5 марта i884 года. Императорский дворец Токио, утро. В большом зале императорского дворца состоялось торжественное заседание самого императора Муцухито, премьер министра Ито, главнокомандующего армии сёсё Ямагата Аритомо и главкома военно-морского флота Сано Цунэтами. Присутствовали еще чиновники и главные министры экономики – Сято, торговли – Хабаяси, транспорта – Миято, и все остальные.

В начале встречи, император поблагодарил всех участвовавших в операции по урезанию Сиама. И наградил премьер-министра Ито Хиробуми, Ямагата Аритому и Сано Цунэтами орденам “Золотого коршуна” 3-й и 2-й степени каждого, со словами:

– Вы принесли спокойствие на землю империи и уверенность в своих силах сынам Ямато, показали, как надо воевать, удивили мировое сообщество, достигли выдающихся успехов на земле и на море. А также в строительстве верфей, – император посмотрел на Ито, – укреплений, – глядя на Ямагата, – и впервые не только высадили где-либо десант, а прямо во вражескую столицу полностью, её подчинив, и тем самым выиграв войну.

Министров и чиновников после награждения главных фигурантов наградили медалями почета, а затем отправились праздновать. Потребовали удалиться, даже слуг и секретарей, в зале остались четыре человека, стоявшие в полной тишине и смотревшие друг на друга. Тридцатидвухлетний император Муцухито (цифра жизни 3), сорокатрехлетний премьер-министр Ито (цифра жизни 4), сорокашестилетний Ямагата Аритомо (цифра жизни 4) и шестидесятидвухлетний Сано Цунэтами (цифра жизни 8) ждали английского гостя. И он появился сэр Генри Чарльз Кит Петти-Фицморис грациозной походкой как пантера, одетый в строгий торжественный костюм, без оружия, даже спрятанного под одеждой плавно двигался к четверке самых влиятельных японцев. Остановился в шести метрах от императора, сделал поклон и поздоровался. Японцы учтиво ответили, и император жестом разрешил гайдзину говорить, а взглядом беседовать с ним маркизу Ито. Императору было и не положено по рангу общаться с генерал-губернатором Канады, и по объему знаний он не тянул на полноценный диалог, с допуском, ко всем тайным знаниям английской короны и масонов высшего градуса, сэру. Маркиз Лансдаун после пространного списка пожеланий и слов, положенных по церемонии, произнес:

– Моя королева Виктория, и правительство удовлетворены, как вы захватили земли Сиама. Это было красиво и вполне профессионально. Были мелкие погрешности, – взгляд англичанина обратился на Ямагату, а тот готов был разрубить его своим мечом на части, но сдержался, – но где их не бывает.

– Что угодно королеве, раз она прислала одного из самых верных своих слуг? А неверного, генерал-губернатором Канады не назначают, – словесный спор был 1:1 Ямагата был отомщен.

– Ей угодны ставшие Вашими случайно провинции: Кампенчек, Комбури, Рапри, Квит, Чая, Пулао, Талана, Погани, Пинанг, Джохар, нам надо построить на нашей территории железную дорогу от Бомбея до Сингапура.

– Не бывать этому, – выкрикнул главком армии Ямагата, – мои войска потеряли 11000 солдат, завоевывая эти земли для империи Ямато, а не для вашей королевы!

– Есть ряд вопросов, – спокойно ответил маркиз Ито, голова его работала как суперкомпьютер, и он понял, что ставки максимальны, и это его звездный час, сейчас или никогда! – во-первых, три провинции принадлежат Сиаму, мы их не захватили, три вообще принадлежат Султанату Джохара. Во-вторых, раз это переговоры, а не ультиматум, что мы будем иметь, и в третьих я бы исключил из ваших требований Кампенчек, там все-таки проживает 800 тысяч подданных моего императора, а это примерно 5% от 44 миллионов на данный момент.

