Между Исландией и Мурманском
26 сентября 1942 года капитан-лейтенант Ганс Гюнтер Ланге ввел подводную лодку U-711 в состав флота. Бывший офицер, командовавший торпедными катерами, относительно поздно пришел в ряды подводников. Теперь же ему предстояло на своей подводной лодке отправиться для боевых действий в моря Северного Ледовитого океана.
Теоретический курс и испытательные плавания командир лодки завершил с успехом. Задание, которое он получил от своего командира флотилии, гласило: «Атака на русскую радиостанцию Прауди, расположенную в 30 морских милях восточнее города Индига[160] на Печерском море (так в тексте). Уничтожить эту радиостанцию артиллерийским огнем. Далее следовать в направлении Плагеполучиа (так в тексте. Может быть, искаженное остров Благополучия. – Пер.) и уничтожить находящиеся там, установленные аэрофотосъемкой две русские радиостанции, также артиллерийским огнем».
Эти радиостанции были решающим звеном, связывавшим советские группы «морских охотников» за подводными лодками и авиационными соединениями. Уничтожение обеих этих важных радиостанций имело бы большое значение для германских подводных лодок, действующих против конвоев в морях Северного Ледовитого океана, поскольку обеспечило бы им безопасное проникновение в эти воды.
Когда капитан-лейтенант Ланге вышел из своей каюты и вошел в центральный пост, он увидел старшего штурмана, склонившегося над столом для карт. Он подошел к столу, и старший штурман показал ему точку на карте Баренцева моря, в которой находилась в данный момент подводная лодка.
– Вот это наше счисленное место пребывания, герр капитан-лейтенант: 70° северной широты и 45° восточной долготы.
– Там еще есть город на местности, называемой «малоземельская тундра», – заметил командир. – Похоже на то, что именно с него нам и придется начать наш штурм.
– Именно так, герр капитан-лейтенант!
Ланге направился к трапу в рубку.
– Поднимаюсь! – предварительно крикнул он, чтобы никто не наступил ему на голову в то время, когда он будет подниматься в рубку.
Там, на мостике рубки, несший вахту второй помощник доложил ему, что никаких происшествий за время вахты не случилось. Подводная лодка, которая входила в состав 14-й флотилии подводных лодок, базирующейся в Нарвике, уже миновала три моря. Теперь, на подходе к материковой суше, следовало опасаться русских самолетов.
– Скоро уже должна появиться земля, парни, – сказал Ланге, обращаясь ко всем вахтенным на мостике, – если, конечно, расчеты нашего штурмана верны.
Через пять минут показалась и земля, так что, согласно расчетам старшего штурмана, сейчас они должны были находиться примерно в 8 морских милях восточнее первой из радиостанций.
День постепенно переходил в вечер. На пределе видимости солнце постепенно опускалось за горизонт, окрашивая свой закат в неописуемые оттенки красного цвета. Несколько изменив свой курс, подводная лодка, запустив на полный ход оба своих дизеля, двинулась на юго-запад и приблизилась к берегу. Ганс Гюнтер Ланге принялся рассматривать его в мощный бинокль. Он узнал отчетливо видный на фото с воздуха мыс и небольшой плоский пригорок за ним. Там и должна была быть расположена радиостанция.
– Оба мотора малый ход! – распорядился он.
Когда он распознал радиомачту, Ланге одновременно вздохнул с облегчением и был ошеломлен тем обстоятельством, которое казалось ему невероятным, – проделав в морях путь длиной более чем в 1000 морских миль, они вышли прямо к цели и обнаружили ее.
– Расчеты орудий – стоять к бою!
Расчеты 88-мм орудия на палубе и 37-мм зенитки на рубке заняли свои места. Из лодки подали снаряды в рубку, откуда они потом по слипу были спущены на палубу.
Спустя пять минут, когда уже начала сгущаться ночная тьма, открыло огонь 88-мм орудие. Уже вторым ее снарядом была накрыта цель, а когда подводная лодка приблизилась на расстояние для огня 37-мм орудия, открыло огонь и оно.
