Первые пятьдесят миль поездки дороги были с твердым покрытием, и Тим мчался быстро, длинная мощная машина поглощала мили. Но после ехать стало труднее. Дороги были плохо размечены и сильно изрыты колеями. Тиму пришлось ехать со скоростью менее тридцати миль в час, и по мере того, как он приближался к долине, местность становилась все более пересеченной, дорога поворачивала и петляла. Он с трудом взбирался на один холм, а затем съезжал с другого.

Он потерял почти полчаса, когда заехал в местную мастерскую и надел цепь. Раз или два большую машину сильно занесло, но ему удалось удержать ее на дороге. На рассвете он углубился в долину Кедра, узкая дорога снова стала сухой, и он снял цепи.

Моста через Кедр в Оберне не было, и Тим остановил машину на левом берегу реки и стал ждать прибытия ветхого парома.

Было семь часов, когда старая баржа, приводимая в движение автомобильным двигателем, пересекла широкий поток и подошла к пристани.

– Сколько стоит провоз? – спросил Тим.

– Доллар за машину такого размера, – ответил перевозчик.

Тим передал гонорар и завел машину на борт. Двигатель парома заурчал, а затем принялся за свое дело, когда лопасти блеснули в утреннем солнечном свете.

– Дела идут неплохо? – спросил Тим.

– Нормально. Обычно я никого не беру с утра, но вчера у меня была машина почти такая же большая, как у тебя.

Именно это и искал Тим. Он был на правильном пути, и еще несколько вопросов убедили его в том, что Форд поехал прямо в Оберн после отъезда из Аткинсона.

Когда паром причалил к берегу Оберна, Тим отправился в универсальный магазин. Его там знали за то, что два года назад он помог спасти деревню, пострадавшую от наводнения, доставив еду и необходимые лекарства. В магазине он узнал, что Форд оставил свою машину в деревне, взял напрокат лодку с подвесным мотором, запасся едой и палаткой и отправился вниз по реке накануне.

– Есть какие-нибудь идеи, куда он направлялся? – спросил Тим.

– Похоже, он не хотел много говорить о себе, – сказал владелец магазина. – Похоже, это был один из тех парней с закрытым ртом.

Тим перешел через улицу в единственный в деревне отель и там получил отличный завтрак. Хорошо освеженный, он спустился на берег реки, чтобы навести дополнительные справки. Перед одной из лачуг висела вывеска “ЛОДКИ НАПРОКАТ”, и Тим сразу же направился туда.

Владельцем был седовласый речник, и когда Тим представился, он обнаружил, что лодочник готов поговорить.

– Я хорошо помню этого парня, – сказал речник, – но он не сказал, куда направляется. Просто попросил арендовать лодку примерно на неделю, и он оставил депозит наличными, а это все, что мне нужно, казалось, он знал, чего хотел, потому что выбрал хорошую лодку и сразу же отправился вниз по реке.

Из этой информации мало что можно было извлечь, и Тим попробовал другой подход.

– Какие-нибудь незнакомцы приезжали в долину за последний год или два? – спросил он.

Старик покачал головой.

– Все, что происходит, происходит в другую сторону. Так будет продолжаться и дальше, и в долине не останется никого и никаких индейцев, которые могли бы что-то вернуть.

– Я просто подумал, что, возможно, приезжали какие—то новые люди – может быть, один или два моряка.

– Здесь не на чем плавать. Единственный человек здесь, который когда-либо видел большую воду, – это сумасшедший Джон Боггс.

– Кто такой Сумасшедший Джон?

– Он пришел сюда лет девять или десять назад и отправился вниз по реке на остров, где немного ловит моллюсков и охотится за жемчугом. Он всегда говорит о революциях, затонувших сокровищах и тому подобном. Он такой же сумасшедший, каким они его делают.

Такие разговоры могут показаться безумными жителям долины, но для Тима это было еще одно звено в его истории.

– Как далеко вниз по реке до сумасшедшего Джона? – спросил Тим.

– Около тридцати миль, и всю дорогу плохая вода. Он далеко от основного канала, и ему не нравится компания. Держит пару обычных собак-людоедов. Некоторые люди говорят, что он установил мины по всему острову, чтобы он мог взорвать любого, кого не хочет видеть рядом. Никто отсюда никогда не бывал там.

