Осенние сражения в Атлантике

8 сентября 1940 года U-48 вышла из Лорьяна в свой восьмой боевой поход. Ее третьему командиру, сменившему двух своих успешных предшественников, пришедшему с надводного флота капитан-лейтенанту Блайхроду было не так-то просто утвердиться на этой должности. Но он нашел надежную опору себе в лице двух своих помощников, Зурена и Итеса, уже совершивших на этой подлодке успешные походы и вполне понимавших положение своего командира.

Около полудня 14 сентября на горизонте на короткое время был замечен эсминец, который вскоре исчез из вида, вероятно так и не увидев субмарину.

Наступившей ночью, в 0:00, в момент смены вахты, когда обер-лейтенант Итес должен был сменить первого помощника командира Зурена, с рубки совершенно внезапно был замечен идущий конвой.

– Командира на мостик! – прозвучал вызов Зурена.

Когда Блайхрод поднялся на мостик и огляделся, он неожиданно увидел совсем близко перед лодкой высокий корабельный борт.

– Тревога! Срочное погружение! – приказал он.

После всплытия U-48 приблизилась к конвою SC-3, и радист субмарины передал пеленг-сигнал для всех находящихся в непосредственной близости подводных лодок. К вечеру 14 сентября субмарина смогла подойти к головным судам конвоя.

– Стоять по боевой тревоге! – приказал Блайхрод.

Прицел подводной лодки был переключен на рубку, стойка перископа поднята.

После первой же торпеды, выпущенной в 0:24 15 сентября, к подводной лодке двинулся низкий темный силуэт корвета. Времени на погружение уже не оставалось.

– Разворот и огонь по корвету! – приказал Блайхрод.

Противник, приближаясь, успел сделать один выстрел из орудия, но тут, спустя минуту после этого выстрела, из торпедного аппарата вышла вторая торпеда и устремилась к находившемуся метрах в восьмистах от лодки корвету. Через полминуты у кормы корвета прогремел взрыв. От него сдетонировали уложенные на корме корабля глубинные бомбы. Буквально за одну минуту корвет Dundee ушел под воду вместе со всем экипажем.

U-48 полным ходом двинулась с места боя и вскоре, развернувшись, снова сблизилась с SC-3. Перезарядив торпедные аппараты, Блайхрод снова пошел в атаку на конвой. В 1:23 одной торпедой подводная лодка остановила и потопила британский сухогруз Empire Volunteer. Через 97 минут другая ее торпеда поразила пароход Kenordoc.

На этот раз целых два корабля из состава эскорта конвоя начали охоту за субмариной. U-48 была вынуждена погрузиться и на самом малом ходу уйти в сторону от места своего погружения. Лишь таким образом ей удалось уклониться от глубинных бомб, которые обрушили на нее эти корабли.

Затем подводная лодка продолжила свой путь в указанный ей сектор патрулирования. Во второй половине дня 17 сентября командир обменялся по радио несколькими словами с U-65. Последняя сообщила о замеченном ею пароходе. Когда командир U-48 вечером этого дня поднялся в рубку, он просил всех вахтенных особенно тщательно следить за водным пространством, поскольку где-то поблизости должен идти крупный пароход. Спустя час после этого на горизонте показались верхушки мачт, а затем и темный силуэт. Это оказался крупный быстроходный сухогруз, шедший в одиночестве под прикрытием эсминца, поскольку для конвоя, к которому он принадлежал, он обладал слишком высокой скоростью.

В 23:00 этот одиночный пароход был с точностью опознан как сухогруз водоизмещением 11 тысяч тонн. В 0:01 18 сентября U-48 произвела веерный залп из торпедных аппаратов № 1 и 2. Чуть позже Блайхрод также выпустил одиночную торпеду и по одному 5000-тоннику.

Обе первые торпеды поразили большой британский пароход City of Benares водоизмещением 11 081 БРТ. От взрыва одиночной торпеды затонул также британский пароход Marina водоизмещением 5088 БРТ.

После взрывов тут же появился один эскортный корабль, за ним второй. Субмарина погрузилась и зависла на глубине 70 метров. Затем на самом малом ходу электромоторов стала уходить с места погружения. Рванули глубинные бомбы. В корпусе лодки появились течи через выхлопные клапаны, стали лопаться лампы освещения. Но вскоре все течи были устранены.

Судя по докладам акустика, за подводной лодкой теперь охотились три эсминца. Однако Блайхроду все же удалось выскользнуть из смертельного окружения. Постепенно уходя в сторону на самом малом ходу, он оторвался от преследователей и через час подвсплыл на перископную глубину. Противники удалялись. Вслед за командиром в рубку поднялись и вахтенные впередсмотрящие. Отсеки лодки были проветрены, и Блайхрод отдал приказ двигаться следом за уходящими кораблями эскорта.

Дав полный ход дизелям, субмарина двинулась на восток, своим собственным курсом, который также должны были бы избрать и идущие в Англию конвои. Вечером, в 18:49, шедшая на перископной глубине лодка заметила нового противника. Блайхрод принял решение атаковать его. Одиночная торпеда, поразившая Magdalena, заставила ее остановиться. Когда пламя, вырвавшееся из-под кормы остановившегося судна, стало охватывать его, экипаж спустился в спасательные шлюпки.