Внезапно из среднего строения, где, по всей видимости, и размещалась радиостанция, наружу выбросился язык огня. Пламя начало лизать крышу, а через некоторое время полыхало уже все строение.
– Еще небольшая пристройка. Там должен быть генератор, – приказал Ланге, и его второй помощник, который в данном случае командовал артиллерийской стрельбой, перенес огонь туда.
В этот момент на берегу блеснула вспышка ответного выстрела.
– Они ведут по нас огонь из 40-мм зенитных автоматов «Бофорса», – доложил второй помощник и приказал расчету палубного орудия: – Подавить вражеское орудие!
После двух выпущенных по нему 88-мм снарядов орудие замолчало. U-711, двигаясь вдоль берега, удалилась от цели настолько, что артиллеристы уже не могли обстреливать ее. Тогда подводная лодка развернулась, описав полуциркуляцию, расчеты орудий, на пару минут прекратив огонь, развернули их стволы на другой борт, после чего снова открыли огонь.
Маленькая приземистая постройка была теперь полностью разрушена и пылала, выбросив в воздух грандиозный язык пламени. Когда подводная лодка подходила к другой оконечности своего прохода, месторасположение советской радиостанции было уже не узнать. Над местом, где она стояла, возвышался дымный гриб, у ножки которого еще гремели взрывы, выбрасывавшие горящие останки постройки.
Совершив новый разворот, подводная лодка направилась на север, дав полный ход своим главным дизелям. Пройдя несколько миль, она легла на курс на северо-восток. Теперь она находилась между островом Колгуев и материком. Снизив ход до среднего, субмарина двинулась дальше и к рассвету подошла к высоте «Культбаза Смидовича». Теперь предстояло обнаружить радиостанцию Благополучия и уничтожить ее.
– Всем стоять по боевой тревоге! – разнесся приказ командира в 15:03 по внутренней трансляции субмарины.
Вахтенные на мостике заметили верхушки мачт какого-то корабля на горизонте и среагировали на это. Командир поспешил на мостик и увидел, как из туманной дымки выплывают очертания надстроек эсминца. Изменив курс, Ланге попытался уйти, пока с эсминца не заметили субмарину. Однако эсминец тоже совершил поворот.
– Стоять к погружению! Срочно погружаемся!
U-711 скользнула под воду и зависла на глубине 60 метров. Дав самый малый ход электромоторам, Ланге стал уводить подводную лодку с курса эсминца. Последний не менял курс, и спустя полчаса акустик доложил, что шум винтов эсминца затих вдали. Подводная лодка снова всплыла на поверхность моря.
На полном ходу U-711 двинулась к своей второй цели. В 20:18 открылся берег, а спустя еще полчаса в бинокль можно было уже различить строения радиостанции Благополучия.
Расчеты орудий снова изготовились к артиллерийскому обстрелу и открыли огонь по радиостанции русских. Три раза подводная лодка прошла курсом параллельным берегу, ведя огонь, и уже после первого прохода на самом малом ходу основное строение этой радиостанции стояло охваченное пламенем. В свой бинокль Ланге наблюдал, как обслуживающие станцию радисты покидали горящие строения и скрывались за неровностями местности позади нее.
Лишь когда от строений остались только дымящиеся руины, а склад горючего взлетел на воздух, капитан-лейтенант Ланге отдал приказ развернуться и уходить в открытое море. Около полуночи радист субмарины передал в штаб донесение: «Обе радиостанции уничтожены!»
Через несколько минут пришел ответ от командующего подводным флотом: «Отлично сработано! Возвращайтесь на базу!»
В погруженном состоянии субмарина прошла Карским проливом (так в тексте. Вероятно, имеется в виду пролив Карские Ворота. – Пер.). Несколько раз приходилось менять курс, уходя от встреч с эсминцами. Вскоре после этого подводная лодка оказалась в окружении плавучих льдов. Ланге приказал погрузиться и двигаться под водой, чтобы, как выразился один из вахтенных на мостике, не погнуть форштевень.
Находясь на широте острова Медвежий, U-711 попала в один из быстро налетающих в этих широтах штормов. Почти горизонтальные стены снега надвинулись на подводную лодку с кормы и окутали стоявших на мостике людей.