– Хорошо, перейдем к обсуждению по существу вопроса. Вы, – посмотрел Петти-Фицморис на Ито, – взяли в том году одиннадцать провинций принадлежавших королевству Сиам. Потери Ваши были всего пять тысяч человек, а шесть тысяч потерял генерал Ямагути. По моему мнению, из-за своего косности и упрямства, а также, что высадился не там. Так вот, сейчас если ничего не предпринять, то регион Кампенчек, за который Вы так цепляетесь, с населением 800 тысяч человек, взорвется, недовольных властью японского императора, порядка 5%, а это 40000 солдат. Восстание, конечно, Ваши войска подавят, но и у них потери составят не менее половины штатной численности, а это не только их деморализует, но и подорвет господство на полуострове Индокитай. Так как империя Цин обладает в своих южных областях шестисоттысячной – маркиз Лансдаун взял паузу, чтобы все оценили количество, – армией, плохо обученной конечно, и скверно вооруженной, но они Ваш контингент шапками закидают, – вспомнилась русская поговорка.

– Каким образом нам, только что заключившим мир с сиамским королем попросить у него еще три колонии? – спросил Ито.

– Это Ваши проблемы, – надменно ответил маркиз Генри, – купите, захватите, обменяете на другие провинции, Ваши дела. Но ровно через год они должны принадлежать Британской короне, а также все провинции султаната Джохара, которые препятствуют проведению железной дороги.

– Что мы будем иметь, в случае если королева получит сухопутные провинции через весь Малаккский перешеек? – спросил Ито Хиробуми.

– Мы спишем Ваш долг, в размере 88 миллионов фунтов стерлингов, – надменно ответил английский Сэр.

– Постойте, брали всего год назад? – поинтересовался Ито, – ровно 80 миллионов фунтов стерлингов! 45 миллионов на банк Японии и по 11,5 на три новые судостроительные верфи!

– Там внизу договора мелким почерком написано, что заем взят под 10% годовых, а прошел ровно год, – сказал маркиз Лансдаун надменным тоном, – долги надо отдавать.

– Дайте нам еще 50 миллионов фунтов стерлингов и Малаккский полуостров Ваш, себе мы оставим маленькую торговую гавань на нем, для обеспечения судоходства, да рудник там какой-то был поблизости, – произнес Ито.

– Я согласен, – произнес сэр Генри, его полномочия парламентера позволяли пойти на подобные уступки. Он знал, что маркиз Ито – хитрая лисица и у него каждый фунт стерлингов на счету. Это и хорошо и плохо. Хорошо, что деньги любят счет, и средства, выделенные на заводы и фабрики, не будут потрачены на какие либо дворцы, как это имеет место в соседней империи Цин. Но с другой стороны жить всегда впритык – скучно. И нет должного при жизни и расцвете империи размаха.

– Позвольте от лица моей страны, наградить Вас этим замечательным мечом, изделием из алмазной стали, сделанным непосредственно в Японии. За пределами империи, их наберется не более пяти штук, один из них у вас, – и маркиз Ито вручил сэру Петти-Фицморису произведение японских оружейников, блестящий отполированной сталью красивый меч.

– Позвольте и мне, от лица королевы, наградить Вас британскими орденами. Императору Муцухито вручить “Благороднейший орден подвязки”, премьер-министру маркизу Ито – “Орден Бани”.

После получения одобрения своих требований, сэр удалился, а четыре самых знатных и властных лица в империи Ямато продолжили свой разговор:

– Вы уверены, что мы все делаем правильно? – спросил император Муцухито у маркиза Ито.

– В этой жизни ни в чем нельзя быть до конца уверенными, но мы спасем свою честь и независимость нашей империи, а также избавимся от долгов, которые нависают над нами, выполнив все требования надменных британцев.

– Как мы можем отдавать территории, политые кровью наших солдат? – спросил главнокомандующий Ямагата Аритомо.

– Там где пролилось больше всего крови, ту провинцию мы оставим, – прервал речь полководца император. – Решение непопулярное, но оно принято, и не в вашей компетенции, что-либо оспаривать. Ямагата потупился и сделал шаг назад, полностью подчиняясь воле монарха.

– Флот не сможет провести данную операцию, скоро начнутся шторма, а состав флота слишком незначителен, и данный султанат слишком отдален от наших ближайших баз, – доложил Сано Цунэтами.

