Строители из других стран не пожелали ехать в Москву и отстраивать столицу Русского государства, а может их просто не пустили их правители. История об этом умалчивает, однако русский царь Пётр Алексеевич знал всю эту подоплёку, и, скорее всего, по этой причине пригласил для строительства своей новой столицы только итальянских мастеров: Доменико Андреа Трезини, Джованни Мария Фонтана, Франческо Бартоломео Растрелли.

Первым архитектором Санкт-Петербурга был Доменико Трезини, итальянец. Однако в 1716 году Петром Первым был приглашён французский архитектор Жан-Батист Александр Леблон. Несмотря на то, что Жан-Батист стал главным архитектором, ему доверили отстраивать лишь пригороды столицы, а также сады и парки. Главное же первенство в строительстве города было несомненно за итальянцами. Этим самым Пётр Первый дал понять европейцам, что не стоит неуважительно относиться к русским Государям.

У русских очень хорошая память и обострённое чувство справедливости. Века пройдут, а русские всё равно будут помнить и при удобном случае всегда ответят обидчику. Русские ещё умеют прощать, но это только после того, как обидчик получит своё по заслугам.

Кто-то думает, что русские, как православный народ должны прощать все обиды, как учил Иисус Христос. Однако вспомним, что говорил Спаситель, когда его привели к иудейскому первосвященнику Анне. Об этом повествует Евангелие от Иоанна, глава 18:

«Первосвященник же спросил Иисуса об учениках Его и об учении Его.

Иисус отвечал ему: Я говорил явно миру; Я всегда учил в синагоге и в храме, где всегда Иудеи сходятся, и тайно не говорил ничего.

Что спрашиваешь Меня? Спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил.

Когда Он сказал это, один из служителей, стоявший близко, ударил Иисуса по щеке, сказав: так отвечаешь Ты первосвященнику?

Иисус отвечал ему: если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?

Анна послал Его связанного к первосвященнику Каифе.»

Чувство справедливости присуще всем людям, и поэтому царь Пётр поступил так, как подсказывала ему совесть русского человека. Раз не захотели европейские архитекторы, кроме итальянцев, помогать отстраивать Москву в каменных одеждах, значит не будет из них никого и в Северной столице.