К 20-м числам сентября ремонт на пароходах был сравнительно закончен – каюты сделаны, подпорки приведены в надлежащее состояние, оставалось провести в новые каюты отопление и ставить артиллерию. Наконец, после долгого ожидания, из Петрограда была получена телеграмма о прибытии артиллерии.

Своей артиллерии у нас, кроме 4-х горных трехдюймовок с морскими станками, не было, да и эти орудия были до того запущены, пролежав зиму где-то под снегом и летом под дождем, что думать о их пригодности можно было лишь, желая только устроить бутафорию. При всем нашем желании, и бутафории мы сделать не могли, ибо самого главного, а именно тумб, у нас не было. Мы их ждали как манны небесной – комиссар Колмыков бегал в Петрограде по всем складам, уже даже предполагали заказать их здесь, но оказалось, что Тверской металлический завод не работает.

Кроме касающегося артиллерии, у нас не имелось даже и винтовок – на весь Тверской отряд было всего штук 10 или 15, о пулеметах и говорить нечего. А это были вещи самые необходимые для нашего дела. Таким образом, известие о прибытии артиллерии мы встретили с восторгом. Стараниями Колмыкова в Петрограде, в Тверской отряд прибыло 6 горных легких пушек, 6 пулеметов Кольта и два ящика русских винтовок.

Шесть горных легких пушек – мы распределили на три парохода: на «Ярославича», «Девет» и «Петроград»; по два, значит, орудия на судно. Пулеметы были даны по одному на судно и, кроме того, два на «Тверь». Так как ни один человек из нас еще не имел дела с Кольтом, то собирали мы их собственными силами. Пулеметы были новенькими, еще в ящиках, присланные во времена, видимо, блаженной памяти Керенского из Америки – это мы судили по газетам, служившим упаковочным материалом. Все наши, таким образом, познакомились с конструкцией пулеметов.

То же самое проделали и с орудиями – вычистили их до отказа – поставили на высокую ось и этим придали судам вполне боевой (в нашем представлении) вид. Публика с удивлением толпилась на набережной у пристани и с любопытством разглядывала нашу грозную флотилию и недоумевала насчет пушек на колесах, вынутых из ящиков. Ружья были все приведены в надлежащий вид и составлены в устроенную пирамиду на «Твери».