Любая модернизация первоначально имеет благие цели, но когда дело доходит до реализации задуманного, как правило, появляются чиновники, старающиеся если не навредить проекту, то всячески его заболтать.

Экспедиции повезло, что её руководителем был назначен профессор Ларионов. Этот человек науки являлся одним из тех, кто посвятил любимому делу всю жизнь и привык не только не останавливаться на половине пути, но и добиваться своего.

Для того, чтобы выбить дополнительные средства на модернизацию «Океана», он пошел на прием к президенту РАН и сумел убедить того в своей правоте.

Затем вместе с проектировщиками и конструкторским бюро, непосредственно занимающимся постройкой батискафа, они внесли несколько небольших, но существенных изменения в проект. Нестандартные технические предложения Гены Вельского по модернизации батискафа были успешно реализованы в сравнительно небольшие сроки.

Во-первых, вместо одной камеры видеонаблюдения с датчиком движения, были установлены целых четыре: по бортам, сверху и снизу. Понятное дело, подводный монстр мог появиться с любой стороны.

Во-вторых, на корпусе разместили четыре подводных электрических шокера. В обычном режиме эти устройства излучали очень слабое электрическое поле, которое привлекало хищников. Специалистам известно, что у акулы чуть ниже глаз расположены специальные рецепторы, способные помогать хищникам обнаруживать жертву. В то же время в случае нападения на батискаф, экипаж мог с помощью мощного разряда заставить хищника отступить.

Наиболее простым выглядела третья модернизированная новинка. В районе кормового стабилизатора была наварена небольшая емкость-резервуар. Перед выходом в экспедицию по замыслу Вельского резервуар необходимо было наполнить кровосодержащей жидкостью. Находясь в районе поиска изнутри батискафа можно было подать команду, в емкости открывалось маленькое отверстие, через которое содержимое поступало в воду. Этот имитатор раненого морского животного должен был привлечь океанских хищников.

Ларионов подобрал в экипаж опытных специалистов. Кроме него, как руководителя экспедиции, в состав экипажа батискафа входили: Геннадий Вельский – военный моряк, профессиональный аквалангист, освоивший управление батискафом. Инженер –механик Петр Савиных. Ученый океанограф, специалист по акулам Глеб Сергеев. Последним, пятым членом экипажа стала женщина – врач, биолог и дайвер Виктория Новикова. Профессор как-то проговорился, что её рекомендовали свыше.

Все члены экипажа батискафа «Океан», кроме Вельского и Новиковой, до этого много лет знали друг друга, поэтому на первом рабочем совещании, которое проходило на борту научно-исследовательского судна «Камчатка», сосредоточили внимание на новичках.

Первой о себе поведала Вика. Училась в Питере, работала на кафедре в госуниверситете морского и речного флота имени С.О.Макарова. Увлеклась тематикой существования доисторических подводных хищников, пишет диссертацию. Закончила двухлетние курсы экстремальной медицины, занималась дайвингом. Не замужем.

– А чего так? – поинтересовался океанограф и специалист по акулам Глеб Сергеев. – Симпатичная молодая женщина. Неужели достойного парня не нашлось?

– Парней много. Достойных – мало! – отрезала женщина, бросая снисходительный взгляд на автора вопроса.

После этого о себе рассказал Гена. Очевидно стараясь понять, что из себя представляет этот морской офицер, с кем придется погружаться на большую глубину, к Вельскому принялась приставать Новикова.

– Слушай, Гена, а ты на самом деле видел этого мегалодона? – поинтересовалась Вика.

– Да, видел, – ответил Вельский и почему-то покраснел.

Симпатичная молодая женщина поняла смущение коллеги чисто по-женски, как подтверждение собственной неотразимости, и принялась наращивать успех.

– А может быть, это был не мегалодон? – засомневалась она. – Синий кит, к примеру, или еще какой-нибудь доисторический динозавр?

– Я видел огромный силуэт и акулий хвост, только очень большой. Метра три-четыре. Уже позже прочел в книге, что примерно так выглядел именно мегалодон.

– Может быть, это была безобидная китовая акула? Они бывают весьма внушительных размеров. Я сама как-то наблюдала одну такую в Атлантике, – принялась допытываться Вика.

– Не думаю. Китовых акул я также наблюдал в естественной среде. Эта была более крупная и, если так можно выразиться, резкая. Китовые акулы, питающиеся крилем, так не плавают, – Гена был явно не согласен с предположением молодой женщины.

– Не обижайтесь, Геннадий, – смягчилась Виктория. – Все мы очень хотим, чтобы это оказался на самом деле мегалодон. Это была бы сенсация мирового масштаба. По этой причине все мы решили принять предложение профессора и участвовать в экспедиции. Но, будем откровенны: шансы отыскать подводного монстра не очень велики.

Её солнечные кудри, едва прихваченные заколкой, пикантно растрепались по плечам, как мохнатые золотые змеи, лезли в красивое и умное лицо. Но девушку это, похоже, не сильно беспокоило. Под легкой блузой просматривалась высокая грудь, которая обычно заводит мужчин. И обладательница сей очаровательной формы, похоже, об этом не только знала, но и умело пользовалась. Её задорно-лукавые глаза уже просканировали собеседника от макушки до пяток. Перед Вельским в данный момент была не врач, биолог и дайвер, а женщина, которая умела себя подать и нравиться мужчинам.

– Скажите, Геннадий, на каких глубинах вы предлагаете осуществить поиск.

Гена понял, что профессор задал этот вопрос целью прекращения дискуссии на тему «видел – не видел». Экспедиция должна исходить из того, что мегалодон реально существует и его необходимо отыскать.

– Знаете, мы свами находимся в положении, когда сложно что-либо утверждать, – начал издалека Вельский. – Если бы меня спросили, где искать человека, облаченного в легкое водолазное снаряжение, я бы однозначно ответил: «На глубинах до 320 метров!» Все потому, что рекорд, занесенный в Книгу рекордов Гиннесса на сегодняшний день составляет – 318,25 метра. Примерно то же самое с подводными лодками. До сих пор ни одна атомная субмарина не смогла погрузиться на глубину свыше 1027 метра. Этот рекорд принадлежит АПЛ «Комсомолец» в 1985году.

Что касается мегалодона, то тут уместны лишь предположения. С одной стороны, именно в зоне света (0-200 метров) находится то, чем он питается: всевозможные рыбы, дельфины, акулы, кальмары и т.д. Это его основная столовая. Немало объектов пищевого внимания можно отыскать этому хищнику и в сумеречной зоне (200-1000 метров) Здесь он также может охотиться. Но поскольку в его рацион входят и киты, то мегалодона можно встретить еще глубже. Так максимально известная глубина погружения кашалота равна 2035 метра, а глубина максимального погружения самого глубоководного млекопитающего – кита-клюворыла равна 2992 метра. Предполагаю, что мегалодона следует искать на глубинах до 3000 метров. На практике это должно выглядеть так. Наше судно своим гидроакустическим комплексом в активном режиме ищет подводные объекты, схожие на этого монстра. В случае обнаружения в работу вступает наш батискаф. Мы его приманиваем и снимаем на видео. Как я понимаю, задача отлавливать мегалодона не ставится?

– Конечно, нет, – согласился профессор, хотя по глазам было видно: он совсем не прочь осуществить и это.