– Вот один, который отправляется туда, – сказал Тим. – Помоги мне с лодкой и подвесным мотором. Я вернусь, как только смогу купить немного еды в магазине.

Поднимаясь с берега реки, Тим испытывал ликование. Форд, или “мистер Семь", опередил его всего на двадцать четыре часа.

Звук мотора самолета пронесся над деревней, и Тим поднял глаза, чтобы увидеть, как "Юпитер" разворачивается, чтобы приземлиться на единственном поле, которое можно было использовать для посадки. Это было в миле от деревни, и он знал, что у него будет достаточно времени, чтобы раздобыть еду и пару одеял до прибытия Ральфа.

– Обеспечьте меня достаточным количеством еды примерно на четыре дня на реке, – сказал Тим владельцу магазина, – и мне понадобится пара хороших теплых одеял. Я думаю, что ночи в долине немного прохладные.

– Они такие, – согласился владелец магазина. Когда еда и одеяла были готовы, Тим оплатил счет и вышел из магазина. В дальнем конце улицы Ральф спешил в город, и Тим ждал его.

– Начинаешь торговать? – спросил новичок.

– Просто готовлюсь отправиться вниз по реке. Давай, помоги мне убрать это барахло.

Речник приготовил для Тима шестнадцатифутовую плоскодонную лодку. К корме был прикреплен легкий подвесной мотор, а в лодку была помещена дополнительная канистра с бензином.

– В чем идея поездки по реке? – хотел знать Ральф.

Тим рассказал о том, что он узнал в деревне, и Ральф кивнул в знак согласия с планами.

– Ты остаешься здесь и держи “Юпитер” наготове к полету в любую минуту, – сказал Тим. – Когда я вернусь, я захочу отправиться в Аткинсон как можно скорее.

– Все будет готово. Вот дополнительные деньги на расходы, которые Карсон прислал для тебя. Ральф протянул 50 долларов, и Тим внес залог, необходимый для покупки лодки.

– Немного позже здесь могут появиться какие-нибудь ребята на другом самолете, – сказал он речнику. – Они будут расспрашивать о сумасшедшем Джоне. Как ты думаешь, ты мог бы совсем забыть о нем?

– После того, что ты сделал для нас, когда у нас было наводнение, я мог бы многое забыть, – улыбнулся владелец лодок.

– Сладека и его людей здесь не будет еще пару часов, – усмехнулся Ральф. – То, что я сделал с их моторами прошлой ночью. Сегодня утром мне было трудно удержаться от смеха. Бедный старина Карл в аэропорту был козлом отпущения. Они обвинили его в том, что он не следил должным образом за их самолетом. Нам придется как-то с ним уладить это дело.

Тим получил подробные инструкции от лодочника относительно дороги на остров сумасшедшего Джона.

– Не пытайся подкрасться незаметно, – было последнее предостережение речника, – иначе он тебя точно достанет. Просто держись подальше от берега, на виду, и немного кричи.

Тим поблагодарил его за последний совет, попрощался с Ральфом и собрался отчаливать, когда его друг остановил его.

– У тебя есть пистолет? – спросил он.

Тим покачал головой.

– Мне он не понадобится. Я не думаю, что сумасшедший Джон так плох, как его изображают, и я уверен, что у меня не будет никаких проблем с Фордом.

– Но есть Сладек и его телохранители. Если ты столкнешься с ними, то можешь попасть в переделку. Лучше возьми это.

Ральф протянул Тиму тяжелый курносый автоматический пистолет.

– Он заряжен, и вот две дополнительные обоймы. Береги себя.

– Увидимся через день или два, – сказал Тим, оттолкнувшись от пристани. Включив зажигание, он дернул за трос стартера на подвесном моторе. Мотор отозвался ровным стуком, и Тим начал путешествие вниз по течению к островной обители сумасшедшего Джона.

Ральф наблюдал за лодкой, пока она не скрылась из виду за поворотом широкой реки. Затем он повернулся и вернулся в деревню, позавтракал, раздобыл бензин и вернулся к "Юпитеру", где заправился и сел в тени. Ему было почти нечего делать, пока не вернется Тим.

