Первый из гостей осклабился и прошипел:

– Что, Рыжий Чуб, самый умный? – с этими словами существо прыгнуло на онемевшего члена Совета и одним ловким движением перерезало горло.

Двое других подхватили бочонок с золотом и с радостным визгом – задание Шракры успешно выполнено – устремились за уходящими судами. Третий, утолив жажду кровью жертвы, устремился вслед за ними. Шаролет по-прежнему шел на юг к пальмам, но нес в своем чреве всего лишь тело самого умного, самого ловкого и прозорливого экономиста, бессменного члена Совета республики.

Только часть военно-морского флота Белых Волков выскользнула из бухты кальдеры, остальные были потоплены с воздуха воздушным флотом союзников – небольшого островного государства, где совсем недавно совершил вынужденную посадку «Гром и Молния» после ожесточенной схватки с превосходящими силами Белых Волков. Это был остров Шито, где проживало очень много талантливых людей: музыкантов, художников, танцоров, певцов, литераторов, историков, инженеров. Ученые изобретали самые невероятные вещи: говорящую куклу, птицу, раскрывающую свой хвост в определенные часы суток, летающий шелковый платок. Они первыми изобрели взрывную смесь и придумали крылья для шаролетов. Это их руками было создано страшное оружие «Огненный язык дракона», технологию которого они за бешеные деньги продали республике Свободных Капитанов.

Этот остров давно был нейтральным государством, сохраняя тем самым свободу гражданам, которые зарабатывали, торгуя секретами производства и современным оружием. Вокруг них всегда вились роем агенты разных стран с целью выкрасть или купить тот или иной секрет или похитить изобретателя. Политика государства изменилась с тех пор, как опытный агент Белых Волков пытался выкрасть кристалл Силы. Он был разоблачен и растворен в стеклянном сосуде, заполненном ядом кури. Бессменным главой острова был Белый Маг, которого никто в глаза не видел. Говорят, он правил уже лет двести. Он покровительствовал не только наукам и искусствам, но предоставлял кров магам, волшебникам хиромантам, звездочетам, гонимым в других, менее цивилизованных странах.

Только с разрешения Белого Мага техники и ученные за очень короткий срок восстановили «Грома и Молнию», снабдив его новой пусковой установкой и более мощным огнеметом. Почему Белый Маг оказывал помощь кораблю республиканского флота, никто понять не мог, да, собственно, никто особенно и не пытался. Правда, некоторые считали, что Белый Маг после случая с попыткой похищения кристалла Силы Белыми Волками затаил на них тяжкую обиду, и вот случай отомстить им настал: сами боги послали ему этот огромный и грозный корабль с бесстрашным капитаном. Он приказал срочно восстановить его и построить еще десяток подобных кораблей.

Теплым вечером, когда работы были закончены, сеньор Метеор прогуливался вдоль рядов овощного базара, предполагая купить какую-нибудь диковинную сладость. Неожиданно его кто-то очень осторожно взял за локоть. Он не испугался, так как всегда точно чувствовал опасность. Это была женщина, закутанная в широкий плащ с капюшоном, скрывающим ее лицо, она просто источала тепло и доброжелательность. Незнакомка заглянула в лицо сеньору Метеору, отчего его сердце дрогнуло, а по спине пробежали мурашки, как в детстве, когда мать перед сном расчесывала ему волосы или просто что-то ему рассказывала. Конечно, это были лишь смутные осколки воспоминаний. Сколько было ей лет, Метеор представить не мог, она явно что-то хотела от него, но только не подаяние.

– Сынок, купи мне, пожалуйста, вот этот фрукт, – с этими словами она указала на мандоры. – У меня нет денег, да я в них и не нуждаюсь.

Метеор, не пытаясь ничего понять, купил корзину мандор и протянул женщине.

Она без тени стеснения взяла ее и проговорила:

– Спасибо, сынок. Я наконец-то нашла тебя, хочешь, я предскажу твое будущее? Это все, что я смогу для тебя сделать сегодня, – она вопросительно смотрела на Метеора.

– Вы лучше скажите, кто я?

Незнакомка взяла его руку и прижала к своей груди со словами:

– Ты – мой сын!

«Она очень добрая женщина, – подумал Метеор, – но, видимо, у нее не все дома». Он поцеловал ей руку и ответил, как можно мягче, чтобы не ранить ее:

– Уважаемая, я очень спешу, мне пора. Я не знаю ни матери, ни отца.

Женщина не стала его задерживать и только сказала вслед:

– Ты станешь императором и скоро встретишь своего отца, а твой брат станет королем Белых Волков. Когда это сбудется, вспомни обо мне.

Она на мгновение умолкла и вдруг, как будто что-то вспомнив, воскликнула:

– Это кольцо покажи своему отцу, он когда-то подарил его мне, – с этими словами она надела на мизинец молодому человеку кольцо из белого металла в виде змейки, кусающей собственный хвост, и добавила: – А теперь иди.