U-48 всплыла, но тут же была вынуждена снова погрузиться, заметив устремившиеся к торпедированному судну корабли эскорта. При первых лучах наступившего утра хранившиеся в палубных контейнерах торпеды были перегружены в корпус лодки и тщательно осмотрены.

Вплоть до 20 сентября ничего не происходило. Затем было принято радиосообщение с U-47. Субмарина Прина заметила двигающийся конвой. Это был НХ-72, на который и были сориентированы все находившиеся поблизости германские подводные лодки.

U-48 также шла своим курсом, совпадавшим с полученным пеленг-сигналом, и попыталась вечером 20 сентября приблизиться к конвою. Незадолго до полуночи 21 сентября командующий подводным флотом радиограммой отменил прочесывание района всей группой подводных лодок и приказал каждой субмарине атаковать конвой исходя из своих собственных условий.

Первой в атаку на НХ-72 пошла U-99 под командованием Кречмера, которой удалось потопить три судна, в том числе большой британский танкер Invershannon водоизмещением 9154 БРТ. Чуть позже от нее же поступило донесение о торпедировании и затем обстреле артиллерией судна Elmbank.

В 6:14 утра пошла в атаку также и U-48. Сразу же после попадания ее торпеды потерял ход и застыл на поверхности моря пароход Blairangus водоизмещением 4409 БРТ. Один из прикрывавших конвой с правой стороны эсминцев направился прямо к лодке, которой пришлось экстренным погружением скрыться под водой. Охота за ней продолжалась в течение трех часов, глубинные бомбы несколько раз взрывались поблизости от субмарины.

21 сентября в 23:38 подводная лодка торпедировала пароход Broompark, который все же смог своим ходом добраться до порта.

Когда после окончания этой операции U-48 возвращалась на базу, на ее поднятом зенитном перископе развевались восемь вымпелов, символизируя потопленные во время похода суда. Их общий тоннаж составил 41 334 БРТ. В это число вошел и торпедированный Broompark водоизмещением 5136 БРТ.

U-48 в «ночи длинных ножей»

В конце первой недели октября после краткого отдыха и пополнения запасов U-48 под командованием капитан-лейтенанта Блайхрода вышла в свой второй боевой поход. Полным ходом субмарина миновала опасные воды Бискайского залива, пройдя их по большей части в погруженном состоянии.

9 октября радист лодки принял краткую радиограмму с U-58, в которой говорилось, что последней потоплен пароход в точке, значительно отстоящей к югу от того места, где сейчас находилась U-48.

На следующий день U-48 вышла в предписанный ей район патрулирования. В результате нескольких радиопереговоров с U-103 выяснилось, что подводная лодка, идущая под командованием капитана 3-го ранга Виктора Шютце, остановила и уничтожила несколько пароходов.

Через восемь часов вахтенные на мостике U-48 заметили на горизонте клубы дыма. Когда командир по их вызову поднялся на мостик, уже стали вырисовываться очертания палубных надстроек судна. Блайхрод стал преследовать его, идя на пределе видимости. С наступлением темноты он подвел субмарину ближе к судну, а в 21:00 отдал команду:

– Стоять по боевой тревоге!

Спустя 50 минут, находясь в надводном положении, субмарина выпустила одну торпеду. Норвежский сухогруз Brandanger водоизмещением 4624 БРТ сразу же после взрыва передал в эфир призыв о помощи с кодовым знаком SSS, а не прошло и 20 минут, как к этому же призыву присоединился и британский пароход Port Gisborne, большое современное судно водоизмещением 10 144 БРТ. Через 14 минут после наступления полуночи смертельный удар торпеды получил норвежский танкер Davanger водоизмещением 7102 БРТ. Скопившийся в его грузовых танках горючий газ своим взрывом разворотил всю верхнюю палубу танкера и столбом пламени вырвался наружу.

Вытекшая из танков нефть толстым слоем покрыла море вокруг судна и тоже загорелась. Два корабля из эскорта конвоя стали принимать к себе спасающихся в шлюпках и прыгающих через борт членов экипажа танкера. Третий эсминец сбросил несколько глубинных бомб, а затем развернулся и внезапно двинулся прямо на U-48.

– Срочное погружение! – скомандовал Блайхрод.

Почти вертикально подводная лодка ушла на глубину и, замедлив погружение, остановилась на глубине около 100 метров от поверхности.

– Приближается шум винтов! – доложил акустик.

– Прямо со стороны кормы приближается второй эсминец! – поступило следующее донесение.

– Круто на правый борт! – приказал командир, когда все уже слышали словно бьющие молотком звонки гидролокатора «Асдик», установленного на эсминце.

Субмарина резко развернулась, и шум винтов эсминца пронесся над ней, акустик было доложил, что он удаляется. Однако этот преследователь быстро развернулся, разгадав маневр подводной лодки. С него полетели в море глубинные бомбы. От их взрывов где-то в лодке начала просачиваться вода, некоторые недостаточно плотные сальники стали травить воздух.

– Левый электродвигатель вышел из строя! – доложил механик.

Вскоре после этого доклада поступил следующий – двигатель снова функционировал. Пустив оба двигателя полным ходом, U-48 попыталась оторваться от преследования. Ей удалось уйти дальше на юго-юго-запад.