Император жестом позвал одного из слуг, затаившихся за занавеской, и тот принес какую-то коробочку. В коробочке оказался орден – “Красного креста”. Император жестом предложил главнокомандующему флота подойти, и стал прикреплять на китель этот орден со словами:

– Этим орденом, я хочу наградить Вас, за огромный вклад в дело развития красного креста, которое Вы курируете с 1867 года, сделавшие вклад в это дело, как никто другой. И прошу Вас, всецело посвятите себя этому благородному делу. От руководства флотом, я Вас освобождаю, как по выслуге лет, так и переводе на другую, не менее почетную должность.

Но глаза престарелого адмирала навернулись слезы, но природная сдержанность не дала показать это. Сано Цунэтами поклонился и принял отставку с важного поста с благородством и спокойствием. Представление нового главкома военно-морского флота, как договорился Муцухито и маркиза Ито будет произведено через месяц, а пока он на пароходе “Нагоя-мару”, стандартном пароходе постройки британской верфи Lobnitz, Coulbom & Co., которая находиться в шотландском городке Ренфу. Причем рядом, на соседнем стапеле строился однотипный товарно-пассажирский пароход “Владивосток”. Маркиз опять взял свою жену Умеко с собою в путешествие, она никогда не надоедала ему. Они играли в настольные игры и карты, домино и лото. Умеко пела и играла на биве74. Причем, перед отправлением в плавание, мастер Анису принес в дом маркиза модель корабля “Идзуми”. Тот, что в настоящий момент совершал переход из Европы в Японию. Да еще совместно с пароходом, доставляющим четыре первых японских миноносца и новые орудия на уже находящиеся на полочке премьер-министра корабликов: кургузенького “Фусо”, однотипных корветов “Хиэй” и “Конго”, а также, то ли большой канонерки, то ли крейсера “Цукуси”. Ито любил свою коллекцию кораблей. Никому не разрешал смахивать с нее пыль. Занимался этим сам, и с чувством удовлетворения и внутреннего трепета поставил на полочку новый корабль, блестящий с пушками, да еще в окружении четырех миноносцев, пусть и маленьких, но таких чудесных, с леерами и поворачивающимися торпедными аппаратами, и все были выполнены в масштабе 1:200.

10 марта i884 года. Пароход “Нагоя-мару”, траверз Осаки. Большой пароход, достаточно революционный для своих лет, боролся с бившей в левую скулу океанской волной. Маркиз Ито предпочитал отсиживаться в каюте, пить чай и сакэ, общаться с женой и прессой где одним из самых важный событий должна была быть непрекращающаяся вот уже пять лет война между Перу и Чили за пустынную область Атакамы и самое главное – полезных ископаемых селитры и гуано. Гуано, а по-японски, просто говно, очень ценный ресурс, из которого извлекают селитру, а она основной элемент черного пороха, который повсеместно сейчас везде используют. Доля селитры в черном порохе составляет до 75 процентов. Но мысли у маркиза вернулись к пароходу, который равномерно работая своими паровыми машинами пробирался к Бангкоку.

Фото 55 – Пароход “Владивосток”. (Однотипный с “Нагоя-мару”).

Ведь и у японской империи было четыре корабля данного типа, далеко не новые, но мореходные, так называемые – рабочие лошадки транспортного флота. Водоизмещение парохода образца i880 года составляло 1898 тонн, а полезная нагрузка составляла 1096 тонн. В движение 106,77 метровый корабль приводила паровая машина мощность в 800 лошадиных сил, и сообщало кораблю скорость в 10 узлов. Обслуживался командой в 120 моряков. Дальность плавания при запасе 100 тонн угля и скоростью 8 узлов, составляла 1350 миль. Корабль был куплен за 25500 фунтов стерлингов. В целом пребывание на корабле, маркиза Ито было достаточно комфортным и безопасным. Жена премьер-министра во всем пыталась быть полезной мужу, и всячески пыталась обустроить быт. Вот и на корабле в двухкомнатной каюте было всегда прибрано, пахло цветочными нотками, было мило и хорошо, как дома. И милая Умеко деликатно, как всегда начала разговор, подталкивая своего благоверного, к принятию решений так необходимых как армии, так и всей стране:

– Дорогой подскажи, а где наши солдаты, большая часть которых дислоцируется в Лаосе снимает стресс?

– Негоже премьер-министру заботиться об этом? пусть командиры дивизий дают увольнительные, и что-то придумывают.

