5 июня 1941 года только что построенная подводная лодка вышла из Киля в свой первый боевой поход под началом своего столь же свежеиспеченного командира. Лодка несла номер U-203. Ее командир, капитан-лейтенант Рольф Мютцельбург, принял эту лодку 18 февраля 1941 года на верфи «Германия» в своем родном городе Киле, после чего провел ее испытания. Теперь ему предстояло проверить ее в боевых условиях.

18 июня U-203 следовала в открытом море курсом 265° в отведенный ей район патрулирования, когда во второй половине дня вахтенный заметил на горизонте тень, вскоре превратившуюся в силуэт военного корабля, шедшего с большой скоростью зигзагообразным курсом.

– Да он так вскоре выйдет прямо на нас, герр капитан-лейтенант! – произнес первый помощник командира, присмотревшись в бинокль.

– Стоять по боевой тревоге! – отдал приказ командир.

Подводная лодка двинулась средним ходом наперерез курсу большого корабля. Однако последний вскоре неожиданно, делая очередной зигзаг противолодочного маневра, круто повернул на северо-восток. Вскоре к тому же последний увеличил скорость и пошел, делая ориентировочно 25 узлов.

– Он уйдет, и мы его уже не увидим! – бросил обер-лейтенант Хейда, первый помощник командира.

Но утром 19 июня в 10:45 был снова замечен крупный корабль. Сначала вдали появился только столб дыма, затем постепенно на горизонте обрисовались надстройки военного корабля. U-203 экстренно погрузилась.

– Стоять по боевой тревоге! Торпедисты – аппараты с первого по четвертый – к подводному пуску товсь!

Задние крышки торпедных аппаратов были задраены, наружные крышки открыты, их трубы заполнены водой. Противник приближался.

– Похоже, это линкор типа Texas, – сообщил экипажу Мютцельбург. – Если это так, то мы не сможем обстрелять его.

Линкор прекратил все споры о своем типе тем, что сделал новый зигзаг и вскоре быстро исчез за горизонтом.

U-203 продолжила патрулирование. Поздним вечером 22 июня служба оповещения штаба сообщила о конвое, движущемся из Галифакса в Англию. Рольф Мютцельбург направил подводную лодку средним ходом к точке перехвата. В 5:20 утра сигнальщики сообщили о трубах на горизонте, а акустик доложил о шуме множества корабельных винтов. Субмарина прибыла вовремя.

23 июня с конвоем был установлен визуальный контакт. Радист подводной лодки передал в оперативный отдел штаба радиограмму с указанием курса, скорости и численности конвоя, а также численности кораблей эскортной группы, которые удалось засечь и идентифицировать.

Потом штаб подводного флота задействовал против этого конвоя НХ-133 еще четыре подводные лодки: U-108 под командованием Шольтца, U-77 с Шондером в качестве командира, U-79 под командой фон Кауфманна и U-556 с капитан-лейтенантом Вольфартом во главе. Ближе к вечеру U-203 еще раз уточнила свое местоположение и передала пеленгационный сигнал. По нему к преследованию конвоя присоединились также U-371 под командованием Драйвера и U-564 под командованием Зурена.

С наступлением темноты вахтенный на мостике U-203 заметил судно из состава конвоя, которое на большой скорости проходило мимо подводной лодки на расстоянии примерно 1 морской мили. Похоже было, что это грузовое судно. Вскоре можно стало различить его очертания.

– Команде стоять по боевой тревоге! Передать ночной прицел на мостик!

Обер-лейтенант Хейда занял свое место у прицела перископа, который был связан с вычислительным устройством для пуска торпед. Судно проходило на близком расстоянии от подводной лодки, которая из-за темноты осталась незамеченной.

– Атакуем большой танкер, по оценке в 15 тысяч БРТ. Затем еще два идущих за ним судна. По танкеру дадим двухторпедный залп, – приказал командир, а Хейда подтвердил, что он ведет цель.

В 3:31 подводная лодка дала двухторпедный залп. Минутой спустя она выпустила одну за другой торпеды по судам, идущим за танкером.

– Время истекло! – доложил боцман, следивший за секундомером.

Спустя секунду все услышали глухой удар – это одна из двух выпущенных залпом торпед ударилась о борт танкера, но не взорвалась. Затем у борта одного из двух взятых на прицел судов поднялся столб воды.

– Эсминец с кормы! Идет курсом ноль! – поступил доклад вахтенного.