Радист субмарины перехватил радиосообщение с подводной лодки U-960. Она докладывала об успешном выполнении задания по минированию порта Диксон. В момент передачи U-960 находилась на 5° севернее, чем U-711. Там лодку окружали мощные ледовые поля.
Часом позже, когда ветер достиг ураганной силы, капитан-лейтенант Ланге принял решение погрузиться на глубину 60 метров и продолжать возвращение на базу в погруженном состоянии. Через трое суток подводная лодка ошвартовалась у пирса в Нарвике.
Во время следующего боевого похода капитан-лейтенант Ланге сначала был прикомандирован к группе подводных лодок «Викинг», которая совместно с тяжелым крейсером Lützow должна была действовать против конвоев, шедших в морях Северного Ледовитого океана. Однако ни один из конвоев группой обнаружен не был, и тогда U-711 было поручено совместно с U-960 действовать восточнее пролива Маточкин Шар. Здесь U-711 вступила в драматическую дуэль с одним из «морских охотников». Ланге пришлось выпустить три торпеды по этим упорным парням, от которых каждый раз им удалось увернуться, однако им, в свою очередь, никак не удавалось справиться с подводной лодкой. После долгой и тщетной охоты подводной лодке пришлось, ввиду недостатка горючего, лечь на обратный курс.
Борьба против эсминцев
В конце мая 1944 года U-711 снова крейсировала в своем оперативном районе. Ей предстояло вместе с другими подводными лодками, вышедшими из Киркенеса, Тронхейма, Бергена и ее базы, Нарвика, действовать против конвоя JW-58.
Индексация конвоя JW в декабре 1942 года была введена взамен предшествующей индексации PQ. При этом имелись в виду конвои, которые выходили из Лох-Ю и двигались к Кольскому полуострову, поставляя русским оружие и боеприпасы различного назначения. Часть этих конвоев приходила напрямую в Архангельск или Мурманск.
Конвои, идущие в противоположном направлении, несли индексацию RA.
Подводная лодка U-711 вместе с субмаринами U-277, U-356 и U-956 входила в группу «Блитц». Совместно с ней должны были действовать группы «Тор» и «Хаммер», состоявшие каждая из четырех подводных лодок. Несколько позже дополнительно из портов Норвегии должны были выйти еще пять германских подводных лодок.
Вскоре после полуночи 1 апреля U-990 под командованием обер-лейтенанта Нордхаймера заметила конвой и передала пеленг-сигнал другим подводным лодкам.
– Нордхаймер движется за конвоем, герр капитан-лейтенант! – доложил первый помощник командиру, когда тот поднялся в рубку.
– Тогда пойдем к нему! Курс на 94°. Оба мотора полный!
Дизели подводной лодки взревели, разгоняя ее. U-711 все быстрее скользила по морской поверхности, торопясь туда, где был замечен конвой.
Ближе к вечеру и U-711 вступила в акустический контакт с конвоем. В 10:50 о своем подходе доложила также U-968 под командованием капитан-лейтенанта Вестфалена, которая предупредила о сильном охранении конвоя, состоящем из эсминцев.
Подошедшие субмарины передали пеленг-сигналы. Последовала новая корректировка курса. Теперь предстояло сближение с конвоем.
В 22:15 в центральный пост, где в тот момент совещались командир и старший механик, из рубки поступило первое сообщение о визуальном контакте. Командир сразу же поспешил подняться на мостик. Вдалеке начали вырисовываться первые контуры судовых надстроек. U-711 доложила об этом и передала пеленг-сигнал.
– Слева по борту на траверзе низкий силуэт! Эсминец, герр капитан-лейтенант! – доложил впередсмотрящий.
– Торпеду Т-5 к стрельбе по эсминцу – товсь!
На мостик был сразу же доставлен прицел, и через пару минут в счетно-решающее устройство стали поступать параметры цели, которые тут же преобразовывались в данные для стрельбы.
