Когда бывший капитан дальнего плавания Георг Вильгельм Шульц 16 декабря 1939 года принимал у компании «Дешимаг» в Бремене подводную лодку U-64, он не мог себе даже представить, что ему не суждено будет долго командовать этой субмариной. Капитан-лейтенант, который с сентября 1935 года был направлен для службы в подводном флоте, в начале апреля 1940 года, во время ходовых испытаний на выходе в Балтику, получил от командующего подводным флотом приказ прервать программу испытаний и немедленно изготовить субмарину для похода и боя.

Одновременно с U-64 подобный же приказ получила и другая лодка, можно сказать, родная ее сестра, U-65. С 6 апреля 1940 года обе эти субмарины всегда выходили в море совместно. Теперь же U-64 получила приказ поддерживать действия вспомогательного крейсера Orion во время его прорыва на просторы Атлантики.

Однако на широте Эдинбурга субмарина все же рассталась со вспомогательным крейсером, поскольку получила приказ немедленно следовать к Вест-фьорду[61]. Начиналась Норвежская кампания, и десять эсминцев группы «Нарвик»[62] под командованием капитана 1-го ранга Бонте уже входили в акваторию Вест-фьорда.

11 апреля U-64 подошла ко входу в фьорд. При ее попытке проникнуть в Офот-фьорд английские корабли охранения района, прикрывавшие фьорд, вынудили субмарину погрузиться и забросали ее глубинными бомбами.

Капитан-лейтенанту Шульцу все же удалось во второй половине дня 12 апреля провести подводную лодку к Нарвику. После того как командир субмарины доложил о своем прибытии капитану 2-го ранга Бею на эсминце Wolfgang Zenker и пережил на нем налет английских самолетов с авианосца Furious, подводная лодка ушла на северо-северо-восток, в Херьянгс-фьорд. Здесь ей было необходимо устранить повреждения, причиненные глубинными бомбами. В первой половине дня 13 апреля лодка достигла северной оконечности фьорда у городка Мёлнедален-Бьёрквик. Здесь лодка встала на якорь, чтобы заняться необходимым ремонтом.

Когда боцман Раудцис доложил командиру, что через четверть часа ремонт будет закончен, Шульц приказал готовиться к подъему якоря. В этот момент вахтенный дал сигнал «Воздух!». Это оказался палубный торпедоносец Swordfich с британского линкора Warspite. Пройдя низко над горами, окружающими фьорд, самолет пикировал прямо на подводную лодку.

– Зенитчики, огонь по самолету! – приказал Шульц.

Расчеты зенитных автоматов подводной лодки почти поймали пикирующий самолет в свои коллиматорные прицелы, но он уже оказался над лодкой и сбросил две бомбы. Вой падающих бомб перекрыл лай одной 20-мм и одной 37-мм зениток.

Первая из бомб упала в море метрах в четырех от лодки по ее правому борту, вторая же ударила в носовую часть лодки ближе к ее левому борту.

Взрыв бомбы сотряс всю субмарину. В воздух взметнулись пламя взрыва и рваные клочья металла корпуса лодки. Самолет развернулся с креном и исчез в крутом ущелье между горными вершинами, уходя на запад.

– Вода заливает носовой отсек! – поступил в рубку доклад.

Капитан-лейтенант Шульц раздумывал над ситуацией не более пары секунд. Он видел, что лодка уже глубоко осела в воде. И командир отдал приказ, чтобы все остальные могли спастись:

– Всем покинуть лодку!

Пока подводники выбирались из центрального поста и бросались в море, U-64 все глубже и глубже оседала в воду. Одному из находившихся на лодке матросов, Пипенхагену, Шульц приказал спуститься вниз, и он передал его приказ всем находящимся внутри лодки членам экипажа, чтобы надели индивидуальные спасательные аппараты и, как только лодка ляжет на грунт (глубина 35 м), выплывали на поверхность, как их учили на практических занятиях – методом свободного всплытия.

Шульц захлопнул верхний люк, ведущий из рубки в центральный пост, и услышал, как по другую его сторону матрос Пипенхаген закрыл люк.