Когда закончилось трехчасовое преследование с глубинными бомбами, U-48 снова всплыла на поверхность. Конвой НХ-77 уже исчез из поля зрения, но они начали атаковать его, появившись в начале колонны. Блайхрод отправил в штаб подводного флота краткое радиодонесение по итогам своей атаки по конвою: «Атаковали конвой, шедший в восточном направлении с сильным охранением, потоплены два парохода и один танкер. Находимся в квадрате AL 0378-AL 0381. Побывали под глубинными бомбами. Блайхрод».

Следующий день прошел без каких-либо событий; то, что подводная лодка «находится на линии активного судоходства», как во время радиообмена сообщил командующий подводным флотом, совершенно не ощущалось, морской простор был пуст.

Лишь утром 16 октября подводная лодка U-124 сообщила по радио о потоплении ею судна в районе, расположенном неподалеку. Затем ближе к полудню вахтенные в рубке тоже заметили на горизонте верхушки мачт, а когда в рубку поднялся Блайхрод, он уже смог различить очертания судов конвоя, который они перехватили. Некоторое изменение курса дало U-48 возможность обойти конвой таким образом, чтобы оставаться в безопасности от кораблей эскорта, которые частью шли в голове конвоя, а большей частью сопровождали его, охватывая справа и слева.

В оперативный отдел штаба подводного флота тут же ушло радиосообщение: «Наблюдаем конвой. Тридцать судов западнее банки Роколл в квадрате AL 3380. Прикрытия с востока нет».

На это тут же последовал ответ командующего подводным флотом: «U-48 оставаться там и подать пеленг-сигнал. По конвою действовать U-46, U-99, U-100, U-101 и U-123 под командой U-48».

Вскоре после получения этого приказа были замечены еще четыре отставших от основного конвоя судна, а почти одновременно с этим подошло посланное из Англии усиление эскорта в составе «морских охотников» Scarborough и Fowey и корвета Bluebell.

Это был конвой SC-7, следующий из Сиднея через Новую Шотландию в Англию, и теперь U-48 оказался внутри его, держась на границе видимости. Дважды охранение оттесняло подводную лодку от конвоя, но все же к утру 17 октября она смогла выйти на выгодную позицию для атаки.

Блайхрод выпустил одну за другой четыре торпеды, ни одна из которых не прошла мимо цели. Первая из них поразила британский танкер Lanuedoc водоизмещением 9512 БРТ, вторая попала в пароход Scoresby. Третья торпеда остановила уже поврежденный пароход Haspenden.

Из-за приближения кораблей эскорта подводная лодка была вынуждена отойти от конвоя. Блайхрод перезарядил торпедные аппараты и, когда преследователи пронеслись мимо, U-48 всплыла – предварительно тщательно осмотрев в перископ горизонт – и попыталась снова сблизиться с конвоем. Однако гидросамолет, внезапно появившись из облачности, снова загнал ее под воду.

Коммандер Аллен, руководивший конвоем, после того, как стало понятно присутствие германской подводной лодки возле его конвоя, попытался было перейти к запасному варианту движения и отойти к северо-востоку. Но через четыре часа после обнаружения U-48 к ней подошла еще U-38, которой командовал капитан-лейтенант Либе, и тоже атаковала конвой. Она потопила одно судно и торпедировала другое.

Затем в атаку снова пошла U-48. Было 9:30, когда Блайхрод отдал команду погрузиться, поскольку он подошел достаточно близко для уверенного выстрела из подводного положения. Торпеда, пущенная из аппарата № 1, стала смертельной для британского парохода Sandsend.

Вечером этого дня 18 октября конвой SC-7 вошел в полосу передового патрулирования германских подводных лодок. U-46 под командованием Энгельберта Эндрасса первой пошла в атаку. За ней последовали субмарины Фрауэнхайма, Кречмера и Шепке. Взрывы торпед разрывали тишину ночи. Погибающие суда огромными факелами освещали ночь. Конвой SC-7 потерял из своего состава 20 судов. Еще семь были повреждены торпедами, но остались на плаву. U-99, U-101 и U-123, расстреляв весь свой боезапас, должны были пуститься в обратный путь. Одна только субмарина U-99 под командованием Кречмера потопила в эту ночь семь судов из состава конвоя.

Группа океанского эскорта, сопровождавшая и прикрывавшая этот конвой, была ослаблена преждевременным отводом обоих вспомогательных крейсеров Montclare и Alaunia. Новая эскортная группа подошла к конвою лишь 19 октября. В ее состав входили два эсминца, один минный тральщик, четыре корвета и три траулера. Подводная лодка U-47 под командованием Гюнтера Прина уже не была задействована по SC-7. Но вечером 19 октября эта субмарина обнаружила новый конвой, НХ-79. Подлодка атаковала его и несколько раз выходила на позицию для стрельбы. (См. главу о Гюнтере Прине.) U-47 торпедировала также танкер Shirak, который остался на плаву, но все больше и больше отставал от основной группы конвоя. Ранним утром этот танкер был замечен с U-48. Подводная лодка сблизилась с ним и потопила его залпом торпед, вследствие чего тоннаж танкера – 6023 БРТ – был записан на счет этой субмарины. Больше U-48 не сближалась с конвоем НХ-79. Лодка получила приказ возвращаться на базу.

23 октября подлодка входила в акваторию своей базы. На поднятом перископе гордо реяли восемь победных вымпелов. Но на самом деле потоплены были только семь судов. Восьмое торпедированное судно все же смогло добраться до порта.