– Тревога! Срочное погружение!

В рекордное время подводная лодка исчезла с поверхности моря. Взрыва третьей торпеды внутри субмарины слышно не было, поскольку громовые взрывы глубинных бомб, которыми эсминец начал забрасывать лодку, перекрывали все другие звуки.

Искусно маневрируя, командир сумел зайти лодкой прямо под конвой, и теперь она оказалась в безопасности.

Жертвой атаки субмарины стал только норвежский сухогруз Solöy водоизмещением 4402 БРТ.

Часом позже U-203 снова подошла к хвостовой колонне конвоя с левой ее стороны. Эсминец из состава эскортной группы снова загнал субмарину под воду, но она упорно двинулась в том же направлении, что и конвой, и в 10:50 предприняла новую атаку. Находясь в подводном положении, она выпустила две точно наведенные торпеды из первого и второго аппаратов, и обе достигли своих целей. Пароходы Kinross и Schie затонули. Однако они относились не к конвою НХ-133, а входили в состав идущего следом конвоя ОВ-336.

Ближе к концу месяца U-203 получила приказ о возвращении. В ходе своего первого боевого похода подводная лодка потопила три судна. На базу она вернулась 30 июня.

Оперативная цель – Северная Атлантика

9 июля U-203 вышла в свой второй боевой поход. Подводная лодка получила полный боекомплект и снабжение. В трубах торпедных аппаратов и на стеллажах покоились до поры до времени 14 торпед, топливные цистерны залиты под самые горловины. Все камбузные хранилища забиты продуктами до отказа.

Около полудня следующего дня лодке пришлось в первый раз скрыться под водой после появления «летающей лодки» Sunderlend, а к 19 июля U-203 вышла в определенный ей район боевого патрулирования. Ранним утром 20 июля на горизонте был замечен силуэт судна. Когда подводная лодка подошла к нему поближе, стало понятно, что это крупный английский сухогруз. Похоже было на то, что он уже попал под обстрел и получил несколько попаданий, поскольку имел сильный крен на один борт.

– Палубное орудие – к бою! Будем топить это судно артиллерией! – последовал приказ командира.

Несколько снарядов пробили борт судна. Из радиорубки на мостик поступило донесение: «Судно передает призыв о помощи. Это Canadian Star, согласно регистру Ллойда имеет водоизмещение 8293 БРТ».

Canadian Star в ответ огрызнулось огнем своего установленного на баке 127-мм орудия. С его мостика ударил пулемет.

После того как удалось подавить орудие канадца, а в его машинном отделении взорвался котел, U-203 зашла с другого борта этого крупного судна. Все это время вахтенные на мостике наблюдали, как с обреченного судна спускают спасательные шлюпки, которые быстро отходят от него. Обойдя судно, U-203 выпустила по другому его борту еще несколько снарядов, чтобы дать выход воздуху, удерживавшему его на плаву. Но сухогруз по-прежнему продолжал держаться на поверхности воды и затонул только после того, как 18 марта 1943 года его потопила торпедой подводная лодка U-221 под командованием Тройера.

24 июля разведслужба штаба подводного флота оповестила о выходе в море конвоя OG-69, на перехват которого были брошены все находившиеся в этом районе патрулирования подводные лодки. Входившая в их состав U-203 полным ходом двинулась к точке пересечения. 25 июля поступили два сообщения о наблюдении конвоя с самолета «Фокке-Вульф-200 Кондор», а несколько позднее подводная лодка U-68 вошла в зрительный контакт с конвоем и передала пеленг-сигнал.

Вскоре после полуночи 27 июля вахтенный в рубке U-203 услышал со стороны конвоя несколько взрывов торпед и глухие удары глубинных бомб.

– Мы почти на месте, герр капитан-лейтенант! – доложил Хейда.

– Команде – стоять по боевой тревоге! Торпедисты – все аппараты к подводному пуску – товсь!

В толще воды субмарина тем временем скользила ко все отчетливее видимым судам. В 2:54 субмарина произвела два двухторпедных залпа: по одному 8000-тоннику и по судну, водоизмещение которого командир оценил примерно в 6 тысяч тонн.

