Военными всех наций ордена носятся на левой стороне груди. Делается это в силу обычая, пришедшего со времен крестоносцев. Они носили почетный знак своего ордена на левой стороне: таким образом он был ближе к сердцу, а так как щит носился на левой руке, то знак ордена (и сердце) был лучше защищен.

Погоны и эполеты

Происхождение наплечного знака – погона – идет также со времен крестоносцев как составная часть лат, предохранявших плечо бойца от сабельного удара. Гусарские полки настоящих дней в Англии имеют на плечах род погона (эполета), сделанного из металлической сетки, кольчуги. Эполеты наших уланских полков – чешуйчатые и также напоминают латы. Во многих кавалерийских частях было в обычае иметь погон в виде стальной пластинки, обшитой галуном. Эполеты своим возникновением обязаны Франции и в первоначальном виде были представлены пучком лент. С течением времени погоны потеряли свое первоначальное назначение и стали внешним знаком, символом власти. Вот в силу чего был так дорог погон истинному офицеру и в силу чего разрушители Империи убрали его.

Церемония перехода кораблем линии экватора

Церемония перехода линии экватора есть комедия-фарс, соблюдаемая в силу морского обычая как на военных, так и на коммерческих судах всех наций с целью дать развлечение команде, нарушить монотонность долгого перехода. С течением времени и благодаря отсутствию долгих плаваний детали этого морского обычая отчасти утеряны, отчасти изменены. Мы сделаем историческое освещение этой церемонии, а потом дадим порядок выполнения ее на клипере «Крейсер» во время кругосветного плавания его в 1888–1891 гг. Описание церемонии сделано плававшими тогда на клипере и поныне здравствующими вице-адмиралом В. Н. Давидович-Нащинским.

Эполеты генерала (а), контр-адмирала царской свиты (б), адмирала (в), вице-адмирала (г), контр-адмирала (д), вице-адмирала генерал-адъютанта (е), генерал-лейтенанта (ж), генерал-майора (з), контр-адмирала царской свиты (и), контр-погончики для пристегивания эполет (к, л, м), 1899 г.

Церемония перехода какой-либо определенной параллели настолько стара, что первоначальное возникновение ее теряется в глубокой древности. Исторически доказано, что эта церемония была в обычае задолго до того времени, как суда впервые пересекли 30-ю параллель и прошли через Гибралтарский пролив. По своей идее это было испытание новичков в морской службе, в предстоящей им тяжелой, полной лишений службе на море. История указывает, что уже викинги, пересекая некоторые параллели, исполняли этот обычай. Весьма возможно, что они и были создателями этого обычая. В первые дни мореплавания эта церемония совершалась с благоговением и полным уважением к мифологическому богу Нептуну – владыке морей и морских стихий, во что тогда искренне верили моряки.

И в настоящее дни «Его Величество» Нептун есть главное лицо церемонии обычая. Те, кто раньше уже переходил экватор, называются «шелбаками» или, как это называлось на флоте у нас, «бывалыми-солеными». Обычно шелбаки сохраняли выданное им Нептуном удостоверение как доказательство своего морского опыта. В переводе на русский язык удостоверение было таким:

«Всем русалкам, сиренам, змеям морским, китам, акулам, дельфинам, скатам, угрям, пиявкам, лобстерам, крабам и ракам, а также и всем многим другим нашим верноподданным.

…(имя) … найден нами достойным быть сопричисленным к нашим верноподданным старым шелбакам, как пересекший экватор и подвергшийся крещению морской соленой водой и посвящением в орден океанских глубин.

Нептун

Владыка морей и океанов и морских стихий,

(Широта и долгота) … час утра, месяц, число и год.

Национальность и имя судна».

В ночь перед предстоящими утром (официальным) перехода экватора по обычаю на борту судна появляется посланник Нептуна Деви Джонс с письмом к командиру, в котором Нептун указывает время, когда он хочет, чтобы судно легло в дрейф или остановилось для принятия его на борт. Появление Деви происходит в темноте, он вылезает из-за борта на носу, соответствующе одетым и мокрым. Проходит к мостику, где происходит следующий разговор.

Деви Джонс. На корабле! (Обращаясь к вахтенному начальнику.)

Вахтенный начальник. Есть на корабле.

Деви Джонс. Что это за судно и какой курс?

Вахтенный начальник сообщает имя, национальность корабля и курс.

Деви Джонс. Прекрасно! Я ожидал вашего прихода. Доложите командиру, что я, Деви Джонс, имею письмо к нему от Нептуна, владыки морей и океанов и повелителя над морскими стихиями.

Вахтенный начальник докладывает командиру, а затем обращается к посланнику: «Пожалуйте, командир ждет вас».

Если прием происходит на шханцах, команде разрешается сопровождать туда посланца Нептуна.