Общий тоннаж этих потопленных судов составил 44 860 БРТ.

После последних побед объем потопленного вражеского тоннажа (если присовокупить к нему оба парохода, которые были им торпедированы) перевалил уже за 100 тысяч БРТ, к тому же следовало не забывать и потопленный Dundee.

24 октября, непосредственно перед заходом лодки в гавань, адмирал Дёниц по радио заверил Блайхрода в том, что он будет награжден Рыцарским крестом.

Генрих Блайхрод после своего возвращения сказал Дёницу во время вручения ему этой награды, что он не сможет носить ее, если такую же награду не получит и его первый помощник Зурен, который обстрелял и потопил большинство числящихся за подводной лодкой пароходов.

К этому времени командирами U-48 побывали уже трое офицеров, и при всех трех Тедди Зурен был командиром БЧ-3 – минно-торпедной боевой части. На его боевом счету за все это время набралось около 200 тысяч БРТ потопленного тоннажа. Его заслуги были оценены по достоинству, и первый помощник капитана обер-лейтенант Герд Тедди Зурен 3 ноября 1940 года стал кавалером Рыцарского креста.

Поскольку Герберт Шульце, первый командир U-48, уже окончательно оправился после своей болезни и приступил к исполнению своих обязанностей, Блайхрод должен был сдать ему субмарину.

22 января он принял под свое командование только что сошедшую со стапеля подводную лодку U-67. Но уже на этапе ходовых испытаний ему снова пришлось сдать и эту лодку, поскольку она была определенно обещана капитан-лейтенанту Мюллеру-Штёкхайму.

Тогда Блайхрод принял U-109, которая была введена в строй флота 5 декабря 1940 года капитаном 3-го ранга Фишером. Во время своего первого боевого похода в мае 1941 года эта подводная лодка потопила британский пароход Marconi водоизмещением 7402 БРТ. После этого она была так плотно забросана глубинными бомбами с охотящихся за ней эсминцев, что была готова сдаться им. Однако она все же смогла уйти от преследователей и лечь на обратный курс, что ей удавалось проделать еще не раз.

Вместо капитан-лейтенанта Фишера 23 июня 1941 года в Лорьян прибыл капитан-лейтенант Блайхрод, чтобы принять командование U-109. С собой он также привел нескольких своих боевых товарищей из состава U-67.

28 июня 1941 года U-109 вышла в свой второй боевой поход. Все полученные ею повреждения были тщательно устранены. Блайхрод доложил об этом командиру флотилии Гейнцу Фишеру и, когда подводная лодка вышла из Бискайского залива, сообщил команде определенный на этот поход район патрулирования. Им стала акватория у побережья Западной Африки.

Во время первой недели перехода к этому району с подводной лодки не было замечено ни одного судна. Лишь 6 июля были замечены мачты идущего в одиночку судна, двигавшегося полным ходом курсом на юг. После долгого преследования командир отказался от атаки в течение этого дня, поскольку преследуемое судно неожиданно применило противолодочный маневр и двинулось зигзагообразным ходом. Утром 7 июля U-109 пошла во вторую атаку. Выпущенная с расстояния 2 тысячи метров торпеда прошла мимо. Для следующего пуска лодка сблизилась с судном до 1000 метров. Взрыва торпеды на лодке так и не услышали.

Следующее сближение и пуск с 800 метров успеха также не принесли. Что же случилось? Был ли не в порядке счетно-решающий аппарат? Или неисправны торпеды? Вряд ли мог промахнуться опытнейший командир минно-торпедной группы.

Подводная лодка всплыла, чтобы обстрелять 8000-тонный пароход из палубного орудия. Снаряды 105-мм пушки гулко лупили в борт судна, как вдруг в эфире раздалось SSS и название судна. Им оказался City of Auckland, пароход, построенный в свое время на бременской верфи компании «Везер».

Пароход, внезапно окутавшись дымовой завесой, резко развернулся и двинулся к лодке, явно намереваясь таранить ее и рассечь форштевнем напополам. Запустив оба дизеля на полный ход, лодке удалось ускользнуть от этого таранного удара. После этого пароход, который, как уже сообразил Блайхрод, оказался судном-ловушкой для подводных лодок, открыл из своей артиллерии огонь по U-109. Субмарина была вынуждена срочным погружением скрыться в глубине океана.

Медленно тянулись дни и недели плавания. U-109 получила приказание двигаться в Кадис, чтобы пополнить там снабжение со стоящего в порту этого испанского города германского парохода Thalia. Подводная лодка получила с него три новые торпеды, горючее и продовольствие.

И снова последовали скука и надоевшая однообразная еда подводного плавания – поиски отставших от своих основных конвоев одиночных судов. Несколько замеченных судов нейтральных государств проследовали беспрепятственно.

Проведя пять недель в море, U-109 не пополнила свой счет ни одной тонной потопленного вражеского тоннажа. Поступившая радиограмма заставила занервничать всех торпедистов. Текст радиограммы гласил: «Внимание, имеется подозрение на саботаж при производстве торпед».

Старшина торпедистов и его команда, однако, не смогли обнаружить что-либо, что свидетельствовало бы о наличии дефектных торпед на борту U-109.

Новые патрулирования в оперативном районе в течение последующих недель не принесли сколько-нибудь достойных упоминания успехов. 11 августа U-109 встретилась в море с двумя другими германскими подводными лодками – U-124 и U-331. После переговоров семафором U-331 сообщила, что с самолета «Кондор» обнаружен движущийся конвой.