Сразу после пуска торпед подводная лодка, резко развернувшись, ушла с курса атаки, а вахтенный на мостике видел, как пароход, по которому был произведен первый залп, буквально подбросило над водой, корпус его разломился посередине, а обе половины сразу же затонули. Второе судно было поражено торпедами через 15 секунд после первого. Уходя малым ходом с места атаки, подводники видели, как экипаж покидает второе судно, затонувшее через 10 минут после взрыва. Но официально противник подтвердил только потопление небольшого судна Kellwyn водоизмещением 1459 БРТ.

После атаки U-205 снова пришлось скрываться на глубину от эсминца и весь день двигаться за конвоем на пределе видимости. Только после наступления темноты подводная лодка смогла приблизиться к конвою и выйти на позицию для надводной атаки. Но выстрелить ей не удалось, корабли эскорта снова загнали ее под воду.

Лишь к вечеру 28 июня субмарине удалось все-таки занять необходимую позицию для торпедного выстрела. Она произвела четыре одиночных, но последовательных пуска, причем один из них по эсминцу, который в тот момент развернулся к лодке бортом.

И на этот раз лодке пришлось срочно уходить на глубину от кораблей эскорта, которые стали забрасывать ее глубинными бомбами. Но тем временем подводники все же отчетливо услышали взрывы своих торпед. Ими должны были быть поражены три парохода. В отношении эсминца оставались сомнения.

Оказалось, что жертвами торпед U-203 стали небольшое шведское судно Norita и британский сухогруз Lapland, вскоре после попадания затонувшие. 1 августа подводная лодка получила приказ о возвращении. Когда U-203, возвращаясь после своего полного приключений похода, во время которого ей много раз приходилось скрываться под водой, миновала Пуэнт-Сен-Матье и вошла в гавань Бреста, на ее счету снова было три точно потопленных судна.

С 20 сентября подлодка U-203 в ходе своего третьего боевого похода уже действовала в Центральной Атлантике. Начался третий год мировой войны, и подводный флот весьма успешно действовал на просторах Мирового океана, хотя и нес весьма ощутимые потери. Погибли Прин и Шепке, Кречмер с большей частью своего экипажа пребывал в плену, но тем не менее второй год войны, в течение которого погибло «только» 20 подводных лодок, закончился успешнее, чем первый, в течение которого было потеряно 29 подводных лодок.

U-203 пришлось пережить несколько тяжелых осенних штормов, и желание как можно быстрее выйти в атаку на врага все больше возрастало. 25 сентября, спустя три часа после полуночи, радист субмарины принял радиограмму с итальянской подводной лодки Luigi Torelli под командованием капитан-лейтенанта Ди Джакомо, которая установила визуальный контакт с двигающимся из Гибралтара в Англию конвоем.

U-203 получила указание от оперативного отдела штаба подводного флота действовать против этого конвоя.

В ночь на 26 сентября подводная лодка приблизилась к нему. Через 31 минуту после полуночи она произвела четыре прицельных одиночных пуска торпед, целью которых было судно, опознанное как танкер. Именно в этой точке океана конвой HG-73 понес свои первые потери.

Норвежский пароход Varangberg и британский сухогруз Avoceta затонули. Вслед за ними ушел на дно и Cortes.

После пуска торпед подводная лодка была вынуждена срочно уйти с поверхности моря под воду. В ходе этого экстренного погружения ее командир и экипаж слышали три взрыва торпед, а первый взрыв и его последствия командир еще успел увидеть перед опусканием перископа. Когда подводная лодка смогла оторваться от своих преследователей, она все же приблизилась к месту своей атаки по конвою и увидела здесь спасательные шлюпки.

В ходе возвращения на базу с лодки был замечен одиночный пароход. По этому быстро идущему судну была выпущена последняя торпеда, которая прошла мимо.

Войдя в гавань Бреста, подводная лодка U-203 завершила свой третий боевой поход.

Уже 18 октября после краткого отдыха и пополнения боеприпасов, запасов горючего и продовольствия U-203 вышла в свой четвертый боевой поход. Его целью был перехват конвоев, выходящих из акватории полуострова Ньюфаундленд. В жестокий шторм 3 ноября с лодки был замечен конвой. Субмарина приблизилась к нему. Это оказался конвой SC-52, который еженедельно выходил из канадского города Сидней (в Новой Шотландии) и направлялся в Англию. Субмарина без труда сблизилась с ним и в 18:28 произвела два веерных залпа, ставших гибельными для Empire Gemsbuck и Everoja. Затем в ходе ее преследования кораблями эскорта подводной лодке удалось, несмотря на бушующее море, значительно опередить преследователей. Когда она снова появилась на поверхности моря, через полчаса движения из строя вышел главный дизель правого борта. Вследствие этого субмарина стала значительно хуже слушаться руля, была вынуждена прекратить преследование конвоя и погрузиться.

