В народе говорят: на каждой дороге своя пыль и свой ковыль. Исходя из данного определения, пыль может рассказать о многом…

… Дородный мужчина в костюме для верховой езды и с тяжелым револьвером на поясе поудобней упер ногу в каменный парапет и навел бинокль на дорогу. Но в мощную оптику была видна лишь густая дорожная пыль, клубившаяся в далеком ущелье.

Он что-то сказал стоявшей рядом молодой женщине, но та его не расслышала, потому как в таверне громко звучала музыка.

– Ты что-то сказал, Инито? – женщина тронула за рукав мужчину с револьвером.

– Сказал, что теперь они уже совсем близко. Такое облако пыли может поднять в воздух только джип, у которого все четыре ведущих колеса. Кармела, у тебя все готово к приему гостей? Люди дона Уго не любят повторять дважды.

– Конечно, все давно готово. А сколько дней гости пробудут у нас?

– Не знаю, Кармела. Да и дело это не наше. Нам платят, а мы размещаем этих людей на постой. Люди дона Уго сообщили, что эти гости прибыли из России, значит будут пить, как лошади. Русские всегда много пьют.

Кармела скорбно и с осуждением покачала головой.

– О, матерь Божия, посмотрите, какую они подняли пылищу! Уже без бинокля вижу, словно по дороге движется не джип, а войско неприятеля!

– Они и есть неприятели, – Варгас носком сапога вывернул из земли небольшой булыжник и со злостью сбросил его в обрыв. – Русские – самые страшные наши враги! Заруби это себе на носу, Кармела.

– О, святая дева Мария, спаси и сохрани! – в ужасе воскликнула женщина и побежала отдавать последние указания слугам.

Было слышно, как она потребовала выкатить из погреба большую бочку рома. После этого Кармела снова вышла из дома, поджидая джип с гостями. За ней величаво шел поваренок, неся на подносе несколько кружек с золотистым ромом. Тем временем облако пыли все увеличивалось в размерах и через несколько минут из него выскочил автомобиль, который резко затормозил перед таверной. Из него вышел человек в камуфляже, водитель и трое мужчин.

– Сеньор Варгас, – это друзья дона Уго, они будут у вас жить, – сообщил тот, кто в камуфляже. – Прошу окружить их заботой и вниманием.

– Добро пожаловать, сеньоры! – поздоровался мужчина в костюме для верховой езды и с тяжелым револьвером на поясе. – Меня зовут Инито Йусеф Варгас. А это моя сестра – Кармела. Друзья дона Уго – наши друзья! Мы все заждались вас.

После этого гостям преподнесли по кружке рома. Пить крепкий спиртной напиток в такую жару не хотелось. Малинин и Шишкин переглянулись, уловив во взгляде коллеги явное отсутствие желания влить в себя эту коричневато-янтарную жидкость. И лишь радостная улыбка Волкова демонстрировала полное одобрение мичмана такому гостеприимному обычаю хозяев.

– Сеньоры, я рад, что вижу всех вас в добром здравии. Путь был долгим и утомительным. Здесь, – Варгас похлопал себя по животу, – наверное, все высохло и сплющилось. Так что кружка рома будет в самый раз!

– Это самый дорогой ром в округе! – поддержала брата Кармела. – Этим ромом мы угощаем только самых дорогих гостей!

Малинин перевел все эти слова Шишкину и Волкову, после чего сам сделал большой глоток. Точно так же поступили и другие члены экипажа.

После этого Малинин от себя и своих коллег поблагодарил дона Варгаса и Кармелу за гостеприимство и, достав из походного рюкзака заранее приготовленный сувенир, протянул его женщине.

– Ой, что это? – пробормотала от неожиданности она.

– Называется матрешка, – Малинин разнял куклу на половинки и показал спрятанную внутри вторую куклу поменьше.

Появление каждой новой деревянной куклы хозяева встречали смехом.

– Прелесть! – вынесла свой вердикт Кармела, а затем, обращаясь к брату. – Эти русские большие выдумщики. Я слышала о таких куклах, но никогда их не видела.

Какое-то время увлеченная подарком Кармела собирала и разбирала матрешку, искренне радуясь сувениру, после чего произнесла.

– Русский сувенир мне очень понравился. Теперь хочу, чтобы мне понравились русские гости.

Малинин представил по имени каждого коллегу, после чего гостей проводили в их комнаты.

***

Жилые помещения, расположенные на втором этаже таверны, оказались довольно просторными. Интерьер комнат был бедноват, но везде царила чистота и порядок. Убранство помещения составляла кровать в алькове под кружевным покрывалом и с целой горой подушек, платяной шкаф, два кресла и столик с бархатной алой скатертью, на которой лежал молитвенник. В нише на узорчатом табурете находились умывальные принадлежности – фарфоровый кувшин и таз.