В 23:08 торпеда вышла из аппарата. Однако U-711 пришлось, скрываясь от второго эсминца, уйти под воду. Спустя 126 секунд после пуска торпеды Т-5 до лодки донесся гул ее взрыва, а чуть позже – еще один, более мощный взрыв.
– Попадание в эсминец. Очевидно, еще и глубинные бомбы сдетонировали.
– Тогда уж с ним точно покончено, герр капитан-лейтенант! – прокомментировал старший штурман, стоявший рядом с командиром.
Затем он поднял перископ и быстро осмотрел горизонт, оказавшийся чистым.
Субмарина поднялась на поверхность, во второй половине следующего дня снова сблизилась с конвоем и в 18:45 произвела пуск одной торпеды по британскому эсминцу.
Непосредственно после U-711 пуск произвела и подводная лодка U-739, атаковавшая британский эсминец Ashanti и также слышавшая взрыв торпеды.
И снова U-711 пришлось уходить от преследования. Снова и снова пыталась она сблизиться с конвоем для атаки, но так и не смогла выйти на позицию для стрельбы. Взрывы глубинных бомб, сброшенных преследователями, сотрясали корпус лодки. Она больше не имела возможности сблизиться с конвоем и получила 9 апреля приказ действовать против возвращающегося в Англию конвоя RA-58. Но так как большая часть субмарин находилась далеко по его корме, а U-711 замыкала эту группу, то 10 апреля эта операция была прекращена.
Субмарина легла на курс возвращения в Нарвик.
В конце апреля все заново экипированные подводные лодки снова находились в море. Когда германские самолеты-разведчики в ночь на 29 апреля обнаружили идущий конвой RA-59, его атаковали обе группы субмарин «Доннер» и «Кайль» общей численностью двенадцать лодок. Вечером 30 апреля подводная лодка U-307 под командованием Геррле атаковала три судна из состава этого конвоя, два из которых она потопила, а одно торпедировала.
U-387 под командованием Бехлера торпедировала один эсминец. Дав полный ход своим моторам, U-711 неслась на перехват конвоя.
В 21:30 субмарина подошла к конвою и атаковала его. Все члены экипажа заняли свои места по боевой тревоге. Подводная лодка изготовилась к пуску торпед. Все необходимые данные были заведены в механизмы управления торпед, и тогда командир отдал приказ:
– Одиночные пуски из аппаратов с первого по третий – пли!
С минутными интервалами между пусками все три торпеды вышли из аппаратов. Одна из торпед была класса Т-5 «Щелкунчик эсминцев», две другие – классические «угри».
Тянулись секунды хода торпед до целей, и, после того как торпедисты в носовом отсеке ухитрились перезарядить аппараты, Ланге в перископ увидел, как взрыв первой торпеды подбросил вверх эсминец из группы прикрытия конвоя. Это был корабль класса «Грозный». Ровно минуту спустя взметнулся столб воды у борта далеко отставшего сухогруза, а еще через 6 минут прозвучал и третий взрыв, хотя Ланге не мог с определенностью сказать, поразила кого-нибудь эта торпеда или нет.
Американский сухогруз William S. Thayer водоизмещением 7176 БРТ, груженный под крышки трюмных люков грузовиками и боеприпасами для Красной армии, после нескольких мощных взрывов ушел на дно в точке с координатами 73°52' северной широты и 18°26' восточной долготы.
Ланге пришлось экстренно уводить субмарину на глубину, потому что в полумраке ночи вырисовался еще один эсминец, ракурсом ноль двигавшийся к U-711. На погрузившуюся субмарину он сбросил 108 глубинных бомб, разорвавшихся достаточно далеко и причинивших лодке лишь незначительные повреждения, которые удалось устранить имевшимися на борту средствами.
Около полудня 2 мая подводной лодке еще раз пришлось экстренно уходить на глубину, спасаясь от внезапно появившегося эсминца. Зависнув на перископной глубине, командир снова попытался атаковать этот эсминец торпедой. Опять Т-5 устремилась навстречу этому опаснейшему противнику подводных лодок. Однако эсминец смог уклониться от встречи с ней, и только через 9 минут и 7 секунд акустик доложил о далеком взрыве. На Т-5 сработал самоликвидатор.
