В самом общем виде политика – это наука государственного управления. Традиционно считается, что культурная политика – это направленные действия государственных органов по управлению в сфере культуры. При этом культура понимается в узком смысле – как художественно-творческая сфера человеческой деятельности. Такое понимание связано со специализированностью нашей жизни, выделению отдельных областей человеческой деятельности, в том числе и становящихся объектами для различных государственных управленческих действий.
Однако сегодня такое понимание воспринимается как ограниченное. На проходившей в Стокгольме в 1998 г. Межправительственной конференции по использованию культурной политики в интересах развития культура определяется как «весь комплекс наиболее ярких духовных, материальных, интеллектуальных и эмоциональных черт, характеризующих общество или социальную группу». Следовательно, культурная политика исходит из представления о едином культурном пространстве страны, в котором сочетаются различные этнические и региональные культуры, сосуществуют многочисленные социальные группы, единство которого обеспечивается признанием универсальных общечеловеческих норм и ценностей и традиций отечественной культуры.
Культурная политика – система направленных действий на сохранение, трансляцию и воспроизводство ценностей культуры, опирающаяся на концептуальные представления о роли и месте культуры в жизни общества и правовые регулятивы, реализующаяся через организационно-управленческие решения и привлечение материально-технических, финансовых, кадровых, информационных ресурсов.
Цель культурной политики – в воспроизводстве общенациональной картины мира, которая дифференцируется в локальные картины мира отдельных социальных групп. Культурная политика направлена на реализацию сущностных сил человека, на его самопроявление и творческое самовыражение.
Реализация культурной политики – важнейшая функция государства. В зависимости от того, к какому типу относится государство, изменяются и цели культурной политики, корректируются ее направления. В странах с тоталитарными режимами государство стремится контролировать все сферы человеческой жизни и рассматривает культурную политику как средство идеологического воздействия на различные группы населения. В странах с демократическими традициями государство определяет стратегические направления культурной политики, но выбор форм и содержания конкретных действий в данной области предоставлен отдельным социальным группам и общественным институтам.
Несмотря на существенные различия, государственная культурная политика направлена на сохранение и преемственность национально-культурных традиций, национального культурного наследия, обеспечение общедоступности ценностей культуры, создание возможностей для привлечения различных слоев населения к социально-культурному творчеству.
Современные исследователи сферы культурной политики предлагают рассматривать ее в широком и узком смысле. В широком смысле под культурной политикой понимают совокупность государственных программ развития, направленных на сохранение и развитие общенациональной культуры. В узком смысле слова под культурной политикой понимают совокупность принципов и норм, которыми руководствуется государство в своей деятельности по сохранению, развитию и распространению культуры, а также сама деятельность государства в области культуры. При этом под культурой понимают сферу художественной культуры, образования и науки.
Общество в целом выступает одновременно и объектом (на кого направлено действие) и субъектом (тем, кто действует) культурной политики. Как считает А. Я. Флиер, «будучи одновременно и объектом и субъектом культурной политики, общество действует как самоорганизующаяся и саморазвивающаяся социокультурная система, непрерывно адаптируясь к изменяющимся условиям бытия (в первую очередь изменением своих культурно-ценностных ориентации, во многом стимулирующих и изменение утилитарных социальных потребностей, определяемых не в последнюю очередь соображениями социальной престижности, моды, идейно-ценностными установками и т. п.). Разумеется, роль профессиональных культуротворческих организаций при этом чрезвычайно важна, но они выступают лишь в качестве регуляторов, референтных групп, «подсказывающих», задающих эталонные образцы, направляющих и стимулирующих процессы социокультурной самоорганизации, саморазвития и особенно самовыражения общества в тех или иных формах»92.
Почему на первый план в определении культурной политики обращают внимание на государство? Это обусловлено тем, что оно в большей степени обладает соответствующими ресурсами и может оказывать воздействие как на производство культурных ценностей, так и на их отбор, сохранение, распространение и восприятие.
В силу того, что именно государство обладает наибольшим объемом ресурсов и определяет управленческие решения, принимаемые на различных уровнях разнообразными структурами, оно оказывает на культурную жизнь страны заметное влияние.
На протяжении последних десятилетий цели культурной политики конкретизируются. Если раньше под культурной политикой можно было понимать исключительно сферу просвещения и приобщения в самом широком смысле этого слова к художественным ценностям, то с 1970-1980-х гг. в европейских странах происходит переосмысления направлений деятельности в области культурной политики.