Ремонт дизеля продлился девять с половиной часов, после чего его функционирование было восстановлено. Подвсплыв на перископную глубину, командир быстро оглядел горизонт, убедившись в том, что он чист, и лодка продолжила свой поход в надводном положении.

5 ноября вахтенный в рубке заметил в море пароход. Это было быстроходное судно, двигавшееся в одиночку, которое подводная лодка не смогла догнать, быстро исчезнувшее из вида.

На следующий день субмарина была атакована четырехмоторным американским бомбардировщиком, сбросившим на нее две бомбы, легшие очень близко к лодке. После потрясших лодку взрывов был произведен тщательный осмотр отсеков, и через полчаса старший механик доложил, что фундамент главного дизеля правого борта дал трещину. Вследствие этого боевой поход пришлось прервать в самом начале, уже после первой атаки. Лодка получила приказ возвращаться в Брест, куда она и вошла 12 ноября с двумя развевающимися вымпелами на перископе.

На следующее утро Рольф Мютцельбург получил из рук Большого Льва Рыцарский крест, которым он был награжден. Когда Мютцельбург окончил свой доклад и представил командующему корабельный журнал, тот произнес:

– Хороший поход, Мютцельбург. Из-за погодных условий вам больше не представилось возможностей для атаки. А теперь – оставайся, пообедаем!

К побережью США

К началу 1942 года в распоряжении командующего подводным флотом имелась общим счетом 91 субмарина. Правда, из этого числа не менее 26 подводных лодок постоянно действовали в Средиземном море, после того как они с сентября 1941 года были отправлены в эту «мышеловку» с целью обеспечения конвоев стран оси из Италии в Африку.

Когда затем Япония начала на Тихом океане войну против США, после объявления также и Германией войны США в этом регионе открылись новые районы военных действий, и прежде всего – у всего Восточного побережья Америки.

Адмирал Дёниц сделал было попытку освободить шесть подводных лодок, задействованных в прочесывании акватории в районе Гибралтара, от этой неблагодарной миссии, более пропагандистской, нежели военной. Попытка эта была отвергнута руководством рейха. Так что для действий против США у командования подводного флота оставалось только пять субмарин. Все эти подводные лодки в конце декабря были выведены из своих пунктов базирования.

Капитан-лейтенант Мютцельбург доложил командованию, что его подводная лодка будет очень быстро отремонтирована и снова готова к боевым действиям, однако у верфи, на которой производился ремонт, имелись свои соображения. U-203 не была своевременно готова. Однако несколько позже она получила приказ отправиться в этот расположенный столь далеко на западе район боевых действий.

В указанный ей район подводная лодка прибыла 12 января 1942 года.

Ранним утром 15 января субмарина пробивалась сквозь штормовой фронт. Дождь хлестал ее со всех сторон, обрушиваясь на головы вахтенных в рубке. Наконец удалось миновать полосу резких шквалистых порывов ветра. В 7:00 вахтенные в рубке заметили одиночное судно, которое на высокой скорости шло курсом навстречу субмарине и быстро приближалось. После непродолжительного маневрирования и сближения с ним подводная лодка в 11:34 произвела пуск торпеды. Небольшой пароход Catalina, перевозивший боеприпасы, после взрыва торпеды и последующей детонации груза буквально разлетелся на части.

Через двое суток подводная лодка наткнулась на другое одиночное судно, которое вскоре было определено как норвежский сухогруз Octavian. В 11:21 он получил гибельную для него торпеду. Экипаж судна занял места в шлюпках и 11 дней спустя высадился на берег острова у Кейп-Бретон[81].

21 января было замечено одиночное американское судно. Оно оказалось армейским транспортом North Gaspe. Ему наперерез устремилась торпеда, прошедшая мимо, и судно исчезло вдали.

После встречи с этим транспортом подводная лодка в ходе патрулирования оперативного района достигла мыса Кейп-Рейс, самой восточной точки полуострова Ньюфаундленд. Здесь вскоре после полуночи 22 января был замечен американский «морской охотник» за подводными лодками. Выпущенная в него торпеда взорвалась после удара в районе кормы. Затем сдетонировали расположенные на его корме глубинные бомбы, которые оторвали у этого небольшого корабля всю его корму. Сразу после взрыва Rosemonde затонула под обрывистым берегом у Кейп-Рейса.

