Верник и Ривенил сошлись в очном поединке. Корабль эльфа был поврежден и медленно опускался вниз, его команда отчаянно билась с налетавшими, словно вороны, магами Ассаха. Ривенил поднялся в воздух и повернулся лицом к своему противнику.

На какое-то мгновение они замерли, взгляды их встретились. Ассахец ухмыльнулся, глаза его выражали уверенность и полное равнодушие к судьбе данного конкретного эльфа. Ривенил, напротив, был собран и настроен решительно, в ясном взоре его голубых глаз читалось жгучее желание изгнать прочь людей, осквернивших его родную землю.

Верник атаковал первым. С его рук сорвалось сразу несколько огненных шаров, веером брошенных в эльфа. Ривенил перехватил их и отвел вниз, сам же, резко подняв руку, выпустил разряд молнии, от которого ассахец легко увернулся.

В следующее мгновение эльф воспользовался магией иллюзий – три его копии разлетелись в разные стороны, одна осталась на месте, а сам Ривенил оказался справа от драконида Верника. Эльф и все его копии одновременно напали на врага, но только атака самого Ривенила была настоящей. Ассахец, однако, не дал себя провести и резко спикировал вниз. Уже оттуда он бросил столб пыли и пепла, чтобы рассеять иллюзии эльфа.

Схватка была ненадолго прервана – помешал корабль эльфов и три человека-мага, один за одним вылетевших из-под него. Эльфийский летающий корабль горел и, завалившись на бок, падал вниз. Взлетевшие с него эльфы, плавно кружась, опустились на землю. Спуститься пришлось и Ривенилу – эльфы не могли долго левитировать, так как это забирало очень много сил. Ассахцы получили ощутимое преимущество и атаковали эльфов сверху.

Верник заставил своего драконида зависнуть над землей и обрушил вниз струю огня. Ривенил успел отскочить в сторону и, перекатившись по земле, вновь встал на ноги. Теперь он был весь измазан грязью и пеплом, но не потерял решимости расправиться со своим противником.

Бой в воздухе и на земле продолжался. Эльфийский флот, несмотря на значительные потери, побеждал. Ассахцы все чаще уклонялись от прямого столкновения и уходили на север, к границе. Ледяного дождя там уже не было.

Командор Ассаха, увлеченный противоборством с Ривенилом, не обращал на это внимания. Он посылал струю огня за струей, но поразить ловкого эльфа не мог. Тот, в свою очередь, отвечал опасными выпадами в виде молний, ледяных шаров или порывов ветра, сбивавших драконида с устойчивой позиции. Рассердившись, Верник решил применить всю свою магическую мощь.

Земля ушла из-под ног Ривенила, и оттуда вырвались языки пламени. Эльф взлетел и приземлился в двадцати шагах от того места. Вновь Верник вызвал огонь из-под земли, и вновь Ривенилу удалось перелететь на безопасное расстояние. Более того, Южный эльф контратаковал, и уже ассахцу пришлось не сладко: уворачиваясь от молнии, его драконид с размаху ударился о землю и издал возмущенный клекот.

В этот момент на помощь отцу подоспел Торнальд. Он огненной стеной прикрыл Верника, пока тот справлялся с повредившим крыло драконидом.

– Нам надо уходить, отец! – крикнул Торнальд.

Верник бросил взгляд наверх, где продолжалась битва. Эльфийские корабли теснили ассахцев, и те, отбиваясь, отступали на север.

– Уйдем красиво, – кивнул сыну Командор.

Вдвоем они атаковали Ривенила и нескольких эльфов, волею случая оказавшихся рядом с ним. Огненная стена стремительно двинулась на эльфов, и тем пришлось подняться в воздух, чтобы не быть заживо поджаренными в ее пламени.

В это мгновение Торнальд протянул обе руки вперед и произнес заклинание. Ривенил неестественно перегнулся и вскрикнул. Его тело высохло и в мгновение превратилось в мешок с костями, который тут же упал прямо в огонь. Вспышка – и командующего эльфийской армией не стало. Он погиб, и в этот момент лучи восходящего солнца, прорвавшись снизу сквозь облака, окрасили небо в красный цвет.

– А теперь последний аккорд, – сказал Верник.

Он вновь использовал заклинание Темных эльфов и вызвал огненный смерч. Тот стал вращаться, все ускоряясь. Командор направил смерч в сторону эльфийского флота, развернул своего раненого драконида и полетел, не оборачиваясь, на север, к границе. За ним последовали три сотни ассахцев, уцелевших после этого грандиозного сражения.

Эльфам удалось избежать огненного смерча, но преследовать людей они уже не смогли. Враг был изгнан с территории Южных эльфов, пока только на время и только в этом месте.