Получившая после Второй мировой войны идея культурной демократии или равного доступа всех к культуре опиралась на представление о цивилизирующей, облагораживающей роли искусства и о демократизации доступа к нему как к общественному благу (Ф. Матарассо, Ч. Лэндри). Приоритетами культурной политики считались разработка образовательных программ, обеспечивающих знакомство с ценностями культуры, популяризация достижений культуры в средствах массовой информации.
В 1970-е гг. на смену лозунгу культурной демократии – «культура для всех» – пришел лозунг демократизации культуры – «культура для каждого». Внимание стало уделяться не столько культурно-потребительской деятельности, но личному участию отдельных людей и социальных групп в культурной жизни. Шла переориентация управления культурой с общегосударственного на региональный и местный уровни (процесс децентрализации). В сфере культурной политики он означает как децентрализацию культурной деятельности, так и децентрализацию полномочий принятия решений.
В 1980-е гг. особое значение для определения целей культурной политики приобрело представление о культуре как факторе развития общества, стало очевидным, что инвестиции в культуру имеют неизбежный социально-экономический эффект и служат общественному благу. Такой подход получил название инструментального.
Сочетание децентрализации и инструментального подхода к культуре привело к тому, что на Стокгольмской конференции в 1998 г. ЮНЕСКО предложила государствам-членам поставить культурную политику в центр стратегий развития. Л. Е. Востряков систематизировал различные взгляды на сущность и специфику культурной политики, обозначив ее уровневый характер. В своей работе «Государственная культурная политика современной России: региональное измерение» он выделяет три уровня государственной культурной политики: идеолого-концептуальный (основные положения, раскрывающие ценности и идеалы общества и государства), политический (конкретные установки и требования политической элиты) и реализационный (степень освоения и воплощения целей и принципов данной идеологии)93. И, исходя из этого, определяется разнообразие моделей культурной политики.
Обобщая цели и задачи культурной политики, А. Я. Флиер отмечает, что культурная политика должна быть неотъемлемой частью всех без исключения направлений государственной политики в целом, отражая ее духовно-ценностный и нравственно-нормативный аспекты; стать важнейшей составляющей социальной политики, которая в современных условиях может быть лишь комплексной социально-культурно-образовательной; образовывать собственно культурную политику (в узком смысле) как особое направление государственной и регулируемой государством общественной деятельности по стимулированию социально приемлемых и предпочитаемых духовно-ценностных и социально-нормативных проявлений человека, содержания и форм его общественного и индивидуального бытия.
В Российской Федерации разработана правовая база, обеспечивающая сохранение и развитие культуры. Законодательство России в сфере культуры опирается на ряд основополагающих принципов: признание основополагающей роли культуры в развитии и самореализации личности, гуманизации общества и сохранении национальной самобытности народов, утверждении их достоинства; понимание неразрывной связи создания и сохранения культурных ценностей; признание необходимости приобщения к культурным ценностям всех граждан; стремление к межнациональному культурному сотрудничеству и интеграции отечественной культуры в мировую культуру. В «Основах законодательства РФ о культуре» отмечается, что культурные аспекты обязаны учитываться во всех государственных программах экономического, экологического, социального, национального развития различного уровня (от общефедеральных до программ развития отдельных областей, краев, городов). Признание того, что культурная деятельность является неотъемлемым правом каждого гражданина независимо от национального и социального происхождения, языка, пола, политических, религиозных и иных убеждений, места жительства, имущественного положения, образования, профессии или других обстоятельств и акцентирование приоритета прав человека по отношению к правам государства, организаций и социальных групп, становится основой для выработки управленческих решений по реализации этих прав.
Принятие в 2014 г. «Основ государственной культурной политики», определивших главные направления государственной культурной политики и представляющих собой базовый документ для разработки и совершенствования законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, регулирующих процессы культурного развития в Российской Федерации, а также государственных и муниципальных программ, выявило значимые для государства направления деятельности в данной сфере. В частности, были сформулированы цели и ориентиры государственной культурной политики.
В статье IV «Цели государственной культурной политики» говорится: «Основные цели государственной культурной политики – формирование гармонично развитой личности и укрепление единства российского общества посредством приоритетного культурного и гуманитарного развития. Целями государственной культурной политики также являются: укрепление гражданской идентичности; создание условий для воспитания граждан; сохранение исторического и культурного наследия и его использование для воспитания и образования; передача от поколения к поколению традиционных для российской цивилизации ценностей и норм, традиций, обычаев и образцов поведения; создание условий для реализации каждым человеком его творческого потенциала; обеспечение доступа граждан к знаниям, информации, культурным ценностям и благам»94.
