Эльф вновь сделал паузу, задумавшись. Люди переглянулись, ожидая, что ответит Тиларен.

– Многие пытались противостоять Врагу в открытом бою, – сказал наконец эльф. – Никто не вернулся живым. Мы даже не знаем, как Враг выглядит и что из себя представляет. То, что это не человек и не эльф, понятно. Ходят слухи, что это дракон. Но это всего лишь слухи. Последние драконы вымерли сотни тысяч лет назад.

– Может, драконы сохранились в других мирах? – предположила Лиярра.

И людям, и эльфам было известно, что миров множество, но путешествие между ними невозможно без помощи Врат. Кто, когда и зачем создал эти Врата эльфы не имели никакого представления.

– Мы не знаем этого, – пожал плечами Тиларен. – Зачем говорить о том, чего не знаешь? Ведь это только вымыслы, основанные на древних эльфийских легендах.

– Как бы то ни было, Враг остается Врагом, – сказал Джарри Берр. – И то, что он сможет проникнуть сюда при помощи этого Магистра, действительно очень опасно. Признаюсь, раньше я не верил в существование Врага, считая его персонажем из сказок или хитрой выдумкой эльфов, вы уж простите, Тиларен. – Эльф молча кивнул. – Сейчас я сомневаюсь в невозможности его существования. Что же мы можем сделать, чтобы помешать ассахцам?

На несколько секунд в каюте воцарилась полная тишина. Было слышно, как завывает ветер и стонет от холода эльфийский корабль. Огонь свечей колебался, и странные тени плясали на стенах каюты. От этого становилось немного не по себе. Одолевали тревожные и печальные мысли, вся хрупкая уязвимость мира проступала сквозь суету мелких забот и распрей.

Эльфы, несшие бремя исторической памяти и преемственности, добровольно взвалившие на себя заботы о судьбе Айринга, нашли наконец понимание в сердцах тех шести людей, что сидели сейчас рядом с Тилареном и, может быть, впервые столь явственно ощущали ответственность, тяжелым камнем нависшую над ними. Ведь они были среди тех немногих, кто знал истинное положение вещей и видел ту угрозу для всех – людей и эльфов, орков и гномов, скрывавшуюся в действиях Великого Магистра Ассаха.

Даже Прибрежные и Северные эльфы не были пока предупреждены и не подозревали об опасности. Их мысли и устремления были направлены на борьбу с мнимыми врагами – людьми Островной империи или орками Огненной Орды…

Долгое молчание прервал Тиларен.

– Вы говорили о Туманных островах, не так ли? Вполне возможно, что именно там ассахцы могут найти проход между мирами, – задумчиво произнес он.

– Подождите, я чего-то не пойму, – возразил вдруг Ринн. – Вы говорили, Уважаемый Тиларен, что проход между мирами возможен только через Врата, которые были созданы до эльфов. Они охраняются, так чего же нам опасаться?

Все было вздохнули с облегчением, но капитан поспешил их огорчить.

– Так-то оно так, – сказал он спокойно, – да не совсем. Когда эльфы появились в Айринге и расселились по всем континентам, мы в первую очередь стали искать Врата. И не нашли ничего. А потом нас поставили перед фактом: в северных степях появились орки. Может, в Айринге не двое Врат, а больше? Туманные острова мы обыскали еще много веков назад, там ничего подозрительного не обнаружили. Но кто сможет утверждать, что Врат нет в других местах? Айринг столь велик, что до сих пор существуют неисследованные и незаселенные пространства, кроме разве что Аттарикума, здесь уж мы осмотрели каждый камешек… Великий Магистр по глупости своей может привести в наш мир истинного Врага.

– Вы правы, Тиларен, – сказал Даремир Злат. – Ассахцев надо остановить.

– Это надо сделать и по другой причине, – заметил Джарри. – С этой новой магией ассахцы смогут покорить весь мир, за исключением, может быть, Страны Южных эльфов. Как мне кажется, ни эльфы Сильверена, ни Эндариэна не обладают тем уровнем магического искусства, какой есть у вас, у Южных эльфов. Что они в состоянии противопоставить Ассаху?

– Да, мы сделали много открытий в этой области и пока можем противостоять темной магии, – ответил Тиларен. – Мы поделимся своими знаниями с другими эльфами, но и в этом случае эльфийские государства останутся только маленькими островками, которые со временем поглотит людское море, подвластное Ассаху и его магии.

Эльф и люди стали обсуждать, что предпринять в данной ситуации. В результате все сошлись на мнении, что необходимо добраться до Туманных островов. Тиларен пообещал ходатайствовать об отправке корабля-разведчика, чтобы разобраться, что же затеял на этих островах Великий Магистр.

Дальнейшее путешествие в Атрил проходило так же спокойно и монотонно. Солнце ненадолго показывалось из-за горизонта, ослепляя лучами, и вновь скрывалось за ним на долгие часы ночи. Горы остались далеко позади, сквозь облака виднелось море и блики солнца на его поверхности.

