Неплюев был весьма озабочен, какой пункт избрать главным между крепостями, так как местоположение первоначального Оренбурга (Орска), незадолго перед тем основанного Кириловым, он находил неудобным в стратегическом отношении. После некоторого колебания Неплюев выбрал именно то место, где и находится теперь Оренбург, – к востоку от устья Сакмары, где уже стояла основанная еще при И. К. Кирилове Бердская крепость. Этот вариант, по мнению Ивана Ивановича, имел «против учиненных первых прожектов» то преимущество, что «против оного удобного прохода неприятель ни с какой стороны не имеет». По преданию, на этом месте в прежние времена жил ногайский хан Басман, стан которого назывался Актюба.

И. И. Неплюев собрал всех штаб-офицеров на совет, где окончательно было решено строить город при Бердском крепости. План города, представленный им на утверждение, был принят 15 октября 1742 года Елизаветой Петровной резолюцией на докладе Сената. В резюме говорилось: «При урочище Красной горы… города Оренбурга строить не надлежит, а … надлежит оный строить при Бердской крепости». Последнюю следовало перенести на новое место. Началась строительство города.

Иван Иванович засобирался в поездку.

* * *

Январь 1743 года. Кабинет наместника И.И. Неплюева.

Иван Иванович Неплюев возбуждённо ставит задачи подчинённым перед своим отъездом на Урал. Особое внимание обращает на вопросы строительства Оренбурга. Подчинённые сидят с красными лицами, не успевая запоминать. Некоторые с тоской посматривают на окна кабинета, мечтая о том, чтобы их неугомонный начальник быстрей тронулся в путь.

– Генерал-майор фон Штокман! Вам предстоит выполнить основную задачу в моё отсутствие, – Неплюев посмотрел на приподнявшегося со стула генерала. – Инженеров и необходимых служащих для организации работ подберёте сами и в марте выдвигаетесь в Бердскую крепость (исторический район Оренбурга, бывшая станица в Оренбургской губернии).

Наместник встал из-за стола, прошёлся по кабинету, что-то, видимо, решая для себя, потом опёрся на стол и посмотрел на сидящих.

– Остальным членам комиссии по готовности дел в Оренбурге выдвинуться к генералу Штокману, он встретит вас и разместит. Там и продолжим нашу совместную работу!

В кабинете робко прошёл шум, явно не от радости предстоящих перемен.

– Так, так, – продолжал рассуждать Иван Иванович Неплюев, – с финансовыми вопросами понятно… Канцелярист Башкирцов, вам надо обеспечить наш отряд двумя палатками: одна у вас имеется, а вторую, офицерскую, получить у ханского сына Ходжи Ахмет Ахтама. Всё понятно? Всем убывающим быть в готовности. Свободны!

Сам сел за стол, взял перо и подвинул чернильницу.

– Осталось отправить письмо Сибирскому губернатору Сухареву по финансовым вопросам обеспечения поездки, получения необходимых средств, которые будут предназначены для намеченного строительства укреплений Уйской линии по Яику.

Все тяготы пути захотела разделить с ним его молодая жена – Анна Ивановна Панина.

– Я с тобой хочу, Ванюша, горько мне одной!

Видел Неплюев, как сдала его жена, бывшая фрейлина-красавица, после того как он был арестован, так и не смогла оправиться от этого удара. А виной тому – он сам, не смог уберечь свою Аннушку от беды… Но кто ж мог всё это предвидеть?

– Хорошо, голубушка моя, собирайся, я распоряжусь, поедем вдвоём.

30 января 1743 года И.И. Неплюев прибыл в Уфу, и пробыл там до 7 февраля, обсуждая стоящие задачи с тамошним вице-губернатором, бригадиром Аксаковым.

Из Уфы отряд И.И. Неплюева продвигался далее на восток через Красноуфимскую крепость. Перед отправкой получил известие, что в район Бердской крепости выдвинулись под начальством генерал-майора фон Штокмана воинские команды и армейские инженеры для строительства нового города и главной крепости края.

Оттуда отряд направился в Теченскую слободу, в которой располагалось правление Исетской провинции, куда и прибыл 18 февраля 1743 года.