В силу того, что в «Основах государственной культурной политики» подчеркнута значимость культуры как важнейшего национального приоритета и подчеркивается ее важность для развития общества, гармонизации общественных отношений и сохранении единого культурного пространства, интерес представляют механизмы, обеспечивающие реализацию продекларированных целей на только на уровне Российской Федерации в целом (см. Стратегию государственной культурной политики на период до 2030 года, утвержденную распоряжением Правительства РФ от 29 февраля 2016 г. № 326-р), но и региональные программы.
В Свердловской области приняты основные нормативные документы, регламентирующие сферу культурной деятельности. К ним относятся Законы, действующие на территории Свердловской области («О культурной деятельности на территории Свердловской области», «О музейном деле в Свердловской области», «О библиотеках и библиотечных фондах в Свердловской области», «О профессиональных творческих работниках и творческих союзах в Свердловской области», «О государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) в Свердловской области»), постановления областного Правительства, указы Губернатора.
Среди документов областного значения, регулирующих сферу культуры в Свердловской области, особое место занимают областные целевые программы «Развитие туризма в Свердловской области» на 2011-2016 годы и «Развитие культуры в Свердловской области» на 2011-2015 годы, государственная программа «Развитие культуры в Свердловской области до 2020 года». Целью последней обозначено «духовно-нравственное развитие и реализация человеческого потенциала в условиях перехода к инновационному типу развития общества и экономики Свердловской области»95. В 2012 г. была разработана Концепция развития культуры в Свердловской области (2012 – 2020 гг.), в которой определены краткосрочные и долгосрочные перспективы развития сфер культуры в Свердловской области.
Собственно региональные концепции развития социальной сферы разрабатываются различными субъектами Российской Федерации с целью отметить, с одной стороны, значимость того или иного направления, с другой – определить путь и стратегические ориентиры на ближайшее или отдаленное будущее. Особенность таких документов в том, что они предполагают систему мероприятий, позволяющих реализовать поставленные цели и задачи, и раскрывают критерии и показатели, по которым можно определить уровень достигнутых результатов.
Многие из существующих концепций скорее опираются на отраслевой принцип, акцентируя развитие театрального, библиотечного, музейного или архивного дела, культурно-досуговой сферы, сферы художественного образования и развитие отраслевой инфраструктуры через модернизацию материальной базы, технического и технологического оснащения учреждений культуры.
На наш взгляд, из разнообразия концепций развития культуры регионов России можно выделить прежде всего концепцию культурной политики в Пермском крае – «Пермский проект». Это была первая масштабная концепция, в которой отразились представления о культуре как основе и ресурсе для инновационного развития территорий. Сделанный в концепции акцент на развитие творческих индустрий и «культурных технологий» должен был обеспечить «расширение культурного поля как пространства выбора жизненных стратегий», что является одним из условий существования постиндустриальной креативной экономики. Авторами концепции (авторский коллектив под руководством Е. Зеленцовой) была заложена идея превращения культурного сектора в «локомотив социально-экономического развития», для чего и обозначена была необходимость разработки культурной политики как пространства для дискуссий различных субъектов культурного поля.
Несколько лет реализации «Пермского проекта» позволяют увидеть как его сильные, так и слабые стороны. При всей неоднозначности событий, происходивших в Перми и связанных с реализацией заданных концепцией культурной политики векторов развития, можно сказать, что одним из результатов стала активизация социальных коммуникаций в территории, обсуждение насущных проблем и попытка «разбудить» спящую провинцию. Удаленность от столицы – еще не повод считать себя недостаточно развитыми. И стремление авторов «Пермского проекта» создать новый имидж города и региона как культурной столицы оправдано и перспективно.
Другое дело, что обрушившаяся критика и не утихающие до сих пор споры, насколько проект оправдал ожидания, имели под собой серьезное основание: нельзя изменить образ жизни насильственным путем, отрицая или нивелируя имеющиеся связи и опыт социально-культурного развития, невозможно в одночасье создать «новую Пермь» (как, впрочем, и новую Москву, Париж или любой другой город), не учитывая характер сложившихся взаимных диспозиций в культурном пространстве.