Люди развлекались игрой в кости, беседовали иногда с Тилареном, во время восхода и захода солнца, бывало, выходили на палубу полюбоваться красотой окружающего мира.

В один из вечеров, когда Лиярра и Джарри остались одни на палубе, островитянин решился заговорить о том, что не давало ему покоя все последние дни и недели.

– Лиярра, – начал он, почему-то робея, – я давно хотел спросить тебя…

Аккурианка повернулась к нему и слегка улыбнулась. Лучи заходящего солнца осветили ее лицо, и у Берра екнуло сердце. Она была так прекрасна. Ее чуть раскосые глаза светились теплом и добротой. Длинные черные волосы ниспадали на плечи, и солнечные лучи играли в них белыми и красными огоньками. Щеки порозовели от холода, а изо рта вырывался пар.

– О чем? – игриво спросила девушка.

– Знаешь, – ответил Джарри, – я верю в то, что случайностей не бывает. И то, что мы встретились – знак судьбы. Я помню тебя с того момента, когда увидел мельком в Белтаре. А когда мне посчастливилось найти тебя в полузатопленном корабле, я почувствовал…

– Что? – аккурианка продолжала улыбаться.

Джарри Берр посмотрел Лиярре прямо в глаза. Их взгляды встретились, настал момент, который должен был изменить судьбу обоих.

– Я люблю тебя, Лиярра, – тихо сказал островитянин.

Девушка молчала. Ее сердце трепетало и готово было вырваться из груди. Как долго она ждала этого момента! Кто бы мог подумать, что телохранительница аккурианской принцессы встретит и полюбит пирата-островитянина? Такое могло произойти лишь в сказке. Но вот он здесь, рядом с ней, живой, из плоти и крови. И говорит, что любит ее. Лиярра закрыла глаза и дала себя поцеловать.

– И я тебя люблю, Джарри, – прошептала она чуть слышно.

– Будь моей женой, – сказал Берр.

– Я согласна.

Они целовались долго, не обращая внимания на холод и ветер, словно боясь расстаться друг с другом хоть на мгновение.

Узнав о решении Джарри Берра и Лиярры вступить в законный брак, Даремир не удивился, напротив, очень обрадовался этому. Ринн и островитяне поприветствовали своего капитана бурными возгласами. Реакция Тиларена была более сдержанной. Эльфы, жизненный путь которых исчислялся веками, женились обычно поздно, в возрасте 300–400 лет. И ухаживали они за своими избранницами годами, сочиняя целые поэмы или музыку, чтобы привлечь внимание утонченных эльфийских женщин. Скорость, с которой развивались отношения у людей, была для эльфов чрезмерной. Но и век людей был ох как недолог… «И когда люди все успевают?» – подумал Тиларен, но согласился участвовать в церемонии. Со стороны людей свидетелем стал принц Империи Солнца Даремир Злат.

Праздничная церемония на заоблачной высоте длилась долго – ее провели по людским и эльфийским обычаям, с музыкой, песнями и вином. Сначала Джарри и Лиярра преклонили колена и Даремир произнес над ними формулу брака, Тиларен продолжил ее по-эльфийски. В момент, когда молодоженам позволили наконец поцеловаться, эльфы устроили фейерверк, самые искусные из них заиграли на лютнях и других инструментах веселую мелодию. Джарри поднялся с колен и помог встать Лиярре. Они закружились в танце, остальные образовали круг и подбадривали молодых хлопками. Тиларен приказал принести эльфийское вино, которого с лихвой хватило на всех.

В лучах солнца, над ковром из облаков летел корабль эльфов, а на его борту продолжалось празднование. Пели эльфы, потом Ринн, Керд и Стован пустились в пляс. На закате несколько эльфов поднялись в воздух и исполнили сложный эльфийский танец, другие в это время вновь устроили огненную пляску фейерверка, дополнившую танец летающих эльфов. Такого единения традиций и обычаев еще никогда не было между людьми и эльфами. Тиларен оказался очень мудрым, устроив такой праздник на своем корабле. Эльфы и люди больше не смотрели настороженно друг на друга, сердца их оттаяли. Джарри Берр впоследствии не раз вспоминал с радостью и теплотой этот день. Свадьба на заоблачной высоте сразу по двум обрядам – что еще могло бы сравниться с этим?

Молодоженам выделили отдельную каюту и старались не тревожить их по пустякам. Однако, «медовый месяц» закончился с прибытием летающего корабля в Атрил. Людей проводили в одну из каменных башен и приставили к ним охрану. Тиларен назвал это предосторожностью и пообещал в ближайшее время добиться того, о чем было договорено во время полета. Начались дни томительного ожидания. Что уготовила судьба на этот раз?