Через некоторое время после этой встречи U-331 сообщила, что она приближается к этому конвою, и передала пеленг-сигнал и точные координаты конвоя. Блайхрод попытался сблизиться с конвоем, но идущие в его охранении эсминцы загнали подводную лодку в глубину моря.

Подводная лодка получила приказ следовать на базу, 15 августа вышла на траверз мыса Финистерра, а в воскресенье 17 августа уже входила в бухту Лорьяна. На ее перископе не развевалось ни одного победного вымпела.

Второй поход в холода

Когда 5 октября 1941 года U-109 вышла в свой второй боевой поход под командованием Генриха Блайхрода, на ней уже были проведены и закончены все обширные ремонтно-восстановительные работы. Районом ее действий на этот раз должна была стать акватория у побережья Лабрадора. Подводная лодка пробивала туда путь себе сквозь тяжелые шторма. Лишь к 14 октября натиск шторма несколько ослаб. Ледяной режущий ветер развел мертвую зыбь, катившуюся навстречу U-109. Затем ветер стал крепчать и перешел в ураган. Подводные лодки группы Mordbrenner[99], в которую входила и U-109, вместе с еще двумя группами субмарин должны были продвинуться как можно дальше на запад, прочесывая океанское пространство перед побережьем Лабрадора.

В ночь на 21 октября в этом районе разразился шторм, который во второй половине наступившего дня перерос в свирепый ураган. Дождь, перемежающийся снежными зарядами, не давал вахтенным на рубке никакой возможности следить за окружающим пространством. Для дальнейшего продвижения подводная лодка была вынуждена уйти на глубину. К 23 октября U-109 достигла предписанной ей позиции в 60 морских милях перед Лабрадором. С крейсирующей по проливу Бель-Иль взад и вперед подводной лодки вахтенные в рубке пытались различить что-нибудь, кроме мечущихся в порывах урагана чаек. Но ничего больше они не видели!

Мороз все крепчал. И сама лодка, и люди в рубке начинали покрываться коркой льда. Воздушные клапаны тоже обмерзали и отказывались открываться. U-109 пришлось погрузиться под воду, чтобы растаял покрывающий ее лед.

27 октября была замечена подводная лодка U-573, уже отправившаяся в обратный путь. 31 октября поступил новый приказ от командующего подводным флотом: «Блайхроду: Не атаковать конвой, по которому работает Кентрат. Занять позицию в 8 морских милях от южной оконечности Ньюфаундленда».

Подводная лодка направилась на юг, и 1 ноября с нее были замечены мачты судна. Появившийся в небе самолет расстроил все планы субмарины. Ей пришлось погрузиться, и на глубине в 50 метров нос подводной лодки коснулся дна, тогда как ее корма еще возвышалась над водой. К счастью, самолет преждевременно повернул, не сбросив бомб.

Через некоторое время снова были замечены мачты судна, но на этот раз появившийся эсминец снова вынудил лодку уйти на глубину.

В воскресенье 2 ноября U-109 получила радиограмму от командующего подводным флотом: «Блайхроду: Вам предоставляется свобода действий».

Но и после этого ни одно судно не показывалось в виду, и 4 ноября U-109 получила новое задание от командующего подводным флотом: привести домой норвежский фрахтер Silvaplana, который был захвачен вспомогательным крейсером Atlantis у Маршалловых островов и, имея на борту призовую команду из 15 человек, двигался под их контролем в Европу.

В предписанное время Silvaplana была замечена 10 ноября, и U-109 перехватила ценный приз на последнем отрезке его передвижения.

Это судно было важно в том отношении, что его груз состоял из 2 тысяч тонн сырого каучука, 5 тысяч тонн саго, кофе и чая.

18 ноября U-109 вместе с Silvaplana вошла в Лорьян, снова не неся ни единого вымпела на перископе. Тем не менее Большой Лев остался доволен U-109, вернувшей ценный груз и судно на родину.

У Восточного побережья Америки

27 декабря 1941 года U-109 вместе с U-130 под командованием капитан-лейтенанта Эрнста Кальса вышла в свой новый боевой поход. Действовать обеим субмаринам предстояло у Восточного побережья Америки.

Чуть позже к этой группе подводных лодок предстояло присоединиться также U-123 под командованием Хардегена и U-66 под командованием Цаппа. Должна была подойти также и U-125 под командованием капитан-лейтенанта Фолькерса. Это были все подводные лодки, имевшиеся в распоряжении командующего подводным флотом для проведения операции «Паукеншлаг».

В канун Нового 1942 года U-109 миновала 20° западной долготы. 1 января 1942 года с нее было замечено небольшое парусно-моторное судно, а на следующий день был получен приказ командующего подводным флотом повернуть и двигаться к южному побережью Ньюфаундленда. 8 и 9 января 1942 года подводная лодка преодолевала штормовой фронт, а когда в полночь 10 января она всплыла, чтобы подзарядить аккумуляторные батареи, ее радистом был принят приказ штаба подводного флота: «Блайхроду: район патрулирования – Новая Шотландия от Галифакса до Бостона. Дёниц».

Сквозь шторм и снежные заряды подводная лодка двигалась к определенному ей району патрулирования. В воскресенье 18 января была перехвачена передача американской радиостанции. В ней сообщалось о потоплении двух собственных танкеров у побережья Нью-Йорка.