Вскоре здесь появились еще два американских эсминца, в поисках выживших после гибели Rosemonde, которой удалось передать сигнал бедствия. Подводной лодке пришлось спасаться от них. 10 часов продолжалась охота за субмариной, пока той наконец не удалось оторваться от столь опасного противника. Затем атакованной с воздуха бомбардировщиком, который сбросил на нее одну осветительную и две тяжелые бомбы, U-203 снова пришлось срочно уходить на глубину. В ходе этой бомбардировки она получила серьезные повреждения. Имея также еще 65 повреждений, полученных в течение этого похода, ей пришлось лечь в обратный путь. На этот раз ей удалось потопить четыре судна и «морской охотник».

Возвратившись на базу, Рольф Мютцельбург предстал с докладом о походе перед командующим подводным флотом. Когда доклад был закончен, Дёниц сказал командиру субмарины, что он может выбирать: принять под свое командование флотилию или же стать преподавателем в Готенхафене. Мютцельбург же настоял на том, чтобы отправиться в новый боевой поход к побережью США.

Охота на танкеры у Восточного побережья США

12 марта 1942 года U-203 была снова готова к боям и походам. Тактическая концепция командования германским подводным флотом доказала свою состоятельность, и Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании военных лет, записал в своем дневнике следующие строки, в которых упоминается германский подводный флот: «Мы не можем скрывать от самих себя, что стоим на пороге поражения. И это поражение нам несут германские подводные лодки» (см.: Черчилль У. Мемуары).

В марте число потопленных судов противника возросло до 79 единиц общим водоизмещением 429 276 БРТ. Капитан 1-го ранга Роскилл, официальный историк Королевского военно-морского флота Великобритании, записал по этому поводу следующее:

«В британском адмиралтействе бойня, устроенная германскими подводными лодками, вызвала чрезвычайную озабоченность. Большая часть потопленных судов принадлежала Великобритании, но они были потеряны в водах, в которых адмиралтейство не могло чувствовать свое превосходство…

Мы оказывали давление на наших союзников самыми различными способами, и это продолжалось вплоть до мая, пока не была введена система следования конвоев вдоль американского побережья.

Когда атаки против судоходства в Западном полушарии достигли своего апогея, мы передали американцам две дюжины „морских охотников“ за подводными лодками, передислоцировали две наши атлантические группы охранения для усиления охраны конвоев к американскому Восточному побережью, предложили американскому военно-морскому флоту некоторое количество наших корветов и перебазировали имевшую большой опыт борьбы авиационную эскадру из состава береговой охраны в западную область Атлантики.

Сделать что-либо сверх этого для нас было весьма обременительно, поскольку Дёниц был слишком искусным тактиком, чтобы предоставить трансатлантические конвои своей собственной судьбе и позволить нам осуществить новое распределение наших флотилий для их охраны.

Дёниц многократно расширил атаки „волчьих стай“ и создал новые группы подводных лодок в Северной Атлантике и в акватории Гибралтара; обе эти группы сумели достичь успехов в борьбе с конвоями» (см.: Роскилл. Война на море).

В ходе этой фазы морской войны, когда еще нельзя было говорить о более или менее безопасном судоходстве у Восточного побережья США, в этом оперативном районе также действовала и подводная лодка U-203. Лишь только когда она покинула акваторию Бискайского залива, Рольф Мютцельбург сообщил команде об оперативном районе, в который направлялась лодка:

– Идем к Восточному побережью Америки!

Спустя некоторое время на подводной лодке была принята радиограмма с U-124: «У мыса Гаттерас замечено интенсивное движение. Множество танкеров по утрам и вечерам курсируют в прибрежных водах. Маршрут ночных передвижений проходит от мыса Гаттерас к мысу Страха. Никакого движения нет по ночам от мыса Страха до Чарлстона. Суда следуют прямым курсом от буя к бую. Минных банок у мыса Гаттерас нет».

– Идем на охоту в этот район. Надеюсь, что наши товарищи оставят там что-нибудь и для нас, – объявил Мютцельбург в центральном посту лодки утром 7 апреля, собрав там всех офицеров.

Субмарина взяла курс в акваторию перед мысом Гаттерас.