Как оказалось, за день до этого сражения, на западной границе Страны Южных эльфов начался штурм. Отряды огров, по 20-30 воинов в каждом, возглавляемые магами Ассаха, двинулись на приступ. Где только можно, люди старались использовать магию земли, вызывая оползни, локальные землетрясения, пытаясь повредить крепостные стены, чтобы дать возможность ограм схватиться с эльфами врукопашную. Под градом стрел и магических заклинаний на приступ шли все новые и новые отряды, и, казалось, им не было конца. До появления армий Ассаха на границе эльфы и не подозревали о существовании такого количества огров в горах Аттарикума. Организовать в отряды и создать армию из этих полудиких воинственных горцев до этого времени не удавалось никому.

Огонь, вода, лед и молнии, град камней и вихри, перераставшие в смерчи, – все смешалось. Стены за первые несколько часов были усеяны телами сотен убитых огров. Очень редко погибал кто-нибудь из магов Ассаха, они старались держаться за спинами своих союзников и почем зря под эльфийские стрелы не лезли. К вечеру того дня укрепления эльфов на всем протяжении границы с Ассахом были взяты штурмом. Но где-то внизу, в долинах, покрытых лесами, магов поджидала свежая, еще не вступавшая в бой эльфийская армия.

Ассахцы остановились. Двигаться дальше означало безвозвратно потерять войска, так как противостоять эльфам в их родных лесах было практически невозможно. Уже ночью и утром следующего дня люди и огры взялись за восстановление и укрепление крепостных стен. Линия этих сооружений, протянувшаяся до самого моря, теперь полностью принадлежала Ассаху.

Эльфы не спешили контратаковать и лезть на стены без своих летающих кораблей и командующего, а, узнав о смерти Ривенила, они тем более не стали предпринимать активных действий. Когда летающий флот Южных эльфов вернулся после битвы с ассахцами на севере, армия под его прикрытием отступила от границы.

Сожженные леса на севере получили название Эльфийской Пустоши. Верник был уверен, что Иррагон останется довольным успехом вторжения.

Глава 26 Наследник

Ильтарен вновь погрузился в траур. На этот раз по причине гибели короля Лемиэна и всей северной армии, исчезнувшей в степях Белой Орды. Никто из эльфов не вернулся назад, вместо них в леса Сильверена вторглась орда орков Зеленой Степи. Они не стремились, как ривенны, захватить эльфийские земли и города, а жгли и грабили все, что попадалось на их пути в приграничье.Вновь, уже в третий раз в этом году, Сильверену пришлось напрягать силы, чтобы избавиться от опасности. В первый раз флот под командованием Светлейшего эльфа Альмира дал отпор людям Островной империи и Короны. Во второй раз тот же Альмир совместно с командующим западной армией Нетеоном остановил вторжение ривеннов в битве у города Мильрена. Правда, в ходе этого сражения Светлейший был ранен. И вот судьба вновь призывает его на службу Родине. Сможет ли он и на этот раз помочь своей стране?

Альмир вернулся в столицу. Город было не узнать: почерневшие и опавшие листья на тропинках и крышах домов пеплом покрыли Ильтарен. Не пели птицы, не играли всеми цветами радуги фонтаны, пустовал рынок, в порту не было видно иноземных купцов и торговых кораблей.

За последние два века Сильверен не оказывался в таком тяжелом положении и не нес такие большие потери, как сейчас. Пропал без вести, скорее всего погиб, король, прямой потомок Вериана Сильвы, основателя государства. Война забрала жизни 16 746 эльфов-воинов и около семи тысяч жителей города Мильрен. Для страны с населением чуть более трехсот тысяч такие потери очень чувствительны.

Альмир, занимавший пост Советника, то есть фактически будучи вторым лицом в государстве, собрал Совет Старейшин, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию и решить, что делать. Из семи старейшин в живых осталось трое: Диамон погиб при взрыве в библиотеке, еще трое эльфов пропали вместе с королем Лемиэном в Зеленой Степи. Старейшины – Берилл, Тинарен и Лирамил – встретились с Альмиром в небольшой комнате за Тронным залом.

– Будут долгими ваши дни, Советник, – приветствовали эльфа Старейшины.

– Печаль очистит наши сердца, – ответил им Светлейший.

Эльфы сели в кресла. Альмир легким движением поправил повязку на левой руке – он не успел залечить рану, без остановки проскакав много дней. Плечо уже не болело, но кости срастались медленно.

– Тяжелые времена настали для эльфов, – проговорил Тинарен.

Альмир, уставший и не выспавшийся, не был настроен горевать и вспоминать прошлые славные деньки. Прежде необходимо было решить самые неотложные дела. Обсуждать со стариками судьбы эльфийского народа Альмир предпочел бы в другой раз.

– Прошу прощения, Почтенные, – сказал он, – но я предлагаю перейти сразу к делу. В первую очередь я хотел бы обсудить проблему орков.