– Все очень мило, – ответил на вопрошающий взгляд Кармелы Малинин, – Мне здесь нравится. Уверен, такого мнения будут и мои друзья.

Кармела моментально отреагировала, заявив, что за проживание гостей из России люди дона Уго щедро расплатились, но она оставляет за собой право за небольшое вознаграждение приносить гостям в любое время ром и закуски персонально.

Малинин машинально кивнул, а хозяйка тут же пожалела, что произнесла слово «небольшое». Впрочем, она тут же решила, что возьмет свое, когда будет кормить постояльцев. У них, видать, куры денег не клюют.

После этого Кармела поинтересовалась, когда сеньору удобно, чтобы в его комнате делалась приборка.

– Видимо, по утрам, – последовал ответ Евгения.

Хозяйка хотела еще о чем-то спросить, но неподалеку послышался душераздирающий не то крик, не то вой. Малинин от неожиданности даже невольно вздрогнул. В этом вое было столько боли, страданий и тоски, что Евгений решил прояснить ситуацию.

– Скажите, Кармела, у вас в округе водятся волки? – поинтересовался Малинин, хотя вой был явно не звериный.

Женщина немного замялась и принялась невнятно убеждать гостя, что этого воя бояться не следует. Тот, кто так кричит и завывает – глубоко несчастный человек, сошедший с ума. Если сеньору интересна эта печальная история, её брат Инито вечером после ужина расскажет гостям об этом. Но повода для волнения нет никакого.

После этих слов Кармела быстро ушла. Вместо неё в комнату к Малинину дружно ввалились Шишкин и Волков.

– Командир, ты слышал этот душераздирающий вой? – поинтересовался мичман, который, судя по всему, к этому времени успел принять не один, а парочку бокалов рома.

– Мужики, назад дороги нет. После ужина постараемся выпытать у Варгаса об источнике этого воя.

– Не нравится мне этот Вий, – признался Шишкин.

– Какой Вий? Мишка, ты о ком сейчас говоришь? – заинтересовались оба других Сергеевича.

– О хозяине. Он же представился нам, как Варгас Инито Йусеф, сокращенно – ВИЙ.

– Вий, так Вий, но что это за вой такой? У меня от него, признаюсь, мурашки по спине волной пробегают. Уверен, он носит с собой револьвер неспроста. Наверное, здесь какая-нибудь тварь живет, которая охотится на людей. Вот попали! Ужас! – предположил Волков.

***

Колумбийский ужин состоял из нескольких блюд. Вначале всем подали «ахико» – суп с цыпленком и овощами. После этого гостям на выбор было предложено: маисовые блины «арепа», «аррос-кон-коко» – рис в кокосовом масле, «бандеха-пайса» – блюдо из говяжьего фарша, сосисок, бобовых, риса, бананов и авокадо. Кроме этого желающие могли попробовать тушеные морепродукты «касуэла-де-марискос». Из напитков Кармела подавала по желанию – кофе, горячий шоколад, а также местные пиво, ром, тростниковую водку «агаурдьенте» и фруктовые воды «рефреско».

Малинин успевал не только поесть, но и перевести с испанского слова Варгаса своим товарищам. Все это время он размышлял, как спросить у Варгаса о том страшном вое, который так напугал гостей в первые часы приезда. Но за столом шла непринужденная беседа о погоде, ценах на продукты, кулинарном мастерстве Кармелы и прочих банальных вещах.

Наконец, словно по заказу, за окнами раздался тот же самый жуткий вой, природу которого уже невозможно было обойти стороной.

– Дон Варгас, если не секрет, кто так громко и протяжно завывает? Человек? Зверь? Ветер?– как можно тактично задал вопрос Малинин.

Вий помрачнел, но от ответа не ушел.

– Никакого секрета тут нет. Это кричит наша с Кармелой мать. Она скорбит о погибели нашего младшего брата Паоло. Он был моряком. Выполняя поручение своих боссов, он погиб в море и мы не смогли его даже похоронить. Наша мама – местная ведунья. Она не пускала брата в море, потому как знала, что он не вернется. Но Паоло её не послушался. Так оно и произошло. С тех пор она ежедневно выходит на террасу своего небольшого домика, который расположен недалеко, и, глядя в море, издает этот скорбный крик. Мы с Кармелой уверены, что так она общается с духом нашего погибшего брата. Вот, в принципе, и вся эта печальная история. Я сожалею, что этот крик вас пугает, но ничего сделать не могу. Это наша мать…