Война катилась на запад. Если вначале Инна с Викой и мамой прятались в перекрытом окопе в огороде, что вырыл ещё отец, но после того, как пробегавшие по улице немцы чуть их не расстреляли, стали уходить в бомбоубежище к депо.

1941 г. Церковь А. Невского. Мелитополь (фото Виктора Исакова).

Наши бомбили в одно и то же время, поэтому время было определить легко. Народа набивалось просто немерено.

Как-то спустились, а там стоять негде, не то, что сидеть.

– Давайте красавицы под лавку, тут мышь не пролезет!

И мама отправила их под лавку.

Но пролезли туда не только мыши, но и крысы! Инна лежала, а по ней бегала крыса, заглядывая в лицо.

– Фу, гадость, мама, страшно же!

– Ничего, интеллигенция, скоро дадут отбой, и мы пойдём домой, – ответила Екатерина Михайловна.

По мере приближения фронта бомбежки усилились, и уже авиация не придерживалась времени. Прятались также в сарай к соседям Раковским, там были нары, и можно было даже полежать. Конечно, от осколков ещё уберечься можно было, но вот от снаряда или бомбы – сарай плохое укрытие!

Девочки с мамой вышли во двор, когда красные полосы снарядов от «Катюш» под ужасающий вой стали проноситься в сторону Запорожья. Наши бомбили уже всё подряд, и посёлки в том числе. Напротив их жилья, на 3-ем переулке Цюрупы, большой длинный дом стоял уже в развалинах. Инна, Вика и мама Катя увидели, как краснозвёздные истребители зашли в атаку прямо, как показалось, на них, открыв огонь из пулемётов.

– А-а-а! – раздался истошный крик Инны.

Возле дома лежали мешки, и она тут же нырнула в них.

Стало стихать на улице, красные стрелы снарядов уже не летели, самолётов было не видно.

Вдруг раздался смех Екатерины Михайловны:

– Инна, что это у тебя голова в мешках, а всё остальное наружу!?