– Я вот считаю, – робко заметила Умеко, – что это дело государственной важности.

– Воистину, Будда разделил всех на мужчин и женщин, – решил Ито. – Чтобы вторые не лезли в дела управления, раз в этом ничего не смыслят.

– У нас в дивизии от 12000 до 10000 солдат, – не унималась Умеко. – Оклад солдата или матроса 14 йен в месяц. Пропивает и прогуливает он до 90 процентов от своего жалования. Если при каждой бригаде создать домик мадам Умеко, то туда необходимо набрать до 150 воспитанниц в каждый домик. А всего домиков необходимо создать двадцать один с 3150 воспитанниц. Причем они могут, не только ублажать солдат, но и готовить, стирать, подшивать, лечить, а также добывать какую-то ни было, важную информацию.

– В своем ли ты уме – дорогая? Как ты себе это представляешь? Домики мадам Умеко находящиеся в каждой бригаде будут делать все для солдат?

– Не безвозмездно конечно! До семи йен с каждого солдата в месяц будет в них оседать, и наша 84000 армия сможет собирать еще 300 тысяч йен в качестве налогов в месяц или 560 тысяч фунтов стерлингов в год!

– Ладно, я согласен, уже сквозь сон сказал премьер-министр, как это все будет происходить совершенно загадочно. Мне завтра с Императором Сиама переговоры вести, как он себя поведет, что попросит совершенно непонятно.

Довольная супруга Умеко, уложив спать мужа, принялась писать на печатной машинке устав новой организации, инструкцию по приему кадров, список задаваемых на приеме на работу вопросов и многое другое, все то, что ее супруг должен завтра подписать.

11 марта i884 года. Бангкок, столица Сиама, полдень. Премьер министр империи Ямато, привел себя в полный порядок, подписал предложенные супругой Умеко документы, касаемые устройства ее домиков, общей численностью по три в каждой дивизии, что он считал полным бредом, но пусть жизнь рассудит, да и самураи вдоволь позабавятся, поднимут так сказать армейский дух. Путь до несшего на себе недавних боев королевского дворца занял недолгое время, и вот уже два самых влиятельных лица в регионе встретились и стоят друг перед другом:

– Чем обязан визиту, такого высокопоставленного чиновника коим Вы являетесь? – поинтересовался Рама V.

– Дела привели меня к Вам. Да и сложившиеся обстоятельства я хочу уладить миром, чтобы не разговаривали винтовки и орудия, а мы с Вами как умные люди данного века, и влиятельнейшие люди в Азии смогли договориться.

– Вы и так взяли силой у нас, все что можно! Хотите ощипать еще?

– Если бы я хотел Вас ощипать, – продолжил маркиз Ито, мне было бы достаточно отдать приказ главнокомандующему нашей сухопутной армией, и ваши 21000 солдат будут уничтожены и обезглавлены. Территория захвачена, а женщины изнасилованы (тут он вспомнил нововведение своей жены, и подумал, что не такая уж она и недальновидная).

– Что Вам надо, озвучьте скорее, – сказал Рама V.

Фото 56 – Король Сиама – Чулалонгкорн.

– Британцы хотят построить железную дорогу, от Бомбея до Сингапура, и ее путь лежит через наши и Ваши территории. Моя страна несколько обязана Британцам, поэтому не скрою, я играю за их интересы, но и за интересы Японии.

– Почему они сами не обратятся?

– Не знаю, – честно признался маркиз, – население территорий, которое я хочу попросить, составляет 675 тысяч человек. Конечно много, но эти территории нужны королеве Виктории, – монарху не останавливающейся, ни перед чем.

– Тогда давайте нам три провинции, которые вплотную граничат с нашей территорией: Ангтонг, Патри, Чантабури.

– Именно это я и хотел Вам предложить, используя добрососедские отношения.

– Данная мера и мне выгодна – согласился Рама V. – Я всегда старался построить государство с монотеистским устройством, и теперь, когда мы избавимся от присутствия малайцев в нашем государстве, вполне возможно полное единение нации, как по национальному, так и по религиозному принципу. Сепаратизм будет уничтожен в корне! Из нашего союза выходить никто собираться не будет.

– У Вас ведь благодатный климат, который может скрыть любые невзгоды.