В этот момент стальная махина под ногами командира, до того медленно погружавшаяся в воду, резко ушла вниз. Шульц бросился в воду. Вынырнув, он собрал вокруг себя моряков и направил их к берегу. Ледяная вода сжимала людей смертельным объятием. Все ожесточенно погребли к берегу, борясь за жизнь.

Тем временем с берега уже стали спускать в воду лодки, которые двинулись навстречу морякам. Горные егеря генерала Дитля[63], пробившиеся до этих мест, видели воздушную атаку на U-64. Теперь они вытаскивали из воды одного за другим подплывающих к берегу подводников.

Когда капитан-лейтенант Шульц оказался на берегу, егеря предложили ему обогреться в одном из блиндажей. Но он отверг это предложение и остался на берегу, приказав приготовить все, чтобы встретить моряков, которым предстояло покинуть подводную лодку со спасательными аппаратами.

Спустя минут двадцать после того, как подводная лодка исчезла с поверхности воды, из нее поднялся методом свободного всплытия первый из оставшихся в ней членов экипажа. Его тут же выловили из воды и доставили на берег. Затем один за другим с краткими перерывами на поверхности воды появились и остальные моряки, а последним вынырнул старший матрос Пипенхаген, который руководил в лодке спасением своих товарищей.

Всего из потопленной лодки смогли спастись 40 подводников. Семь человек остались закрытыми в первом отсеке, когда командир отдал приказ «Задраить в торпедный!». Но вероятнее всего, они погибли там еще от взрыва попавшей в этот отсек бомбы. Восьмой член экипажа погиб от сердечного приступа, попав в ледяную воду. Тело его смогли выловить из воды лишь на следующий день и похоронили на кладбище поселка Мёлнеделен.

17 апреля капитан-лейтенант Шульц доложил о гибели подводной лодки и спасении своего экипажа в Нарвике генерал-майору Дитлю. Он поблагодарил этого выдающегося военачальника за помощь в спасении экипажа, оказанную его горными егерями. С этого дня он объявил, что отныне эмблемой его новой лодки будет изображенный на борту цветок эдельвейса[64].

И он никогда не скрывал того, что именно старший матрос Пипенхаген спас экипаж подводной лодки.

Трудный поход с U-124

Уже 11 июня 1940 года капитан-лейтенант Шульц получил свой новый корабль, подводную лодку U-124, и 20 августа вышел на ней из Киля в первый боевой поход.

На ее борту находилось несколько офицеров, которые должны были пройти стажировку под руководством испытанного капитана и командира подводников. Ими были, прежде всего, первый вахтенный командир обер-лейтенант цур зее Рейнхард Хардеген и, в качестве внештатного офицера, капитан-лейтенант Кляйншмидт, направленный в этот поход для повышения квалификации.

Еще двигаясь в определенный подводной лодке оперативный район, U-124 наткнулась 25 августа западнее Гебридских островов на конвой НХ-65А. Капитан-лейтенант Шульц отдал приказ:

– Команде стоять по боевой тревоге!

Все торпеды уже находились в трубах торпедных аппаратов готовыми к пуску, когда субмарина вышла на позицию для атаки. В 23:50 был произведен первый одиночный пуск торпеды. В течение шести последующих минут аппараты покинули и все остальные торпеды.

Два судна из состава этого конвоя затонули сразу же после попадания в них торпед. Третье глубоко осело в воду, а четвертое значительно снизило скорость своего хода. Но после этих выстрелов два эсминца из состава эскортной группы конвоя понеслись на полном ходу к U-124. Над рубкой лодки вспыхнули, залив ее мертвенным сиянием, осветительные снаряды, и Шульц был вынужден отдать приказ о срочном погружении, чтобы не оказаться протараненным этими кораблями.

Еще дважды командир U-124 пытался сблизиться с конвоем, чтобы повторить свою атаку, но к утру 26 августа все воздушное пространство над конвоем контролировалось самолетами противника, и лодка была вынуждена оставаться под водой. В конце концов субмарина продолжила выдвижение в заданный ей район океана. Тем не менее этот первый успех – два потопленных судна противника и одно поврежденное – послужил тому, что командир и вся команда преисполнились уверенности в своих силах.

За 14 часов до атаки U-124 другая подводная лодка, U-48, под командованием капитан-лейтенанта Рёзинга обстреляла два судна из состава этого же конвоя, в том числе танкер Athelcrest.