– Но я ничего не помню о своем прошлом.

– Твое детство было безоблачным, но поверь мне, ты скоро всё вспомнишь, – он нежно провела ладонью по его лбу.

Горячая волна ударила куда-то глубоко в голову юноши, прошла по позвоночнику, и это было приятное чувство.

Метеор, поклонившись женщине словно в опьянении, широким шагом поспешил в ангар, где его ждала команда. И всё-таки, что это могло быть? Юноша знал, что этот остров славится самыми разными магами. Слова незнакомки звучали пророчески, отдаваясь в его сознании приятным звоном: «Ты станешь императором и скоро встретишь своего отца, а твой брат станет королем Белых Волков». Но мелькнула и другая мысль: «Мне всегда говорили, что я безродный».

На следующий день, ведомый любопытством, Метеор вновь посетил базар, надеясь встретить эту удивительную женщину и подробнее ее расспросить. Он не встретил предсказательницу и разочарованный возвращался обратно, но, задумавшись, свернул не на ту дорогу. Метеор очнулся от своих мыслей, услышав крик звавшего на помощь ребенка. Рядом с дорогой был высокий забор, заплетенный вьющимися растениями. Крик раздавался из-за него. Для бывшего юнги-смертника не составило труда перескочить преграду.

Метеор попал в огромный заросший парк, примыкавший к резиденции Белого Мага. Ему уже объяснили, что никто не смеет входить на эту территорию под страхом смерти. Он сделал тройное сальто и приземлился легко и бесшумно. На краю бассейна, заполненного родниковой водой, стояла девочка в белом платье, но в ее темно-изумрудных глазах отразился ужас. В полуметре от нее, раздув кожаный капюшон и открыв над головой костяной веер, словно гибкая лиана покачивалась королева хоу-хо по прозвищу Черная Танцовщица. Прежде чем умертвить свою жертву, а затем проглотить ее, она исполняла ритуальный танец. Взгляд ее холодных белых немигающих глаз не выдерживал даже единорог тобу. Он падал в трансе и лежал неподвижно несколько часов, если, конечно, его не съедала стая хоу-хо.

Синий раздвоенный язык пресмыкающегося-убийцы дрожал. Она еле слышно шипела, как бы тихонько успокаивая свою жертву перед стремительным броском. Ее тело, словно пружина, сжалось, казалось, больше нет преград между ней и маленькой девочкой, которая, находясь под ее гипнозом, уже не могла даже кричать. Но в следующий миг кортик сеньора Метеора, брошенный с невероятной силой и точностью, пронзил тело змеи чуть ниже головы. Черная Танцовщица забилась в конвульсиях, и ее гибкое огромное тело застыло. А девочку подхватили крепкие руки Метеора. Он положил ее в тень, брызнул в лицо водой и, видя, что она очнулась, попытался ее успокоить.

В следующую минуту к ним подошел старик, одетый в простой хитон и деревянные сандалии на босу ногу. В руках он держал посох из красного дерева, навершием которого служила искусно вырезанная голова оленя.

Он подошел совсем близко к юноше и, глядя в глаза, тихо промолвил:

– Я тебе очень благодарен, ты спас мою внучку-наследницу.

– Каждый воин сделал бы на моем месте то же самое, – скромно заметил Метеор, вытаскивая кортик из тела убитой Черной Танцовщицы и вытирая лезвие платком.

– О, не скажи, молодой человек, не всякий, поверь, не всякий! Как эта тварь попала в мой сад, не понимаю, но это неспроста. Однако ты спешишь. Вот, возьми на память этот мешочек, потом откроешь и посмотришь – так, пустяк, – с этими словами старик протянул кожаный мешочек, в котором что-то позвякивало.

Метеор поклонился старику и одним махом перепрыгнул забор. Оказавшись на дороге, он раскрыл мешочек и достал невесомую блестящую кольчугу. «Вот это да, непростой, видно, старичок», – подумал он, тут же надев кольчугу, и энергично зашагал к ангару, ощущая под курткой холод невесомого металла. Бронзовый колокол крейсера зазвенел, взывая к сражению, а на мизинце капитана «Грома и Молнии» серебряными всполохами искрилось кольцо.

Глава 19. Отец и сын

Молодые люди под звуки барабанов и флейт несли на огромных носилках раненого дона Хука, в одночасье ставшего национальным героем островитян. Он только стонал, взмахивая рукой, и, вытаращив на окружающих глаза-маслины, проговорил:

– Всем гражданам острова за счет казны выдать премию, и добавил: – по пять, нет – по десять золотых каждому, включая детей и подростков.

– Ура, нашему храбрейшему главе, отцу народа, благодетелю, – орали возбужденные граждане, чувствуя вновь свободу и радуясь своей счастливой победе.