– Согласен с Вами премьер-министр, крайне рад, что провел с Вами переговоры, мы поняли друг друга, чиновникам отдам соответствующие распоряжения.

– Честь имею, приглашаю посетить с визитом, как Японию, так и, используя любой наш пароход совершить турне в Америку или Европу.

– Европа? Что это за континент? – удивленно спросил Рама V. Знаю страны в Азии, которые находятся в бассейне реки Европа, сейчас ее Дунаем переназвали, но чтобы по бассейну реки называть огромный, но полуостров именем собственным, прошу прощения, но это – маразм!

– Полностью согласен с Вашим мнением, но ничего не могу с этим поделать. Честь имею, и пусть имевшие место недоразумения не омрачает нашего славного будущего!

Маркиз покинул короля с чувством полного удовлетворения, зная, что пока тот будет облагораживать все вновь полученные провинции, удара в спину опасаться, точно не стоит. Путь до корабля и последующая дорога домой были насыщены не столько разнообразием, получить которое на борту теплохода было весьма проблематично, как чтением газет, из которых маркиз узнал в частности, что в Российской империи, Румынии и Североамериканских Соединённых штатах произошло движение евреев Ховевей Цион. Поводом для этого послужили погромы, которые допустили власти этих стран, никаким образом, не покарав обидчиков. Коренное население сочло, что в отношении людей данной народности возможны любые преступления, и они идут на пользу самим тем странам, где эти безобразия творятся. Соответственно евреи решили найти землю обетованную, и стали искать ее первоначально в Библии, которая уже вот уже сто лет как распространялась, а затем и на реальной земле. И всем не ведомо было, что это бассейн реки Дунай и был тем Израилем, куда евреи ушли из Египта, что они уже дома, и надо принимать участие в жизни здесь, а не обосабливаться в гетто. Проводить общественный диалог, идти на конфессиональную дискуссию, и больше общаться со всеми слоями населения, а не только заниматься ссудой денег и продажей алкоголя. Но, как знал маркиз, евреи были превосходными музыкантами, врачами, учеными и химиками, и, безусловно, банковскими работниками. Потеря этих людей отрицательно отразиться на всех сферах жизни государств, которые они покидают. Как золото вымывается из песка, тем самым превращая золотоносную породу в обычную. Но, со встречного парохода узнали, что Ямагата Аритомо закончил формировать девять туземных дивизий и приступил к их обучению во всем Аннаме. Появилась срочная потребность прибыть в Хонгай – провинция на самой границе с южными регионами империи Цин и самому проконтролировать данный процесс и убедиться, что новым частям можно доверять и рассчитывать на них в бою.

15 марта i884 года. Город Хонгай. Полдень. Премьер-министр, стоя рядом с главнокомандующим армии Ямагатой, на груди которого блестели ордена «Восходящего солнца» 3-й степени и «Золотого коршуна» 2-й и 3-й степеней, а перед ними были построены части императорской гвардии генерал-майора Такахаши, тоже с орденами «Золотого коршуна» 2-й и 3-й степени на груди. Солдаты выглядели молодцевато, как в гвардии, так и туземцы только что примерившие военную форму. Супруга маркиза отпросилась с утра по срочным делам в город, и обещала, затем обязательно рассказать о своих успехах. Командир дивизии подошел к главнокомандующему и премьер-министру и начал доклад:

– Моя дивизия насчитывает на данный момент 10819 бойцов, орудия и винтовки по штату.

– Что за винтовки? – поинтересовался маркиз.

– Ружьё Мурата тип 13 под патрон 11х60 однозарядное, с продольно-скользящим затвором, – ответил Такахаши.

– Каким штыком пользуетесь к этой винтовке? – не унимался Ито.

– Обычным штык-ножом тип 13, длинной 715мм, из которых длинна клинка 575 миллиметров.

– Как вооружим наших вьетнамских солдат? – спросил маркиз на этот раз у Ямагаты.