Достигнув района своего назначения, U-124 радиограммой штаба подводного флота была переброшена в другой район океана, южнее Исландии, где ей было приказано находиться в качестве метеорологического судна. Четыре раза в сутки старший радист подлодки передавал данные о погоде, имевшие громадное значение для соединений люфтваффе, которые вели в этот момент в воздухе битву за Британию.

20 сентября лодка пустилась в обратный путь и 24 сентября пришла на свою базу в Лорьян. Георг Вильгельм Шульц получил из рук командующего подводным флотом Железный крест I класса.

После краткого отдыха и пополнения боезапаса U-124 вышла 5 октября в свой второй боевой поход. Но и на этот раз ей было суждено находиться в океане в качестве метеорологического пункта.

16 октября в точке с координатами 57°28' северной широты и 20°30' западной долготы с подводной лодки было замечено следующее в одиночку судно Trevisa – пароход, отставший от своего конвоя SC-7. Маленькое суденышко было потоплено одной точно нацеленной торпедой.

Когда эта подводная лодка четыре дня спустя заметила вышедший в море конвой ОВ-229, Шульц тут же решил атаковать его. Первой жертвой стал британский пароход Sulaco, после попадания торпеды быстро пошедший на дно. Полтора часа продержался на поверхности моря норвежский пароход Cubano, но все же и он затонул, добитый второй торпедой.

Корабли эскорта очень скоро оказались на месте погружения субмарины, которая все же успела дать пеленг на конвой своим боевым товарищам. Однако пеленг этот использован не был, поскольку ни одной германской подводной лодки в этой части океана не оказалось.

Следующие десять дней вокруг подводной лодки простиралось совершенно пустынное море. Но во второй половине дня 31 октября стоявший на вахте в рубке боцман заметил в море британский пароход Rutland, потопленный одной пущенной торпедой. Через две минуты после ее взрыва он уже исчез с поверхности моря.

Спустя сутки его судьбу разделил и Empire Bison.

Неся пять победных вымпелов на поднятом перископе, U-124 вернулась 14 ноября 1940 года на свою базу в Лорьян.

Субмарина потопила вражеские торговые суда общим водоизмещением 20 062 БРТ и в течение четырех недель передавала данные о погоде в океане, над которым бушевал шторм силой от 8 до 9 баллов по шкале Бофорта.

В бушующем море

16 декабря U-124 отправилась в свой третий боевой поход. Обер-лейтенант цур зее Хардеген получил под командование свою собственную лодку. На его место пришел обер-лейтенант цур зее Йоганн Мор.

Этот поход, хотя не увенчавшийся сколько-нибудь многочисленными победами, стал, однако, одним из самых трудных плаваний, в которых довелось побывать экипажу этой лодки. Ее командир записал в своем личном дневнике: «Этот боевой поход стал настоящим испытанием буквально для каждого члена экипажа, потребовав от них максимально возможных усилий. Каждый из моих людей с самоотверженной стойкостью работал на своих постах; я гордился тем, что мне судьба судила быть командиром и другом таких людей».

6 января у западного входа в Английский канал был обнаружен и потоплен британский пароход Empire Thunder. После этого субмарина продолжала свой поиск в различных районах открытого моря. Для празднования Рождества пришлось погрузиться под воду, поскольку на поверхности моря бушевал настоящий ураган.

Когда запасы горючего в цистернах подводной лодки стали подходить к концу, пришлось лечь на обратный курс. 22 января 1941 года U-124 вернулась в Лорьян.

Большой бой

Выйдя 23 февраля 1941 года в свой четвертый боевой поход, U-124 должна была вместе с двумя другими подводными лодками для ведения боевых действий следовать в акваторию к западу от Фритауна. Работая дизелями на среднем ходу, подводная лодка двигалась на юг. И на этот раз в экипаже ее опытного командира были два человека в качестве его помощников, которым суждено было позднее стать выдающимися подводниками. Это были уже упомянутый обер-лейтенант цур зее Мор, назначенный первым помощником командира, и обер-лейтенант цур зее Вернер Хенке – второй помощник командира. Доктор медицины Хубертус Годер, назначенный корабельным врачом, получил прозвище Небесная Зенитка. Зачислен в команду был и военный репортер ВМФ Ганс Дитрих.