К вечеру 18 января U-109 двигалась у острова Сэйбл. Когда через 90 минут по полуночи подводная лодка поднялась на поверхность моря, по ходу ее движения были замечены огни. В первый раз за весь поход субмарине представился случай атаковать проходящее судно. Огни, как оказалось, принадлежали одиночному пароходу, по которому и была выпущена торпеда из аппарата № 1. Расчетное время следования торпеды к цели давно уже истекло, когда в тишине ночи прогремел мощный взрыв. Тем не менее несколько позже было перехвачено радиосообщение британского парохода Empire Kingfisher с кодовой группой знаков SSS.

По этому же судну были выпущены еще три торпеды. Из торпедных аппаратов они вышли без всяких проблем, но взорвались не при контакте с судном, на которое были нацелены, а только еще при подходе к нему.

Выпущенная несколько позже из кормового аппарата с расстояния всего лишь 500 метров еще одна, уже пятая, торпеда успеха тоже не принесла.

Подводная лодка отвернула от атакованного ею парохода, чтобы уйти на глубокую воду. (Лишь много позднее было установлено, что торпедированный U-109 пароход водоизмещением 6082 БРТ все же затонул.)

Утром 21 января U-109 снова оказалась в позиции, из которой было удобно произвести выстрел по обнаруженному пароходу. Торпеда прошла за его кормой, поскольку пароход неожиданно начал движение.

Подводная лодка начала было его преследование, но пароход развил скорость до 18 узлов, чего не могла сделать субмарина[100].

23 января, когда подводная лодка находилась в заливе у побережья штата Мэн, с нее был замечен идущий пароход. Блайхрод приблизился к нему на 400 метров и произвел пуск торпеды из аппарата № 5. Ее жертвой стал британский сухогруз Thirlby водоизмещением 4886 БРТ, который вскоре ушел под воду кормой вперед.

По берегам залива были видны только хвойные леса. Однако, по сообщениям командиров других подводных лодок, занявших позиции в удачных районах, Блайхроду и его экипажу оставалось только завидовать своим боевым товарищам. Цапп, Кальс и Хардеген уже потопили от 30 до 50 тысяч БРТ и, израсходовав весь боезапас, ложились на обратный курс.

25 января U-109 получила радиоприказ из штаба подводного флота, гласивший: «Блайхроду оставаться на основной трассе движения!»

Ранним утром с подводной лодки был замечен пароход. Когда субмарина приблизилась к нему для атаки, из-за кормы этого парохода появился эсминец, который полным ходом устремился к подводной лодке, срочным погружением ушедшей от него на глубину.

28 января командующий подводным флотом дал свое согласие на то, чтобы подводная лодка U-130 передала свое избыточное топливо, кроме необходимого ей на обратный путь, на U-129. Встреча обеих лодок и передача горючего должна была состояться 29 января. Но когда они прибыли к точке встречи, на поверхности моря бушевал ураган силой от 11 до 12 баллов и волнением моря 10 баллов.

Обе субмарины видели друг друга, но о перекачке горючего в такую погоду нечего было и думать.

Весь день 30 января ураган не утихал. 31 января субмарины находились метрах в сорока друг от друга, когда с них почти одновременно были замечены дымы в океане.

U-109 сразу же отошла от U-130, но Эрнст Кальс успел крикнуть Блайхроду:

– Да потопи ты его наконец-то. А я тебя дождусь! (См.: В. Хиршфельд. Боевые походы.)

1 февраля в 3:30 U-109 произвела трехторпедный залп по британскому пароходу Tacoma Star. Две из трех торпед попали в это современное судно-рефрижератор, очень быстро затонувшее с большим дифферентом на нос.

Возвращение обратно на место встречи с U-130 прошло без всяких происшествий. Пары фраз хватило, чтобы поставить U-130 в курс происшедшего. Однако о перекачке горючего и в этот день нечего было и думать. По-прежнему бушевал мощный юго-западный ветер. Когда на следующий день, 4 февраля, он несколько стих, с U-130 пришел семафорный сигнал: «Наблюдаю мачты судна!»

Полным ходом U-109 устремилась навстречу этому новому противнику. Им оказался канадский танкер Montrolite, по которому был произведен двухторпедный залп из аппаратов № 5 и 6 – кстати, кормовых. Торпеды поразили судно спустя 90 и 96 секунд после того, как вышли из труб торпедных аппаратов. Montrolite водоизмещением 11 309 БРТ сразу же после взрывов передал кодовый сигнал SSS, однако удержался на плаву. Тогда подводная лодка подошла к нему еще ближе и добила танкер торпедой, выпущенной из аппарата № 1.

Непосредственно после попадания и взрыва этой торпеды танкер затонул. Снова развернувшись, U-109 направилась к точке встречи с U-130, с которой Кальс передал пеленг-сигнал. Когда подводные лодки боевых товарищей сблизились, погода все еще не позволяла и думать о перекачке топлива. К вечеру этого дня, 6 февраля, с U-109 на горизонте были замечены дымы. И снова Блайхрод должен был извиняться перед капитан-лейтенантом Кальсом за то, что его придется оставить в одиночестве дожидаться возвращения U-109.

– Да чего уж там, – великодушно простил его Кальс. – Так и быть, дождусь вас!

