Каковы были ее результаты осталось тайной за семью печатями, но развязав Вторую мировую войну, Германия заявила на этот материк свои территориальные претензии.

Затем война кончилась, все кануло в Лету, а в ходе изучения захваченных фашистских архивов всплыли довольно интересные факты.

Оказывается на территории Земли Королевы Мод, та экспедиция обнаружила уникальный участок ландшафта, площадью более тридцати квадратных километров, с небывало теплым для тех мест климатом, растительностью и пресными озерами, который назвали Новой Швабией.

С началом войны, между ней и Гамбургом было организовано регулярное пароходное сообщение, с доставкой туда всевозможных специалистов и военных грузов.

Более того, контрразведкой «СМЕРШ», в берлинской штаб – квартире гросс-адмирала Деница были обнаружены документы, подтверждающие наличие сверхсекретной базы кригсмарине, именуемой «Агарта» северней Новой Швабии, проведение там работ по созданию «оружия возмездия», а также соответствующие морские лоции.

После этих слов старый адмирал неспешно встал, взял с каминной полки лежавшую там пенковую трубку и плоскую коробку «кэптэна», потом снова опустился в кресло и стал набивать ее табаком

– Да, – озадачено произнес Туровер, – серьезная информация, разрешите и нам, Павел Алексеевич?

– Угу, – качнул седой головой рассказчик и чиркнул спичкой.

Молодой Львов извлек откуда-то пепельницу, тихо поставил ее на столик, и все закурили.

– Ну, а теперь слушайте дальше, – окутался облаком дыма адмирал.

– Эта информация была немедленно доложена Сталину, и по его приказу, осенью 45-го, Главкомом ВМФ Николаем Герасимовичем Кузнецовым, к Земле Королевы Мод была направлена военная экспедиция, состоящая из трех подводных лодок и ледокола Балтийского флота. С учетом особой важности, в нее отрядили наиболее опытных подводников и прикомандировали трех работников «СМЕРШа». Однако, по независящим от них причинам, достичь нужного района командирам не удалось, две субмарины и ледокол погибли, а оставшаяся вернулась.

К данному вопросу больше не возвращались, поскольку началась «холодная война», а спустя год, в эти же широты направилась целая армада кораблей ВМС США, под командованием адмирала Ричарда Бэрда. В нее входили авианосец типа «Эссекс» порядка двенадцати других боевых кораблей разного класса и более четырех тысяч личного состава. Операция называлась «Высокий прыжок» и ставила целью уничтожение крупной нацисткой базы, расположенной в Антарктиде.

Сведения о ней американцы получили от командиров двух немецких субмарин, интернированных в аргентинских портах в самом конце войны и сообщивших, что их лодки бывали на той базе, доставляя туда грузы и ученых, работавших с «тяжелой водой»*.

Однако и эта экспедиция потерпела неудачу, потеряв по нашим сведениям несколько кораблей и значительную часть личного состава.

В западную прессу просочилась кое-какая информация и там разразилась шумиха.

Ну а потом она сошла на нет, и обо всем забыли.

После смерти Сталина наше руководство тоже не предпринимало особых попыток отыскать «Агарту» или, как она проходила по американским источникам – Шангри-Лы (*31), хотя в Антарктиду и направлялись несколько научных экспедиций.

Когда же рухнул Союз, многие архивы были рассекречены, часть их исчезла, и ряд отечественных журналистов снова заинтересовались этим вопросом. Причем связывая его с уфологией и высказывая самые фантастические предположения…

Произнеся последние слова, адмирал на несколько минут замолчал и начал раскуривать погасшую трубку.

– Ну, как, интересный экскурс? – почмокивая чубуком, хитро покосился он на слушателей.

– М-да, весьма интригующий, – отозвался первым Майским. – Насколько я понимаю, все это правда?

– Правда,– утвердительно качнул головой Львов. – И я один из участников тех событий. А через пять минут, – взглянул он на стоящие в простенке часы,– здесь появится и второй.

– Павел Алексеевич, – если я не ошибаюсь, вы вместе ходили к Земле Королевы Мод? – наклонился к нему Туровер.

– Не ошибаешься Виктор, на одной из тех лодок. Я – помощником командира, а он по линии «СМЕРШа». По возвращению со всех взяли подписку, и команду распихали по дальним гарнизонам.

В комнате снова возникла тишина, которую нарушил мелодичный бой часов.

Вслед за этим хлопнула наружная дверь, и через пару минут, опираясь на трость, в ней появился высокий представительный старик, с зажатой подмышкой черной папкой.

– Разрешите вам представить, – поднялся с кресла хозяин. – Мой старинный друг, в прошлом начальник морского отдела КГБ СССР, контр-адмирал Батраков Владимир Иванович.

– Здорово, Альберт, здорово ребята, – передав папку Львову, тепло пожал тот руки вставшим с дивана офицерам.