Подводная лодка легла на курс возвращения.
В начале августа 1944 года подводные лодки U-957 под командованием обер-лейтенанта Шаара, U-362 под командованием обер-лейтенанта С. Франца, U-278 под командованием капитан-лейтенанта Франце и U-711 под командованием Ганса Гюнтера Ланге вышли в новый боевой поход. За ними последовали U-739 и U-365. Целью операции было патрулирование в акватории Карского моря.
Поскольку в последующие недели здесь ничего не происходило, то U-957 и U-711 вернулись на базу для пополнения запасов горючего, а после своего нового появления в районе оперативных действий поделились своим горючим с остававшимися здесь субмаринами.
Когда U-711 находилась в точке с координатами 71°10' северной широты и 20°0' восточной долготы, она получила по радио сообщение о том, что служба визуальной разведки сообщила о движущемся на восток британском линкоре. Речь шла о старом линкоре Royal Sovereign, громадине водоизмещением 29 150 БРТ, сошедшем со стапеля еще в 1915 году.
Этот линкор должен быть передан России. Предполагалось, что после передачи он будет носить другое название – «Архангельск».
Через час после наступления полуночи подводная лодка U-354 под командованием капитан-лейтенанта Стамера сообщила о потоплении ею английского фрегата Bickerton и торпедировании эскортного авианосца Nabob. Еще через час капитан-лейтенант Ланге был вызван на мостик своей подводной лодки.
– Впереди по курсу верхушки мачт, герр капитан-лейтенант! – доложил второй помощник.
Поднеся к глазам бинокль, командир лодки принялся просматривать морское пространство впереди по ее ходу. U-711 скользила по воде сквозь полосу тумана. По прикидкам командира, замеченный корабль, о мачтах которого доложил помощник, должен был оказаться в удобной позиции для атаки, когда субмарина выйдет из тумана.
Когда сквозь поредевший туман начали вырисовываться очертания корабля, Ланге тяжело выдохнул воздух.
– Линкор, – прошептал он, словно боясь спугнуть добычу. – Это может быть только «Архангельск». Тревога! Срочное погружение!
Не замеченная с линкора субмарина скрылась под водой, остановилась на перископной глубине, и через командирский перископ Ланге различил, что линкор находится в выгодном для стрельбы по нему положении.
– Два аппарата к подводному пуску – товсь! – последовал приказ. Медленно потекли секунды. Наконец старший торпедист доложил о готовности.
– Двухторпедный залп – пли!
Снова потянулось время, но по истечении 8 минут и 45 секунд раздались два взрыва. Ланге видел в перископ, что торпеды попали в носовую часть корабля. Из передней трубы повалили клубы дыма.
– Попадание[161] в носовую, – сообщил он ожидавшим результата подводникам. – Линкор ложится на обратный курс… Два, нет, три эсминца идут лагом вдоль «Анхангельска»!
Через несколько минут уже пять эсминцев выстроились вдоль правого борта громады линкора, прикрывая его от новых возможных торпед.
– Атакуем эсминец!
Торпеда Т-5 покинула аппарат в 7:28, спустя 8 минут после двухторпедного залпа по линкору. Она поразила русский эсминец, который также был временно передан англичанами русским и ранее носил имя Brighton.
Развернувшись и погрузившись на 120 метров, подводной лодке удалось уйти от последовавшего за ее атакой преследования эсминцев и бомбардировки глубинными бомбами. Четыре часа длилась охота за ней, и, когда Ланге все же удалось поднятся на поверхность, он осознал, что лишь предельным напряжением сил им удалось избежать гибели.
После донесения командующему подводными лодками на севере, капитану 3-го ранга Зурену, U-711 направилась на северо-восток, вдогонку за конвоем JW-59, который тем временем был атакован другими субмаринами. 26 августа Ланге обстрелял корабль, который он идентифицировал как русскую подводную лодку. Русские сообщили о потоплении переоборудованного в «морской охотник» рыболовецкого траулера водоизмещением 840 БРТ.