По дороге в оперативный район подводная лодка проникла в гавань Лас-Пальмаса на острове Гран-Канария для пополнения запасов топлива, которое она получила с германского танкера Germania, стоявшего в порту.

Субмарина вошла в порт в подводном положении и незамеченной подошла к большому германскому танкеру, который находился в порту с начала войны. Подвсплыв в тени судна, подводная лодка встала лагом к танкеру. Началась авральная погрузка продовольствия и заправка горючим. Пока одна половина экипажа подводной лодки работала, вторая половина смогла искупаться в душе танкера и посидеть в его кают-компании за праздничным столом. Затем обе половины экипажа поменялись своими занятиями.

Около 4:00 4 марта Георг Вильгельм Шульц попрощался с капитаном танкера, и подводная лодка покинула порт столь же незаметно, как и появилась в нем. Она продолжила свое движение на юг, целью которого было побережье Западной Африки на траверзе Фритауна. Именно здесь в начале года находилась точка сбора всех судов, следующих мимо мыса Доброй Надежды и направляющихся в Англию.

Одновременно с находящимися здесь подводными лодками на атлантических коммуникациях должны были действовать и продвигающиеся в этот район германские линкоры Scharnhorst и Gneisenau.

U-124 двигалась средним ходом в открытом море, когда первый помощник командира Йоганн Мор получил донесение от впередсмотрящего правого борта о замеченном им на горизонте силуэте корабля. Рассмотрев силуэт в свой бинокль, Мор опознал в нем типичный военный корабль и вызвал на мостик командира.

Когда Шульц минуту спустя уже вглядывался в даль в указанном ему направлении, силуэты двух кораблей уже довольно сильно увеличились в окулярах его бинокля. Они находились в очень удачной позиции для атаки и двигались не меняя курса.

– Два двухторпедных залпа, герр капитан-лейтенант? – спросил командира Мор, который, в качестве первого помощника, отвечал за торпедистов, которым предстояло произвести торпедную атаку в надводном положении.

Идя полным ходом на двух работающих дизелях, Шульц попытался занять еще более выгодную позицию для атаки, поскольку стрелять пришлось бы с расстояния около 4 тысяч метров, и он хотел максимально исключить возможность промаха. Рядом с собой он услышал деликатное покашливание Йоганна Мора.

– А не могут ли это быть Scharnhorst и Gneisenau, герр капитан-лейтенант? – вполголоса заметил тот.

Шульц, который надеялся атаковать замеченный в этих водах британский линкор Malaya, еще раз всмотрелся в приближающиеся корабли сквозь оптику бинокля.

– Срочное радио в штаб, – приказал он. – Два крупных корабля в квадрате XZ 12, курс на юг. Вопрос: Имеются ли в этом квадрате наши морские силы?

Стараясь держаться всегда параллельно к противнику и лишь иногда развертываясь к нему лагом, U-124 следовала на расстоянии 4 тысяч метров за обоими линкорами, которые шли на скорости не более 7 узлов.

В тот момент, когда из штаба подводного флота пришла радиограмма, сообщавшая, что последнее местонахождение обоих линкоров было совсем близко от нынешнего места подводной лодки, идущий впереди линкор неожиданно выбросил из своих труб плотное облако дыма и внезапно стал набирать скорость, которая очень быстро достигла 28 узлов. Подводники увидели, что и второй линкор, шедший в кильватере за первым, тоже увеличил скорость.

Очень скоро Scharnhorst и Gneisenau, поскольку ни о каких других кораблях речь не могла даже идти, уже исчезли из вида.

Ранним утром 7 марта радист U-124 принял входящую радиограмму из штаба подводного флота и немедленно доставил ее в рубку, где в тот момент находились командир лодки и его второй помощник обер-лейтенант цур зее Хенке.

Быстро пробежав ее глазами, командир обратился к своему второму помощнику:

– Вы только послушайте, Хенке! Наши линейные крейсера[65] перехватили английский конвой SL-67. Его сопровождает и линкор Malaya. Нам приказано, вместе с лодкой U-105, атаковать его.

Субмарина легла на новый курс и на полной скорости пошла на сближение с конвоем. Громадный конвой у Сьерра-Леоне мог подождать еще несколько часов. Так оно на самом деле и было. U-124 шла полной скоростью, и уже перевалило далеко за полдень, когда командира вызвали в рубку.