Командир. Добро пожаловать, Деви Джонс.

Деви Джонс. Приношу поздравление с благополучным приходом в наши воды. Давно не видел вас здесь.

Командир. Да, я был здесь в последний раз… (указывает время).

Деви Джонс. Я имею письмо к вам от Нептуна и прошу разрешения прочесть его команде.

Командир. Хорошо, читайте.

Обычная форма письма: «Командиру корабля…, вошедшему в мои владения.

Прошу разрешить моему морскому министру и посланцу Деви Джонсу объявить командe мое нижеследующее повеление: “Внимание. Вы несоленые мужики-землеробы. Я повелеваю вам предстать завтра предо мною и моим двором для посвящения в тайны моей империи. В случае отказа вы будете отданы в пищу акулам, китам, осьминогам, лягушкам и всему подводному царству нашему, которые оторвут ваши головы и растерзают тела, как предупреждение наше для всех, пытающихся войти во владения наши без разрешения.

Вы все обвиняетесь также в том, что задели килем за крышу дворца нашего, и за это вы откупитесь либо будете подвергнуты наказанию по нашему усмотрению”.

Нептун».

По окончании чтения письма командир объявляет Деви:

– Хорошо, будем ждать вас… (и указывает час).

На следующий день, когда все готово к принятию Нептуна, старший штурман объявляет судно на экваторе. Это служит сигналом для появления сначала Деви, а затем и Нептуна со свитой. Процессия встречается вахтенным начальником. Нептун, обращаясь к Деви:

– Прекрасное судно и хорошо содержащееся, но какая масса землеробов, я почти не вижу моряков!

– Командир ждет вас, – отвечает Нептуну вахтенный начальник.

Медленно, сопровождаемая командой, процессия движется к шханцам, причем Нептун изощряется в остроумии, обращаясь к разным матросом.

Командир. Привет моряка Нептуну, владыке морей. Рад видеть вас всех у себя на борту.

Нептун. Я также рад побывать на корабле великой страны… Позвольте мне представить вам моего штурмана, который будет вести корабль в течение моего пребывания здесь, и затем, с вашего разрешения, я приступлю к обряду обращения землеробов в моряков.

Командир. Хорошо. Я согласен с вами, что у меня есть на корабле несколько молодежи, еще не вступавшей во владения ваши, но я убежден, что вы снизойдете к их молодости и не будете слишком строги.

Нептун. Нет, я буду строг донельзя.

Далее Нептун занимает специально приготовленный для него и его супруги трон и начинается крещение морской водой, начиная с молодых офицеров.

Обычный состав труппы: Нептун, его супруга Амфитрида, их сын, морской министр Деви Джонс, штурман, вахтенный начальник, судьи, адвокаты, брадобрей, доктор, полиция, медведи.

Приведем теперь описание церемонии перехода экватора, имевшей место на клипере «Крейсер» в славную парусно-паровую эпоху Русского флота [106].

