Судно экспедиции вышло к Железному Рогу ранним утром. Это было на руку исследователям, ведь для тренировки и пробы оборудования у них был весь световой день. Вдали по левому борту был хорошо различим берег и строящийся терминал грузового порта. Ветер гнал по воде мелкую рябь. Погода тоже способствовала неспешному вдумчивому поиску. Паруса были убраны, и где-то под палубой вдруг закашлялся и закряхтел дизель, выплюнув в воду пузыри сизого дыма.

– Ну, погнали, – кивнул Костя. Виталя поудобнее устроился в штурманском кресле, забил координаты первого «обстракшна» в навигационную систему, и она тут же выдала курс.

– Малый ход, – скомандовал Макс. Стрелка тахометра на приборной панели дернулась, бриг задрожал чуть сильнее от вибрации. Стоящий за спиной Витали Костя отчетливо видел, как поползла точка брига по карте в направлении предполагаемого объекта. На мониторе сонара началась отрисовка профиля дна по левому и правому борту. Индикатор магнитометра спокойно светился одиночным зеленым огоньком, указывая на отсутствие металла на дне.

– Выход в точку через триста метров! – крикнул Виталя.

– После выхода в точку делаем проходку метров двести, затем разворот на сто восемьдесят градусов и обратную проходку. Интервал – двадцать пять метров, – сказал Максу Костя.

– Это почти разворот на «пятке», – ответил Максим, озадаченно покрутив мизинцем в «тоннеле» в ухе, – Сложный маневр.

– Я в тебя верю, – положил руку на плечо капитану Костя.

– Мы в точке! – отрапортовал Виталя. Макс снизил ход до самого малого. Виталя впился глазами в монитор сонара, изредка бросая взгляд на индикацию магнитометра. Камни, камни…

– Разворот!

Максим мастерски переложил руль на правый борт, одновременно отработав реверс машиной. Бриг погасил невысокую скорость, крутанулся волчком, описав небольшую дугу, и лег на обратный курс.

– Интервал – тридцать два метра, – доложил Виталя.

– Для начала неплохо, – резюмировал Костя, – Луч сонара не перекроет полосу в пять-семь метров, но это ерунда. Спрятаться в такой полосе тени «жирному» объекту просто невозможно.

Вся команда бросила свои дела и настороженно следила за эволюциями судна. «Пегас» утюжил заданный район, галсируя туда-сюда, невидимые лучи приборов прощупывали дно.

– Кажется, есть! – голос Витали сорвался, взгляд впился в монитор, где среди силуэтов камней проступило нечто правильной геометрической формы. Он перевел глаза на индикатор магнитометра – тот по-прежнему показывал одинокий зеленый огонек, давая понять, что металла на дне не обнаружено, – Что делаем?

– Надо выполнить погружение, – негромко сказал Костя Максиму, – Магнитометр может быть неисправен или не среагировать, если объект деревянный.

Макс снова положил бриг в крутой разворот и повел на нужную точку. Напряжение возрастало.

– Точка! – крикнул Виталя, снова различив на мониторе очертания нескольких цилиндров правильной формы. Макс застопорил ход и чуть отработал машиной назад, гася скорость. Одновременно с выкриком Витали Олеся плюхнула в воду буй – красную топливную канистру с грузом на веревке. Груз стремительно пошел ко дну, разматывая веревку и раскручивая канистру. В этот же момент Макс скомандовал: «Якорь!» – и стоящий в готовности на полубаке боцман Паша запустил электромотор брашпиля, который с грохотом стал разматывать якорную цепь. Бриг замер метрах в двадцати от буя.

– Глубина – семнадцать метров! – доложил Виталя.

Когда Костя появился на кормовой площадке, Леха с Марьяной уже помогали Асе надевать акваланг.

– Слушай внимательно, – сказал он Асе, торопливо закидывая лямку жилета-компенсатора на плечо, – По поверхности доплываем до буя и по готовности начинаем погружение по буйрепу14. Доходим до дна и начинаем циркулировать по часовой в пределах видимости, расширяя радиус. На все тридцать минут. После чего возвращаемся к бую и всплываем. Поняла?

– Угу, – промычала Ася, пробуя подачу воздуха через загубник во рту. Она широко шагнула за борт, подняв фонтан брызг. Костя прыгнул следом.

По поверхности они вместе быстро доплыли до буя. Нащупав под водой буйреп, Костя показал Асе большой палец вниз, что означало: «погружаемся». Получив ответ таким же жестом, Костя зажал клапан компенсатора и начал падение на глубину. Как более опытный и физически сильный, он контролировал и погружение Аси, постоянно удерживая ее в поле зрения. Видел, как она несколько раз продулась, выравнивая давление в воздушных пазухах. Наконец, он коснулся ластами дна. Глубиномер показывал шестнадцать метров.

Дождавшись Асю, Костя показал ей «о’кей» сведенными в кольцо большим и указательным пальцами. «О’кей», – ответила ему жестом Ася. Обмен «о’кеями» дал понять, что все идет как надо, оба аквалангиста чувствуют себя хорошо, проблем со снаряжением нет. Закрепив карабин за якорь буя, Костя стал отплывать, разматывая катушку с ходовой оттяжкой. Отплыв на расстояние, с которого силуэт Аси стал расплываться и терять четкость, он остановился и поморгал ей фонариком. Ася приблизилась к Косте и схватилась за размотанную им веревку, держа ее внатяг. Костя снова проделал ту же операцию: отплыл на расстояние предельной видимости, остановился и поморгал фонариком. Теперь они вместе начали движение вокруг якоря буя, держась за ходовую оттяжку. Ася описывала окружность радиусом около семи метров, Костя – в два раза большим. Таким образом они проводили радиальный поиск, обследуя значительную площадь вокруг места, отмеченного буем.

Первая проходка результатов не дала. Видимо, сказались достаточно большие размеры «Пегаса» и значительная инерция, из-за чего не удалось точно отметить место обнаружения объекта. Описав под водой полный круг, ребята снова повторили перестроение, увеличив радиус поиска еще вдвое. Костя машинально взглянул на манометр: еще на одну проходку воздуха должно хватить. На половине круга он почувствовал подергивание ходовой оттяжки и посмотрел на Асю. Та показывала ему двумя поставленными буквой «Т» ладонями, что воздуха у нее осталось полбаллона – сто атмосфер. При этом из них пятьдесят – это неприкосновенный резерв, который должен остаться после погружения.

Костя решил уже было завершить проходку и идти к бую, как вдруг чуть в стороне заметил странные цилиндры в половину человеческого роста. Некоторые из них стояли, некоторые валялись, словно какой-то великан играл здесь в лото и разбросал бочонки. Подплыв ближе, они с Асей с удивлением отметили, что цилиндры были бетонными, по бокам угадывались сглаженные морем рельефные полосы, как на арбузе. Костя наскоро зарисовал находку на пластиковом слейте, отметив расположение цилиндров относительно сторон света.

Ася обеспокоенно показала ему сжатый кулак: воздуха у нее остался только резерв. Костя закончил обследование, и они стали возвращаться к бую. Подниматься он решил на одном баллоне, чтобы оставить запас воздуха Асе, если что-то случится на поверхности. Держа руку Аси на своем легочнике, другой он обхватил ее за талию, и они начали медленное всплытие, поочередно делали по три вдоха, передавая друг другу Костин легочник. Наконец пальцы поднятой вверх Асиной руки проткнули тонкую водную пленку поверхности, и они вдвоем расслабленно закачались на волнах.