– Здесь, безусловно, есть несколько вариантов, – задумчиво ответил генерал-лейтенант. В первоначальном варианте, конечно, следовало их вооружить, как и наши части – ружьем Мурата образца i880 года, но тогда, в случае любого бунта и японские, и вьетнамские части будут вооружены одинаково, на это я пойти не могу. Второй вариант закупить в Европе устаревшие ружья, например Спенсера, по стоимости около 40 долларов за экземпляр, они обладают скорострельностью 15 выстрелов в минуту, патроном или 14,2х23 или 12,7х30,5. Конечно, начальная скорость невелика и прицельная дальность всего 200 метров, но для наших вспомогательных войск и этого вполне будет достаточно тем более, американцы избавляются от этого вида оружия заменяя его, на современные.

– Что-то мне это все равно, не нравиться – сказал премьер-министр.

– Вообще не вооружать воинов яри огнестрельным оружием, а дать им руки только холодное оружие копья с мечами на концах древка. Это сделает японские части в случае необходимости на две головы выше, исключит бунты и даже возможность таковых в дальнейшем.

– Одобряю Ваше решение, быть посему – решил премьер-министр. – А, как будем защищать наш Аннам от империи Цин, в случае если император захочет отдать приказ о занятии нашей армией островов: Чеджу, Тайваня и Саньи? Китайцем они не к чему, а нам как островной империи более чем кстати. Владея ими, и построив там порты и базы, мы не только будем контролировать все каботажное плавание в водах империи Цин, но можем наложить лапу на всю международную торговлю этого богатейшего государства.

– Беда империи Цин, что все богатства контролируются разрозненными группками феодалов и бандитских кланов, а не идут на усиление империи, а Аннам мы защитим, построив сеть укреплений на границе с империей Цин и плотно заняв их войсками, плюс создам резерв, и в регион, куда будет нанесен имперскими войсками удар – пошлю подкрепление.

– Возможно, закупить партию митральез или картечниц Гатлинга или Норденфельда? Так как перед нами стоит задача уничтожать многочисленного, но я так понимаю плохо вооруженного и плохо организованного противника, и действовать они будут толпами?

– Да, Вы все верно себе представляете, если войска Цинов пойдут в атаку, то толпы людей будут тянуться от самого горизонта, схватка будет очень кровавой, – произнес Ямагата. – Мне крайне необходимо построить здесь, – топнул он ногой, – сеть укреплений.

– Я выделю Вам все необходимые ресурсы, – сказал маркиз, – а Вы позаботьтесь об остальном.

– Честь имею! – сказал грозный генерал Ямагата и отправился инспектировать свои дивизии, а также новобранцев и отдавать наряды на производство наконечников на копья яри75 заготовке древков для них.

Маркиз встретился со своей супругой Умеко уже вечером, в арендованном ими доме, здесь в Ханое. Поужинали при свечах, в спокойной домашней обстановке и Умеко стала рассказывать об осуществленных ей за день делах:

– Я обратилась ко многим дамам, которые держат чайные домики, и они пообещали сформировать здесь пятнадцать “домиков мадам Умеко” в которых определят наиболее достойных девушек.

– Надо бы, их каким либо транспортом оснастить – сказал, кушая рис с телятиной маркиз.

– Конечно, телеги и кибитки были бы ой как необходимы, тогда свою работу они могли бы и на марше выполнять.

– Потрясающее трудолюбие, – усмехнулся маркиз, – а прибыли половину они будут в твой фонд отправлять?

– Разумеется, – радостно почти пропела Умеко, – некоторые не согласились и им доступ на территории воинских частей будет закрыт.

– Что будем строить на 300 фунтов стерлингов в год? – поинтересовался отпивающий из рюмки саке Ито.

– Может корабль, какой заложим? – робко предложила Умеко.

– И как мы его назовем? Куртизанка? – рассмеялся ее супруг. – Ладно, построим пароходы, мосты, железные дороги. – Молодец ты у меня!

И маркиз привлек ее к себе, заключил в объятия, стал гладить и целовать, он был счастлив, что судьба свела его с этой женщиной, тем более она спасла ему жизнь.

Убедившись, что здесь в Аннаме, благодаря упорному труду главнокомандующего сухопутных войск Ямагаты, а также вновь прибывшему главе красного креста Сано Цунэтами, обустраиваются казармы, строиться железная дорога, как вдоль моря, так и вдоль границы с южными провинциями империи Цин, для оперативной переброски войск. Маркиз пересел на пароходофрегат “Кассуга” и взял курс на Токио.