Уже была пройдена «Ледяная стена» – холодное Лабрадорское течение, и к вечеру 9 апреля подводная лодка уже остановилась в районе известного «обзорного буя», откуда вахтенные в рубке могли теперь различать вдали огни на американском побережье.

Еще несколько часов плавания – и с лодки был замечен приземистый силуэт корабля. Это оказался американский «морской охотник» типа РС-451, шедший полным ходом вдоль отметки глубины 25 метров на юг. Субмарина медленно последовала за ним.

– На траверзе справа по борту силуэт! – доложил впередсмотрящий.

Рольф Мютцельбург, который в этот момент находился на мостике, поднес к глазам бинокль и всмотрелся в указанном направлении. Он опознал очертания танкера, глубоко сидящего в воде, поскольку, очевидно, был полностью загружен.

– Аппараты один и два к стрельбе веерным залпом – товсь!

Прицел был включен и передавал данные в решающее устройство. Первый помощник командира стоял, широко расставив ноги, у визира перископа, в который уже вплывала, наполовину закрыв его, громада танкера.

– Цель в перекрестии!

– Залп – пли!

Кнопка электропуска была нажата, и одновременно старшина в торпедном отсеке нажал на рукоять ручного пуска, на случай отказа электроцепи.

После истечения времени хода торпед до цели, с опозданием на 5 секунд, у борта танкера один за другим вздыбились две огненные колонны. Через пару секунд в небо взлетели ракеты сигнала бедствия, за ними в эфир полетели сигналы SOS, перехваченные подводной лодкой. Из них следовало, что жертвой торпед стал танкер San Delfino водоизмещением 8072 БРТ, который чуть позже загорелся. Взрывами горючих газов в грузовых танках были выбиты крышки люков, и из них взметнулись в темное небо огненные гейзеры, развернувшиеся на морском ветру, как огненные знамена.

Танкер затонул, а от устремившегося к подводной лодке эсминца она ушла под воду на глубину 100 метров, где и легла на грунт.

Утром 11 апреля U-203 подвсплыла на перископную глубину. Осмотрев горизонт, Рольф Мютцельбург повел субмарину вдоль 25-метровой отметки глубины на юг. Было замечено несколько судов, но, поскольку все они держались в пределах глубин от 25 метров и меньше, торпедировать их не имело смысла, поскольку на столь незначительной глубине американским инженерам не составило бы труда вскоре поднять их и отремонтировать.

Около полудня командир – после доклада акустика о шуме винтов – заметил в перископ судно, шедшее с юго-востока и заворачивающее в Памлико-Саунд[82], простирающийся здесь за песчаной отмелью, тянущейся от мыса Гаттерас.

– Это танкер, будем атаковать!

И снова подводная лодка превращается в изготовившуюся к укусу акулу. В 13:20 она произвела двухторпедный залп. Обе торпеды поразили американский танкер Harry F. Sinclair jr. водоизмещением 6151 БРТ.

Танкер затонул и лег на грунт, однако позднее был поднят и отремонтирован. Тем не менее он вошел в список судов, потопленных U-203.

Ранним утром 12 апреля U-203, после своей предыдущей победы удалившаяся мористее, снова приблизилась к побережью. После доклада акустика о шуме винтов судна Мютцельбург приказал поднять перископ. С первого же взгляда в него он заметил американские «морской охотник» и эсминец, за которыми следовали два судна, крупный танкер и примерно 5000-тонный сухогруз.

Продолжая двигаться в погруженном положении, U-203 приблизилась к этой группе. В 6:26 подводная лодка выпустила первую торпеду. Она не попала во взятый на прицел пароход, поскольку была поставлена на слишком большую глубину подводного хода и взорвалась от попадания в грунт под танкером Stanvac Melbourne, повредив ему корму.

В 7:06 Мютцельбург произвел по танкеру двухторпедный залп, после которого сильно поврежденное судно потеряло ход и остановилось.

Поскольку оба корабля эскорта начали охоту за подводной лодкой, та была вынуждена уйти на глубину и, дав полный ход электромоторам, уходить от места боя. Из сброшенных глубинных бомб несколько взорвались неподалеку от лодки, причинив ей повреждения. Но в конце концов субмарине удалось оторваться от преследователей.

Значительно поврежденный Stanvac Melbourne все же смог кое-как добраться до ближайшей гавани.