На этом столь богатый событиями боевой поход U-711 завершился. Подводная лодка без всяких происшествий вернулась на свою базу.
В боях вплоть до горестного конца
Когда группа подводных лодок «Расмус» в феврале 1945 года была задействована против идущего в Мурманск конвоя JW-64, в состав которого входили 26 судов, прикрываемых двумя эскортными авианосцами, крейсером Bellona и 17 другими кораблями охранения, всем командирам двенадцати субмарин этой группы было ясно, что перед ними поставлена нелегкая задача, поскольку погодные условия резко ухудшились.
Группа «Расмус», в которую входила также и подводная лодка U-711, поджидала конвой у входа в Белое море. Четыре другие субмарины крейсировали у Кольского залива, где также можно было ожидать прохода конвоя.
Капитан-лейтенант Ганс Гюнтер Ланге, ставший с 26 августа кавалером Рыцарского креста, в промежуток времени до этого задания снова провел наземную операцию. На этот раз ему было поручено произвести нападение на русскую радиостанцию на острове Стерлигова и вывести ее из строя. Совместно с двумя другими подвод ны ми лодками, U-739 под командованием обер-лейтенанта Мангольда и U-957 под командованием обер-лейтенанта Шаара, ему уда лось добраться до северной оконечности Самоедского полуострова (так в тексте. Скорее всего, имеется в виду полуостров Ямал. – Пер.). В 15 морских милях южнее западного выхода из пролива Малыгина, между островом Белый и материком, находился теперь их новый оперативный район.
В этой операции должна была принимать участие группа из армейской разведки. 21 сентября, когда все три подводные лодки были на пути к своей далекой цели, произошло резкое падение температуры. Субмарины уже достигли Западно-Сибирского моря (так в тексте. Вероятно, имеется в виду Карское море. – Пер.) и теперь двигались курсом на север, к оконечности Самоедского полуострова (так в тексте. У оконечности Ямала расположены пролив Малыгина и остров Белый. – Пер.).
После столкновения с русской подводной лодкой, которое осталось без последствий для обеих сторон, подводные лодки достигли исходного пункта начала операции. Командиры двух других субмарин на надувных лодках переправились на U-711, чтобы обговорить все ее детали с капитан-лейтенантом Ланге, который был назначен командиром всей операции.
С наступлением темноты подводники высадились на берег и на расстоянии примерно 1 морской мили от своей цели оставили около воды надувные лодки. На U-957 были две такие лодки, во второй из них занял место обер-лейтенант Шаар, вместе с ним на побережье высадились и профессионалы-разведчики. На Шаара было возложено командование наземной операцией. Ланге остался на своей U-711, приняв также командование над двумя ожидающими десантников субмаринами.
Высадка на берег и захват врасплох команды русских радистов прошли совершенно гладко. Когда радиостанция порта Диксон вызвала захваченную радиостанцию, ей ответил радист U-711 Камп-манн, который так хорошо изучил почерк русского радиста, что ввел его коллег с материка в заблуждение. После этого он передал на радиоволне подводной лодки, которую, как он надеялся, никто не перехватит, радиодонесение в оперативный отдел штаба, которое звучало так: «Пантера удалась».
Ветер усиливался. На возвращение на субмарины в надувных лодках при таких условиях рассчитывать было невозможно. Снежная буря продолжалась 40 часов, и все это время радист обменивался квитанциями о приеме сообщений с радиостанции порта Диксон. Когда ветер стих, группа заложила заряды взрывчатки, погрузила радиожурналы и шифры, а также захваченных пленных в надувные лодки и пустилась в обратный путь. На этот раз парни из разведки поднялись на борт U-711. Все три подводные лодки двинулись в обратный путь. Спустя час после их отхода сработал часовой механизм заложенных зарядов взрывчатки, которая и уничтожила радиостанцию на острове Стерлигова. За проведение этой операции и предыдущие его победы Герхард Шаар был награжден Рыцарским крестом.