В дороге, помимо любования островами и морскими видами, премьер-министр читал в газетах, о реакции мирового сообщества на передачу королевством Сиам – японской империи территорий находящихся на полуострове Малакка, а наша империя в свою очередь передала территории, граничащие с Бангкоком. Пресса освещала эти события в следующем ключе: английская “Жест доброй воли и торжество разума”, французская “выгодная и прагматическая сделка”. Германские газеты говорили о слабости японцев, “не для того мы их вооружали нашей артиллерией, чтобы из нее не стреляли”, русские в благодарном ключе отзывались о человеколюбии японцев, и о доблести и мастерстве в атаке и нападении.

Следующая новость! Об уступке японской империей территорий граничащих с британской Индией, для беспрепятственной постройки последней железной дороги от Бомбея до Сингапура, и о списании Японской империи 80 миллионов фунтов стерлингов вызвала не меньший уровень газетной шумихи. Американские газеты кричали – “Теперь можно захватить территории и продать! Выгодный бизнес”, английские – “Торжество имперской финансовой системы и влияния в регионе”, германские – “Бесчестное поведение, как англичан, так и японцев”, итальянские – “Давайте поступим также, захватим пески Сахары и продадим Французам”.

Еще большую шумиху подняли решение японских войск в комплекте к каждой дивизии имперской армии сформировать по две туземные бригады, вооруженные чисто холодным оружием и соответственно вооруженных, для выполнения атак первой волны и поддержания правопорядка на туземных территориях. Русские газеты называли такое поведение – «Нецивилизованным, трусливым и бесчеловечным», английская пресса – “Разумным и туземным жителем дан шанс выслужиться”. Французские репортеры – “Нам надо перенять опыт и разместить подобные части в Африке, для соблюдения интересов республики”, германские – “Наши пулеметы и орудия сотрут в порошок этих новых японских самураев”.

Просочилась в прессу, и ситуация постройки японской империей пограничных укреплений в приграничных с империей Цин территориях, и не просто редутов, а в виде крепостей, соединенных между собой связью в виде оптических линз, колоколов и семафоров, а также простреливаемых из артиллерии все пространство, что они обороняли. Мировая пресса тоже писала по данному поводу: английская “отличная мера, чтобы оградиться от громадной угрозы с севера, Французская – “раз влезли за место нас в северный Индокитай пусть и расхлебывают”, русская – “никакие крепости не оградят, от тщательно спланированного наступления”, германские – “Давайте продадим пушки Круппа в империю Цин, и никакая оборона не устоит”.

Обратил внимание маркиз Ито, когда проплывали мимо Тайваня, что расквартированная там 12-я пехотная дивизия империи Цин, обороняется не просто в чистом поле, а за сетью редутов, и выкурить ее оттуда будет весьма проблематично.

23 апреля i884 года. Воды в пятидесяти милях восточнее Тайваня , легкое волнение полдень. На пароходофрегате “Кассуга”, что вез премьер-министра, из обживаемого японцами захваченного Аннама в имперскую столицу решать наболевшие вопросы заметили вдалеке подозрительные дымы. Но, как не старались машинисты дать полный ход, чтобы оторваться от преследования неопознанные корабли стали сокращать дистанцию. Капитан пароходофрегата – Хэйхатиро Того, выгнал всех глазастых матросов не верх, на надстройки и мачты, и те вскоре доложили, что наблюдают бронепалубный крейсер и транспорт. Сердца у всех учащенно забились, и настал момент истины! Когда в одном из крейсеров обнаружили бронепалубный крейсер “Идзуми” под командованием капитана 1-го ранга Иноуэ Ёсика, а вторым был транспорт “Ниппон-мару” везший груз из орудий для перевооружения кораблей флота и первые японские миноноски в разобранном состоянии, пусть еще примитивные кораблики, но дающие огромные возможности странам ими обладающим. Сам пароход, представлял собой тип 1883 года, с водоизмещением в 6182 тонны и несший полезную нагрузку в 3034 тонны, в три раза больше, чем пароход 1880 года. Мощность паровой машины была 2500 индикаторных лошадиных сил, и скорость соответственно 12 узлов. Обошелся японской казне этот кораблик в 60 000 фунтов стерлингов, как пояснил капитан крейсера “Идзуми” – Иноуэ Есика явившийся на доклад. О своем корабле и путешествии он поведал следующее:

– Вышли из Ньюкасла три месяца назад, помимо многочисленных кораблей английского флота, а мы встретили весь флот канала, и многочисленные корабли, которые шли как из далеких колоний, так и на их замену видели в полном составе флот Нидерландов.