Уже зная об опыте Перми, авторы концепции развития культуры Свердловской области (авторский коллектив под руководством проф. Л. А. Закса) определяют направления модернизации с учетом сложившихся в Свердловской области реалий. Понимая, что в современном мире культура «становится условием и средством решения насущных и острых (рождающих социальную напряженность) проблем региона, конкретных местностей», авторы отмечают, что «обеспечение соответствующих современным стандартам и потребностям образа и качества жизни [курсив – авт. – И.М., А.М.] рядовых жителей отдаленных от культурных центров территорий»96 является сущностной потребностью, поскольку решает и задачу закрепления молодежи в малых городах и поселках, и формирует «заказ» на высокое искусство, и обеспечивает возможности самореализации для творчески одаренных людей. Осознание ценности национальной культуры, ее способности противостоять засилию «ширпотреба», «пустоте и скуке бедной и серой повседневности» позволяет в культурной политике подчеркнуть ее социальную направленность и тот факт, что в реализации поставленных целей важными аспектами являются не только производство культурных ценностей (продуктивная функция культуры), но и деятельность по сохранению, распространению/трансляции и потреблению/освоению культурных ценностей (репродуктивная функция культуры).
В Концепции развития культуры Свердловской области выделяются следующие направления деятельности по совершенствованию функционирования отрасли:
«1. Обеспечение (создание и совершенствование) необходимых условий для продуктивной творческой деятельности во всех сферах отрасли: создания современных высококачественных (в идеале – мирового уровня) культурных ценностей и событий; создания и развития инновационных организационных форм (институций) и механизмов культурной деятельности; сохранения, умножения и развития содержательного, языкового и видового разнообразия культурной сферы и ее продуктов;
2. Обеспечение необходимых условий для функционирования, количественного роста и развития системы организационных форм и механизмов культурной деятельности по сохранению культурных ценностей прошлого и настоящего, их трансляции (распространению) и освоению (потреблению) населением;
3. Стимулирование и обеспечение роста социокультурной и экономической эффективности и качества всех компонентов сферы культуры; существенная интенсификация деятельности учреждений и всех субъектов культурной деятельности;
4. Повсеместное внедрение в отрасли передовых технологий организации и управления культурной деятельности и социально-производственных отношений в сфере культуры, социального продвижения культурных продуктов и их потребления;
5. Привлечение, стимулирование и поддержка новых социальных субъектов культурной деятельности и партнерских отношений в сфере культуры;
6. Создание и эффективное использование системы научного сопровождения (мониторинга, экспертного анализа, оценки, прогнозирования и проектирования) функционирования и развития сферы культуры;
7. Обучение и переподготовка руководителей и работников отрасли в контексте потребностей и процессов ее развития»97.
Проведя детальный анализ фактического состояния дел в сфере культуры Свердловской области и выделив «болевые» точки, авторы концепции констатировали, что не только отставание материально-технической инфраструктуры или недостаточная квалификация сотрудников учреждений культуры виной тому, что снижается интерес к деятельности отрасли, но и невостребованность предлагаемых жителям области культурных услуг. Нет сомнения в том, что обеспечить конкурентоспособность учреждений культуры может не только интенсивная деятельность, но и способность вовлечь в нее людей. По сути, речь идет в том числе и о «созидании» публики, готовой воспринимать и участвовать в творческой деятельности.
Вовлеченность социума в культурно-творческую деятельность в современных условиях может рассматриваться как первоочередная задача, поскольку для успешной реализации культурной политики участие различных социальных групп выступает в качестве важного условия. Но, как справедливо отмечается, реалии современной жизни свидетельствуют об обратном. Нельзя не согласиться тезисом о том, что качественная сторона культурной жизни состоит в возможности для культуры осуществлять мировоззренческую, ценностно-ориентационную, воспитательную функции, обеспечивающих реализованность социокультурного потенциала жителей.
Среди предлагаемых направлений культурной политики в Свердловской области мы для себя отметили, в частности, проблемы ассортимента, количества, качества и доступности предлагаемых культурных услуг и культурных ценностей и необходимые в связи с этим изменения в системе художественного образования и воспитания. Эти проблемы взаимно обусловливают друг друга: зритель/слушатель/читатель с высоким уровнем сформированных потребностей и опытом творческой деятельности предполагает разнообразный «репертуар» культурных услуг, и, наоборот, широкие возможности востребуют художественно-образованную личность.