По Кедру маленькое суденышко Тима неуклонно двигалось вниз. Там не было регулярной навигации, и канал поворачивал с одной стороны на другую.

Черные коряги торчали своими опасными головами над поверхностью воды, и иногда широкая песчаная коса проходила почти поперек ручья. Найти канал было непростой задачей, и Тим понял, что при лучших обстоятельствах может пройти не менее двух дней, прежде чем он вернется в деревню.

Река Кедр поворачивала и изгибалась, сначала на одной стороне густо поросшей лесом долины, а затем на другой. Протока открывалась длинными тихими участками заводи, и время от времени Тим мог видеть устье какого-нибудь притока, огибающего обрыв.

Не было никаких признаков человеческого жилья, и он чувствовал себя безмерно одиноким. Возможно, он был первым белым человеком ниже по течению и не удивился бы, если бы, обогнув поворот, увидел индейскую деревню на следующей полосе песка.

День был теплый, и если бы его миссия не была такой срочной, он бы в полной мере насладился поездкой. Но было напряжение, которое охватывало его и гнало вперед на полной скорости. Он хотел быть у сумасшедшего Джона задолго до захода солнца.

В полдень Тим прикинул, что прошел две трети пути до места назначения. Заглушив мотор, он порылся в своей провизии и умудрился перекусить. Он сделал большой глоток из кувшина с прохладной водой, который речник поставил в лодку, и почувствовал себя значительно отдохнувшим. Напряжение бессонной ночи и тяжелый путь от Аткинсона начинали сказываться на нем.

Тим гадал, когда амфибия пролетит над головой. Ральф, безусловно, проделал отличную работу, выведя большой корабль из строя.

Прошел еще один час. Он приближался к протоке, где ему предстояло свернуть с главной реки и отправиться на поиски острова сумасшедшего Джона. Лодочник велел ему поискать остров с чудовищным тополем, расколотым ударом молнии. Когда он прибудет на этот остров, он должен будет повернуть по протоке направо и продолжать делать все возможные повороты направо. Остров сумасшедшего Джона находился в трети мили от основного потока. Тим вспомнил предупреждение громко кричать через определенные промежутки времени после того, как он покинет основной канал.

Его крепкое маленькое суденышко повернуло по широкой дуге, увернулось от конца выступающей песчаной косы, проскользнуло между двумя корягами и снова выпрямилось вниз по течению. Сердце Тима подпрыгнуло.

В полумиле вниз по реке, на острове в центре ручья, стоял гигантский тополь, верхушка которого была расколота молнией. Огромное дерево возвышалось над всем остальным в долине. Ошибки быть не могло, и Тим поискал протоку справа от острова.

Из-за его спины, перекрывая ровную пульсацию подвесного мотора, донеслось гудение самолетных двигателей. Тим оглянулся. Амфибия, летящая быстро и низко, спускалась вниз по течению.

Тиму стало интересно, попытается ли пилот большого корабля приземлиться на реке. Река Кедр была достаточно широка, но опасность зацепиться за корягу была очень реальной. Затонувшее бревно могло вырвать днище самолета и утянуть все судно на дно реки.

Очарованный красотой большой амфибии, Тим наблюдал за ее приближением. Рев моторов наполнил долину своим шумом. Судно находилось менее чем в ста футах над рекой и направлялось прямо к Тиму.

Подняв глаза, репортер увидел мужчину, высунувшегося из окна с правой стороны салона. В его руке было что-то черное. Рядом с лодкой появились брызги воды. Сиденье рядом с Тимом раскололось под ударом пули. Затем амфибия с ревом понеслась вниз по течению.

Тим похолодел от гнева. Нападение на него было бессмысленным. Было только одно объяснение. Они приняли его за Гренвилла Форда. Чем скорее он сможет уйти с открытых берегов реки, тем безопаснее.

Он выжал дроссель подвесного мотора на полную мощность, и его лодка рванулась вперед. Рискуя налететь на песчаную косу, Тим срезал углы поближе, и прежде чем амфибия смогла повернуть обратно вверх по течению, он был надежно спрятан под прикрытием густой листвы с берега.