– Давай, Володя, присаживайся, – кивнул хозяин на второе кресло, и гость грузно опустился в него, прислонив трость к каминной решетке.

– Ну, а теперь, чтобы не быть голословным, я покажу вам кое-какие документы, – а Владимир Иванович даст необходимые комментарии. На, держи, – протянул адмирал Туроверу папку.

Тот ее бережно принял, щелкнул кнопками, и помощник с Альбертом придвинулись ближе.

На первом, помещенном в прозрачный файл, пожелтевшем от времени листе, слева синели пятиконечная звезда и угловой штамп «НКО Главное управление контрразведки «СМЕРШ», с датой «28 июня 1945 года», а справа было отпечатано крупным шрифтом «Народный комиссариат государственной безопасности. Товарищу В.Н. Меркулову».

– Я могу читать вслух? – вскинул Туровер глаза на адмиралов.

– Можешь, – кивнул Батраков, грея над огнем руки.

«Докладываю, 11 июня 1945 года сотрудниками контрразведки «СМЕРШ» 79 стрелкового корпуса в здании штаба ВМФ Германии по адресу: Берлин-Тиргартен, Тирпитцзуфер 38-42, в служебном помещении обнаружены «карты прохождения морских глубин» с грифом: «только для капитанов подводных лодок А-класса зондер-конвоя фюрера» в количестве 38 штук под номерами с серией «44» №№ С 0188 по 1099, С №№ с 0228 по 0239, с №№ с 0446 по 0456, №№ 0555, 0870, 1489. Как следует из перевода текста к инструкции на карте, речь идет о прохождении подводных коридоров для входа в «АГАРТУ» подо льдами Антарктиды, – негромко читал Туровер, и все внимательно слушали.

…На каждой из карт, в графиках, шифрами и знаками, которые требуют расшифровки специалистами в области астрономии и навигации, обозначены различные ключи, как стоит полагать, используемые в зависимости от времен года и расположения луны. Карты отпечатаны в 1500 экземплярах в концлагере Дахау, в 17 км от Мюнхена, в «зонденлаборатории» в январе 1944 года, что свидетельствует о чрезвычайной секретности информации на картах, и о том, что все лица, участвующие в их изготовлении уничтожены.

Приложение: карты, перевод на 38 листах. Подпись – Абакумов», – закончил Туровер, и стало слышно, как в камине потрескивают поленья.

– Судя по всему, этот документ подлинный? – огорошено спросил он.

– Да, – кивнул седой головой Батраков. – Как и все остальное в папке.

– А кто такой Абакумов? – скрипнув диваном, поинтересовался Майский.

– Виктор Семенович мой непосредственный начальник. Впоследствии Министр государственной безопасности СССР. Расстрелян в 1954 году.

– Да, жестокое было время, – тихо произнес Альберт, а Туровер перевернул страницу и стал читать вслух второй документ.

Это была очередная, за той же подписью докладная. «Направляю секретную тетрадь с текстами законспектированных приказов Верховного главнокомандующего Вооруженными силами Германии Адольфа Гитлера и Рейхсфюрера СС « О подборе среди военнослужащих Вермахта, Люфтваффе, военно-морских сил и войск СС кандидатов для отправки в Антарктиду», – говорилось в ней. «Тетрадь с конспектами приказов принадлежит полковнику Вермахта Вильгельму Вольфу, которого органы контрразведки «СМЕРШ» в настоящее время разыскивают. Тетрадь обнаружена среди архивных документов Верховного командования Вермахта в городе Пирна под Дрезденом».

Вслед за ней последовал перевод стенограммы речи Деница на совещании высших чинов Рейха, датированной апрелем 43-го, где тот сообщал о создании по приказу фюрера, неприступной крепости на другом конце света, протоколы допросов нескольких адмиралов кригсмарине о месте ее нахождения, и еще ряд документов, неопровержимо подтверждающих факт наличия таковой.

– Да, Владимир Иванович, глубоко копала, ваша контора, – уважительно сказал Майский, – не то, что нынешние особисты.

– Как сказать, – улыбнулся тот краешком губ, – смотрите дальше.

Остальные документы датировались послевоенным временем, и первый же из них вызвал непередаваемое изумление сидящих на диване.

Это была помеченная грифом «совершенно секретно», докладная записка первого заместителя начальника ПГУ КГБ СССР* вице-адмирала Усатова, адресованная на имя Председателя КГБ СССР Андропова, в которой сообщалось, что по сведениям агентурных источников, полученных из ЦРУ и Пентагона, военная экспедиция, осуществленная американцами в 1947 году в Антарктиду, прошла успешно, адмирал Бэрд вступил в переговоры с нацистской верхушкой и доставил в США технологии производства новых видов двигателей, связи и оружия. Она иллюстрировалась фотографией, на которых был запечатлен Гарри Трумэн, вручающий Бэрду высшую военную награду США, «Медаль Почета».