В связи с этим можно сказать, что продуктивность культурно-образовательного пространства во многом определяется характером предоставляемых культурных услуг и открывающимися возможностями для развития творческой личности98. При этом творческая самореализация носит разнонаправленный характер, и задача, в том числе культурной политики, обеспечить условия для творчества.
Для развития творческого потенциала жителей в Концепции развития культуры Свердловской области предлагалось создать несколько подпрограмм в областной целевой программе «Развитие культуры в Свердловской области» на 2011-2015 годы:
1. Развитие традиционных искусств. Подпрограмма включает финансирование (в форме госзаданий, госзаказов и предоставляемых на конкурсной основе грантов и стипендий) социально значимых долгосрочных (например, фестивалей искусств, создания новых учреждений культуры, периодических изданий и т.п.) и конкретных («одноразовых») творческих проектов (театральных, концертных и кинопостановок, изданий конкретных названий, создания конкретных картин, скульптур, выставок), в том числе на условиях партнерства и софинансирования. Поддержку в данной программе смогут получать не только профессиональные институции и субъекты, но и значимые в культурном отношении любительские, самодеятельные институции и проекты или «маргинальные» проекты с участием профессионалов и любителей.
2. Актуальное искусство, творческие индустрии и креативные технологии, включающая подпрограммы поддержки развития актуального искусства, поддержки развития творческих индустрий и новейших креативных технологий.
3. Работающее культурное наследие, в задачах которой сохранение, бережное и любовное, культурных богатств прошлого (памятников истории и культуры; фондов музеев, архивов, библиотек; традиций образа жизни народов Урала (обычаев, обрядов, бытовой материальной культуры и традиционных видов трудовой деятельности: народных промыслов и ремесел); традиционного искусства народов Урала) связывается с поиском возможностей для их актуализации, популяризации, продвижения и эффективного использования. Предлагается обратиться к сфере культурного туризма, органично связанного для территории с экологическим; актуализировать «региональную классику» через популяризацию произведений и их творцов, «обновление культурной мифологии» выдающихся представителей дореволюционной интеллигенции; провести комеморизацию и музеификацию традиционного образа жизни на Урале, обычаев и обрядов, промыслов и ремесел, материальной бытовой культуры, одежды, кухни, фольклора «коренных» народов Урала и более поздних этносов.
4. Виртуальное пространство культуры Свердловской области, раскрывающий потребность в создании единого интернет-портала «Культура Свердловской области», на котором будет обеспечен доступ к информации обо всех учреждениях культуры, культурных проектах, видеозаписях культурных событий и, в перспективе, создания интернет-телевидения «с культурной доминантой».
5. Культура – будущему: образование и воспитание будущих субъектов культуры. Целевая подпрограмма поддержки образования и воспитания, формирования и развития творческих способностей, знаний и умений детей и юношества, их приобщения к творческим процессам и ценностям высокой культуры.
6. Пути культуры: развитие культурных связей центров и провинции в Свердловской области. Целевая программа, стимулирующая, направляющая и финансирующая коммуникацию «культурные центры – провинция области»: гастроли художественных коллективов, поезда искусств, творческие десанты в отдаленные районы, маленькие города и сельскую местность, адресные поездки с лекциями-концертами в учебные заведения, творческие семинары и мастер-классы «столичных» деятелей культуры для коллег в провинции (режиссеров, актеров, менеджеров, педагогов, музейных и библиотечных работников).
7. Культура Свердловской области в России и мире. Целевая программа продвижения нашей культуры, ее субъектов и продуктов на российской и международной арене99.
Результатом реализации представленной Концепции должно было стать позиционирование региона как культурно-значимого, обладающего потенциалом развития в постиндустриальном мире, авторитетного и конкурентоспособного в разных сферах экономики и общественного развития.
Одним из условий реализации культурной политики в регионе становится формирование круга квалифицированных независимых экспертов, способных на объективное, а не узковедомственное суждение о социокультурной значимости событий или проектов, и заинтересованных в развитии региона представителей СМИ.
Несмотря на то, что идеи Концепции не стали основой для государственной программы «Развитие культуры в Свердловской области до 2020 года», пафос авторов и сегодня соответствует перспективным направлениям развития региональной культуры.