– Удивительно, – сорвалось с губ у премьер-министра, – они еще могут и плавать?

– Броненосцев у них всего лишь два, это “Шорпионен” и “Стиер”, шесть фрегатов, кораблей обладающих отличной мореходностью, и недурно вооруженных, но страдающих отсутствием брони.

– Это те силы, которые Нидерланды могут перебросить к нашим берегам, – сказал, присутствующий при разговоре, ведущемуся в капитанском салоне пароходофрегата “Кассуга”, Хэйхатиро Того.

– Остальные это прибрежные низкобортные мониторы, – подытожил рассказ Есика.

– Куда направились далее, – поинтересовался премьер-министр.

– Мимо берегов Португалии, или порта галлов, который использовали те же голландцы для своих глобальных экспедиций.

– Какие то корабли под флагом Португалии салютовали Вам? – поинтересовался Того.

– На удивление да! Монитор “Васко да Гама”, пароходофрегат “Бартоломеу Диаш”. Далее мы шли Средиземным морем, причем штормило там, сильнее, нежели в Атлантическом океане. Отсалютовали греческим кораблям: броненосцу “Королева Ольга” и фрегату “Нархос Миаолис”.

– Далее Суэцкий канал? – предположил маркиз.

– А куда там еще поплывешь? Англичане захватили практически весь Египет, после того глобального нападения на Александрию в 1882 году, они ввели туда лучшие свои части и район за районом насаждают там свою власть.

– Жарко было в Красном море? – сочувственно поинтересовался Хэйхатиро Того.

– И не говорите, такое ощущение, что все время сидишь в традиционной японской бане в дубовой бочке, – ответил капитан крейсера “Идзуми”. – Причем как поведали мне арабы, снабжающие нас водой, в древности цвета означали стороны света, и Красное море – попросту южное, а черное – северное.

– Век живи, век учись, – поддакнул маркиз Ито.

– Далее не особо интересно, Бомбей, Цейлон и Сингапур, позвольте поинтересоваться, зачем англичанам провинции то отдали? Там только все об этом и говорят, что скажи королева все острова отдать, японский император струхнет76 и все и отдаст. Престиж наш в Британии ниже некуда находиться. Нельзя тем, что в руки попало разбазариваться.

– Цыц капитан, не твоего ума дело. Ты давай емкости с ртутью в утробе твоего крейсера, которые греют воду в трубах, блюди. А я пытаюсь японскую империю от экономической удавки спасти. Англичане дали нам денег в том году 80 миллионов фунтов стерлингов, а сейчас она уже 88 миллионов составляет, плюс минимум 50 миллионов нам требовалось на строительство портов и второго дока в Такмацу. И вот сейчас передав пять провинций, причем за одну – Кампенчек, где населения 400 тысяч человек, мы запросили 40 миллионов фунтов стерлингов. Англичане списали нам 80 миллионов!

– Мне всё равно не понять, – ответил Есика, дальнейший путь держимся вместе?

– Да, – ответил Ито.

– Кого назначили на место ушедшего заниматься делами красного креста почтенного Сано Цунэтами?

– Вице-адмирала Кавамура Сумиёси, – довольно ответил маркиз Ито, который убирал политического конкурента, и отправлял его на флот перевооружать корабли и много плавать по просторам тихого океана.

Фото 57 – Японский адмирал Кавамура Сумиёси.

– Хороший моряк и опытный офицер, – согласился Того. – С радостью буду служить под его командованием.

– Предлагаю проинспектировать мой корабль и отправляться в Осаку, – предложил Есика.

– Давайте сделаем это непосредственно в порту Осаки, – закончил встречу маркиз Ито, ему хотелось поскорее закончить разговаривать с этими морскими офицерами и оказаться в умелых объятиях своей супруги Умеки.