– Вижу мачты военного корабля, герр капитан-лейтенант! – доложил впередсмотрящий поднявшемуся в рубку Шульцу. – Быстро сближается с нами.

– Срочное погружение!

Подлодка исчезла с поверхности моря и зависла на перископной глубине. Шульц рассматривал в перископ первую жирную «дичь». Корабль находился еще далеко, чтобы можно было произвести надежный пуск торпед. Уж на этот раз корабль непременно должен был быть Malaya. Пустив на полную мощность главные электродвигатели, командир пытался занять более выгодную для стрельбы позицию. Несколько позже в зенитный перископ был замечен самолет, который летел в направлении корабля. Похоже, именно этот самолет подводники видели и в первой половине дня.

Три долгих часа маневрировала U-124, двигаясь то взад, то вперед, разворачиваясь для надежного выстрела, пока в результате изменения курса корабля он не оказался на расстоянии около 3 тысяч метров от лодки. Корабль медленно наплыл на перекрестие прицела перископа, заполняя все его поле зрения. Оставалось только пустить сжатый воздух в торпедные аппараты для залпа. Но Шульц уже распознал Gneisenau и мог только удовлетвориться тем, что он провел условную атаку, не будучи замеченным или опознанным противником.

– Стармех, все ясно? Мы сейчас всплывем под бортом с Gneisenau, чтобы они сразу же там поняли, что мы не собираемся их атаковать. Приготовьте ракетницу для опознавательного сигнала.

Идя с германским линкором параллельным курсом, U-124 всплыла на поверхность моря. Через пару секунд командир уже был в рубке и выпустил сигнальную ракету. Gneisenau сразу же сбавил скорость хода, и с его ходового мостика в воздух взвилась в ответ такая же сигнальная ракета. Теперь U-124 шла малым ходом лагом с Gneisenau. Вскоре на мостике линкора появился адмирал Лютьенс, и Вильгельм Шульц отдал ему рапорт.

– Вы еще вчера заметили наш самолет? – недоуменно спросил адмирал, когда Шульц закончил свой рапорт.

– Так точно, герр адмирал! По его курсу мы и нашли вас. И два раза занимали отличную позицию для атаки.

Адмирал Лютьенс был шокирован, узнав от командира подводной лодки, что в ее аппаратах покоились четыре готовые к выстрелу торпеды, которые были предназначены для его корабля. Он выразил мнение, что Шульц, а также и Мор спасли им всем жизнь. После передачи почты U-124 продолжила свое движение в сторону обнаруженного разведкой конвоя. Мимо субмарины прошла и U-105, на которую Шульц семафором передал привет ее командиру, капитан-лейтенант Шеве также семафором вежливо поблагодарил.

В ночь на 8 марта подводная лодка заметила приближающийся конвой. Не обращая излишнего внимания на эсминцы эскортной группы, Шульц пробрался внутрь походной колонны конвоя. Один из эсминцев сопровождения прошел менее чем в 700 метрах от лодки, не заметив ее. Затем звезды на горизонте закрыла огромная тень. На сей раз это и в самом деле оказалась Malaya. Однако, когда линкор через полчаса резко изменил курс и прибавил скорость, шанс для атаки по нему был упущен.

В 5:47 по конвою был произведен первый пуск одиночной торпедой, а в течение последующих 21 минуты весь боезапас подводной лодки был расстрелян. Темная ночь превратилась в сущий ад – четыре из пяти видимых судов, пораженных торпедами, потеряв ход, застыли на поверхности моря, постоянно выпуская в воздух ракеты сигнала бедствия.

Непосредственно до этого разгрома свои торпеды выпустила и U-105, потопив ими пароход Harmodius.

Все суда и корабли конвоя открыли огонь осветительными снарядами во всех направлениях. U-124 была вынуждена уйти под воду. Лишь позднее ее экипаж узнал, что они потопили британские пароходы Nardana, Hindpool, Tielbank и Lahore.

Один из эсминцев эскортной группы, сбрасывая глубинные бомбы, в течение двух часов следовал за подводной лодкой. Затем, однако, Шульцу удалось оторваться от преследователя. Но в атаку на этот конвой подводная лодка больше не выходила.