Составной частью культурной политики в российской Федерации становится региональная этнонациональная политика, внимание к которой усилилось в связи с многочисленными конфликтами на межнациональной почве. Свои направления и концепции по формированию толерантного сосуществования представителей различных этносов определили, например, Челябинская, Самарская, Калининградская области. При всем разнообразии и непохожести регионов все они в качестве цели наряду со стремлением к сохранению и развитию этнокультурной самобытности народов называют сохранение исторически сложившейся целостности Российской Федерации и формирование общегражданской идентичности. Однако ни в одном из документов нами не было обнаружено такого важного фактора для сохранения миролюбивых отношений как формирования региональной идентичности. Утрата ощущения единства у представителей одного региона чревато разрушением горизонтальных связей, обособленностью и, как следствие утратой собственного лица, что является явно нежелательным в ситуации активного формирования имиджа территорий.
В современной ситуации значимым направлением можно назвать создание надобластной (макрорегиональной) культурной политики, обеспечивающей необходимые условия для производства, сохранения, функционирования, развития и трансляции ценностей региональной культуры как объединяющего начала жизни. Существование такой концепции даст возможность найти пути для взаимодействия и сотрудничества областей, входящих в макрорегион, и позволит ярче и точнее определить особенности и ценность каждой отдельной территории.
Среди возможных путей решения поставленных задач обозначим активизацию потенциала, заложенного в культурно-образовательном пространстве региона. Движение «в сторону образования» позволяет сформировать не только круг «потребителей культуры», но ее творцов и активных деятелей («делателей»). Результатом может стать сформированное региональное сознание – совокупность социальных, политических, экономических, нравственных, религиозных и других взглядов, характеризующих содержание, уровень и особенности духовного развития жителей региона.
Возникает вопрос, насколько система образования как отрасль готова к решению таким образом сформулированных задач. Обратимся к нормативным документам, регулирующим сферу образования.
В Законе Свердловской области от 15 июля 2013 г. № 78-ОЗ «Об образовании в Свердловской области» среди принципов, на которых базируется государственная политика в сфере образования, названо «единство образовательного пространства на территории Российской Федерации, защита и развитие этнокультурных особенностей и традиций народов Российской Федерации в условиях многонационального государства»100.
Задачи региональной образовательной политики находятся в тесной связи с теми целями и задачами, которые ставит общество перед своими гражданами. Формулируя свои ценностные ориентиры, общество определяет горизонты развития как системы образования в целом, так и его отдельных субъектов. Среди задач образовательной политики особое место занимают вопросы формирования социально активной личности, с четкими ценностными установками.
Проблемы демографии, политическая, экономическая и социальная нестабильность заставляет задуматься о т.н. «положительной самоидентификации» молодых людей, о перспективах успешной социализации в том месте, где они живут (по известной уральской поговорке «где родился, там и пригодился»). Естественное желание человека гордиться своей страной, осознание ценности а, главное, необходимости твоей жизни не только тебе самому, но и обществу в целом, обращает к поиску оснований жизни. И здесь особое место занимает регион как место, где проходит жизнь человека (а современная жизнь при всей ее кажущейся мобильности достаточно сильно «привязывает» человека к месту).
С одной стороны, задачи региональной образовательной политики должны касаться обеспечения возможностей человека на получение качественного образования в любой доступной сфере независимо от места проживания. С другой стороны, речь идет о содержании образования, о включении в учебные курсы как социально-значимой для данного региона информации, так и формирования устойчивой ценностной основы жизни молодого человека. Необходимо осознать и обозначить долее четко ту роль, которую призван играть национально-региональный компонент содержания образования.
В задачи региональной образовательной политики входит не только обеспечение возможностей человека на получение качественного образования в любой доступной сфере независимо от места проживания, но и включения в учебные курсы социально-значимой для данного региона информации, способствующей формированию устойчивой ценностной основы жизни молодого человека. Именно этому был посвящен т.н. национально-региональный компонент содержания образования.
Если в национальных республиках национально-региональный компонент был напрямую связан с изучением языка, истории и культуры титульного народа, с формированием «образа» народа в сознании молодых людей, с эмоциональной насыщенностью этого образа, и мы наблюдали попытку опереться на образование в деле «национального возрождения», создать фундамент для новых членов общества, дать возможность обрести и осознать этническую идентичность (примером такой реализации национально-регионального компонента могут служить программы для национальных школ Татарстана или Башкортостана), то для регионов с доминирующим русским населением он связан с краеведческой проблематикой.