Но вернемся все же к боевым действиям в феврале 1945 года. Подводная лодка U-711 вышла из Нарвика 12 января и спустя трое суток находилась на широте Нордкапа. Крупная морская зыбь бросала субмарину с борта на борт, и командиру не раз приходила в голову мысль уйти на глубину, чтобы переждать сильное волнение и снежные бури, но он все же оставался на поверхности моря. Однако вахтенные на мостике все время оставались привязанными, чтобы не быть смытыми за борт.
Так U-711 и двигалась навстречу ветру, пробиваясь сквозь семибалльный шторм. Однако, когда на ее пути оказалось ледовое поле, Ланге все же принял решение погрузиться и двигаться в подводном положении. В последующие дни и недели Западно-Сибирское море (так в тексте. По логике, в данном случае это Баренцево море. – Пер.) оставалось пустынным. U-711 держалась предписанного ей курса и осуществляла поиск целей, крейсируя галсами в этом районе. 10 февраля радист лодки принял радиограмму, которой командующий подводными лодками в северных морях предписывал Ланге вместе с несколькими другими подводными лодками выйти из Баренцева моря к Кольскому заливу, где они должны ожидать выходящий оттуда конвой.
Когда U-992 под командованием обер-лейтенанта Фальке ранним утром 13 февраля доложила о потоплении британского корвета Danbigh Castle и о появлении судов конвоя, U-711 тотчас же взяла курс на ту точку, которая упоминалась в донесении.
Ранним утром 14 февраля в густом тумане по курсу подводной лодки обрисовались размытые очертания нескольких судов.
– Стоять по местам! – скомандовал Ланге.
Через несколько минут все посты доложили о готовности к атаке. Субмарина сблизилась с конвоем и в 10:39 произвела два двухторпедных залпа по двум более крупным судам.
Все торпеды попали в свои цели. Одно судно затонуло сразу же, тогда как второе, сухогруз Horace Gray водоизмещением 7200 БРТ, затонул во время буксировки, поскольку русский буксир преждевременно отдал буксирный трос. Потопление первого судна противником подтверждено не было.
Когда множество союзнических кораблей сопровождения и эсминцев попытались 16 февраля отогнать от входа в Кольский залив поджидающие там в засаде германские подводные лодки, то произошла ожесточенная дуэль между субмаринами и вражескими надводными кораблями. Тем не менее двум субмаринам, а именно U-968 и U-771, удалось атаковать выходящий из залива конвой. При этом U-968 под командованием Отто Вестфалена потопила шлюп Lark и пароход Thomas Scott водоизмещением 7167 БРТ.
Когда U-711 выходила на позицию для атаки по конвою, она, в свою очередь, была атакована корветом Bluebell, входившим в состав британской эскортной группы под командованием контр-адмирала Мак-Грегора. Субмарине удалось потопить этот корабль противника торпедой Т-5. Когда 18 февраля контакт с конвоем был потерян, командующий подводными лодками на севере распорядился предпринять новую атаку на конвой и приказал U-286, U-711 и U-717 вместе с направленными им в помощь субмаринами U-307, U-968 и U-992 следовать к горлу Белого моря и там перехватить конвой. Но ни одной из названных субмарин не удалось больше нащупать контакт с конвоем. Потерпел неудачу и налет торпедоносцев из состава 26-й эскадрильи. Она потеряла шесть самолетов, которые были сбиты противовоздушной обороной конвоя. Потопленный 26 февраля отставший от основной группы пароход Henry Bacon стал последним судном, уничтоженным германским самолетом во Второй мировой войне.
Одновременно с U-968 на базу вернулась и подводная лодка U-711. Ей было суждено еще раз выйти из нее в море и совершить еще один боевой поход.
Последний боевой поход
21 марта 1945 года U-711 вместе со всеми оставшимися боеспособными подводными лодками в последний раз вышла из Нарвика. Все субмарины были задействованы против конвоя JW-66, о выходе которого 16 апреля сообщила разведка. Это стало последней операцией «флотилии Северного Ледовитого океана». Для ее проведения все подводные лодки флотилии сосредотачивались в районе Бергена.
Полным ходом U-711 продвигалась в акваторию в 70 морских милях западнее полуострова Рыбачий, чтобы оттуда скрытым маршем в подводном положении выйти на отведенную ей позицию.
