С другим стороны, начальник, желая осуществить то или другое намерение, должен в точности знать не только обстоятельства дела, но и все средства, находящиеся в его распоряжении, и в первую очередь людей. Разные люди обладают различными способностями. От целесообразного применения таковых зависит успех дела. Надо поставить подходящего человека на подходящее место. Но как это осуществить? Как оценить человека? Единственное средство – личное знакомство. Существуют различные другие способы для оценки людей, основанные на системах собирания сведений посредством аттестации и статистических данных, ведения послужных списков и т. п., одним словом, посредством бумажного делопроизводства. Но такая оценка несостоятельна на том простом основании, что и у начальников есть индивидуальные качества. Достоинства подчиненных не могут быть определены общим масштабом. Один и тот же человек может оказаться очень подходящим исполнителем для одного командира и совершенно негодным для другого. Всякий военный предназначен осуществлять волю лишь одного человека – своего непосредственного начальника. К нему он должен подходить и по способностям, и по склонностям, и по характеру, и тут, очевидно, общего масштаба быть не может. Только лично знакомый начальник может быть вполне компетентен судить, насколько данный человек ему полезен или нет. Я не говорю, чтобы бумажная и канцелярская оценка людей не могла дать некоторое, хотя большей частью и очень неопределенное, понятие о достоинствах и недостатках людей, но она совершенно недостаточна и имеет значение более теоретическое. Повторяю, что действительно ясное понятие о пригодности того или другого помощника может составиться у военачальника только на основании долгой совместной службы и личных отношений. Не забудем, что единственная цель военной дисциплины есть осуществление воли начальника в подчиненных. Коли она почему-либо этой цели не достигнет, то она недействительна и бесполезна. Поэтому личное и близкое знакомство начальника с подчиненными есть такое же неуклонное требование военной дисциплины, как всякое другое.