U-109 выпустила две торпеды по сухогрузу Halcyon водоизмещением 3531 БРТ, но они обе отклонились от курса и миновали судно. Из-за промаха обер-лейтенанта Визмана Блайхрод был вынужден открыть по сухогрузу артиллерийский огонь. После продолжительного обстрела судно затонуло.

Поздним вечером 6 февраля наконец-то стало возможным приступить к перекачке топлива. К часу пополуночи эта работа была завершена, подводная лодка приняла с U-130 64 кубических метра горючего.

Поскольку субмарина не только расстреляла все свои торпеды и израсходовала не только почти все 105-мм снаряды для палубного орудия, но и значительную часть 37-мм боеприпасов для зенитной артиллерии, ей также пришлось пуститься в обратный путь.

23 февраля U-109 вошла – на этот раз с пятью победными вымпелами на перископе – в гавань Лорьяна.

А 10 марта капитан-лейтенант Генрих Блайхрод выступил по германскому радио, опровергнув сообщение британской Би-би-си о потоплении его подводной лодки.

И снова к побережью США

Вечером 25 марта 1942 года U-109 отправилась в свой следующий боевой поход. За ней также следовала U-201 под командованием Адальберта Шнее. Из базы обе субмарины вышли в кильватере минного прорывателя[101]. Выйдя в открытое море, они полным ходом двинулись в направлении на запад.

Целью их плавания были Бермуды, и за все время долгого перехода туда с подводных лодок не было замечено ни одного парохода, зато была принята радиограмма с U-123, в которой Хардеген сообщал, что у побережья США он потопил десять судов, в том числе восемь танкеров, общим водоизмещением 74 837 БРТ.

18 апреля U-109 шла северо-восточнее Бермудских островов. Около полудня с нее были замечены мачты судна. Это оказался швейцарский сухогруз, который был остановлен и досмотрен. Поскольку он не перевозил никаких грузов, на транспортировку которых был наложен запрет, а судовые документы оформлены были на Геную, он был отпущен без всяких претензий. Судно носило название Calanda.

20 апреля опять было замечено судно. Веерный залп по нему, произведенный с расстояния всего лишь 600 метров, прошел мимо. Новое сближение, и залп из двух кормовых аппаратов оказался более успешным. Обе торпеды поразили британский пароход Harpagon водоизмещением 5719 БРТ. Он оказался полностью загружен боеприпасами, которые, сдетонировав, разнесли судно на части.

Несколькими днями спустя U-109 шла в море, держа курс на мыс Гаттерас. Оттуда ей предстоял путь к мысу Лукаут. Вода за бортом была очень теплой, температура в лодке колебалась от 45 °C в носовом и до 52 С° в кормовом отсеке. Эсминец, который 25 апреля пошел в погоню за лодкой, был обстрелян из обоих кормовых торпедных аппаратов. Однако обе торпеды прошли мимо, и подводной лодке пришлось уходить от последовавшей за этим бомбардировки глубинными бомбами.

Лишь 1 мая в 9:30 было снова замечено судно. Подводная лодка выпустила по нему две торпеды из аппаратов № 2 и 4, но лишь одна из них поразила британский сухогруз La Paz в районе кормы. Но пароход остался на плаву. Одновременно с этим вторая торпеда поразила проходивший мимо лихтер водоизмещением 433 БРТ, который в радиопризыве о помощи обозначил себя как Wonder, а затем затонул. Оказалось, что в действительности речь шла о моторном лихтере Worden, который шел под флагом Голландии.

Четвертым потопленным за время похода судном оказался голландский пароход Laertes водоизмещением 5825 БРТ, встреченный подводной лодкой 3 мая.

Затем U-109 отошла от побережья в открытое море.

Вплоть до 11 мая U-109 несколько раз выходила в атаку на различные встреченные ею суда, среди которых был и крупный танкер. Но всякий раз ей приходилось уходить от кораблей эскорта и спасаться уходом на глубину.

В середине мая U-109 попала в полосу бурь и получила разрешение вернуться на базу. Ранним утром 3 июня U-109 в сопровождении двух германских торпедных катеров прошла вслед за старым минным тральщиком в гавань Лорьяна и ошвартовалась у пирса.

Пятый боевой поход Блайхрода на U-109

В 18:00 18 июля 1942 года с рубки U-109 прозвучала команда «Отдать швартовы!». Подводная лодка отошла от пирса и двинулась вслед за поджидавшим ее в узости Керневель прорывателем блокады. 23 июля субмарина вышла из опасных вод Бискайского залива. Пару суток спустя она уже шла севернее Азорских островов. К 28 июля ею был достигнут 30° западной долготы.

Утром 5 августа было замечено первое судно. Им оказался пассажирский пароход, развивающий значительно большую скорость, чем U-109 в надводном положении, который было невозможно догнать. Когда Вольфганг Хиршфельд, старший радист U-109, выразил сожаление, что это судно нельзя перехватить, Блайхрод только хмыкнул в ответ на это:

– Ах, Хиршфельд, кто знает, может, это и к лучшему. Большое пассажирское судно, наверное, битком набитое женщинами и детьми, да и к тому же на 33° западной долготы.