Получение с 1734 года статуса «обозной базы» дало мощный толчок развитию села Русская Теча. К 1737 году, когда на Южном Урале была образована Исетская провинция, заложена Челябинская крепость, Русская Теча разрослась и обустроилась. Государевым крестьянам «на жизнь» стало хватать с избытком. Они начинали «отселяться» по округе: кто на берега Сугояка, кто в озерный край Алабуги.

В самой Русской Тече обосновалась «начальничья зимовка»: Исетский воевода летом находился в Челябинской или Миасской крепостях, а на зиму делал своей штаб-квартирой Теченскую слободу. Как пишут историки, таким образом «небольшая Теченская слобода на короткое время – до 1743 года – превратилась в административный центр крупного региона».

Оставив здесь свой отряд, Неплюев с небольшой группой налегке выдвинулся для проверки построенных на этой стороне крепостей, побывал в Миасской, Иткульской, Челябинской и Чебаркульской. Вернувшись, доехал до Шадринска, где встретился с Сибирским губернатором Алексеем Михайловичем Сухаревым (в 1740–1742 он вице-губернатор Тобольска. В ноябре 1742 получил звание генерал-майора и назначен сибирским губернатором. Находился в этой должности до своих последних дней).

В последних числах апреля отряд И.И. Неплюева направился вниз по Тоболу из Шадринска к Царево-Городищенской слободе (ныне г. Курган).

Неплюев практически всю дорогу работал с документами.

Анна Ивановна всё больше молчала, смотрела в окно, о чём-то с грустью думая про себя, ибо в глазах её жила печаль.

Река Теча.

– Так-так, та-а-ак… Вопросы военно-инженерного обеспечения западносибирских границ, соединения Оренбургской линии с Сибирской согласовали с Алексеем Михайловичем! В Ишимской же линии «пользы и защищения … иметь весьма невозможно».

17 марта 1743 года в записях походного журнала делает отметки о границе разделения Оренбургской линии с Сибирской: «с Оренбургской стороны по реке Ую до Утяцкого старого форпоста на Коркину слободу, а с той слободы к Иртышу на Чернолуцкую слободу и о поселении в расположении на оных военных людей, а именно: на Уйской – Оренбургского, а с Сибирской стороны, на одной дистанции Сибирскаго старого, на другой – Сибирского ж, новоучрежденного драгунских полков…».

Потом, подумав, макнул перо в чернила, написал:

– Центр провинции, которым сейчас является Теченская слобода, предлагаю перенести в Челябинскую крепость, а пограничным пунктом Оренбургской линии с Сибирской, избрать реку Тобол!

Пройдя по Тобол-реке до впадения в него речки Уй, отряд Неплюева стал двигаться вдоль неё.

П.И. Рычков в своей книге «История Оренбургская» потом напишет о дальнейшем пути отряда Неплюева: «…и в том походе следующия крепости, и в них надлежащие гарнизоны от него назначены, а именно:

1) Куртамышская, близ речки Куртамыше.

2) Бакланская, близ озера Баклана; за теми по реке Ую:

3) Усть-Уйская, близ устья той реки.

4) Крутоярская, при урочище, называемом Крутой Яр.

5) Каракульская, близ озера Каракуля.

6) Троицкая, близ устья реки Увелки, яко в день Святыя Пятьдесятницы назначена, и разсуждено, чтоб оной между всеми тамошними крепостями быть главной.

7) Степная, яко на степной, то есть на киргизской стороне назначена, против сосноваго бору, Нарым Карагай называемаго. К тем новоназначенным крепостям присовокуплены старыя:

8) Уйская, в верховье реки Уйя.

9) Уклы-Карагайская, при озере и при сосновом бору, называемом Уклы-Карагай,

10) Вышепомянутая Верьхяицкая пристань».

Об этой поездке в воспоминаниях И.И. Неплюева говорится следующее: «В 1743 году ездил я выше той Орской крепости, вверх по рекам Яику и Ую, которое расстояние от заложенного мною Оренбурга с лишком 700 верст, по коем, кроме Верхояицкой крепости, по всей линии никакого не было укрепления и селения. По удобным местам назначил я созидать крепости и редуты и те снабдил гарнизонами и всем потребным».

Таким образом, Неплюев назначает Троицкую крепость главной «между тамошними крепостями»! Следующим пунктом пути была местность, где должна будет разместиться Степная Крепость.