Курсы краеведческой направленности можно рассматривать как частный случай более широкого пространства – изучения региональной культуры. Восстановление истории – первый этап на пути обретения собственной идентичности жителями региона и формирования человека с исторической памятью. Поэтому особое место в исторических курсах занимают проблемы, связанные с освоением края до «открытия» его русскими (процессы до колонизации), история освоения и контакты с коренным населением (при изучении Урала, Сибири, Дальнего Востока), рассмотрение роли региона в истории России через внимание к историческим личностям – первопроходцам в восточных регионах страны и политическим деятелям, влиявшим на судьбу страны, в западных регионах (примером может служить, например, интерес к личности П. Столыпина в Поволжье).
В настоящее время многими регионами делается попытка ввести в содержание образования составляющую региональной культуры. Это обусловлено рядом причин:
региональное пространство рассматривается как свое, обладающее необходимым качеством максимальной приближенности к жизни конкретных людей, живущих в данной территории;
изучение ценностно-нормативной системы организации жизни региона позволяет молодому человеку обрести свою систему ценностей, органически связанную с предшествующей традицией;
знакомство с формами региональной культуры позволяет осознать и осмыслить способы реализации сущностных сил человека, характерные для данного региона;
рассмотрение региональной культуры в общероссийском, и шире, в мировом контексте создает необходимую систему ориентаций в современном социокультурном пространстве.
Такой путь позволяет создать условия для социализации личности в конкретной социокультурной ситуации конкретного «места», создать возможности для положительной самоидентичности молодого человека, способствовать становлению человека как патриота.
В обращении к истории отдельного региона особое значение приобретают ценностные характеристики: гордость за место, где ты живешь, и за людей, которые здесь жили, что формирует положительную идентичность у молодого человека, создает поле для поиска образцов. Однако одна ретроспекция не может удовлетворить всех духовных потребностей молодых людей. Возникает опасность увидеть в истории только «утраченный рай» и «утраченные возможности». Осмысление настоящего и «заряженность на будущее» молодых людей должна также получить свое воплощение в содержании образования. Обращение к современной геополитической, экономической, социальной и культурной жизни региона, исследование его проблем в контексте их возможного разрешения позволяют конкретной личности осмысленно выбирать свой жизненный путь.
На наш взгляд, интересен опыт Хабаровского края, где авторы учебных курсов пытаются осмыслить не только прошлое и обращают внимание на реальную историю освоения Приморья, но вычленяют ценностное ядро историко-обществоведческой проблематики. Так, проблемы приграничного региона осмысляются в контексте межкультурной коммуникации (сложные взаимоотношения с Китаем рассматриваются не только в контексте военных конфликтов и территориальных притязаний, но и как «встреча культур», что в большей степени соответствует исторической правде и отвечает требованиям сегодняшнего дня); обращение к жизни коренных народов позволяет формировать не только положительную идентичность как у потомков коренных народов, так и у всех жителей края, но заставляет задуматься о роли каждого народа в судьбе всей страны, создает условия для формирования толерантности как необходимого качества личности современного человека; исследование природных богатств – обращает к проблемам экологии. Аксиологические моменты, акцентированные в содержании образования национально-регионального компонента, позволяли создать положительный образ региона, в котором живет молодой человек, и где ему, по всей видимости, предстоит устраивать свою будущую жизнь.
Ретроспективно обращаясь к опыту Свердловской области, можно вспомнить, что в 1990-е – начале 2000-х годов в ней действовал региональный образовательный стандарт, в котором были определены цели и задачи национально-региональный компонент Государственного образовательного стандарта общего образования. Ставилась задача комплексного осмысления региональных процессов, подчеркивалась значимость самоопределения обучающихся, основой для которой выступали общекультурные и региональные ценности. В результате появился целый спектр изданий, обеспечивающих национально-региональный компонент образования Свердловской области («География Свердловской области», «История Урала», «Художественная культура Урала» и др.), ставших основой для образовательной практики.
Введение новых федеральных государственных образовательных стандартов (далее – ФГОС) в Российской Федерации потребовало переосмысления направлений региональной образовательной политики в той ее части, которая связана с новыми, адекватными сегодняшнему дню требованиями к результатам обучения. Опираясь на т.н. компетентностный подход, новые ФГОС обозначили три уровня результатов: личностные, метапредметные и предметные. Для нас в контексте нашей темы интерес представляют прежде всего личностные (формирование целостного мировоззрения и нравственной основы личности) и метапредметные (или – надпредметные, связанные с формирование универсальных учебных действий) результаты. Для становления творчески активной и рефлексивно направленной личности, готовой к выполнению разнообразных задач в учебной и практической деятельности важное значение приобретает не только освоение определенного «багажа» знаний, но овладение комплексом умений, позволяющих их реализовать и применить.