Субмарина продолжила свой путь в район Фритауна. Поскольку в определенном ей оперативном районе она не встретила никаких судов неприятеля, а кроме того, ей предстояла передача топлива с идущего на юг вспомогательного крейсера Kormoran, то Шульц принял решение следовать курсом на запад, уходя на просторы Атлантики. 18 марта подводная лодка в пункте встречи с вспомогательным крейсером приняла с него горючее и припасы.

В это же время двум другим подводным лодкам, U-105 и U-106, удалось в районе Фритауна перехватить конвой SL-68 и потопить целый ряд судов из его состава. U-106, которой командовал капитан-лейтенант Эстен, смогла даже торпедировать Malaya. Однако британский линкор не затонул, но только получил повреждения.

В районе Фритауна, куда U-124 возвратилась после заправки, она встретилась в море с тяжелым германским крейсером Admiral Scheer, срочно нуждавшимся в баббите[66] и некоторых деталях для его радиостанции, которые имелись на борту U-124.

В точке, отстоящей ровно на 90 морских миль на юго-запад от Фритауна, U-124 атаковала 30 марта британский пароход Umona и потопила его. 4 апреля его судьбу разделила Marlene, с ее водоизмещением 6507 БРТ ставшая весомой добычей. Тремя днями спустя добычей лодки стал небольшой пароход Portadoc, а 8 апреля с лодки был замечен Tweed.

U-124 сблизилась с пароходом для подводной атаки. Выпущенная торпеда попала в центр корпуса судна водоизмещением 2697 БРТ, которое тут же глубоко осело в воде. Наблюдая в перископ за торпедированным судном, командир видел, что члены его экипажа сломя голову спешат занять места в спасательных шлюпках. Он отдал команду всплыть и сблизился с одной из переполненных шлюпок. Достаточно было одного беглого взгляда, брошенного опытным моряком, чтобы понять – вряд ли эта шлюпка продержится на воде более 24 часов. Другая большая шлюпка плавала в воде килем вверх. При спуске ее на воду она перевернулась. За выступающий из воды киль шлюпки цеплялось человек десять моряков.

– Медленно сближаемся! – отдал приказ командир.

Когда подводная лодка сблизилась с перевернутой спасательной шлюпкой, Шульц сделал знак держащимся за нее морякам подняться на палубу субмарины. Затем подводники перевернули спасательную шлюпку в нормальное положение и подвели ее к переполненной первой шлюпке. Из первой во вторую шлюпку пересели несколько человек, вычерпали из нее воду, затем еще несколько моряков перешли в более крупную вторую шлюпку из перегруженной первой. Спасенным морякам передали в обе шлюпки с подводной лодки запас пресной воды и продуктов и указали курс к побережью.

Когда подводная лодка начала разворачиваться, чтобы продолжить свое плавание, в одной из спасательных шлюпок встал молоденький офицер с Tweed, который крикнул вслед субмарине:

– Я сообщу своему пароходству обо всем, сделанном вами, капитан! Я доложу им, что вы спасли нас.

Сказавшего эти слова звали Говард Дик Бейкер. Он не только сдержал свое обещание, но и после окончания Второй мировой войны разыскал Шульца и пригласил его в Англию. В маленьком приморском городке Пул на юге Англии оба моряка, пережившие войну и уцелевшие в ней, пожали друг другу руку.

11 апреля к списку потопленных подводной лодкой добавился греческий пароход Aegeon водоизмещением 5285 БРТ. На следующий день жертвами ее торпед стали британские пароходы St. Helena и Corinthic.

С двенадцатью победными вымпелами, гордо реющими на поднятом зенитном перископе, проведя в море 69 суток, U-124 вошла 1 мая 1941 года в гавань Лорьяна. Прямо на пирсе командующий подводным флотом вручил командиру субмарины Рыцарский крест, которым тот был награжден еще 4 апреля.

В свой пятый боевой поход подводная лодка отправилась из Лорьяна 15 июля 1941 года. На этот раз целью ее плавания были южные моря. Совместно с подводными лодками U-109, U-123 и U-94 субмарине предстояло действовать в акватории к западу от Гибралтара, где намечалось оживленное движение.