– Вот тебе и американцы, опять всех умыли! – стукнул себя кулаком по колену Майский. – Теперь мне ясно, откуда у них «Наутилус», интернет и стелсы!

– Правильно мыслишь, – выбил трубку в пепельницу старый Львов, – а дальше будет еще интересней.

В очередном, с таким же грифом документе, адресованном Председателем КГБ Крючковым на имя последнего Генсека, обстоятельно и с подробной аргументацией, излагались факты наличия на Южном полюсе хорошо законспирированной нацистской базы и обосновывалась необходимость очередной военной экспедиции в Антарктиду.

Глянцевый лист наискось был перечеркнут красным, с наложенной вверху визой, «Считаю нецелесообразным».

– Вот сучий Горби, – зло процедил Туровер. – И тут приложил руку.

– Послушайте, Владимир Иванович, а почему вы его не удавили во время путча, – внимательно рассматривая витиеватую подпись, спросил Альберт, – ведь была ж такая возможность?

– А некому было давить, – горько усмехнулся Батраков. – В руководстве был разброд, каждый дрожал за свое кресло.

Завершали папку несколько черно-белых снимков, запечатлевших необычной формы летательный аппарат, висящий в небе над ледяным полем.

– А это, как говорят уфологии, «летающая тарелка» – перехватил недоумевающий взгляд Туровера Батраков. – Снята зимовщиками с полярной станции Новолазаревская в 1985 году. Она, кстати, была расположена на Земле Королевы Мод.

– Мы, Виктор, в сорок пятом, такие видели с Владимиром Ивановичем над морем Лазарева, где потеряли две наших лодки и ледокол,– вздохнув, добавил хозяин дачи.

– И как это случилось, если не секрет? – закрыл Туровер папку и вернул ее Батракову.

– Для вас нет, – переглянулись старые адмиралы.

– В море Лазарева, где согласно немецким лоциям должна была располагаться та самая «Агарта», – кивнул на папку Львов, – наши «катюши»* после потопления германского эсминца, были атакованы двумя такими летательными аппаратами. Они возникли в небе из ниоткуда, совершили стремительный облет кораблей, затем мы увидели несколько вспышек и головную лодку разнесло в щепки.

На остальных сыграли боевую тревогу, наверх выскочили орудийные расчеты и мы попытались отразить нападение. Но при втором заходе то же самое случилось со вторым кораблем, а наш был поврежден, и на нем сыграли аварийное погружение

Когда через несколько минут мы подвсплыли и подняли перископ, то снова подверглись атаке и ушли на глубину. Ну а там, заделав пару пробоин и устранив повреждения в кормовом отсеке, приняли решение идти в базу.

По прибытию в нее, обо всем было доложено лично Кузнецову, и он проинформировал о результатах Сталина. После чего команду изолировали, и как я уже упоминал, взяли с нас подписку о неразглашении. Спустя месяц, ее расформировали, разбросали по разным флотам, и после того случая я больше никого не встречал, за исключением Владимира Ивановича, с которым через пять лет мы пересеклись на Севере.

– Не иначе их потом упрятали в лагеря, – высказал предположение Майский, незаметно бросив взгляд на Батракова.

– Это ты батенька видать начитался Солженицына, – пошевелил тот тростью одно из поленьев. – Все нормально продолжили службу, но мы за ними конечно присматривали. Так, на всякий случай.

– А те лоции что, не сохранились? – испросив разрешения, закурил вторую беломорину Туровер.

– Почему же? – ответил Львов, – они у нас с Володей. А теперь к вам вопрос, – обвел он взглядом командира с помощником – Как, не передумали, после того, что здесь услышали?

– А мы привыкли держать слово, – пуская носом густую струю дыма, – прищурился Туровер. – Ведь вы нас сами когда-то этому учили, помните, Павел Алексеевич?

– Было,– кивнул седым ежиком адмирал.

– А теперь главное, кем и в каких целях, готовится эта экспедиция. – Давай, Володя, излагай, – тронул он за плечо Батракова.

– Все то, что вы здесь услышали, – показал тот пальцем на лежащую на столе папку, – в значительной части уже секрет полишинеля*. А сейчас я сообщу вам то, что сегодня мало кто знает. Надеюсь, вам это будет небезинтересно.

– Еще бы, – оживились сидящие на диване.

– Ну, так вот, все те документы, с которыми вы ознакомились, составляли часть оперативной разработки*, которая находилась в ведении 3 Главного управления КГБ СССР и велась при участии ПГУ.

С началом перестройки мы получили неопровержимые доказательства того, что американцы имеют регулярные контакты с представителями «Агарты», которая продолжает существовать и получили от нее новое психотропное оружие, позволяющее воздействовать на психику человека.