А 7 августа был замечен норвежский танкер Arthur W. Sewall. Сближение с ним было проведено как в учебнике. Торпеды, выпущенные из аппаратов № 2 и 3, поразили танкер перед мостиком и ближе к корме. Танкер получил значительный крен на борт, но экипаж вскоре смог вернуть его на ровный киль. Торпеда из аппарата № 5 развернувшейся субмарины прошла мимо цели, поскольку танкер неожиданно снова обрел ход и двинулся вперед. Для следующего сближения с ним потребовалось 40 минут. Выстрел одной торпедой из аппарата № 1 пришелся в центр корпуса судна. Однако танкер продолжал сохранять плавучесть. Лишь получив 55 попаданий снарядов из 105-мм орудия, это большое норвежское судно водоизмещением 6030 БРТ скрылось под водой.

Четверо суток спустя юго-западнее островов Зеленого Мыса с лодки снова был замечен танкер, который после попадания обеих торпед из аппаратов № 5 и 6 потерял ход и замер на поверхности моря. Он также был обстрелян артиллерийским огнем и после этого затонул. Он носил название Vimeira и имел водоизмещение 5726 БРТ.

Капитан этого танкера, Норман Росс Кэрд, был взят на борт подводной лодки. Ему пришлось проделать вместе с ней весь оставшийся боевой поход.

Вся остальная часть августа не принесла U-109 никаких успехов. 1 сентября, когда подводная лодка находилась юго-западнее Берега Слоновой Кости, в море был замечен идущий в одиночестве пароход. По этому быстроходному судну было выпущено четыре торпеды, от которых оно смогло уйти маневрами. Но вскоре после полуночи 3 сентября, после длительной погони и еще одной прошедшей мимо торпеды, шестая ее «подруга» все же поразила Ocean Might водоизмещением 7173 БРТ. Однако понадобилась еще одна, уже в совокупности седьмая торпеда, чтобы отправить его на дно.

Ранним утром 6 сентября было замечено крупное и быстроходное судно. По нему были выпущены две торпеды, после попадания и взрыва которых судно сразу же потеряло ход и остановилось. Через десять минут его радист стал отстукивать в эфир радиосообщение: «SSS от Tuscan Star, быстро погружаюсь!»

Tuscan Star, пароход водоизмещением 11 449 БРТ, имел на борту также и пассажиров. Когда U-109 обошла спущенные на воду спасательные шлюпки, стоявшие в рубке подводники рассмотрели сидевших в них женщин и детей. Коку U-109 пришлось снабдить их молоком, хлебом и консервированной курятиной, вся эта еда передавалась в шлюпки, которые прошли чередой вдоль палубы лодки.

Вторым помощником капитана этого судна оказался коммандер Гордон Хилл. Его высадили из шлюпки на палубу подводной лодки и допросили. Он рассказал, что Tuscan Star с 11 тысячами тонн мороженого мяса вышел из Буэнос-Айреса. Мясо предназначалось для Великобритании. От него также узнали, что все семь женщин и двое детей, бывших среди пассажиров судна, находятся в шлюпках.

Около полуночи 8 сентября U-109 получила приказ командующего подводным флотом ложиться на обратный курс. 14 сентября она миновала траверз Фритауна, а 17 сентября в 11:00 вахтенный в рубке доложил: «Вижу мачты судна!»

Трехторпедный залп был произведен по этому судну с расстояния примерно 800 метров. Пароход Peterton, груженный углем и шедший из Халла[102] в Буэнос-Айрес, вскоре затонул.

Наступило 23 сентября, когда подводная лодка получила приказ возвращаться в Лорьян. Во второй половине этого же дня была получена еще одна радиограмма: «Блайхроду: в ознаменование благодарного признания Ваших героических заслуг в борьбе за будущее нашего народа, награждаю вас как 125-го солдата германского вермахта, дубовыми листьями к Рыцарскому кресту. Адольф Гитлер».

Первый помощник командира обер-лейтенант Шрамм тут же огласил еще одну радиограмму, поступившую непосредственно после первой: «От всего сердца поздравляю. Командующий».

Около полуночи 6 октября U-109 входила в Лорьян. На ее перископе снова развевались пять победных вымпелов.

И еще один подарок получил в Лорьяне Генрих Блайхрод от капитана парохода Vimeira – его зажигалку и краткую записку на английском: «Примите в знак уважения и восхищения командиром Блайхродом, его офицерами и командой U-109. Н. Р. Кэрд, Vimeira».

Список судов, потопленных подводными лодками U-48 и U-109 под командованием капитана 3-го ранга Генриха Блайхрода

1-й боевой поход

Потоплено: 8 судов общим водоизмещением 36 178 БРТ.

Торпедировано: 1 судно водоизмещением 5136 БРТ.

= – торпедировано.

2-й боевой поход

Потоплено: 7 судов общим водоизмещением 44 860 БРТ.

Торпедировано: 1 судно водоизмещением 4678 БРТ.

1-й и 2-й боевые походы на U-109 успехов не принесли

3-й боевой поход

Потоплено: 5 судов общим водоизмещением 33 433 БРТ.

4-й боевой поход

Потоплено: 3 судна общим водоизмещением 12 099 БРТ.

Торпедировано: 1 судно водоизмещением 6548 БРТ.

= – торпедировано.

5-й боевой поход

Потоплено: 5 судов общим водоизмещением 35 601 БРТ.

Общий итог:

потоплено: 26 судов общим водоизмещением 162 171 БРТ;

торпедировано: 3 судна общим водоизмещением 16 362 БРТ.