– Из вас, из вас я выберу самых достойных и самых надежных членов Совета, а я буду бессменным вождем, – шептал со слезами на глазах герой сражения.

Трое молодых людей несли перед носилками его огромную секиру. Какая-то его поклонница пронзительно выкрикнула: «Секиру нужно передать в музей Славы народа, а наш остров переименовать из острова Трех Обезьян на остров имени Хука!» И толпа дружно подхватила: «Точно, а как поэтично звучит – остров Хука!»

По предложению самых уважаемых граждан, дон Хук подписал первый указ о награждении капитана Роя золотым оружием. В этом же указе он был назначен комендантом всего острова. Не забыли никого, даже огромную летающую собаку. Кто-то предложил установить в ее честь памятник. Все поддержали это предложение и даже нашли место, где его установить.

Сеньор Метеор и капитан Кит стояли у изголовья тахты, на которой, обложенный подушками, возлежал герой сражения и глава Совета дон Хук. Он уже пришел в себя и приказал подать всем вина. Они говорили о сражении, о павших героях, об удачном вмешательстве кораблей Белого Мага.

Дон Хук поднял кубок и произнес:

– За нашу невероятную победу!

Присутствующие сдвинули кубки и выпили по глотку темного вина.

Дон Хук обратился к Киту:

– Скажите, капитан Кит, почему же они отступили?

– Дон Хук, во-первых, был нанесен серьезный урон их военно-воздушному флоту благодаря бесстрашным действиям крейсера «Гром и Молния».

От этих слов яркий румянец покрыл щеки молодого капитана, и он чуть склонил голову в знак благодарности.

– В дальнейшем сражении половина военно-морского флота была сожжена, а десант – полностью истреблен, и последней каплей в кубок победы стало, конечно, вмешательство кораблей Белого Мага, – объяснил капитан Кит.

– Только не нужно обольщаться, – спокойно и уверенно сказал сеньор Метеор. – Я служил в их флоте больше четырех лет и знаю их повадки. Белые Волки залижут раны, восстановят силы и вновь ринутся в бой. Вы согласны со мной, капитан Кит?

– Я не служил в их армии так долго, как вы, сеньор Метеор, но полностью согласен, так как глубоко познал, чем живут и как действуют Белые Волки. Их учеба отпечаталась на моей спине и груди. Необходимо добить их в своем же логове, иного пути у республики нет.

Сеньор Метеор поднял серебряный кубок и воскликнул:

– Этих нелюдей нужно полностью уничтожить. А теперь за победу и за выздоровление нашего вождя и героя дона Хука!

Присутствующие снова выпили.

Капитан Кит, не отрываясь, смотрел на руку молодого капитана «Грома и Молнии», на мизинце которой поблескивало серебряной искрой кольцо.

– Какие ваши планы, господа? Я предлагаю вам, сеньор Метеор, возглавить весь военно-морской флот республики, а вам, смелый незнакомец, стать моим советником с огромными полномочиями, – усы дона Хука поднялись и распушились – явный признак благодушного настроения.

Оба гостя слегка поклонились. Первым, как старший, ответил Кит:

– Благодарю, дон Хук. Это честь – служить с таким рубакой, но я должен спасти одного человека… одну женщину. Но, если потребуется, я буду рядом.

Дон Хук взял за руку Кита со словами:

– Что ж, не смею вас задерживать, – и, обернувшись к Метеору, спросил: – А вы?

Сеньор Метеор церемонно поклонился и звонким голосом, чтобы его услышали все вокруг, проговорил:

– Я обещал любимой девушке найти ее и вручить свое сердце в виде этого кольца, – он показал дону Хуку кольцо на своем мизинце.

Дон Хук сложил ладони и, кивнув, промолвил:

– Я когда-то испытал это чувство и не смею вас задерживать. Да пребудут с вами Хромой Агрипа и все боги Аметистовой Луны, как вы еще молоды! Идите, друзья-товарищи!

Джентльмены направились к выходу, но в двери с корзиной в руке вошла маленькая смуглая девочка с раскосыми глазами.

Она сделала книксен и гордо сообщила, обращаясь к хозяину дома:

– Господин Хук, я нашла ободранную птичку, которая говорит, что она ваш личный советник.

И словно по команде из-за края корзины показался огромный клюв и глаз-пуговица – больше ничего из-под красной тряпки, покрывающей корзину, видно не было.

А потом из корзины выпрыгнул попугай, стыдливо пряча под куском материи остатки когда-то шикарного наряда из цветных перьев, и заявил:

– Господа, всех с блистательной победой, но я не свидетель, а участник этой эпохально-оптимистической трагедии. Я пытался предупредить малышку Ишру об опасности и вместе с ней стал жертвой нападения нелюдей, которые говорят, что они сверхсущества, намного выше нас. Они и сейчас похищают людей, не могут остановиться. Я знаю, где их логово и кто ими руководит.

На мгновение наступила тишина.