В последующие 48 часов подводная лодка снова и снова засекалась кораблями или самолетами противника и была вынуждена маневрировать, уходя от сброшенных на нее глубинных и авиационных бомб.

Около полудня 14 апреля вахтенный в рубке услышал приближающийся пароход. Погрузившись на перископную глубину, Мютцельбург смог опознать судно, которое, имея водоизмещение около 5 тысяч БРТ, представляло собой лакомую добычу. Подводной лодке удалось приблизиться к нему и выйти на позицию для выстрела. Первый веерный залп торпед прошел мимо цели. В 15:15 субмарина снова заняла позицию для атаки. Второй торпедный залп поразил современный американский сухогруз Empire Thrush водоизмещением 6160 БРТ и отправил его на дно.

Расстреляв весь свой боезапас, U-203 отправилась в обратный путь к Бресту. Четыре победных вымпела трепетали на ее перископе, когда она входила в порт. Одно из четырех судов, Stanvac Melbourne, однако, не затонул. Harry F. Sinclair также был впоследствии поднят американцами.

Боевой поход за дубовыми листьями

В свой седьмой боевой поход U-203 отправилась 3 июня 1942 года в акваторию Карибского моря. Района патрулирования подводная лодка достигла 23 июня. Тремя днями спустя к северо-востоку от Порто-Рико с лодки было замечено первое в этом боевом походе судно. Им оказался британский сухогруз Putney Hill водоизмещением 5216 БРТ. Первая же торпеда потопила это судно, которое успело только передать сигнал бедствия и спустить на воду спасательные шлюпки. Ближе к вечеру того же дня вахтенный в рубке снова заметил идущий в одиночку пароход. Это был бразильский сухогруз Pedrinhas водоизмещением 3666 БРТ. Первая посланная ему торпеда прошла мимо цели. Внезапно на баке сухогруза заблистали вспышки выстрелов.

– С него ведут огонь! – ошарашенно воскликнул вахтенный.

– Расчет зенитного автомата – к орудию!

Зенитная 22-миллиметровка открыла огонь. Но после второй очереди она неожиданно замолчала. Затем второй торпедой судно было потоплено.

На следующий день подводная лодка расположилась между островами Тринидад и Аруба в надежде атаковать какой-нибудь танкер, потому что здесь располагалось «пастбище танкеров», на котором германские подводные лодки уже успешно потрудились. Однако наступившей ночью U-203 не встретилось ни одно судно. Вместо этого на палубу подводной лодки падали летучие рыбы, а грандиозное сияние тропических вод озаряло все вокруг таким ярким светом, что на небе померк даже Южный Крест.

Утром 28 июня (в тексте ошибочно указано «апреля» – см. список потопленных судов) эту идиллию нарушил появившийся в небе бомбардировщик, от которого подводной лодке пришлось уходить на глубину. В 14:00 акустик доложил о шуме винтов. Подводная лодка подвсплыла на перископную глубину, и Мютцельбург оглядел горизонт.

– Вижу современный пароход. Около 7 тысяч БРТ. Атакуем!

В 15:38 вышедшая из аппарата № 4 торпеда поразила пароход Sam Houston. После ее взрыва ближе к корме пароход потерял ход и остановился, а Мютцельбург отдал приказ лодке всплыть, чтобы потопить судно артиллерийским огнем. Обстрел судна был прекращен, когда командир субмарины увидел, что на пароходе начался пожар. Когда экипаж покинул судно, оно было потоплено артиллерией, чтобы сохранить торпеды для следующих целей. Затонувшее судно имело водоизмещение 7176 БРТ.

Заметив в небе приближающийся самолет береговой охраны, подводная лодка ушла на глубину и скрылась от преследования.

После этого субмарина проследовала в точку встречи с «дойной коровой» – танкером – подводной лодкой снабжения U-116. Там она приняла на борт 45 тонн дизельного топлива, которые были перекачаны с подлодки капитан-лейтенанта фон Шмидта. Пополнив запас горючего, U-203 смогла еще три недели оставаться в районе патрулирования.

После приема топлива и передачи почты на родину U-203 легла на новый курс и двинулась маршрутом между островами Тринидад и Тобаго в Карибское море на поиски новых целей.

9 июля был замечен британский теплоход Cape Verde, который, с его 6914 БРТ водоизмещения, мог стать хорошей добычей, если бы удалось его потопить.

Залповый пуск двух торпед стал для этого судна роковым. Оно затонуло в точке с координатами 11°32' северной широты и 60°17' западной долготы.

