу. Мы бросились вслед и произвели по ним нестройный мушкетный залп, не давший, впрочем, какого-либо результата. Я успел посчитать уцелевших: их оставалось всего четверо: Клинч, Коннолли, Мюррей и матрос, которого Сильвер называл Гарри. Их одежду покрывали кровавые пятна, свидетельствовавшие о том, что из боя они целыми не вышли. Самым ослабевшим из них выглядел тот, кто взял меня в плен на берегу Северной бухты.

– Ну, что, получил сполна, Клинч? – крикнул я, тяжело дыша от напряжения. – Знай наших, чертов ублюдок!

– Давай вдогонку! – схватил меня за руку Макгуайр. – Добьем эту сволочь!

– Успокойся, Шон. Хочешь нарваться на ответный огонь? Клинч проиграл, но он жив и готов огрызнуться.

Я повернулся лицом к палубе, залитой кровью, и приказал произвести перекличку. Она показала, что с жизнью распростились трое наших, включая Тома Пирса и слугу сквайра Теда Лаутона. Через борт, на дно стоянки капитана Кидда, полетели пятеро погибших пиратов. За свою опасную авантюру они заплатили самую высокую цену.

***

Похоронив погибших моряков на Острове Скелета, мы решили перебазироваться в другую часть Острова сокровищ, в Северную бухту. Заимев после схватки численный перевес над пиратами, мы больше не боялись их происков.

– Пусть только сунутся к нам, – обобщил мнения многих сквайр Трелони. – Отправим на тот свет и уцелевших!

Когда туман полностью рассеялся, я осмотрел с помощью подзорной трубы прибрежную песчаную полосу и взгорки, за которыми прятался частокол. Ни следа пиратов! Куда они убрались после взбучки на палубе? Скорее всего, в блокгауз, зализывать раны.

Плыть мы надумали вдоль западного побережья острова. Оставив позади узкий пролив, «Испаньола» расправила паруса и пошла к видневшейся вдали Фок-мачте. Мимо Буксирной Головы с ее опрокинутыми скалами, бушующим прибоем и морскими львами, мимо голой вершины Бизань-мачты, мимо поросшего соснами Лесистого мыса и высокой громады Подзорной Трубы. Подхваченая сильным течением шхуна вскоре оказалась у северной оконечности острова, поросшей редкими карликовыми соснами, обогнула ее, плавно вошла в узкую и извилистую горловину Северной бухты и в расширившейся водной глади встала на якорь. Приказав готовить шлюпки к спуску на воду, я позвал к себе канонира.

– Заметишь пиратов, пали из пушки, не раздумывая!

– Сделаем, сэр, – поднял он руку в успокаивающем жесте и добавил не без похвальбы: – И вряд ли Сильверу придется по душе меткость Гордона Куэйла!

– Хорошо… Юнга Чидси! Поступаешь в распоряжение пушкаря, побудешь при нем «пороховой обезьяной»!

– Есть, сэр! – откликнулся мальчуган. – Мистер Куэйл подучил меня этому делу.

На шхуне, кроме них, остались раненые доктор и индеец. Остальные, выслушав мои указания, погрузились в шлюпки и высадились на западный берег бухты. Послав Редмана с ружьем на вершину ближайшего песчаного холмика для наблюдения за окрестностями, я отправил всех искать помеченные молнией деревья.

Вместе со мной по песчаной полосе бродили сквайр и Хокинс. Последнему как раз и попалось на глаза дерево с горелой отметиной на стволе. Мы тут же позвали к себе матросов с киркой и лопатами. Они с охоткой взялись за работу, даже затянули веселую песню. Вокруг сосны было изрыто все пространство, особенно, к северу от нее, но, увы, клад не дался нам в руки. Не нашли мы его и под вторым, и под третьим деревом.

Между тем вечерело, тени деревьев становились все длиннее.

– Что-то не так, – сказал сквайр, вздыхая и поправляя белоснежный парик. – Поверженной молнией сосны поблизости нет, в разрытых ямах под горелыми деревьями один песок и букашки… Давайте взглянем на те свежие зарубки, капитан. Может, что и прояснится после этого.

Я повел всех к помеченной сосне. Сквайр внимательно присмотрелся к зигзагу молнии и букве «С», потрогал зарубки руками. Взглянул и я в который раз на них. Что же они означают, черт побери! Какой в этом смысл?.. Знаки должны читаться, раскрывать свою тайну, но с какого края к ним подступить?.. Погоди, а что если…

Мои мысли прервал громкий крик Редмана:

– Пираты!

Я посмотрел в ту сторону, куда указывала рука часового. Уцелевшие разбойники стояли на песчаном взгорке в ста ярдах от нас. Сильвер был впереди, в его поднятой руке виднелся клочок белой материи. Клинч, Коннолли и матрос располагались чуть позади него.