Для проведения операции была сформирована группа «Фауст», последняя «стая» подводных лодок во Второй мировой войне. У входа в Кольский залив располагались только три германские подводные лодки, имевшие возможность лишь три раза выйти в атаку на врага.
19 апреля с U-711 был замечен небольшой советский пароход, следовавший мимо субмарины на выгодной дистанции для стрельбы. Ланге принял решение выпустить по нему одну торпеду с дистанции 800 метров. Торпеда попала судну в центр корпуса, которое тут же затонуло, развалившись пополам.
В последующие дни все подводные лодки ждали выхода конвоя в море. Русские эсминцы и корабли 19-й эскортной группы снова и снова пытались оттеснить мористее и уничтожить германские подводные лодки, караулящие конвой у выхода из залива. Когда 25 апреля U-711 сделала попытку выйти из узости залива в открытое море, она была атакована русским эсминцем. Ланге выпустил по нему одну торпеду Т-5. Эсминец получил тяжелые повреждения, и Ланге видел, как он удалялся зигзагообразным курсом, а затем ушел под воду. (Увы, русские никогда не подтверждали никакие свои потери.)
В ходе последней крупной совместной операции всем лодкам пришлось 29 апреля сражаться против многократно превосходящего их числом противника – «морских охотников» и других противолодочных кораблей. U-968 под командованием Вестфалена и U-427 под командованием графа фон Гуденуса в ходе этого сражения потопили два корабля из состава группы охранения конвоя.
В этот же день на U-711 была получена радиограмма от командующего подводным флотом. Он информировал командира подводной лодки о том, что тот стал 853-м солдатом германского вермахта, награжденным дубовыми листьями к Рыцарскому кресту.
U-711 удалось уйти от многочисленных глубинных бомб, сброшенных вражескими эсминцами, и 3 мая добраться до Андс-фьорда. Несколько позже она перебралась в Вагс-фьорд и ошвартовалась в Харстаде. Вскоре сюда поступило сообщение об окончании войны.
5 мая 1945 года ошвартованная у пирса в Харстаде U-711 подверглась налету британских самолетов, стартовавших с эскортных авианосцев Searcher, Queen и Trumpeter. Эти авианосцы входили в состав британской боевой группы под командованием контр-адмирала Мак-Грегора. U-711 стала жертвой бомб, сброшенных с атаковавших ее самолетов. Вместе с ней во время этого налета погибли также плавбаза Black Watch и один танкер.
Из затонувшей подводной лодки смогла спастись только часть экипажа с ее командиром. U-711, самой результативной подводной лодки Северного Ледовитого океана, десять раз выходившей в боевые походы в высоких широтах, больше не существовало.
Тем самым U-711 разделила судьбу столь многих германских подводных лодок, сражавшихся в море и бесследно исчезнувших. Она торпедировала девять эсминцев, один из которых точно затонул, пять торговых судов и один фрегат, а также уничтожила артиллерийским огнем один траулер и выполнила особое задание: высадив десант, уничтожила радиостанцию на острове Стерлигова. Об этом гроссадмирал Дёниц в разговоре с одним из историков высказался следующим образом: «Ланге был одним из самых стойких командиров подводных лодок, который не терял спокойствия ни при каких обстоятельствах. Он всегда оставался примером не только для членов своего экипажа».
Список судов, потопленных подводной лодкой U-711 под командованием капитан-лейтенанта Ланге
Общий итог:
потоплено: 2 судна общим водоизмещением 14 376 БРТ;
торпедировано: 1 линкор, 8 эсминцев;
торпедирован и потоплен: 1 эсминец Bluebell.
1 Промах по линкору «Архангельск». (Примеч. ред.)
2 В советском ВМФ такого ЭМ не существовало. (Примеч. ред.)
3 Последняя потерянная ПЛ на севере близ Щ-202 21.09.44 потоплена своим самолетом. (Примеч. ред.)
4 14.01.45, 22.03.45, 19.04.45, 25.04.45 – Советский Союз на севере кораблей и транспортов не терял. (Примеч. ред.)