Однако все эти лодки в течение недели тщетно разыскивали свою цель. Затем им было предписано действовать против выходящего из Гибралтара конвоя HG-69. После того как несколько германских подводных лодок были уничтожены кораблями сильной эскортной группы конвоя, 13 августа в атаку пошла и U-124. В наступившую ночь из-за действий эскортной группы ей пришлось уйти под воду и оставаться в погруженном состоянии в течение продолжительного времени. Несколько обрушившихся на лодку серий глубинных бомб причинили ей ряд повреждений. Подлодка больше не делала попыток сблизиться с конвоем и 25 августа, после израсходования горючего, безрезультатно вернулась в Лорьян.

В начале сентября Георг Вильгельм Шульц передал свою лодку Йоганну Мору, который во всех ее походах был сначала вторым, а потом и первым помощником командира, и теперь, по словам Большого Льва, должен был «получить свой шанс».

Прослушав цикл специализированных лекций, Георг Вильгельм Шульц принял под свое командование 6-ю флотилию подводных лодок, базировавшуюся в Сен-Назере. Командовать ею ему довелось в течение двух лет и одиннадцати дней. С 1 апреля 1943 года Шульцу было присвоено звание корветтен-капитана (капитана 3-го ранга).

С 4 октября 1943 года он был направлен для обучения в штаб командующего подводным флотом в качестве начальника оперативного отдела и одновременно руководителя группы испытаний подводных лодок.

С 22 апреля корветтен-капитан Георг Вильгельм Шульц еще заступил на должность командующего 25-й флотилией подводных лодок, базирующейся в Травемюнде[67]. Его военная служба закончилась в английском плену, из которого он был освобожден 15 июля 1945 года.

Инспектор Аллехиммель, сотрудник Центра военно-морской документации, в заключительном абзаце выписки из послужного формуляра на Георга Вильгельма Шульца отмечает:

«Командование характеризует корветтен-капитана Шульца как высокоодаренного командира и офицера, способности которого значительно выше средних. Он обладает высокими моральными и физическими способностями, исключительной преданностью делу и многосторонними интересами и знаниями.

Опытный морской офицер и судоводитель, он исключительно надежно управлял и командовал вверенной ему подводной лодкой, в том числе и в многочисленных сложных условиях и при исключительных обстоятельствах.

Шульц является надежным и добросовестным работником, обладающим развитым организационным талантом. Он имеет открытый и прямой характер, всегда готов оказать помощь своим товарищам, заботливый руководитель по отношению к своим подчиненным».

То, что Вильгельм Шульц заботился не только о своих подчиненных, он продемонстрировал после потопления английского судна Tweed. Объявление разыскивавшего его английского морского офицера Говарда Дика Бейкера было напечатано во всех газетах Германии, благодаря чему и нашло его бывшего противника.

Шульц провел несколько недель в Англии, где его принимали с высокими почестями. Когда его однажды спросили, почему он оказал такую помощь спасающимся, он ответил: «Существовал приказ, о котором нам всегда напоминал перед выходом на задание Большой Лев: несмотря на всю жесткость нашей борьбы, никогда не забывать о рыцарских правилах ее ведения, относиться к побежденному на воде врагу как к потерпевшему крушение в океане, считать его своим братом, которому необходимо помочь».

Список судов, потопленных подводной лодкой U-124 1-й боевой поход

Потоплено: 2 судна водоизмещением 10 563 БРТ.

Торпедировано: 1 судно водоизмещением 3900 БРТ.

2-й боевой поход

Потоплено: 5 судов водоизмещением 20 061 БРТ.

3-й боевой поход

Потоплено: 1 судно водоизмещением 5965 БРТ.

4-й боевой поход

Потоплено: 11 судов водоизмещением 53 397 БРТ.

Торпедировано: 2 судна водоизмещением – .

5-й боевой поход

Выход в море 15 июля 1941 года в южном направлении. Перенацеливание штабом в акваторию западнее Гибралтара. Противника не обнаружено. 13 августа: атака на конвой HG-69. Субмарина была вынуждена уйти под воду и 25 августа безрезультатно вернулась в Лорьян.

Общий итог:

потоплено: 19 судов водоизмещением 88 986 БРТ;

торпедировано: 4 судна, из них одно водоизмещением 3900 БРТ;

= – торпедировано.