В целом, новый ФГОС ориентирует на освоение поля культуры и присвоения его результатов, ценностей и смыслов в ходе творчески-преобразующей деятельности. Нормативные документы в системе образования делают акцент на включении в образовательное пространство не просто социокультурной составляющей (знакомство с ценностями мировой, национальной и региональной культуры), но и тесного взаимодействия с учреждениями культуры, выступающими в роли активных участников процесса обучения-воспитания.
Важнейшим из учреждений культуры, позволяющим решать образовательные задачи, в том числе и по формированию культурной идентичности, на наш взгляд, выступает музей. Музейные программы для детей, знакомящие с историческим прошлым Урала с древнейших времен до конца ХХ века; создание разнообразных игровых зон для детей и подростков, в которых в интерактивной форме происходит приобщение к опыту предков; появление музейных классов, уроки в которых интегрированы в образовательные программы школ и вузов; игры и конкурсы, размыкающие музейное пространство в городское; существование пространств для виртуальных коммуникаций молодежи через активную деятельность музеев в социальных сетях; использование потенциала арт-терапии в работе с людьми разного возраста с ограниченными возможностями здоровья; реализация социально значимых творческих проектов для молодежи – все эти формы сегодня активно используются и способствуют решению поставленных задач.
В России в последние годы приобрели популярность музейные образовательные проекты: «Проект «Человек изобретающий» Естественнонаучного музея Южного федерального университета и Ростовского областного музея изобразительных искусств был направлен на формирование изобретательской компетенции и креативного мышления через интерактивные лекции об истории изобретений и выявление алгоритмов отдельных инноваций. Программа «Земская история» Музея усадьбы «Ясная Поляна» способствовала формированию управленческих компетенций через создание Школы местного самоуправления для муниципальных служащих Тульской области и соседних регионов. Проект Кемеровского областного музея изобразительных искусств «Я меняю город» способствовал решению проблем городской среды через знакомство детей с практиками паблик арта. «Открытый музей в закрытом городе» (Музей города Северска, Томская область) выполнял функцию адаптации жителей закрытого города к реалиям нового времени. В рамках проекта «Гражданская эстафета» Национального музея Удмуртской Республики имени Кузебая Герда была разработана программа изучения судеб участников Ижевско-Воткинского восстания, что позволило актуализировать крайне сложную тему для региона тему»101.
Какими бы разноплановыми ни были направления музейной деятельности, образовательная составляющая воспринимается как наиболее значимая. Нельзя не согласиться с В.Ю. Дукельским, который утверждает, что музей – это пространство личного, индивидуального выбора102, но столь же значимой остается позиция образовательно-просветительская, ориентированная в большей степени на организацию коллективного взаимодействия.
Начиная с эпохи Просвещения, когда музей воспринимался в контексте идеи «культура для всех», вплоть до сегодняшнего дня сохраняется потребность в освоении основ культуры, хранителем которой выступает музей. В ситуации поиска новых форм и методов работы с публикой изменяется характер музейной коммуникации, она становится более свободной, отвечающей современным требованиям к деятельностному и творческому освоению окружающего мира. Чтобы коммуникация была продуктивной, необходимо наполнить ее содержанием, личностно и коллективно значимым.
В последние годы значительно возрастает интерес к воспитательной тематике. Это связано как с принятием на федеральном уровне важных нормативных документов (Стратегия развития воспитания в Российской Федерации на период до 2025 года, утвержденная распоряжением Правительства РФ от 29 мая 2015 г. № 996-р), так и региональных государственных решений (например, Стратегия развития воспитания в Свердловской области до 2025 года, утвержденная постановлением Правительства Свердловской области от 7 декабря 2017 г. № 900-ПП, включила в себя основные идеи в области воспитания, изложенные в ранее принятых государственных программах по патриотическому воспитанию детей и молодежи, включающие в том числе понимание значимости обращения к региональной культуре для развития личности). Важнейшим фактором выступает межведомственное взаимодействие, обеспечивающее координацию различных институций в деле приобщения к региональной культуре.
Ориентиры культурной (в отраслевом смысле) и образовательной политики схожи: они базируются на идее развития целостной личности, опирающейся в своей жизни на осознанно выбранные ценности. Можно было бы назвать их социокультурными (тем более, что в той или иной степени они актуализируются в нормативных документах, посвященных молодежной и социальной политике). Вопрос в том, насколько эти позиции реализуемы.