«Всё не так плохо, как кажется. Всё гораздо хуже».

Август месяц на Севере – золотое время. Золотое время не только потому, что северное лето можно сказать в самом разгаре, но ещё и потому, что из училищ на флот начинают прибывать лейтенанты. Основная часть их активно вливается в служебную деятельность и начинает рьяно служить. Вот так в один из августовских дней в экипаж трпк СН прибыл лейтенант-связист. В тот момент времени экипаж ждал свой корабль с боевой службы и находился в казарме. Готовили документацию к предстоящей задаче, ходили в наряды, выделяли личный состав на работы, в общем, служили более или менее размеренно и спокойно. И вдруг грянуло. С БСРК убежал матрос. Все свободные от выполнения боевых задач силы были брошены на поиски и поимку. КПП были усилены офицерами и мичманами. Лейтенант-связист, назовём его Андрей, заступил с мичманами из своей группы на КПП, которое находилось на дороге, ведущей непосредственно к пирсам и ЗКП. Мичмана уже служили в экипаже не один год и были людьми опытными: они не светились у шлагбаума, а предпочитали проводить вахту на единственной койке, устроившись на ней даже не валетом, а какой-то фантастической фигурой. Впрочем, это не мешало им предаваться крепким объятиям «морфея». Андрею было пока ещё всё интересно и он постоянно находился на улице у шлагбаума. Благо – лето, тепло. Вот так вот и служили. Было послеобеденное время, вахта катилась к концу. И в этот момент у КПП появилась чёрная «Волга» командующего. За рулём сидел сам командующий. Он недавно приобрёл личный автомобиль и иногда в хорошем расположении духа повышал своё водительское мастерство на служебной машине. «Волга» остановилась. Командующий смотрел на лейтенанта, лейтенант – на командующего. Наконец лейтенант представился, что он де дежурный по КПП. К слову сказать, до этого Андрей командующего никогда не видел и не предполагал, кто находится пред ним за рулём «Волги».

– Открывайте, – приказал командующий.

– Предъявите пропуск, – последовал ответ.

Лейтенант перед заступлением на вахту был проинструктирован «до слёз» помощником начальника штаба по режиму капитаном 3 ранга Филончиком. Филончик тоже был из связистов и поэтому питал к последним тёплые чувства.

– Пропуска нет, – сказал командующий.

Он даже не предполагал, что его кто-то не знает.

– Ну, на нет и суда нет – сказал как бы про себя лейтенант.

Командующий опешил:

– И что же теперь делать?

– Нужно звонить Филончику, – сказал Андрей.

– Ну, так идите и звоните.

– Товарищ вице-адмирал! – взмолился лейтенант. – Сейчас же адмиральский час. Филончик меня выдерет. Позвоните сами.

Благостное настроение командующего улетучивалось с каждой минутой.

Он молча вылез из машины и пошёл в здание КПП к телефону. Мигом проснувшиеся мичмана, как матросы-первогодки рванулись к выходу и спрятались за будкой. Адмирал подошёл к телефону:

– Какой номер у этого Филончика-гандончика?

Андрей назвал номер. Послеобеденный сон помощника начальника штаба по режиму был грубо нарушен. И тут же всё завертелось с быстротой рулетки, мичмана бросились открывать шлагбаум, лейтенант взял под козырёк. Командующий сел за руль, проехал в зону и вдруг остановил машину. Всё внутри у него кипело. Адмирал приоткрыл дверцу машины.

– Вы бы лучше, товарищ лейтенант, так матросов ловили, как адмиралов ловите, – сказал он в сердцах.

– А я всех одинаково ловлю: и матросов и адмиралов, – последовал ответ.

Адмирал резко захлопнул дверцу «Волги» и медленно покатил к ЗКП.

Ю. Петрушков