Вскоре после этого U-203 пришлось скрыться на глубине. Лишь наступившей ночью подводная лодка смогла всплыть на поверхность моря для зарядки аккумуляторов.

Спустя час после полуночи 11 июля был замечен большой пароход. Он оказался танкером Stanvac Palembang водоизмещением 10 013 БРТ. Двухторпедный залп поразил этот панамский танкер. Поскольку он не тонул, то Мютцельбург после того, как его экипаж сел в шлюпки, приказал обстрелять его из орудия. Но лишь когда танкер был основательно «проветрен» с обоих бортов, он затонул на 11°28' северной широты и 60°23' западной долготы.

Наступившей ночью с подводной лодки ушла радиограмма командующему подводным флотом: «U-203. Потоплено пять одиночных судов водоизмещением 32 985 БРТ. Единственная торпеда в кормовом аппарате, горючее только на обратный путь».

Ответная радиограмма не заставила себя ждать: «Отлично сработано! Возвращайтесь».

Еще на обратном пути на лодке была получена радиограмма от командующего: «Согласно приказу фюрера, в знак признания ваших заслуг, вы стали 104-м германским солдатом, награжденным дубовыми листьями к Рыцарскому кресту. Поздравляю вас. Дёниц».

Смерть наносит удар

– Это был твой последний боевой выход в море, Мютцельбург, – сказал адмирал Дёниц, когда командир U-203 окончил свой доклад. – Капитан 3-го ранга Хесслер уже по горло сыт своей должностью первого офицера Адмирал-штаба и рвется снова в море. Тебе придется принимать у него дела.

– Слушаюсь, герр адмирал. Но я бы хотел еще раз сходить в поход. Ну, чтобы попрощаться с командой.

– Ладно, но только один поход. А потом – за работу.

И U-203 вышла 27 августа в свой восьмой поход. В начале сентября подводная лодка вышла из Бискайского залива и 11 сентября была уже на океанских просторах. Стояла прекрасная ясная осенняя погода, днями почти все время светило солнце. До самого горизонта, куда хватало взора, расстилалась безоблачная голубизна неба. Во время непродолжительного погружения акустик доложил, что никаких посторонних шумов не слышно, опасности нет ниоткуда.

– Ладно, ребята, давайте быстренько искупаемся, – сказал командир.

Лодка всплыла и чуть погрузилась, так что палуба лишь незначительно выступала над водой. Первые члены команды, раздевшись, попрыгали в воду. Мютцельбург стоял в рубке. Затем он встал на самый ее край и, резко оттолкнувшись, сделал прыжок головой вниз в воду. Все бывшие на палубе члены команды услышали, как тело командира глухо ударилось о покрытую водой палубу. Двое подводников плавали там, где появилось тело Рольфа Мютцельбурга. Они подтянули его к лодке, а старший механик вытащил его на палубу. Осмотрев командира, все поняли, что он уже мертв. Рольф Мютцельбург ударился головой о скос палубы и сломал шейные позвонки.

После краткой радиограммы в штаб о происшедшем U-203 получила приказ возвращаться на базу. Первый помощник капитана привел ее домой, где Рольф Мютцельбург был погребен со всеми воинскими почестями.

Когда его товарищи собирали в каюте его личные вещи, то в командирском рундуке нашли лист бумаги. На нем было написано:

«Если нам однажды будет не суждено вернуться из боевого похода, знай, что мы исполняли свой долг, что мы все были готовы отдать свою жизнь за Германию, за всех вас, за тех, кто в ней живет, и тех, кто придет на смену нам. Войны будут вестись, пока существуют народы.

Мой отец погиб смертью героя в войне на море. Я исполняю свой долг офицера, как и он, пожертвовавший своей жизнью; и, как и он, готов в любой момент принести такую же жертву».

После гибели этого офицера и моряка это завещание грядущим висело, переписанное его коллегами, в кают-компаниях и жилых помещениях подводных лодок. И все подводники думали о том, что они служат делу справедливости. Иначе как бы они и дальше могли выходить в море? Ведь они постоянно смотрели в глаза смерти…

Список судов, потопленных подводной лодкой U-203 под командованием капитан-лейтенанта Мютцельбурга

Общий итог:

потоплено: 21 судно водоизмещением 83 284 БРТ;

торпедировано: 4 судна водоизмещением 25 345 БРТ.

= – торпедировано.