«Видно, Мюррей отдал Богу душу», – подумалось мне. – Но что же задумал главарь?.. Какой подвох готовит этот хитрец?.. Еще одни переговоры?»

Я взглянул на палубу шхуны. Доктор с Ястребом подступили к фальшборту, Куэйл и Оливер, невзирая на мирное поведение пиратов, суетились вокруг пушки. «Молодцы! – оценил я по достоинству их действия. – Пусть разбойники знают, что орудие молчать не будет!»

Развитие дальнейших событий было столь неожиданно, что застало всех врасплох. Сильвер вдруг выхватил из-за пояса пистолет и, резко развернувшись, двумя выстрелами уложил на песок квартирмейстера и штурмана. Матрос в ужасе шарахнулся от главаря. Тот стрельнул в него из другого пистолета, но обе пули пролетели мимо. Забыв о своем оружии, спасая жизнь, Гарри убегал в сторону леса и петлял, как испуганный заяц. Тогда Сильвер схватил пистолет еще живого квартирмейстера и хорошенько прицелился. Матрос уже готов был нырнуть в подлесок, когда пуля прошила ему спину. Он с размаху упал лицом в песок, чуть шевельнулся и затих. Сильвер взял пистолет за ствол, склонился над Клинчем и, проговорив что-то, ударил ему со всей силы по виску. Белый клочок перемирия снова оказался в его руке. Отметив, что активность у пушки спала, пират погладил попугая, сидевшего у него на плече, и не спеша заковылял по направлению к нам.

– Какое коварство! – покачал головой сквайр. – Исподтишка расправился со всеми!

– Насколько я понял из ваших рассказов, Сильвер всегда был интриганом, – сказал я.

– Хм-м, леопард не меняет своих пятен.

– Горбатого могила исправит, говорим мы, русские.

– Ох, как это верно!.. Надо бы запомнить.

Долговязый Джон предстал перед нами c раскрасневшимся лицом и такой широкой улыбкой, как будто не он минутой раньше учинил безжалостную расправу.

– Сдаюсь, капитан Хук! Мое дело проиграно, мистер Трелони!.. Джим, рад видеть тебя в здравии!.. А-а, и Бен Ганн тут, как поживаешь, приятель?

Бывший пират заморгал, снял треуголку и начал смущенно мять ее в руках.

– Да вот, служу у мистера Трелони привратником в парке, в праздники пою в церковном хоре.

– Старина Бен! – протянул с улыбкой Сильвер, набивая трубку табаком. – Ты всегда был прост, как бом-брам-стеньга… Подумать только, поет в церковном хоре!

– Что вы сказали Клинчу, прежде чем добить его? – спросил я.

Улыбка исчезла с широкого лица пирата, его голубые глаза похолодели.

– Напомнил ему о ссоре в блокгаузе. Я разбираюсь в людях. Клинч – дрянь человек, от киля до клотика, как и Коннолли, впрочем. Таких, как они, нечего жалеть!.. Итак, господа, Долговязый Джон пред вами. Прикинув все за и против, я пришел к решению показать вам место клада. Кто-нибудь против?.. Но вы должны дать железные гарантии, что поделитесь со мной сокровищами и отпустите на берегу Англии на все четыре стороны. Что скажете на это?

Сквайр поглядел на меня и, поглаживая подбородок, вполголоса произнес:

– Наши поиски, капитан, видно, ни к чему не приведут. Придется дать слово, и я, как джентльмен, сдержу его.

– Не торопитесь, – тронул я обшлаг его камзола. – У нас еще есть шансы самим отыскать эти сокровища.

– Вы в это верите?

– Погодите, немножко терпения.

Встав спиной к сосне, я сделал три шага к северу и приказал матросам копать в том месте. Они кивнули и, поплевав на руки, снова принялись рыть яму. Сильвер не преминул подшутить над ними.

– Лопаты не сломайте, парни!.. Ты смотри, Капитан Флинт, как усердствуют!

– Пиастры! Пиастры! – разразилась птица хриплым криком.

– Песок один они здесь найдут, а не пиастры!.. Глубже копайте, ребята, глубже!

Смеялся он не зря: клада в трех шагах от сосны не обнаружилось. Сдаваться, тем не менее, я не собирался.

– Боцман, отсчитай тридцать шагов в том же направлении!

Броуди прошагал означенное расстояние, но и там матросов-копателей ждала неудача. Сильвер не прекращал язвить, давал смешные советы. Я отошел в сторонку и погрузился в раздумья. Как часто бывает, вспышка озарения возникла внезапно, словно разряд молнии. Я дал команду матросам копать от сосны по направлению к берегу бухты, к востоку. В трех шагах от нее ничего не было найдено, но я заметил, что веселье Сильвера пошло на убыль. Мое сердце забилось чаще. Оно чуть не выпрыгнуло из груди, когда в тридцати ярдах от дерева штык лопаты явственно ударил по металлу!