«Разрешение церемонии зависело, конечно, от командира. В этом случае команда заранее к ней готовилась, выбирая действующих лиц и изощряя остроумие для ролей матросов, которые будут актерами в комической церемонии перехода корабля в Южное полушарие через экватор. Обычно эта церемония приурочивалась к девяти-одиннадцати часам утра. Начиналось это еще до восьми часов утра, после обычной приборки, когда старшей офицер разрешал действующим лицам готовиться. Передняя часть палубы отделялась от шханцев брезентами; за ними готовились действующие лица, а прочая команда, кроме вахтенных, должна была быть либо в кормовой части судна, либо внизу под палубой в жилых помещениях. На шханцы вынесли и растянули большой запасной парус. Его шкаторины приподнимались. В этот парус накачивалась все время при помощи помпы из-за борта вода. Это готовилась “купель” для крещения новичков, ранее через экватор не переходивших. В девять часов утра вызывали всех наверх “через экватор плыть”. Комедия начиналась с того, что из-за борта по шторм-трапу на мостик взбирался посланник Нептуна, подводный царь (соответственно загримированный и по голому телу раскрашенный матрос). Он обратился к командиру: “Какой державе принадлежит корабль, который задел килем за крышу дворца Его Величества Водяного Царя Нептуна?” Командир ответил, что это корабль Русского Императорского флота “Крейсер”. “Откуда и куда это судно идет?” Командир дал ответ. “За поломку крыши дворца и за переход через владения водяного царя согласны ли вы, командир, уплатить дань Нептуну?” Командир ответил согласием. Обращаясь затем к офицерам, посланник спросил, согласны ли они уплатить дань Нептуну, чтобы водяной царь даровал попутные ветры и благополучное плавание. Офицеры согласились. “Хорошо, – продолжал посланник, – дань Нептун желает получить лично, для чего сам сейчас прибудет сюда”. Брезенты, отделявшие переднюю часть судна, убирались и оттуда появлялась процессия царя Нептуна со свитой (все, конечно, матросы). Нептун в золотой короне на голове, с бородой из ворсы, с трезубцем, в драпировке из сигнальных флагов, со штаб-офицерскими эполетами на плечах, сидел на лафете десантной пушки на колесах. Лафет везла раскрашенная масляной краской голая свита Нептуна, рядом с ним сидела царица, соответственно одетая, с плачущим сыночком в пеленках. Роль последнего выполнял живой поросенок. Нептун слез со своей колесницы и вместе с царицей пересел на специально устроенный трон, возвышавшийся около купели на шханцах. Тогда начиналась самая комедия, состоявшая из разговоров Нептуна с офицерами и командой. Тут-то и проявлялось остроумие разговаривающих и общий хохот всех присутствующих свидетелей церемонии, а затем и крещение новичков, раньше не побывавших в Южном полушарии. Крещение состояло в намыливании голов новичков по очереди с помощью большой малярной кисти, бритья с помощью громадной деревянной бритвы, а затем бросания новичка в купель, где его погружали непременно с головой, чтобы он “хлебнул соленой воды”. Сначала крестили новичков-офицеров, а затем команду. Бывалые офицеры, чтобы их также не бросили в купель, откупались посулами чарки Нептуну, а с новичков откуп не брался. Купали их всех нераздетых, беспощадно и добросовестно (особенно тех, кто помоложе). Избежать крещения никто не мог. Прятавшихся новичков отыскивали и под общий смех насильно крестили водой экватора. Комедия кончалась в десять часов сорок пять минут утра, когда боцман представлял пробу обеда команды в сопровождении кока и баталер в сопровождении своего юнги выносил на шханцы ендову с ромом. По случаю перехода через экватор вся команда получала как дань от командира и бывалых офицеров по чарке сверх тогда положенной, а Нептуну и его свите – по две. День перехода через экватор считался праздничным, работ и учений не производилось. После обеда и отдыха начинались игры команды “в рыбку”, “в шубу”, ловлю зубами без помощи рук плавающей в соленой воде свечки, “бой подушками”, сидя верхом на круглом бревне».

Празднование перехода экватора на крейсере «Аврора», 1911 г.

Упоминаемые адмиралом игры пришли к нам из далекого-далекого прошлого английского флота, со времен плавания Дрека. Нам лично пришлось не только видеть, но и играть в них в кадетские годы плавания на «Князе Пожарском» и последний раз уже офицером на том же самом клипере «Крейсер» в 1905 г.

Церемония выдачи вина команде

В старое доброе время во всех флотах, как военных, так и коммерческих, было обычаем (традицией) награждать команду за выполнение какой-либо особенно тяжелой или рискованной работы чаркой рома, разбавленного водой и носящего в море название «грога». Церемония такого награждения носила название splicing main brace, что в переводе на русский язык будет «наложить сплесень на грота-брас», то есть соединить поврежденный или порванный брас главной наибольшей реи (каковой была грота-рея).

Англичане упорно держатся своих старых традиций, и это вполне разумно; уже во время Великой войны мы имели доказательство верности старым традициям. В день объявления мира 11 ноября 1918 г. адмирал Битти, командующий союзным флотом в Розит-Бей, сделал флоту сигнал: «Мир заключен в 11 часов дня в понедельник и обычай на службе его величества праздновать это событие методами splicing main brace, что и должно быть исполнено на всех судах сегодня в 19 часов».

Выдача винной порции на крейсере «Аврора», 1911 г.

Регулярная выдача вина команде перед обедом и ужином производилась у нас со дня создания флота Императором Петром Великим и по форме производства церемонии является точной копией английской. Разница только в том, что у нас вино выносилось в ендове – специальном большом медном сосуде, луженом внутри, по рисунку и форме древнерусского стиля. У англичан вино выносится в деревянной кадушке с основанием более широким, чем верхняя часть, полированной извне и обитой рядом ярко начищенных медных обручей. На кадушке надпись: сверху grog, нисколько ниже King и еще ниже God bless him. В этих словах, помимо лишний раз подчеркнутого напоминания о главе флота, есть также указание на традиционный тост в кают-компании корабля перед началом каждого обеда, который всегда начинается поднятием бокала с вином и произнесением всеми сидя слова king.

Порядок выдачи вина и сопровождающая его церемония в деталях одинакова как у нас, так и у англичан. У нас эта церемония производилась следующим образом.