Глава 20 Игристый Ручей

Траур, печаль и боль заполнили Ильтарен. Завяли цветы, деревья стояли, опустив ветки, с пожелтевшими и почерневшими листьями. Погода окончательно испортилась, и после нескольких солнечных дней небо вновь покрылось тучами, пошли дожди. С моря дул сильный холодный ветер, срывавший листья с деревьев и уносивший их вверх с тем, чтобы в следующее мгновение рассеять во все стороны, словно пепел. В городе не было слышно музыки, песен и смеха. На крепостных стенах и укреплениях выставили дополнительные патрули, охрану дворца – удвоили. Все говорило о том, что Ильтарен готовится отразить возможное нападение с моря. Огромное побережье Сильверена оказалось неприкрытым, и Альмир отдал приказ усилить гарнизоны всех приморских городов.Людей Светлейший эльф не опасался: флот островитян и коноррцев был обескровлен в недавнем сражении, а Империя Солнца еще никогда не отваживалась напасть на Прибрежных эльфов с моря. Альмир хорошо знал обычаи и традиции ривеннов – эти варвары предпочитали сражаться на твердой земле, полагаясь на природную силу и решимость. Его тревожила неизвестность. Экспедиция на Туманные острова вернулась, так ничего и не прояснив. Погибли Мирандил и несколько Северных эльфов. Единственный факт, не подлежащий сомнению, заключался в том, что на Тивергене, самом восточном из Туманных островов, объявились огры, обученные тактике боя и хорошо организованные. Последнее само по себе удивительно, так как обычно огры, жившие высоко в горах, постоянно враждовали между собой.

Из экспедиции вернулись аккурианка и Кольди, посланница Университета. Герцогиня Аретама поспешила отплыть на родину, твердя, что на Туманных островах поселился сам Враг. Она была так напугана, что толком ничего не могла объяснить. Зато Кольди оказалась намного хитрее, несмотря на свой младенческий возраст. «И как я не досмотрел, что она что-то скрывает! – корил себя Альмир. – Ведь чувствовал, что в ее рассказе что-то не так. Но тогда все мысли были о предстоящем сражении с людьми».

Мудрейший и старейший эльф Сильверена, Диамон, погиб, не распознав опасности в амулете, врученном ему этой глупой Кольди. Чего же добивался Враг или тот, кто прикрывается его именем? Выяснить это уже невозможно – Кольди успели казнить, допрашивать некого. Хорошо, что хотя бы книги из библиотеки не пострадали. Нет, часть все же сгорела, но те, что хранились в тайной комнате, остались невредимы. Может, именно их и пытались уничтожить? Наиболее вероятно. Поэтому Альмир распорядился перенести все содержимое тайной комнаты в один из залов под дворцом, где хранилась казна Сильверена. Теперь, кроме заклинаний, древние книги охраняет сотня лучших воинов и магов.

Такое особое внимание к этим книгам объяснялось тем, что именно из-за них началась Великая война, принесшая столько горя эльфам. Кто-то всеми способами стремился уничтожить их.

Однако времени для размышлений не оставалось. Сделав все возможное, чтобы защитить Сильверен с моря, Альмир поспешил к армии, стоявшей лагерем у реки Аквинол, что отделяла Сильверен от Зеленой Степи – южного улуса Белой Орды. При этой армии должен был находиться сам король Лемиэн, а он был молод и неопытен. Альмира очень беспокоили намерения короля перейти пограничную реку и атаковать орков в лесостепи, пренебрегая преимуществами и защитой родных лесов.

Вернувшись в Ильтарен, Светлейший эльф спустя всего неделю отправился на новую войну. Он не мог позволить себе ни дня отдыха – последние месяцы выдались чрезвычайно напряженными. Сильверен со всех сторон окружали старые и новые враги: орки угрожали с севера, люди Империи Солнца – с запада, островитяне и коноррцы были временно отброшены, но появилась опасность с юга – Черный флот и его таинственный хозяин.

«Эх, где годы моей молодости… – подумал Альмир. – До Великой войны все было иначе. А до появления людей и орков и вовсе замечательно. В те времена эльфам не приходилось браться за оружие, мир был тогда еще юн и чист. Что же теперь? Люди и орки размножаются, словно животные, заселяют все новые и новые земли. Эльфы вынуждены перейти к оборонительным действиям, и их спасает лишь то, что среди их врагов не было и нет единства. Иначе бы…»

Пусть эльфы искуснее в стрельбе, фехтовании и в магии, но люди и орки берут числом и, может, бесстрашием. Ведь эльфы всегда опасаются за свою жизнь и не рискуют зря, а сознательно идут на жертву. В отличие от них, люди и орки не ценят жизни ни своих соплеменников, ни, подчас, свои. В этом их сила – неосознанная, стихийная. В этом таится опасность.

Когда же произошел перелом, когда эльфы потеряли контроль над Айрингом? Альмир вспомнил Союзническую войну начала позапрошлого века, в которой он командовал одним из флотов Сильверена. Тогда люди объединились против Прибрежных эльфов и победили. На столетия был потерян Тиндол, и ривенны стали хозяйничать в эльфийских лесах. Сейчас ситуация повторяется, и Сильверен снова один против всех.