Старейшины осуждающе переглянулись. Не в их обычаях было «брать быка за рога», любую проблему стоило обдумать и не решать сгоряча. Даже эту человеческую девочку, Кольди, Старейшины осудили слишком быстро, о чем впоследствии не раз вспоминали. А тут Светлейший, сам уже немолодой эльф, торопит их принимать решения.

– Позволь, – перебил Альмира Берилл, – не с этого нам надо начинать.

Самый старый из Старейшин сделал паузу, требуя внимания к своим словам. Альмир склонил голову – перечить старцам он не хотел.

– Прежде всего следует решить вопрос о престолонаследии, – заявил Берилл. – Лемиэн не оставил нам наследника, ибо пропал совсем юным. – Все эльфы вздохнули, сожалея об утрате. – Похожий случай был в 1750 году, когда король Тиларен, сын Эльдора, погиб в горах, будучи всего 251 год от роду. Тогда Совет Старейшин передал власть Линдару, который был двоюродным братом Эльдора. – Старейшины согласно закивали головами.

Альмир понял, куда клонит Берилл. Единственным потомком рода Верианинов остался он, Альмир, сын Эльверона, и вел он свой род от Альдора, младшего брата короля Мирандила II. «Неужели Берилл решил посадить меня на трон? – Альмир, который не задумывался о подобном ранее, был удивлен. – Что скажут на это другие Старейшины?»

– В наши дни, – продолжил Берилл, – мы имеем исчезнувшего без вести короля и не имеем наследника.

– Но король Лемиэн может оказаться живым, – заметил Тинарен. – Свидетельств его смерти у нас тоже нет.

Берилл кивнул, он ожидал, что ему возразят.

– Я полагаю, – ответил он Тинарену, – что гонец орков, который всего в трех днях пути от Ильтарена, предоставит нам доказательства. Да орки и не вторглись бы в наши леса, если бы в их тылу оставалась армия и живой король Лемиэн. Разве я не прав?

Альмир не знал, что орки послали в Ильтарен гонца. «Чего же они потребуют в этот раз? Сколько дани придется им выплатить? Особенно, если король Лемиэн оказался у них в плену… Не поэтому ли старый Берилл заговорил о смене правителя? Или я понял его неправильно?»

– В таком случае, – сказал Альмир, – нам крайне необходимо определить, как вести переговоры с этим гонцом. А обсуждать права на престол будем позже.

Берилл поднял руку и отрицательно покачал головой.

– Нет и еще раз нет. Вы можете считать меня упрямцем, но мой возраст позволяет мне настаивать на своем. Наиважнейшим сейчас является вопрос о продолжении династии и новом короле. Государство не может существовать без властителя, как тело без головы. А единственным представителем династии Верианинов является Светлейший эльф Альмир. – Берилл указал рукой на Советника.

Тинарен, будучи сам из древнего знатного рода, не обрадовался такому повороту событий. Но идти против Берилла он не мог, поскольку на стороне Мудрейшего – традиции и прецедент из прошлого. Пока жив Альмир, династия продолжается, и не может быть ничего другого. Видимо, судьба хранила этого эльфа, побывавшего в стольких битвах…

– Пока я не получу доказательств смерти короля Лемиэна, – возразил и третий из Старейшин, Лирамил, – я не соглашусь передать власть Советнику. Необходимо соблюсти все законы и обычаи.

– Почтенный Лирамил прав, – сказал Тинарен. – Мы должны подождать.

Альмир молчал. Берилл решил пойти другим путем.

– Хорошо, – он развел руками, – тогда мы вынуждены назначить Альмира Наместником и дать ему право единолично управлять Сильвереном. В столь тяжелые для нас времена не стоит оставлять государство без властителя.

– Это приемлемо, – согласился Лирамил.

Пришлось согласиться и Тинарену. Альмир тяжело вздохнул. В другое время он был бы польщен такому назначению и нашел бы, как применить свою власть во благо Родине. Сейчас же взять власть означало принять всю ответственность за судьбу Прибрежных эльфов на себя. Врагов вокруг много, союзников не осталось никого.

Северные эльфы заняты своими делами, Архон разгромлен орками и островитянами, из Ригена по-прежнему нет никаких вестей. Ривеннов удалось выпроводить, но ценой огромных потерь. Теперь в Сильверен вторглись орки, а армии, чтобы их остановить, у эльфов уже нет. Кроме того, неясная угроза со стороны Туманных островов может оказаться гораздо опаснее любых вторжений.

«Кстати, что же искала Кольди в нашей библиотеке?» – Альмир решил проверить это, как только разберется с текущими делами.

– Благодарю вас за честь, – Светлейший не стал отказываться от ответственности. – Как Наместник, я предлагаю немедленно перейти к обсуждению проблемы орков. – Альмир настаивал на своем. – Как сказал Мудрейший Берилл, к нам едет гонец, и вскоре он сможет предъявить нам свои требования. Сразу скажу, речь пойдет, вернее всего, о дани. Сколько мы сможем выплатить оркам?