За 15 минуть до обеда с вахты дается приказание «вино достать». По этой команде караульный начальник получает от старшего офицера ключи от ахтер-люка и в сопровождении и вахтенного офицера, баталера и баталерского юнги открывает ахтер-люк. Баталер наполняет ендову вином из бочки. Ахтер-люк закрывается, и процессия идет на шкафут, где и ждет следующей команды «Вино наверх», даваемой за пять минут до обеда. Вино выносится на шханцы, устанавливается на особом табурете, покрытом чистой парусиновой подстилкой. На верхний открытый край ендовы кладется чистая дубовая дощечка, а на нее чарка. Форма чарки – также в старом русском стиле. По команде «К вину и обедать» все имеющие дудки делают первый предварительный призывной сигнал. По этому сигналу все унтер-офицеры и боцманы располагаются вокруг ендовы, имея ее в центре, и по команде старшего боцмана делают одновременный, троекратно повторяемый сигнал дудками, очень красивый и музыкальный. После этого в порядке старшинства, начиная с боцмана, каждый с почтительно торжественным лицом подходить к ендове, зачерпывает вино и, подставляя ладонь левой руки под чарку, чтобы ни одна капля не упала на палубу, с чувством полного блаженства на лице медленно ее выпивает. Интересно при этом отметить тот факт, что каждый, подходя, снимает фуражку и пьет чарку с непокрытой головой. Делается это в силу постоянного обычая отдания уважения шханцам и флагу. Баталер отмечает в книге всякого выпившего чарку.

У нас выдача чарки упразднена сравнительно недавно, в уступку духу времени, в силу будто бы того, что этим люди приучаются к постоянному потреблению вина. Это совершенно неверно. Пьет чарку очень малый процент команды, большинство же предпочитает получать деньгами – 8 копеек в день, что в месяц составляет 2 рубля 40 копеек. Табак также отпускался от казны, но не натурой, а деньгами – по 12 копеек в месяц. Те же, кто пьет, все равно пить будут, пожалуй, даже больше, стараясь наверстать все в один съезд на берег. Церемония же раздачи вина, как вообще всякая церемония, не только дорога моряку как традиция, но важна и тем, что является укреплением дисциплины, хотя бы уже потому, что лишний раз напоминает об основе дисциплины, понятии о старшинстве, напоминает о шханцах. Кроме того, упразднение чарки лишает офицера возможности наградить матроса так, как это делалось столетия. Чарка упразднена, но чарочные деньги остались. Всякому, даже не моряку, ясно, что в наградe чаркой или 8 копейками по существу разница большая. Этим же уменьшается значение закона, запрещающего нижнему чину брать награду деньгами.

Контр-адмирал Г. И. Бутаков вспоминает, что после отмены чарки один матрос на «Дмитрии Донском» сказал ему: «Эх, Ваше Высокоблагородие, ведь мы за чарку служим!»

Морская служба – это непрерывный ряд мелочей, тесно связанных друг с другом в силу особенности условий жизни, и всякое упущение, казалось бы, даже самой незначительной мелочи всегда в конце концов чревато серьезными последствиями.

Присяга и связанные с нею обычаи

Обычай поднятия руки и взора кверху, к небесам, во время дачи присяги, клятвы – весьма древний обычай; дающие клятву всегда обнажали голову.

Позже с приходами христианства, клятва приносилась, положа пальцы правой руки на Библию и держа их на ней все время произнесения формулы присяги. По окончании клятвы она скреплялась целованием Библии.

В некоторых странах, как, например, в Соединенных Штатах Америки, обряд принесения клятвы на Библии сохранился в армии и флоте, но заменен во всех других случаях простыми поднятием кверху правой руки при обнаженной голове.

Обычай снятия перчатки с правой руки во время принесения присяги идет из далекого прошлого Англии. Там в те дни преступники клеймились на кисти правой руки и снятие правой перчатки было наружным указанием, что у дающего клятву не было преступного прошлого.

Обычай производства трех залпов при погребении

Назначение залпов, как это мы уже видели, по старому поверию есть обряд отогнания дьявола, чтобы не вошел он в сердце человека.

Еще до изобретения огнестрельного оружия число три имело мистическое значение и употреблялось в Древнем Риме на похоронных ритуалах. Так, например, до зарывания покойника сначала бросалась в могилу три раза земля и родственники умершего при этом произносили три раза имя погребенного. Уходя домой, они три раза произносили слово vale, то есть «прощай».

Числа 3, 5 и 7 имели таинственное мистическое значение еще задолго до начала римской цивилизации, и в настоящей жизни мы имеем достаточно уцелевших примеров значения числа три. Например, три грации, три ведьмы в «Макбете», три карты в «Пиковой даме», частое употребление числа три в масонских ритуалах; три раза «ура» и наконец чисто военный обряд (традиция) вызывать на вечерней поверке давно умершего, но честно исполнившего свой долг перед Родиной солдата, троекратно перед фронтами. Этот обычай исполнялся в некоторых наших полках и впервые введен был императором Наполеоном.